Great Wall

— Любовь — это как искусство. Сила, которая приходит в нашу жизнь без каких-либо правил, ожиданий, ограничений, и каждый раз я слышу это, я вспоминаю, что любовь, как искусство… всегда должна быть свободной.

*спустя две недели* Через широкое окно в комнату проникает солнечный свет, и парень подавил желание броситься к окну и задёрнуть шторы. Ярослав перевернулся на другой бок и посмотрел на настольные часы, которые показывали уже полдень. Глубоко вздохнув, он преодолел желание понежиться в кровати пару минут и встал, направляясь в ванную. После он направился на кухню и, сварив кофе, пошёл в свой «кабинет». На полу было разбросано много бумаг. Стол, как и диван, был отодвинут в дальний конец комнаты. Прикрыв глаза на минуту, Яр опустился на пол с кружкой и, поставив её рядом, принялся за работу. Так продолжалось уже две недели, он даже и не знал, что они прошли. Он ничего не замечал вокруг погружённый в работу. Так было всегда. Он не мог долго находиться без дела, поэтому в свободное время всегда делал какие-нибудь зарисовки. Но не сейчас. Сейчас он был занят нечто бо̀льшим. Именно эта работа казалась ему особенной, поэтому он вкладывал в неё все свои силы и всё своё время, прерываясь всего на пару часов, чтобы вздремнуть и перекусить. Этот парень всегда относился к работе очень серьёзно, но именно этот проект был для него чем-то очень важен. Будто он хотел кому-то что-то доказать. И он даже знал кому. Он хотел утереть нос этому самовлюблённому и эгоистичному бизнесмену. И ему была необходима ещё неделя и тогда он покажет Николсону, на что он способен. Что не только его работа кажется серьёзной, но есть и другие люди, которые тоже заняты нечто серьёзным. POV Ярослав: Я даже и не знаю, почему я так разозлился на этого мужчину. Но он просто вывел меня из себя одним своим видом. Он будто показывал, что я не достоин ни единой минуты его времени. Мне очень хочется доказать ему, что я тоже занимаюсь серьёзным делом. И я мог бы очень долго размышлять на эту тему, но поток моих мыслей прервала трель моего телефона. Скривившись, я двинулся к источнику звука. Не люблю, когда меня беспокоят во время работы. — Слушаю, — раздражённо сказал я, возвращаясь в кабинет. — Хе-е-е-ей, Роси солнышко, как поживаешь? Опять по уши в работе? — рассмеялись по ту сторону. — Сколько раз говорил тебе, не называй меня Роси, — раздражённо отозвался я, — Иногда мне хочется в тебя чем-нибудь кинуть, но под рукой, как назло, то нет чего-то подходящего, то тебя. Так что будь другом и кинься сам обо что-нибудь. Например, было бы просто прекрасно, если бы это была стена. — А-х-а-х, прости рядом нет стены. Так что? Где ты сейчас? Чей каприз исполняешь на сей раз? М-м? — в своей излюбленной манере издевательски протянул мой друг. Звонил мне мой лучший друг Кирилл Макаров. Знакомы мы с ним ещё с детства. Жили в одном доме, в одном подъезде и, соответственно, на одной лестничной клетке. Учились в одной школе и часто ходили друг к другу в гости. Наши жизни были тесно связаны, пока не настал момент поступать в институт. Мы должны были вступить во взрослую жизнь и отнеслись серьёзно к выбору профессии. Конечно, мы выбрали одну профессию, поступили на один факультет и нас определили в одну группу. Дальше мы стали уделять время музыке. Создали собственную группу и даже придумали ей название. Было сложно, мы писали песни и исполняли их. И вот в одно из наших выступлений нас заметил один продюсер и предложил контракт. Кир относился к этому гораздо серьёзней меня, для меня это было очередное увлечение, хобби. Поэтому он согласился, а я, отказавшись, ушёл из группы и занялся архитектурой. Так наши пути и разошлись, но мы всё же поддерживали связь. Созванивались каждый месяц, рассказывая очередные новости. Видимся мы раз в год. У Кира гастроли, я тоже не сижу на месте и почти каждый месяц оказываюсь в новом городе с очередным заказом. Но мы всё равно не