Ну и что, что примитивная?

Александр Гидеон Лайтвуд На следующий день после разговора с Джейсом меня назначили главой Нью-Йоркского Института Сумеречных охотников. Сказать, что я был поражен, значит, ничего не сказать. Мол, вырос уже, совершеннолетний, потомственный дипломат, давай, дерзай. К тому же, прежний глава Института, каковым мы считали Ходжа, предал нас, переметнувшись на сторону Валентина Моргенштерна. Я подозревал, что управление такой организацией, как Институт и таким количеством людей — это сложно, но какой головной болью это обернулось на самом деле, я даже подумать не мог. Нужно знать все и обо всех: кто куда пошел, зачем, когда пришел, кого убили, почему задержали… Поначалу я просто не досыпал, а ближе к третьему месяцу своего главенства уже не спал по нескольку ночей подряд, забывая даже о еде. А ещё эти неофициальные миссии Джейса и Клэри в поисках матери девушки… За них мне попадало больше всего. В поле моего зрения слишком часто стал появляться Магнус. Иногда маг действительно оказывался в Институте по приглашению Клэри или Джейса, но чаще всего я встречал его бродящим по коридорам здания и, что странно, либо около моей комнаты, либо около рабочего кабинета. Пару раз он пытался заговорить со мной, даже, кажется, приглашал куда-то, но я вежливо отказывался. Мне спать-то некогда, не то что вообще выходить из Института. Я чувствовал себя безмерно виноватым перед Стефани, примитивной. Мы не виделись уже несколько месяцев, а я даже не могу сообщить ей, что со мной все в относительном порядке. Сам выйти в город ночью, как раньше, я не могу, потому что вечно занят какими-то бумагами; отправить к ней того же Джейса тоже не могу, он убьет и меня, и её заодно, ведь я разгласил тайну своего существования, а Стефани просто примитивная. Отправить ей огненное письмо? Она же не нефилим, не сможет прочитать. Простое письмо? Тоже не вариант. К тому же, бумагу я уже видеть не могу. Наверное, я так бы и умер за этим трехклятым письменным столом, если бы не один случай. Тут я даже готов благодарить Джейса и Клэри за очередную промашку. В Институт неожиданно прибыла моя мама. Мариза Лайтвуд, всегда серьезная, в строгом сером костюме и на каблуках, зашла в мой кабинет, когда я дремал там, сидя в кресле у камина. Не было сил даже до комнаты дойти. Мама дотронулась до моего плеча и громко позвала по имени. Я вздрогнул и резко встал. — Привет, мам, — едва раскрыв сонные и красные от недостатка сна глаза, пролепетал я. Мама внимательно оглядела меня с ног до головы и, поджав губы, помотала головой. — Алек, я прибыла сообщить, что ввиду множества несанкционированных операций со стороны некоторых охотников, порученных тебе, Конклав вынужден снять тебя с поста главы Института. Твоё место займёт Виктор Элдертри, Инквизитор Конклава, — мама призывно махнула рукой, приглашая в комнату невысокого мужчину. У меня гора с плеч свалилась, почти в прямом смысле этого слова. Наконец-то я буду спать… Инквизитор поздоровался со мной за руку, мы обменялись любезностями. — Теперь это ваш кабинет, не смею мешать, — красиво наклонив голову, попрощался я и, собрав свои вещи в кабинете, пулей (насколько это было возможно в моем состоянии) вылетел оттуда. Почти ползком, впервые за несколько дней, я добрался до своей комнаты, не раздеваясь, рухнул на кровать и тут же провалился в сон. Стефани Джастис Ромеро Я решила устроить себе выходной. Раз в жизни можно. Сообщила всем, что не иду ни в колледж, ни на занятия по хореографии, потому что мне «плохо». Я даже не соврала, потому что утром мне правда