Молчун

Руку Чонгука быстро привели в порядок и наложили гипс. Уже позже, поговорив с дежурным врачом и посмотрев камеры, девушка смогла восстановить картину произошедшего. В некоторых особо тяжёлых случаях у людей, подвергшихся насилию — физическому или психологическому — может возникнуть диссоциативное состояние. Это больше похоже на состояние шока, или его можно сравнить с лёгкими галлюцинациями. В такой момент человек не воспринимает окружающий мир и полностью погружён в события своей травмы. Самый яркий пример — когда некоторые вернувшиеся с войны солдаты при слишком громких звуках падали на пол и закрывали голову или пытались укрыться, вновь переживая трагические события. В случае Чонгука всё обстояло хуже. Как видно на записи с камер, ещё днём, во время сна он сильно дёргался, ворочался, кажется, даже плакал. Это нередкое явление в психиатрической больнице, поэтому особых подозрения не вызвало. Однако, уже спустя полчаса беспокойного сна парень встал и, словно заведённая игрушка, принялся изо всех сил бить рукой по подушке. В следующих его движениях можно было угадать удары, которые были нанесены его отцу и послужили причиной смерти. Неосознанно парень вновь пережил ту страшную ночь. К этому моменту его поведение заставило санитаров беспокоиться, поэтому один из них направился к палате, решив вколоть парню успокоительное, только опоздал. Сначала Чонгук встал на кровати во весь рост, продолжая топтать воображаемое тело ногами, а после, неудачно споткнувшись, упал на пол, повредив руку. Что больше всего удивило Кару — он не закричал от боли и не позвал на помощь. Его лицо светилось облегчением и радостью, а губы всё время двигались. Он говорил, но, что именно, девушка не понимала.

***

Следующие несколько дней Кара составляла список лекарств, которые Чонгуку необходимо было принимать каждый день. Конечно, контролировать этот процесс необходимо было как дежурному врачу, так и самой девушке. Больше ей ничего не оставалось. После произошедшего Чонгук вернулся к прежнему состоянию страха и отчуждения и на контакт не выходил. Правда, и длительных бесед Филмонт устраивать не торопилась, поскольку боялась очередного срыва. И, чтобы решить, как поступить дальше, она всё же обратилась за советом к доктору Дуайту. Тот внимательно выслушал её рассказ и личные предположения, ознакомился с личным делом и заметками, а затем задумчиво засмотрелся в окно. — Как думаешь, почему он убил обоих родителей? Вопрос, на который у Кары не было ответа. Она понимала, что вероятность того, что парень подвергался насилию со стороны обоих родителей, была невысока, но всё же существовала. Это бы объяснило тот факт, почему его мать тоже была убита, а также отсутствие прямых улик. Ведь проще скрывать такой секрет вдвоём, чем делать всё в одиночку втайне от другого члена семьи. Впрочем, пока Чонгук молчит, Кара может только предполагать. — Помимо стресса от пережитого насилия человек также может испытывать разного рода негативные чувства к людям, которые не сумели его защитить. Или к тем, кто знал и нарочно позволял подобному происходить. Такая мысль посещала голову Филмонт, но даже простое предположение казалось слишком жестоким. Неужели в этой семье и вправду могли так ужасно обращаться с ребёнком… — Меня ещё волнует вопрос, почему сам парень не защищался? — Кара вспомнила слова учителя о том, что с Чоном была проведена беседа, однако он не попросил помощи. Не сообщил о том, что нуждается в защите. — Вероятнее всего здесь сказалось психологическое давление. Его взяли из приюта, поэтому жестокую жизнь парень уже повидал. И его не составило бы труда запугать, заставить молчать. Особенно, если его отец и вправду был таким тираном, который смог довести до такого ребёнка. Впервые за всё время Кара осознала, что Чонгук и вправду ещё ребёнок. Несмотря на взрослую не по годам внешность и пережитый ужас он всего лишь дитя, с которым жестоко обошлись. — Наверное, я погорячился, поручив это дело новичку, — неожиданно заявил доктор Дуайт, и только в этот момент Кара поняла, что плачет. Неосознанно так получилось. — Простите, я справлюсь, — девушка постаралась как можно скорее привести в порядок лицо, но этим ничего не смогла изменить. — Нет, мисс Филмонт, боюсь, это вам не по силам. Сейчас, когда события разворачивались так стремительно, мужчина понимал, что для такого дела необходим более опытный врач, который сможет помочь Чонгуку. Его случай не сравнить с прочими, поскольку неизвестно сколько времени парень подвергался насилию и какому именно. Было оно физическим или сексуальным? Молчание пациента может лишить врача многой информации, а без должной осведомлённости больному нельзя помочь. А вот случайно навредить — без труда. — Я хочу довести это дело до конца, хочу ему помочь, — чувствуя отчаяние, девушка вновь ощутила слёзы на глазах. За эти пару дней она стала удивительно эмоциональной. Быть может, она просто не готова к такой работе? — Мне жаль, но это не в твоих силах, Кара. С искренним сожалением произнёс мужчина и положил документы на стол. В этот же день за пациентом был закреплён другой врач, а Кара, проработав в лечебнице меньше недели, уволилась. Чонгук не был первым пациентом, которого довелось видеть Филмонт, но почему-то именно он заставил её уйти. От своей профессии она не отказалась, но в этот раз выбрала больницу «поспокойнее».

***

Не всех, кому мы протягиваем руку помощи, можно спасти. Сколько бы ты ни старался, одни будут хаотично хвататься за неё, случайно отталкивая или затягивая тебя в своё болото, а другие — просто не смогут её принять. Страх, комплексы, вина — всё это может стать стеной, через которую до «утопающего» нельзя будет дотянуться. Отчётливо это Кара поняла в тот день, когда на её мобильный поступил звонок от бывшего начальника — доктора Дуайта. Последующие слова заставили девушку невольно сползти по стене и, закрыв лицо руками, громко разреветься. Печальный голос главного врача лечебницы Сторн Хилл сообщил девушке, что Чонгук покончил с собой после нескольких месяцев, казалось бы, успешной терапии. Он принимал курс препаратов и даже вышел на контакт с лечащим врачом, отвечая на рядовые вопросы, но всё так же избегая больной для него темы. А в один из дней, когда парня перевели в обычную палату в связи с улучшением состояния, он покончил с собой, затолкав в рот одеяло. Умер от асфиксии в возрасте семнадцати лет, так и не сумев восстановиться. Люди, подвергшиеся насилию, довольно часто склонны к суициду или попыткам причинить себе боль. И, вопреки желанию Кары, Чон также попадал в их число. Что именно подтолкнуло парня это сделать в то время, когда лечение, казалось бы, начало давать результат, — неизвестно. Быть может, существуют травмы, от которых нам никогда не избавиться. И иногда ненависть к ним сильнее желания жить.