могли разорвать связь и поэтому общались при каждом возможном случае. Например, сейчас. — Я занят и ты знаешь, что я не люблю, когда меня отвлекают. И прощаю тебя только потому, что в другой раз у тебя может не оказать времени поговорить со мной, — выдохнул я и присел на диван в кабинете. — Ты просто теоретически не можешь на меня обидеться, — самодовольно проговорило это чудовище. — Я сейчас в Бостоне. — Не поверишь, но я тоже! — перебили меня наглым образом. — Правда? — зажмурился я. — Конечно Роси. Когда я тебе врал? — Я обязательно ударю тебя при встрече! — Просто скажи, что хочешь ко мне прикоснуться. — Я что похож на гея? — А причём тут геи? — недоуменно мне в ответ, — Разве если один мужчина хочет прикоснуться к другому, то сразу гей? — доносится до меня раздражённое шипение. — Кир ты же знаешь, я не хотел тебя обидеть, — устало выдохнул я. — Знаю, ты тоже прости. Вспылил на пустом месте. Мы тут выступать будем на одном фестивале, может увидимся? — с надеждой протянул парень. — Ты ещё спрашиваешь. Когда мы можем встретиться? — Да хоть сегодня. Мы здесь на неделю другую точно застряли. — Сегодня-я-я-я, — уныло протянул я, — Прости, ближайшие два-три дня не получится. Мне нужно доделать проект. Это важно. Очень, — шёпотом добавил я скорее для себя, чем для Кира. — Эй, малыш, у тебя всё нормально? — Конечно. Так, когда вы выступаете? — быстро перевести тему, чтобы не было лишних вопросов. — М-м, — задумчивое мне в ответ, — в субботу вроде, — неуверенно промычал Кирилл. — В субботу я свободен, — тоже неуверенно ему в ответ, — Я могу прийти. Хочу посмотреть, как вы выступаете. Вспомнить прошлое. — Что за сентиментальность, малыш? — Что за ласковые прозвища? — передразниваю его в ответ. — Ладно, мне пора. Скину адрес позже. До встречи, Роси, — промурлыкал парень и через секунду я уже слышал гудки. — Гадёныш, — яростно в тишину. И всё же против воли губы растянулись в улыбке. Позволив себе пятиминутную слабость, я вернулся к работе. *** POV Леонард: — Добрый день, мистер Николсон, — я коротко кивнул девушке и прошёл в свой кабинет. В кабинете как всегда полумрак и прохладно. Я подошёл к окну и раздвинул жалюзи, тем самым впуская солнечный свет. Я задумчиво уставился на открывшийся вид. Там за окном вовсю кипела жизнь. Люди то и дело куда-то шли не останавливаясь. Кто-то спешил на работу, кто-то на учёбу, а кто-то и вовсе к любимому человеку. Любовь. Любовь может быть разной: родителей и детей, братьев и сестёр, между другими близкими родственниками. Любовь может быть к другому человеку, который совершенно не связан с тобой кровными узами. Но как понять любовь это или страсть? Любовь основывается на нежности и преданности, а страсть — это непреодолимое желание. Но иногда сложно разделить любовь и страсть, потому что страсть может быть при существовании любви. Вот уже две недели из головы не выходит образ этого архитектора. Меня одновременно отталкивало от него и невыносимо тянуло. Я совершенно не понимаю, что к нему чувствую. Сначала это была злость и неприязнь, мне даже показалось, что я ненавижу его. Эта его не пунктуальность жутко раздражала. Но потом пришло какое-то спокойствие. А потом Виктор доставил мне папку. В ней была вся информация, какую он только смог откопать на Ярослава Ардента. Очень необычный парень. От мыслей меня отвлёк звонок телефона. — Привет, дружище. — Привет, Генри. Давай только быстро и по делу. — Как официально. Ты же помнишь, что в эти выходные состоится фестиваль, который ты спонсируешь? — И что? — Как это и что? Ты должен присутствовать там! — Я спонсирую его уже, — я задумался, подсчитывая сколько времени, я уже вбухиваю деньги в этот дурацкий фестиваль, — очень долго! И не посещал его ни разу и не собираюсь. Это всё? — Нет! Ты обязан там появиться! Ты не представляешь, но там будет буквально вся пресса Бостона. И если тебя там не будет, то… — То они напишут про меня очередную гадость, я