Ну и что, что примитивная?

Стефани Джастис Ромеро — Ромеро, ты издеваешься? — злобно шипел Александр мне в трубку. — Сегодня важное собрание, а ты опять проспала! Бегом вниз, уже все началось. И гудки. Я сонно уставилась на телефон, и только через несколько секунд до меня дошел смысл слов Лайтвуда. Вот чёрт! Я вскочила с кровати и с грацией пьяного альбатроса и скоростью реактивного ежа принялась носиться по комнате. За две минуты приняла душ, еще быстрее почистила зубы, завязала хвост на голове и, наскоро запрыгнув в укороченные джинсы и серый свитер на одно плечо, уже на бегу завязала кроссовки и покатилась вниз по лестнице. Вылетев в общий зал, я за спинами охотников дождалась конца речи Виктора, который расхваливал какого-то парня, и пробралась в первые ряды, к Лайтвудам. — Пять минут, — бросил взгляд на наручные часы Александр, — рекорд. — Совершенствуюсь, — пожала плечами я. — Что тут у вас? Где Джейс? — У нас тут новый охотник, — ввела меня в курс дела Иззи, — и Джейс ушел с ним и Виктором в кабинет администрации. — А зачем им Джейс? — нахмурилась я. — Он все-таки лучший охотник, — пожал плечами Лайтвуд. — Покажет ему все. — И как вам новичок? — поинтересовалась я. — Пойдет, — кивнула Изабель. — Заносчив, конечно, но мы это быстро исправим. — Ну и ладно. Ты звал меня, чтобы я посмотрела на нового охотника? — обратилась я к Александру. — Да, но ты и тут не успела. — Не велика потеря, еще увижу. Взмахнув хвостом, я удалилась в столовую. Они-то все уже позавтракали. Тут меня и нашел Джейс. Когда его большие ладони закрыли мне глаза, я подавилась печеньем и закашлялась. — Всю романтику испортила, — расхохотался Эрондейл, присаживаясь рядом. — Смерти моей хочешь? — выбивая из себя крошки печенья, прохрипела я. — Ни в коем случае, — улыбнулся парень и, дождавшись, пока я приду в себя, поцеловал меня. — Не боишься, что нас увидят? — приникая к кружке с чаем, чтобы скрыть румянец на щеках, поинтересовалась я. — А мне плевать, — развалился на диванчике Джейс. — Думаешь, еще никто ничего не понял? До наших, по-моему, давно уже дошло. И правда, иногда я ловила усмешки Александра или ехидные улыбки Клэри, но списывала их на что-то другое. Со временем и правда стало казаться, что они все знают. Правда, наших татуировок они еще не видели, ведь во избежание вопросов мы нацепили повязки обратно. — Мне уже надоела эта хрень на руке, — словно прочитал мои мысли парень и одним движением сдернул повязку с запястья. — Пусть все видят. Я пожала плечами и тоже сняла бинт. Пусть видят. — Как тебе новый охотник? — спросила я, когда мы уже шли по коридору в библиотеку, где нас ждали Лайтвуды и Клэри. — Неплохой парень, — ответил Джейс. — Толковый, способный. Знает, о чем говорит. — А как его зовут? — Сейчас сама познакомишься, — произнес Эрондейл, открывая передо мной дверь в библиотеку, откуда слышались смех и разговоры. Вокруг большого стояла расположились наши ребята и блондинистая шевелюра нового охотника, который сидел к нам спиной. — О, привет, Стефани, — поздоровалась со мной Клэри, с которой я сегодня еще не виделась. Краем глаза я заметила, как нервно дернулся новичок при звуке моего имени. Затем он поднялся на ноги и повернулся к нам. — Ник Роджерс, — представился новый охотник, не сводя с меня насмешливого взгляда. Я едва смогла держать рот закрытым и руки в карманах. Перед нами стоял высокий блондин с огромными серыми глазами. Тело парня покрывали руны, на предплечье красовался огромный шрам, который он получил еще в детстве, когда упал с качели во дворе нашего дома. Никлаус Ромеро. Мой родной брат. Александр Гидеон Лайтвуд Ник мне понравился. Умный, способный, физически хорошо развит. Только вот немного ошалелый взгляд Стефани при виде нашего новичка несколько сбил меня с толку. Ладно, с этим потом разберемся. — Стефани Ромеро, — процедила сквозь зубы примитивная, судорожно сжимая руки в кулаки. — Приятно познакомиться, — учтиво кивнул Ник, на что Ромеро только пробуравила его взглядом. — Так, ребятишки, — хлопнул в ладоши я, стараясь разрядить обстановку. — У нас дело. Виктор попросил взять Ника с собой, чтобы показать ему, на что мы способны, и вообще познакомить с нашим городом. В общем, вот тут и вот тут, — показал я пальцем на точки на карте, — наш патруль видел демонов, а именно древаков. — На раз плюнуть, — усмехнулся Ник, скрещивая руки на груди. — Все идем? — приподняв бровь, я посмотрел на ребят. — Все, — единогласно ответила моя команда. — Тогда на сборы пятнадцать минут, — кивнул я и пошел было к себе, но меня за руку поймала Стефани. — Есть разговор. Я послушно отошел в сторону. Ребята ушли, Джейс