было нехорошо. Как любая приличная девушка, я любила проводить время за шоппингом. Мол, расслабляет. Согласна. Из торгового центра я вышла счастливая, с тремя пакетами одежды и обуви в руках. Вот теперь можно жить. Мысль об Александре, точнее, его отсутствии, посетила меня лишь раз, когда я увидела на витрине черные, как у него, берцы. Естественно, теперь они лежали в одном из моих пакетов. Я стояла перед пешеходным переходом, уткнувшись в телефон в ожидании зелёного человечка на панели светофора. Теона присылала фотографии одногруппников, грех было не посмеяться. Я и не заметила, как загорелся зелёный. Вдруг почувствовала ощутимый толчок в спину и по инерции шагнула на переход. Оторвавшись от телефона, перебежала дорогу на последних секундах и оглянулась. На той стороне дороги никого не было. Наверное, кто-то проходил мимо и толкнул. Может, нечаянно, может, специально. До дома я дошла без происшествий. Закрыла дверь, разулась и, кинув пакеты на диван, сама упала рядом. Шоппинг, конечно, дело приятное, но требует много сил. Полежала немного, прикрыв глаза. Интересно, что я буду делать дальше? Естественно, все ещё раз примерю. Я открыла глаза и вскрикнула от неожиданности. В моем кресле, чинно развалившись, восседал Александр. Александр Гидеон Лайтвуд По словам Изабель, я проспал двое суток. Рекорд. Стоило мне привести себя в порядок после душа, как в моей комнате уже собрался консилиум. Джейс, Изабель, Клэри, даже Макс пришел. — Сочувствую, Алек, — грустно протянула сестра. Я решительно не понимал, о чем она. Видимо, ещё не проснулся. — Да, жаль, что так вышло, — подхватила Клэри. Ей вообще какое дело? — Вы о чем, ребят? — пытаясь вникнуть, спросил я. Джейс, сидящий рядом с Клэри на моей кровати, поднял голову и посмотрел на меня. — О твоей потерянной должности, — пояснил он. — Такие возможности! Я не выдержал и рассмеялся. — Серьезно? Я уж думал, что-то случилось. В отличие от вас, я нисколько не жалею, а наоборот, даже немного рад своему разжалованию, — улыбаясь, произнес я. Все вчетвером посмотрели на меня так, будто я вдруг превратился во что-то ужасное. — Алек, ты о чем? Ты ведь мог стать большой шишкой в Конклаве! — восторженно вскрикнул младший брат. — Я не хочу. Понимаете, сидя в четырех стенах, я не мог принести ощутимой пользы. Я просто сидел с бумагами, иногда принимал важных гостей. Но вы в это время столько всего натворили! — прозвучало укоризненно, и Джейс, Клэри и Изабель виновато опустили головы. Я улыбнулся. — Вы даже не представляете, как я хотел участвовать во всем этом. Неожиданная концовка моей речи заставила всех вскинуть головы. — Что ты сейчас сказал? — медленно спросил парабатай. Я скрестил руки на груди. — Мне надоело сидеть на месте. Я хочу быть с вами, охотиться, драться, быть в движении. Джейс расцвел. — Так чего сидим? Нам нужно к… Я прервал его взмахом руки. — Стоп-стоп-стоп. Вы идите, а я займусь своими делами. Как только освобожусь — сразу присоединюсь. Идёт? — выжидающе глядя на компанию, спросил я. Джейс с Изабель переглянулись и кивнули. Когда вся компания покинула мою комнату, я переоделся в гражданское — джинсы, серый свитер — и через черный ход вышел из Института. Сомневаюсь, что Стефани ждёт меня именно сейчас, но тем лучше — устрою сюрприз. Когда до её дома оставалось пару кварталов, около торгового центра я увидел примитивную. Ромеро стояла у перехода и, уткнувшись в телефон, даже не заметила, что горит зелёный свет. Я подошёл сзади и толкнул девушку вперёд. Она вскинула голову и быстро перебежала дорогу. Я шел следом за