Часть 1
21 марта 2018 г., 00:04
— Он опасен?
Касл рассматривает мужчину, сидящего перед ним, — отца женщины, которую он любит, — и пытается понять, сколько может ему рассказать. Двадцать лет назад Джим Беккет потерял любовь всей своей жизни, теперь ему грозит потерять и дочь. Касл не может даже представить его ужас; и он не знает, что готов был бы услышать, попади Алексис в похожую ситуацию.
Но одна из немногих вещей, которые он знает о Джиме точно, это то, что ему нужна правда. Однажды Кейт сказала: Беккеты люди серьёзные, особенно отец. Поэтому Касл перестаёт тянуть, крепче сжимает ручку кружки и произносит:
— Он наёмный убийца.
Джим кивает, опуская взгляд к своей чашке. Он совсем не удивлён.
— Что если она его найдет? — взгляд вновь возвращается к Каслу. — Я уже потерял жену. Я потерял… — он глубоко вдыхает, пытаясь взять себя в руки. — Понимаете. Далеко не сразу, но я смирился с этим. А Кэйти, меня она не послушает и не отступится. Кто-то должен убедить её, что её жизнь дороже смерти её матери.
Касл наблюдает, как пожилой человек опустошает свою чашку и поднимается из-за стола.
— Вы ей не безразличны, Рик. И если Вы не глупее, чем кажетесь, Вам она тоже не безразлична. Не дайте ей погибнуть, — Джим протягивает руку, и Касл приподнимается, протягивая в ответ свою.
— Я сделаю всё, что смогу, — обещает Касл, и он действительно сделает всё возможное, чтобы спасти Беккет. — Я бы хотел, чтобы мы познакомились при других обстоятельствах.
Джим отпускает смешок.
— Я тоже. Спасибо за кофе, Рик.
Закрыв дверь, Касл прислоняется к ней спиной и закрывает глаза. Кейт одержима; он понимает это, так же как и её отец. Чёрт, да даже глупец понял бы! Она снова уходит с головой в поиски убийцы матери, намертво вцепившись в единственную улику. Если она не остановится, эта одержимость поглотит её… возможно, даже убьёт. Рик не позволит этому случиться.
Он не может этого допустить.
Он проводит ладонью по лицу, заглушая ругательства, и отходит от двери. Он должен увидеться с Кейт. Сегодня. Может быть, он успеет остановить её, прежде чем она сделает глупость.
Когда он обувается, его телефон начинает звонить. Он решает не брать трубку, но когда вспоминает сколько время, то переводит взгляд на дисплей и обнаруживает, что звонит Монтгомери. Касл беспокойно хмурится и торопится ответить.
— Алло.
— Касл, это Рой, мне нужна помощь.
***
Рик добирается до ангара незадолго до того, как прежний мир полетит к чертям. Монтгомери сказал ему немного: только то, что Рик должен добраться до ангара и обеспечить безопасность Кейт. Спаси Кейт, — сказал Рой. — Не важно, что я собираюсь сделать, мне просто нужно, чтобы ты отвёл Кейт в безопасное место. Вот поэтому Рик выносит пинающуюся и кричащую Кейт из ангара, прижимает её к её же автомобилю и ладонью прикасается к её щеке. Его сердце готово разорваться на части, когда она сначала сопротивляется и плачет, а потом вдруг сдаётся. Раздаётся выстрел, и он больше не может удерживать её. Кейт отталкивает его и возвращается в ангар. И когда она падает на колени возле безжизненного тела Монтгомери, он лишь стоит и смотрит со стороны.***
Он доводит её до квартиры, где ждут Райан и Эспозито. Она попросила его позвонить им, потому что не могла сделать это сама. Рик не сказал им, что произошло, только то, что нужно встретиться. Крепко вцепившись в его руку, Райан отводит Касла в сторону, когда они прибывают. — Что происходит? — спрашивает он низким голосом. Касл лишь качает головой. Кейт берёт на себя основную часть разговора, низким хорошо контролируемым голосом объясняет, что произошло в ангаре. Сейчас она — само спокойствие, но Рик может уловить в её голосе лёгкую дрожь. Она едва держится. — Никто, кроме