Один из тех дней, когда лучше бы они не трогали тихоню...

Юн заставил их встать и дал каждому по щелбану. Было больно, но это была приятная боль. Джи-Ха с облегчением улыбнулся. — Ну ладно, что с вами такое, животные? — Раздраженно спросил Юн, вздохнув. — Когда имеете дело с кем-то вроде Шиньи, нужно все очень четко объяснять. Иначе вы его только испортите. Казалось, Юн содрогнулся от этой мысли, а Джи-Ха услышал едва уловимое «одного Джи-Ха нам достаточно». Но Джи-Ха с удивлением заметил, что Юн смотрит на золотоволосого мальчика рядом с ним. Что? Зено? Не он? Хотя Юн только что бормотал, что не хочет тут второго Джи-Ха, смотрел он почему-то на Зено. Как будто знал, что это именно Зено объяснял Шинье про поцелуй. — Но Зено просто сказал, что это знак привязанности! Это же четкое определение! — В этом-то и проблема. Прекрати учить его двусмысленным вещам. В твои-то годы ты должен понимать, когда можно шутить, а когда нет. — Но… — Если он начнет обнимать всех и просить каждого лечь с ним спать, то клянусь, Зено, ты никогда больше не получишь мяса. НИКОГДА! Зено в ужасе ахнул и, кажется, впервые потерял самообладание. Джи-Ха показалось, что он вот-вот расплачется. — Нет! Не надо лишать Зено мяса! Зено снова бросился ему в ноги. Юн внимательно посмотрел на него и снова вздохнул. Несмотря на то, что наказал он всех, было очевидно, что основным виновником он считал именно Зено, а остальные попались под горячую руку за компанию. Джи-Ха признавал, что Зено многое прощалось из-за его внешнего вида. Будь он в теле старика, а не ребенка, вряд ли ему позволялась бы такая близость, особенно с Йоной. Он представил Шинью на месте Зено. Шинью, который постоянно лез обниматься ко всем, особенно к Йоне. Шинью, который просился спать с Йоной каждую ночь. (А еще — Шинью, который бы много ее целовал, если бы она согласилась на это) Это было бы ужасно. И жутковато, учитывая, что он постоянно носит маску и почти не разговаривает. А уж если бы он начал приставать к Джи-Ха… В сознании всплыла давняя психологическая травма после того случая с любовным зельем. Джи-Ха передернуло. Юн был прав. — Все же… Не уверен, что я могу опять попросить Громового Зверя все исправить… — Кстати, раз уж о нем зашла речь… Ты же попросил Хака научить Шинью… чему-то? Что такого спросил тогда Шинья? — Он спросил, что надо сделать, чтобы жениться на нас всех. Ки-Джа поперхнулся и закашлялся. — На всех… — Да. На всех нас. Не только на Йоне. Он хотел жениться и на нас, на мужчинах. — Ого… — И он сказал это абсолютно серьезно: «Я хочу быть со всеми, значит я должен на всех жениться». А потом он сказал мне, что Джи-Ха посоветовал ему обратиться к Ик-Су, потому что он священник и знает, как проводить церемонию. Джи-Ха дернулся и тоже склонился перед Юном. Хоть Юн говорил спокойно, но его взгляд пугал. Он все еще злился. Джи-Ха бы тоже злился на его месте. Шинья был слишком невинен для того, чтобы понять такие шутки. — Я приношу свои глубочайшие извинения. С другой стороны, поскольку это был Джи-Ха, то Юн, скорее всего, назовет его извращенцем, но посмеется. Юн снова вздохнул и уселся на землю, скрестив руки на груди. Сейчас он находился на одном уровне с воинами-драконами. Джи-Ха и Зено приподнялись и переместились поближе к самопровозглашенному красавцу. — Разъяснить все это было очень трудно. Большое вам «спасибо». Мне впервые сделали предложение. — Честно