ней. Ромеро оглянулась, но, никого не увидев, двинулась дальше. Я шел за Стефани до самого дома и проскользнул внутрь вместе с ней. Она опустилась на диван и устало прикрыла глаза. Я, улучшив момент, достал стило и деактивировал руну невидимости. Стефани вскрикнула так, что у меня уши заложило. Я сморщился. — Ты?! — угрожающе-удивленно спросила Ромеро, медленно поднимаясь с дивана. Я встал вслед за ней, предчувствуя что-то плохое, в примирительном жесте поднял руки. — Я, — коротко кивнул. Девушка сжала кулачки. — Да как ты посмел? — приглушённым голосом поинтересовалась она. Ромеро наступала, я делал шаги назад до тех пор, пока не упёрся спиной в стену. Такая маленькая против меня, который под два метра ростом, Стефани выглядела смешно, сверкая глазами на уровне моей груди. — Я же убью тебя, — прошипела она и неожиданно кинулась на меня. Я поймал девушку как раз тогда, когда её рука прошлась по моей щеке, оставив там две глубоких царапины. Повалил Стефани на пол, стараясь не причинять ей сильной боли, и сел сверху. Руками прижал её запястья к полу. — Отпусти меня, — пыталась вырваться из-под меня Ромеро, — отпусти, кому говорю. Я подождал, пока девушка перестанет дёргаться и только тогда отпустил её руки, но остался сидеть сверху. — Нет, ну какой… — Стефани смачно выругалась, — может так поступать? Сначала заставил меня поверить во всякую дребедень, вроде вампиров и оборотней, а потом пропал на три… — снова ругательство — месяца! И что я вижу? Ты снова сидишь передо мной с самым невинным видом. Александр, это как понимать? Вперив в меня разъяренный взгляд, Стефани лежала подо мной, приподнявшись на локтях. Только сейчас я обратил внимание на её лицо: большие голубые глаза с расходящимися от черного зрачка мраморными прожилками, правильной формы губы, ямочки на щеках. Я, улыбаясь, смотрел на Стефани. — Больше такого не повторится. Обещаю. Я все расскажу, только больше не кидайся на меня, хорошо? Дождавшись утвердительного кивка, я встал с девушки и помог ей подняться. Проведя рукой по щеке, я обнаружил две кровоточащих царапины. Стефани пригласила меня на кухню, там девушка обработала мои царапины, налила нам чай и, устроившись удобнее на кухонном диване, приготовилась слушать. Стефани Джастис Ромеро Я готова была взорваться от негодования. Нет, ну вы видали? Я обратила внимание на то, что парень сегодня был в человеческой одежде: джинсах и свитере, а не странных брюках и куртке со множеством ремней и карманов. Александр, вертя в руках кружку с чаем, начал рассказ. — Помнишь Институт? Меня назначили его главой. Я чисто физически не мог прийти к тебе или как-то сообщить о себе. Я хотел, честно, но не мог, — глядя мне в глаза, произнес он. Я прищурилась. Верить ему или нет? Вдруг он просто моя очередная галлюцинация? — А попросить кого-нибудь хотя бы записку передать? — поинтересовалась я. — О том, что мы с тобой общаемся, никто не знает и не должен знать, иначе плохо будет нам обоим, — пояснил Александр. Интересно. Нашел выход из ситуации, молодец. И опять в его же пользу. — Ты обиделась, да? — заглядывая мне в глаза, спросил парень. Сказать правду или соврать? Я долго смотрела на Александра, прежде чем ответить ему, и только открыла рот, как он вдруг улыбнулся. — Не ври, я по глазам вижу, что обиделась. Я могу искупить свою вину походом в кафе? Нет, этот парень просто выбивает меня из колеи. Сейчас я ему все и выскажу. — Слушай сюда, глюк, — медленно приподнимаясь из-за стола и наклоняясь к парню, начала я. — Ты вдруг появился в моей жизни, заставил поверить в ваш Нижний