Признак несовпадения пределов

– Не надоело тебе, а? – Дик спустился вниз впервые за неделю и застал Мэла в гостиной. – Что именно? – альфа отложил папку с документами и повернулся к Дику. – Жить со мной. Со мной таким? Наверное, нервирует? – Да не особо, – Мэл был спокойным. Да и выглядел намного лучше, чем в тот последний раз, когда Дик просил не заходить больше в его спальню. – Чего ты сейчас хочешь добиться? – Я ничего не хочу добиться, – Мэл скрестил руки на груди. – Ну и зачем тебе я? Очевидно же, ты остыл, больше не стараешься выполнить каждый мой каприз. Даже наоборот. Один раз взял свое, что же ты сейчас такой терпеливый? – Дик не знал, что сказать, чтобы задеть, обидеть. Но ему очень хотелось, чтобы Мэл сказал, как дела обстоят на самом деле. Ничего не отвечая, Мэл подошел к столику у дивана и достал белый конверт. – Лекс и Брин приглашают на свадьбу, – объяснил Мэл, протягивая конверт. – Хм, – Дик усмехнулся, – Ну это они, наверное, больше тебя, чем меня. – Почему ты так решил? – Мы с Брином отдалились друг от друга. – Ну а я угрожал Лексу расправой над этим твоим Брином в последнюю нашу встречу. Так что, думаю, все же больше тебя. Дик поднял глаза от красивых букв на дорогом картоне. – Угрожал? – Да, – пожал плечами Мэл. – Почему? – Ну, Дик, у каждого свои тайны и свои поводы. И можешь больше не красться ночами на кухню и поесть по-человечески. Там жаркое на кухне, разогрей хотя бы. И Мэл снова вернулся к бумагам. Дик хотел еще что-то сказать, но потом повернулся и пошел наверх. Но сделав пару шагов к лестнице, все же передумал и пошел на кухню. *** На следующий день ситуация повторилась в точности. Дик снова спустился вниз, готовый к тому, чтобы наконец сказать все, что думает, и уйти. – Мне все еще не надоело с тобой жить, – ответил Мэл, даже не отвлекаясь от документов, когда вошел Дик. – А, – Дик хотел возразить, но не особо представлял, что говорить. – То, что произошло тогда, – Мэл посмотрел перед собой. – Было так неприятно, да? – Было никак, – тихо сказал Дик. – Может, ты и чувствовал себя хорошо, но я чувствовал, что меня предают. – Так ушел бы сейчас? – Куда? – К родителям, к этому своему, которого ты так любил, назад в коммуналку. Куда угодно, Дик. Почему ты до сих пор тут? – Потому что это все не то! – Дик повысил голос. Неужели не очевидно, это он жертва, это он разочаровался в жизни. Почему ему сейчас задают такие вопросы? – А что то? – Мэл встал перед ним. – Может, «то» было, когда ты вышел за меня? Или «то», когда мы жили здесь до рождения ребенка, а? Дик молчал, глядя на альфу. И снова спокойствие, так привычное Мэлу, куда-то улетучилось. – Ну что ты молчишь? Как ты думашь, почему я перестал принимать лекарства? Потому что мне в кайф или потому, что я не уверен? Так вот – нет. Я на сто процентов уверен, что люблю тебя и только тебя. Мэл подходил ближе, но Дик не двигался с места. – Если бы я не вмешался, думаешь, было бы по-другому? Думаешь, этот мудак не слился бы? Или был бы более романтичным и быт не порушил бы вашу любовь? Нет! Они стояли уже вплотную друг к другу, а Дик все еще не отходил, глядя в глаза Мэлу. – Я просто хотел доказать тебе. Брин как-то понял, что Лекс его пара. Как-то по-другому, думал, может, и ты поймешь, если я продержусь достаточно долго. И я жалею каждую минуту о том, что произошло тогда! Но другого способа я не вижу до сих пор. Я просто не знаю, какая в твоем понимании идеальная жизнь. Дик нахмурился. А правда, какая? – Или все дело во мне? Я настолько не вписываюсь в твое представление о счастливой жизни? Как все было бы, если бы ты ни о чем не узнал? Вы бы вернулись сюда, домой? – Да, – Дик прошептал. – Да, мы бы вернулись домой. – Ты бы уехал от меня, если бы я был отцом твоей дочери? Дик отрицательно покачал головой. Конечно, он бы не уехал. Мэл на протяжении стольких месяцев выдерживал то, чего Рик не выдержал. – Тогда в чем дело? Что ты хочешь теперь? – Я не знаю. – Зато я знаю, – Мэл пошел к входной двери. – Поехали. *** Всю дорогу Дик косился на розовую автолюльку, прикрепленную на заднем сидении машины Мэла. А когда они подъехали к многоэтажкам, Дик наконец понял, куда его везут: – Нет, вот этого я точно не хочу. – Не хочешь видеть своего ребенка? – спросил Мэл. – Не хочу, – подтвердил Дик. – Ты же не знаешь, чего хочешь. Сам сказал. – Зато я знаю, чего не хочу. – Выходи. Тебе понравится, – пообещал Мэл тоном, не терпящим возражений. И Дик вышел. Дверь открыла мама с ребенком на руках, и Дик отступил, спрятавшись за Мэла. – Проходи-проходи, не стесняйся, – Мэл практически втолкнул его в квартиру. Мама улыбнулась и хотела что-то сказать, наверное, предложить подержать ребенка, но из кухни вдруг запахло горелым. – Мэл, – быстро сказала мама, и альфа уверенно взял ребенка на руки. Дик перевел взгляд на обои, на новую лампу, пока наконец ему практически не сунули ребенка в руки. – Я не умею, – быстро зашептал омега, хотя ребенок не спал. Девочка просто смотрела на Дика, которому все же пришлось взять ее, уж больно Мэл был настойчив. – Знакомься, Лили, – Мэл улыбнулся девочке. – Не думаю, что она понимает, – Дик покосился на ребенка, и девочка улыбнулась. – Ой, она что, понимает нас? Мэл улыбнулся. – Понимает достаточно, чтобы почувствовать, кто ее сейчас держит на руках. Дик закатил глаза, но ребенка Мэлу обратно не отдал. – Мы можем ее забрать, и вы познакомитесь поближе, – предложил Мэл, слегка придерживая Дика за талию, пока они маленькими шагами двигались к гостиной. – Она что, котенок, что ли? – Дик все еще говорил шепотом. – Я понятия не имею, как заботиться о детях. – Как скажешь, – Мэл примирительно поднял ладони. – Пойду узнаю, чем нас будут кормить. Дик остался наедине с девочкой. Столько времени он отказывался верить в ее существование, но теперь, держа на руках, он понял, что скучал.