говоря, Паренек, из тебя получилась бы прекрасная жена. — О, не сомневаюсь. Без меня вам всем было бы плохо. Но дело не в этом. — Тогда… — Я отказал ему по привычке. Драконы переглянулись. Отказ Юна был ожидаем. Джи-Ха не понимал, что в этом плохого, потому что из объяснений Юна казалось, что произошло что-то неприятное. Заметив, что никто не понял, что он имел в виду, Юн снова вздохнул и пробормотал что-то вроде «ну почему меня окружают одни идиоты?» — Шинья не влюблен в нас. Он просто хочет быть с нами. Как с друзьями. С семьей, возможно. А я сказал «нет». Это чуть его не убило. Все молчали. Юн даже взвыл от раздражения. — Вам может показаться, что это мелочь. И не отрицайте, что вам не хочется вдаваться в подробности замужества, потому что это смущает или вызывает плохие воспоминания, но ведь речь идет о Шинье. Если он что-то неправильно поймет, это может разбить ему сердце. Ки-Джа, кому, как не тебе, понимать это. Ты был там. Шинью отвергали все жители деревни. Как вы думаете, что с ним случится, если мы тоже его отвергнем?! — Но мы же никогда… — Речь о том, что он думает, Ки-Джа. Что вы сделаете или не сделаете не имеет значения. Честное слово, чуть не произошла трагедия! Если бы Йона сказала «нет», он решил бы, что он ей больше не нужен. Хотя она отказала в этом даже Громовому Зверю. — Что, Хак сделал…? — Не суть! Сейчас мы говорим о Шинье. Сосредоточьтесь! Еще чуть-чуть и Юн бы их чем-нибудь ударил. Джи-Ха заметил, как он сжал кулаки. Он посмотрел на палатку, где сейчас находился Шинья. О чем мог думать молодой дракон? В одиночестве, зная, что остальные здесь его обсуждают. Несмотря на то, что он в маске, и внутри палатки, наверняка он видел, что происходит. И разговаривали они довольно громко. — … все так плохо? — Хуже, чем можно себе представить. Начинать этот разговор здесь было не самой лучшей идеей. Но и оставлять его одного нельзя. — А почему ты попросил Йону уйти? Ему было бы спокойнее, если бы она осталась. — Ага, я должен позвать ее сюда и сказать «никогда не отказывай Шинье, это может сломать его». Чтобы она совсем не знала, как себя вести. Отличная идея. Просто замечательная. Я уверен, что натянутость в отношениях не заставит Шинью чувствовать себя хуже и он точно не начнет винить себя! И как же я сам не додумался до такого… Юн сказал это совершенно ровным тоном, и Джи-Ха почувствовал себя еще более виноватым. — Зено уходит! — Ах, подожди, Зено! Я тоже! Зено и Ки-Джа метнулись к палатке. Юн посмотрел на них и махнул рукой, вопросительно глядя на Джи-Ха. — Ты… попросил Хака помочь. — Попросил. — Почему? — Потому же, почему и ты. Очень сложно объяснять простые истины, не так ли? И мне показалось, что Шинья меня боится. Поэтому я хотел попросить кого-то еще. Йона не подошла бы именно по той причине, что я только что озвучил. Ну, а вы, животные, были все в этом замешаны. Я выбрал Хака методом исключения, вот и все. Джи-Ха слабо улыбнулся и тоже поднялся. Он ожидал, что Юн будет злиться, но не по этой причине. — Я совсем не подумал о том, в каких условиях он рос. Джи-Ха считал, что он все учел, но оказалось, что это не так. — Не придавай этому особого значения. И не пытайся осторожничать. Ах, да что я… Почему я должен вам всем это говорить? Я же младше вас всех! Конечно, я гений, но все-таки… — Мне правда очень жаль. Это больше не повторится. — Надеюсь. Невозможно было не заметить скрытую в голосе угрозу.