мир, запер в комнате с поролоновыми стенами. Только я успела прийти в себя за два года, что прошло после нашей последней встречи, ты снова появляешься. Да, не спорю, оба раза ты спасал мне жизнь. Мы вроде бы начали хорошо общаться, и тут пропал на три месяца, не напоминал о себе вообще, а теперь пришел и зовёшь в кафе? Серьезно? Я уже сомневаюсь в своей адекватности и в твоём существовании тоже, если честно. Ты приходишь и уходишь, когда тебе захочется. Чувствую себя какой-то девушкой лёгкого поведения, и мне это надоело. Обозначь мне моё место в твоей жизни, или, если такового нет, больше не приходи. Во время моей пламенной тирады Александр молча смотрел мне в глаза, и, когда я закончила, моргнул и обворожительно улыбнулся. У меня даже кулаки зачесались, так хотелось его ударить. — Я за тем и пришел. Ты — единственный человек за последнее время, который действительно слушает меня. Мне хорошо с тобой, правда, я душой отдыхаю, когда мы разговариваем ни о чем или просто сидим на кухне. Я долго не мог решить, что делать дальше, продолжать с тобой общаться или забыть о тебе, но, как видишь, я здесь, и не намерен больше прекращать наше общение. Конечно, если ты против, я сейчас же уйду и больше не появлюсь в твоей примитивной жизни, будешь жить, как раньше. Я определился, теперь решение за тобой. Моя челюсть покинула отведенное ей природой место. Вот чего-чего, но такого я точно не ожидала. Пришлось даже сесть обратно, потому что ноги отказывались держать тело. И вот что делать? Продолжать убеждаться в своей ненормальности или жить дальше, как раньше? Шило внутри тут же ответило: «Как раньше — скучно». Действительно. А вдруг я всё-таки медленно, но верно схожу с ума? Но ведь Теона тоже видела Александра, значит, либо он настоящий, либо мы обе сумасшедшие, что тоже может быть. Если рассуждать здраво, кому будет плохо от того, что я впущу Александра в свой мир? Парень определился, он хочет продолжать общение. Всей душой хотелось верить ему, и я в очередной раз пошла на её поводу. — Я не против твоего присутствия в моей жизни, — медленно произнесла я, и Александр расплылся в улыбке. — Только одно условие. Парень кивнул. — Никаких тайн. Ты рассказываешь мне о себе всё, абсолютно, я плачу тебе тем же. Ты открываешь мне свой мир, и будь что будет. Нас теперь двое, и пусть только попробуют к нам сунуться. Ну так что? — Идёт. Только у меня тоже условие. Ты не обидишься на меня, если я буду вынужден уйти по работе. Я кивнула. Александр раскинул руки в стороны. — Я весь твой. Александр Гидеон Лайтвуд Я сказал примитивной то, до чего додумался в момент её речи. Я знал, что я останусь с ней, что не забуду её, но такая формулировка, которой я выразился, шла от души, она не была запланирована. Стефани, конечно, сразу мне не поверит и не откроется, но, я надеюсь, со временем мы действительно станем друзьями. Я бы, по крайней мере, хотел этого. Ромеро улыбнулась. — Кто-то хотел искупить вину? — заговорщически подмигнула она. — Было дело, — улыбнулся я в ответ. — Я согласна. Пошли. Только переоденусь. Девушка поднялась из-за стола и, напевая себе под нос, ушла по коридору в дальнюю комнату. Пока Стефани не было, я впервые за время нашего знакомства осмотрелся в её доме. Каждая комната из тех, что я видел, имела свою цветовую гамму: прихожая была выдержана в оранжево-коричневых тонах, кухня — в зелёных, а гостиная — в жёлтых с элементами белого. Что же, можно сделать вывод, что Ромеро — довольно интересная личность. Стефани вышла ко мне в, очевидно, новых джинсах и белой кофточке с открытыми