понял. И ладно я появлюсь там. Скинь мне адрес, место и время. Всё? — устало выдохнул я. — Да, пока. Уже через минуту телефон снова ожил, оповещая о смс. В 19:00. Я должен быть на этом чёртовом фестивале в семь часов вечера. Чёрт! Все планы коту под хвост. А ведь я собирался не выпускать Виктора из постели все выходные. Обречённо покачав головой, я сел за стол и принялся за работу. *Суббота 19:00* Солнце уже давно зашло, и на город опустилась «тьма». Было довольно-таки снежно и прохладно. Мне кажется, что именно этот вечер стал решающим для наших героев. В месте, где проходил фестиваль, собралось уже много людей. Журналисты, различные бизнесмены, обычные прохожие. С минуту на минуту начнутся различные выступления. POV Ярослав: «Ты где? Я на месте». Отправив смс Киру, я ещё раз огляделся вокруг. Чёрт, так много людей. — Потерял меня, малыш? — шёпот рядом с ухом, от неожиданности я вздрогнул и резко повернулся. — Кир! — Иди ко мне, солнышко! Я нырнул в его крепкие объятия и почувствовал знакомое тепло и заботу. — Я скучал, Роси, — тихий шёпот на ухо. Я оторвался от его рук и ударил кулаком в плечо. — Я же говорил, не называй меня так! — Испортил такую романтику, — обиженно проворчал парень, потирая плечо. — Где остальные? — Тебе меня одного мало? — я зло на него уставился, — Ладно пошли, красавчик, — он мне весело подмигнул и нырнул в толпу людей. Я поспешил за ним. Через пару минут мы уже оказались перед другими членами группы и весело переговаривались. POV Леонард: Я наблюдал довольно занимательную картину. Один парень подкрался к другому и что-то прошептал на ухо. Когда второй парень повернулся, я узнал в нём Ярослава Ардента. Первый вопрос, который у меня возник, это — какого хера этот парень обнимает Ярослава? Второй вопрос — почему меня вообще это интересует? Ответ я так и не нашёл, так как меня позвали. И мне пришлось сесть на отведённое мне место. Появился очередной вопрос касаемый Ардента. Кто тот парень, что так крепко и нежно обнимал его? И почему сердце невольно сжалась, как только я это увидел? POV Ярослав: — Скоро наше выступление, — Кир уставился на меня, — останешься здесь или пройдёшь в зал? — Останусь тут. — Может, выйдешь с нами? Споём как в старые добрые. М-м? — Ты это серьёзно? Мне кажется, вашему продюсеру это не понравится. Да я и не пел давно. И песен я ваших особо не знаю, — виновато добавил я. — Неудивительно, ты же всё время работаешь. С продюсером я сам разберусь. Давай, это единственный шанс. — Хорошо, но что мы будем петь? — я недовольно уставился на Кира. Ему всегда удавалось быстро уговорить меня. И он единственный, кому я показываю так много эмоций. Перед остальными же я спокойный и сдержанный. Но это далеко не так. Внутри меня всегда бушует море эмоций. — Нашу, которую мы сочинили самой первой. Помнишь? — Конечно, забудешь такое, — я улыбнулся, вспоминая прошлое. Через пару минут я уже стоял на сцене и ощущал знакомые эмоции. Чувство предвкушения, счастье, радость. POV Леонард: Я удивлённо уставился на сцену. Он что это петь будет? Какой голос, с хрипотцой. Так чисто попадает по нотам и не сбивается с ритма. Я, наверное, не двигался всё то время, что он пел. Под конец песни его взгляд встретился с моим. Я увидел столько различных эмоций в его глазах, перед тем как они опять покрылись знакомым мне безразличием ко всему происходящему. И именно в этот момент я понял, как крупно влип… POV Ярослав: Сердце как-то сжалось, когда я встретился с его взглядом. В тот момент в них не было раздражения и злости, а была нежность и что-то, что заставило моё сердце сделать очередной кульбит. Я на миг потерялся в его глазах. Потом песня закончилась и я нацепил маску безразличия. Поторопился как можно скорее покинуть сцену и снова влиться в знакомый ритм моей жизни. Только потом когда лежал в своей кровати я понял, что бежал. Бежал от этого взгляда. Взгляда, который полон нежности и… любви? Во что же я влип?