нас, никогда не должен об этом узнать, — говорит она в заключение. — Для всего мира Рой Монтгомери погиб как герой. Согласившись, парни вскоре уходят, а Касл замирает у двери, наблюдая, как Кейт убирает пустые пивные бутылки. Она останавливается у раковины, руками упирается в столешницу, голова опущена. Касл замечает, что плечи Кейт дрожат. Он делает несколько осторожных шагов, стараясь не напугать её (вдруг она думает, что он ушёл). Но он наступает ногой на скрипучую половицу и замирает. Но когда Кейт лишь слегка поворачивает к нему голову, он подходит к ней. Он не знает, что такого сказать, чтобы облегчить её боль, которую она, должно быть, испытывает, поэтому он просто прислоняется к тумбе и произносит её имя. — Тебе нужно идти, — тихо говорит она, опустив голову. — К родным. Касл качает головой. — Я никуда не уйду, пока не пойму, что ты в порядке. Что ты в безопасности. Она выдыхает и отталкивается от столешницы. — Я в порядке, — проходит в гостиную, а он как обычно за ней. — Нет, не в порядке, — не соглашается Рик. Когда Кейт поворачивается и скрещивает руки на груди, он не отступает, лишь расправляет плечи и стискивает зубы. — Монтгомери мёртв, Кейт. Все, кто был связан с этим делом, мертвы. — Включая Локвуда. — Он был лишь наёмником, ты и так это знаешь. Они просто отправят кого-нибудь другого. Кейт всплёскивает руками. — И что, чёрт возьми, мне теперь сделать? Бросить всё? — Да, — он начинает ненавидеть себя за эти слова, но страх потерять Кейт сильнее. Он не может этого допустить. — Какой будет смысл в смерти Роя, если тебя всё равно убьют? Ты не сможешь отомстить за убийство мамы, если будешь мертва. — Не могу поверить, что ты говоришь это, — шепчет Кейт, качая головой и отворачиваясь от него. — Я не отступлюсь, Рик. Я не могу. После секунды колебания, Рик проходит за ней вглубь комнаты. — Так что, ты собираешься пожертвовать собой ради общего блага? — по её позе он понимает, что она злится. Но она должна услышать то, что её остановит. Он не может её потерять. — Хотя бы подумай о том, что будет с теми, кого ты любишь, — Кейт бросает насмешку и поворачивается к нему лицом. Он подходит и останавливается в шаге от неё. — Подумай об отце. А что будет с Джошем? — А что насчёт тебя, Рик? — скрипит она зубами, делая шаг ближе, глаза пылают от злости. — Я не хочу, чтобы ты погибла. Мы — напарники, я — твой друг. — И только? Она останавливается в нескольких дюймах от него — достаточно близко, чтобы разглядеть, как её глаза темнеют, как коричневый цвет берёт верх над зелёным, как подрагивают ноздри. Он качает головой. — Знаешь что? Я не знаю, кто мы друг другу. Мы целовались и никогда об этом не говорили. Мы чуть не замёрзли в объятиях друг друга, но никогда об этом не говорили. В Лос-Анджелесе всё могло измениться, но ты, чёрт возьми, тогда ушла! — он слышит её резкий вдох при упоминании об этом, но пытается не заострять внимания. Если она собирается продолжать самоубийственную гонку за справедливостью, она должна знать, что он чувствует и что есть люди, которым она небезразлична. — Поэтому я не знаю, кто мы друг для друга, Кейт, — продолжает он. — Но я знаю, что не хочу видеть, как ты рискуешь своей жизнью. Я волнуюсь о тебе. — Волнуешься обо мне? В этом всё дело? — Кейт. — Скажи мне, Рик, — стискивает она зубы, холодно произнося его имя. — Ты беспокоишься обо мне или о своей драгоценной Никки Хит? У Касла отвисает челюсть. Сразу после этих слов, он видит сожаление в её глазах, но она остаётся непоколебима, по-прежнему стоит на своём. — Думаешь, меня это волнует? — спрашивает он после долгого молчания, когда к нему возвращается дар речи. — Думаешь, после всего, через что мы прошли, меня всё