плечами. Я снова отметил, насколько маленькой была девушка, даже ниже Клэри. У Стефани не было длинных, как у Изабель, ног и шикарных черных волос до пояса. Ромеро была крепко сложена, но это не отнимало у нее грации и плавности движений. Девушка не была пухлой, нет, но определенная округлость в положенных местах присутствовала. — У тебя наши, примитивные, деньги есть? — с издёвкой спросила Стефани, завязывая шнурки на белых кроссовках. — Есть, — передразнил я её, за что тут же получил шлепок по голени, ибо девушка стояла на одном колене. Впервые за долгое время я просто шел с кем-то по улице, разговаривал, смеялся, не находясь в постоянном напряжении и не выискивая взглядом нежить среди толпы людей. Мы зашли в первое попавшееся на пути кафе и заказали кофе, маленькую пиццу и мороженое на десерт. За едой мы разговорились. Стефани рассказала о том, как решила прогулять колледж, как кто-то толкнул её на переход. — Так резко толкнул, как будто… Тут я не выдержал и хохотнул. Ромеро, прищурившись, посмотрела на меня. Внезапно её взгляд прояснился. — Значит, это твоих рук дело… — Причем в прямом смысле этих слов, — подметил я. На лице девушки отразилась буря эмоций, но она нашла в себе силы скромно промолчать, потому что подошла официантка с мороженым. Я пару раз чувствовал, что мой телефон вибрировал, но не обращал внимания. Я предупреждал, что у меня свои дела, что, как только смогу, присоединюсь. Раньше, когда, кроме Джейса, Изабель и Клэри у меня никого не было, я бросался к ним по любому поводу, но теперь у меня есть тот, с кем я могу проводить время. У ребят есть тот, кем они дорожат чуть больше остальных, почему у меня тоже не может быть такого человечка? Маленького, смеющегося, голубоглазого. Может, это неправильно, что после нескольких дней знакомства я хочу полностью довериться одному человеку, не зная его. Я просто чувствую, что она — моё, мы одинаковые. Конечно, отношений между нами не будет ввиду определенных обстоятельств, но друзьями мы стать обязаны. Оплатив счет, мы пошли к выходу из кафе. Я открыл Стефани дверь, за что был вознагражден улыбкой. Эта девчонка мне определенно нравится. Стефани Джастис Ромеро Я чувствовала, что стена непонимания между мной и Александром стремительно рушится. Мы похожи, и не одна я это вижу. Я шла по бордюру, раскинув руки в стороны для баланса, а парень шагал рядом, держа в руке мою сумочку. — Ты расскажешь мне о себе? — бросив на него мимолетный взгляд, спросила я. Александр огляделся. — Думаю, здесь не место, да и не время. Не хочу в первый день нашего общения загружать тебя, — скривился парень. — Но я расскажу, правда, — увидев мой взгляд, поспешно добавил он. — Мы ведь не первый день общаемся, — заметила я. Александр пожал плечами. — Согласен, но этот день — официальная дата начала нашей дружбы. — Дружбы? — усмехнулась я. Парень был не в моем вкусе. Привлекателен, неплохо сложен, мил на лицо, но это не моё. Я не собиралась с ним встречаться со всеми вытекающими, но никто не отменял дружбу между парнем и девушкой, ведь так? Что-то изменилось во взгляде Александра после моего вопроса. — Дружбы. Разве нет? — вопросом на вопрос ответил он. Такая манера отвечать говорит о том, что собеседник что-то недоговаривает. Я не стала расспрашивать, захочет — сам расскажет, но отметила про себя этот вопрос. Разговаривая, мы дошли до моего дома. Я пригласила Александра внутрь, но он помотал головой. — Я обещал помочь своим, — грустно улыбаясь, объяснил он. Я понимающе кивнула. Протянула руку и сжала его пальцы своими. — Спасибо тебе за времяпрепровождение, — улыбаясь, произнесла я. Александр расцвел в улыбке. — Тебе спасибо. Все хорошо? Больше не обижаешься? — Нет. Все хорошо. Ты еще придешь? Парень улыбнулся. — Конечно. Надо же объяснить, почему ты — примитивная, а я — нет. Я ударила его кулаком в грудь, но Александр лишь рассмеялся. — Тиши-тише, убьёшь еще. — Противный какой, — показав ему язык, ответила я. Парень шагнул вперед и обнял меня. Я почувствовала, что его телефон буквально разрывается от вибрации. — Кажется, кто-то опаздывает? — спросила я, мягко отстраняясь от Александра. Тот махнул рукой. — Этот кто-то опоздал уже везде, где можно. Ну, я побежал. Спасибо еще раз. До встречи. Я кивнула, и парень легким бегом пересек улицу. Оглядевшись и убедившись, что кроме нас на улице никого нет, закатал рукав свитера, посветил на руку волшебной палочкой и, улыбнувшись мне, растворился в воздухе прямо на моих глазах. Чёртов Дамблдор. Александр Гидеон Лайтвуд В Институт я буквально влетел, чуть не сбив с ног… Магнуса Бейна. — Александр, осторожнее, — вскинув руки в характерном для него жесте, произнес маг. — Извини, — бросил я и быстрым шагом пошел к лестнице. Только на ступеньках замер и обернулся. Бейн, как будто до этого шел за мной, резко остановился и сделал вид, что рассматривает панель управления. — Что ты тут делаешь? — поинтересовался я. — Джейс не предупреждал, что тебя позвали. — Меня и не звали, — пожал плечами Магнус, усиленно пряча взгляд. Я сошёл с лестницы и остановился в шаге от мага. — Ты, кажется, звал меня куда-то не так давно? — попытался я сменить тему. Кошачьи глаза Бейна просияли. — Да, но ты был так занят, что не замечал меня, — обиженно, как ребенок, произнес маг. — Если ты не знаешь, то Александр Лайтвуд больше не глава Института, и теперь у меня есть свободное время, — пытаясь наладить контакт, сообщил я. — И что это значит? — чуть прищурившись, спросил Магнус. Ответить я не успел. — Алек! Где тебя черти носят?! Я обернулся. К нам через все помещение быстрым шагом приближался Джейс. Увидев рядом со мной мага, он нахмурился. — А ты чего тут забыл? Я начал догадываться, что, или, точнее, кого забыл тут Магнус, поэтому решил отвлечь Вэйланда. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил я, незаметно закрывая мага собой, благо разница в росте позволяла. — Ещё нет, но скоро может. Примитивный, друг Клэри, пропал, — быстро переключившись, ответил парабатай. — Саймон? Он либо в гараже бренчит на гитаре, либо ушел в мир виртуальной реальности. Клэри ведь говорила… — Его нет уже двое суток, он не берет трубку и не отвечает на сообщения, и его мама думает, что он у Клэри, — пулеметной очередью выпалил Джейс. Внезапно на экране, возле которого мы все стояли, замигала красная точка. Мы с Вэйландом переглянулись. — Могу я поинтересоваться, что происходит? — эффектно изогнув одну бровь, спросил Магнус, выглядывая из-за моего плеча. — Какая-то нежить ступила на землю Института, — не отводя взгляда от движущейся точки, объяснил Джейс. Не сговариваясь, мы втроем кинулись к выходу из Института. Магнус держался позади. Джейс открыл дверь, держа клинок серафимов наготове. За дверью стоял Рафаэль, временный глава местного вампирского клана. Он держал на руках бездыханного, уже бледнеющего, Саймона. Сзади кто-то проталкивался через толпу охотников, уже скопившуюся за нами. Я отступил, и вперёд вырвалась Клэри. Увидев мертвого друга, вскрикнула и упала на колени. Я заметил, как Джейс скривился, будто от физической боли. — Дела-а-а, — протянул за моей спиной Магнус. Вот тут я с ним согласен.