ещё волнуют книги? Кейт скрещивает руки на груди. — Тогда какого чёрта ты ещё здесь? Почему ты всюду таскаешься за мной? — Ты знаешь почему. — Я хочу, чтобы ты сказал это. В любой ситуации Касл знал, что сказать. Умение подобрать слова — его профессия, его образ жизни, но в этот момент оно его подвело. Он подчиняется сработавшему инстинкту и делает первое, что приходит на ум. Берёт её лицо в ладони и целует. Получается грубо и резко, но он не думает останавливаться, особенно, когда чувствует, что она сдаётся его напористыми поцелуям. Она поддаётся, сгребая его рубашку в ладонях, их языки сплетаются, с губ срывается стон. Она скользит руками по его торсу, а он опускает ладони на её бёдра, притягивая Кейт к себе, и шумно выдыхает, когда их тела резко прижимаются друг к другу. — Придурок, — выдыхает она, когда они чуть отстраняются друг от друга, но потом запускает пальцы в его волосы и наклоняет голову Касла к себе. Он позволяет ей руководить: отвести его в гостиную, посадить на диван, забраться к нему на колени и начать расстёгивать пуговицы на его рубашке. Его руки забираются под её блузку, но прежде чем он успевает её снять, Кейт недовольно ворчит, бросает своё прошлое занятие на полпути и переходит к ремню. — Кейт, — выдыхает он, отклоняясь назад настолько, чтобы взглянуть в её глаза — тёмные, поглощённые тем, о чём он может только мечтать. Страстью. Она качает головой и спускается с его колен только для того, чтобы расстегнуть и стянуть с бёдер джинсы. — Заткнись.***
Она не видит его до похорон. Конечно, он звонит ей, но она игнорирует его звонки. Секс… всё обострил. Думая об их первом разе, она представляла себе хотя бы кровать, а не секс на диване в порыве злости. Она не может перестать думать об этом. О нём. О прикосновении его губ, его рук, его самого… Она качает головой, выходя из душа, одним полотенцем обматывает голову, другим — тело. На тумбочке вибрирует её телефон, с дисплея на неё смотрит улыбающееся лицо Касла. Она отклоняет вызов. Он звонил 27 раз за четыре дня, и каждый из них она отклоняла или игнорировала. Вздыхая, она достаёт форму из шкафа, ожидая сигнала голосовой почты об оставленном сообщении. Но ничего не происходит. За несколько минут до начала похорон она обнаруживает, что он приехал, с мамой и дочерью, но и этого времени достаточно, чтобы взглянуть друг на друга до того, как гроб понесут к могиле. Его взгляд наполнен чувствами. Чувствами, которые она должна игнорировать. — Кейт… — тихо произносит он, когда они оказываются рядом, но она качает головой. — Не сейчас. Она надеется скрыть, что её застигли врасплох, когда он встаёт рядом с ней у трибуны, уже после того, как флаг передали Эвелин. Но он вытаскивает из кармана карточку и демонстрирует Кейт, объясняя, что его речь следует после её. Она слегка кивает и подходит к микрофону. Потеря матери — это огромное горе. Потерю Роя, после выяснения, что он причастен к событиям, приведших к гибели её матери, не описать словами. Кажется, будто это ночной кошмар. Даже когда она начинает говорить, даже когда боковым зрением замечает, что Рик смотрит на неё. Он отворачивается лишь один раз, но именно в этот момент всё меняется. Она не может понять, что это за внезапная боль в груди, не замечает криков Касла до тех пор, пока не оказывается на земле и он не наклоняется над ней. Он что-то говорит, но она не может ничего разобрать. Лишь сосредоточившись на его исчезающем лице, ей удаётся расслышать восемь слов. Восемь слов, которые она уверена, навсегда изменят её жизнь. — Кейт, я люблю тебя. Я люблю тебя, Кейт. Но пока тьма постепенно поглощает мир, в голове вертится лишь один вопрос: а осталось ли у неё время на то, чтобы его изменить?