взволнованно посмотрел на меня, но я только пожал плечами. — Что-то не так? — Нику вот прям обязательно идти с нами, да? — нервно оглядываясь, спросила Ромеро. — Да. Виктор так сказал. А что? — Забей, — тяжело вздохнула девушка и быстрым шагом вышла из библиотеки. Я вообще ничего не понял. Джейс (Джонатан Кристофер) Эрондейл Встретившись со Стефани в коридоре, я не узнал свою примитивную. Хмурая, словно туча дождевая, затянута в кожаную форму охотников с парными клинками в руках, которые так крепко сжимала в руках, что даже костяшки побелели. — Все хорошо? — заглянув в её темно-голубые от внутренней злости глаза, поинтересовался я. — Нет, все хуже некуда, — буркнула она и быстро пошла в общий зал, где нас ждали ребята. Я насторожился. Слишком велика была ярость в её, а значит и в моей, душе, чтобы оставить это просто так. Поговорить до охоты нам не удалось, поскольку до места, где видели демонов, Ромеро едва ли не бегом бежала впереди всех, то и дело взмахивая клинком и оглядываясь на нас через плечо. Все из ребят по очереди тихо интересовались у меня, что случилось, но я каждый раз пожимал плечами. Только Ник не заводил разговора на эту тему. А, ну да, он же не в курсе. То время, что мы проговорили с ним в кабинете Виктора, позволило мне узнать, что Ник понятия не имел, что мы со Стефани выжили после битвы с Валентином. Интересно, в каком это Институте не знают о нашем чудесном воскрешении? Когда из подворотни прямо перед Стефани выскочил жуткий слизнякоподобный древак, Ромеро и глазом не моргнула. Два раза взмахнув клинками, девушка обезглавила демона, и тот медленно растворился. — Неплохо для примитивной, — оценил Роджерс, наблюдая за тем, как Стефани вытирает слизь с клинков о штанину. Я только хмыкнул. А как может быть по-другому? Она ведь моя. С отрядом древаков, хлынувших после этого из подворотни, мы разделались минут за двадцать. Ник оказался отменным бойцом, умело обращался с клинком, хотя, как он сказал, его любимым оружием была праща. Редко встречаю таких изощренных охотников, должен сказать. Возвращались в Институт в каком-то гробовом молчании. Стефани молчала, молчали и все. Обычно она весело болтала о чем-нибудь, все подхватывали, и домой мы заваливались пусть в слизи и крови демонов, но под хохот, а тут… Нет, я обязан с ней поговорить! Стефани Джастис Ромеро Вот зла не хватает. Разделавшись с демонами, я пулей влетела в Институт и, добравшись до своей комнаты, встала под холодный душ. Чёрт, чёрт, чёрт! Вот какого лешего он здесь? Откуда он вообще взялся? Почему он охотник? Нет, я разберусь с этим свалившимся на голову родственничком, чего бы мне это ни стоило! Закрутив на голове злобную шишку, я переоделась и пошла на поиски брата. С одной стороны, да, у меня теперь есть брат. Но! Большое и толстое «но»! Это всё явно не просто так. Узнав у Александра, куда поселили «дорогого» новичка, я без робости постучалась к нему в комнату. Он открыл сразу же, словно ждал моего визита. — Так и знал, что это ты, — усмехнулся парень, пропуская меня в комнату. Я уселась на его кровать, быстро оглядев помещение. Ничего удивительного. — Ну здравствуй, сестренка, — раскинул руки в стороны Клаус. — Давно не виделись. — Либо ты кретин, либо я дура, — схватилась руками за голову я. — А ну рассказывай. Брат, усмехнувшись, сел рядом со мной и начал рассказ. — Когда я ушел из дома той ночью, понятия не имел, куда податься. Сначала перебивался в ночлежках, пару раз загремел в полицию. А потом меня, худого и больного, нашли охотники. Один из них запнулся об меня в темноте, когда я потерял сознание на пороге их Института. Чтобы я выжил, им пришлось обратить меня в Сумеречного. Так я и узнал об этой стороне мира. Сменил имя на Ника Роджерса, чтобы больше не вспоминать о своей примитивной жизни. Семь лет я жил с ними, учился, стал настоящим охотником, и теперь из-за нападения Джонатан Моргенштерна на мой Институт Конклав командировал меня сюда. Глаза на лоб полезли от такой истории. Значит, не одной мне жилось несладко… Но один вопрос все никак не давал мне довериться брату окончательно. — Даниэль сказал, что ты убил нашу тетю. И еще он сказал, что ты пообещал прийти за мной. — Мередит убил не я, — как-то грустно улыбнулся Клаус. — Я только хотел спасти её. Там был вампир, а Даниэль оказался рядом… В общем, я не успел. Ванда уже была мертва, а дядя после процедуры стирания памяти помнил только то, что я стоял перед ним весь в крови и обещал ему найти тебя. Я правда хотел найти тебя. В душе проснулись прежние эмоции. Я любила своего брата, любила до потери пульса. И сейчас в его взгляде читалось то же, что и десять лет назад — нежность и забота. — Честно, я был в шоке, когда услышал, что Валентина убила примитивная. Но когда пришла точная информация, я вообще чуть сознание не потерял, ведь там было твое имя, — усмехнулся Клаус, нервно теребя казанки пальцев. — Все восемь лет я скучал по тебе. Но вернуться не мог, ведь примитивные не должны знать о Сумеречных. Оказалось, сынок Лайтвудов оступился. Повисла тишина. Я осознавала все, что рассказал мне брат, и ощущала прежнюю теплоту внутри при мысли о нем. Моем родном человеке. — Стефани, до нашего Института не донесли, что вы с Эрондейлом живы. Не успели. Когда сегодня я увидел тебя в библиотеке… Это не передать словами. Я уже оплакал тебя и похоронил, а тут ты стоишь передо мной, маленькая, родная, как в детстве, хлопаешь своими глазенками… Я молча взяла его за руку. По щекам непроизвольно покатились слезы. — Я так рад, что судьба свела нас, пусть и в таких обстоятельствах, — улыбнулся Клаус. — Почему ты еще не стала Сумеречной? Я вздохнула и пересказала ему последние два года своей жизни, упустив только подробности воскрешения и ориентацию Александра. Мы просидели вместе до самой ночи. Удивительно, но нас даже никто не потревожил ни разу. — Значит, ты теперь с Эрондейлом, — усмехнулся Клаус, кивая на мою татуировку. — Видел у него такую же. — Значит, да, — пожала плечами я. — Ладно, расходиться надо. Ночь уже. — Как скажешь. Клаус вышел вместе со мной в коридор. — Не думала, что именно так найду тебя, — улыбнулась я. — Главное, что теперь мы вместе, — произнес парень, привлекая меня к себе и обнимая. — Теперь у меня снова есть семья. Я обняла его в ответ так крепко, как могла, и едва сдержала слезы. Мой, родной, кровный. Еще не все потеряно. Есть еще Ромеро на этом свете. Кларисса Адель Моргенштерн С того дня, как Ник появился в нашей компании, они со Стефани сильно сблизились. У меня, да и не только у меня, создавалось впечатление, что они давно знакомы, просто никому не говорят. Но эти двое так яростно все отрицали, что пришлось поверить. Они объясняли свое общение тем, что просто имеют много общего. Но то, как тускнеет с каждым днем Джейс, беспокоило меня все больше и больше. Выловив его одного в столовой, я решилась поговорить. — Что происходит? — присаживаясь напротив него с кружкой чая, в лоб спросила я. — Только не ты, — сморщился парень, тут же начав собирать посуду со стола. — И так все достали уже. — Так просто не отвертишься, — снова расставила посуду с подноса на стол я. — Я достаточно тебя знаю, чтобы понять, что ты чем-то расстроен и озадачен. Эрондейл тяжело вздохнул. — Стефани. — Ну это и ёжику понятно, — улыбнулась я. — Рассказывай давай. Кстати, где она? — С этим, белобрысым, — фыркнул Джейс. — С Ником. По тому, как блеснули разноцветные глаза парня, я поняла, что происходит. Старая добрая ревность. — Она проводит с ним каждую свободную минуту, — тихо заговорил Эрондейл. — В последние дни вообще словно забыла обо мне. Куда бы я ни пришел в поисках её, всегда нахожу её с Ником. Смеются, разговаривают. Я, конечно, мог подумать о том, что такое может произойти, но не так быстро… Тут он провел рукой по глазам, вытирая непрошеные слезы, чем окончательно сбил меня с толку. — Вам нужно поговорить, — осторожно дотронулась до его руки я. — Может, все не так, как ты думаешь? Я знаю Стефани относительно недавно, но почему-то не могу думать о том, что она способна вот так просто… — Как давно ты поняла, что мы вместе? — вдруг спросил Джейс. — Ну, — я задумалась, — еще когда вы позвали друг друга при воскрешении, я насторожилась. С каждым вашим появлением на публике я все больше убеждалась, а когда на днях обратила внимание на ваши одинаковые татуировки, определилась окончательно. По вам все видно, Джейс. — Особенно сейчас по ней видно, что она решила бросить меня, — прошептал парень, уже не в силах бороться со слезами. Я была совсем обескуражена. Чтобы Джейс, всегда смеющийся, но уверенный в себе Джейс вот так вот лил слезы из-за девушки? Это как сильно она запала ему в душу, что он так убивается из-за одних только подозрений? Вдруг дверь столовой распахнулась, впуская испуганную Стефани. Увидев блестящие от слез глаза Джейса, девушка подбежала к нему. — Эй, что происходит? — взяла его лицо в свои маленькие ладошки. — Джейс? Что случилось? Я, как только почувствовала, сразу побежала… Точно, они ведь все чувствуют теперь. — Думаю, вам надо поговорить, — поджала губы я и галантно удалилась. За порогом на меня налетел Ник. Он был напуган не меньше Стефани. — Что случилось? Она только сказала, что что-то с Джейсом, и рванула с места, — вытягивая шею, чтобы заглянуть в столовую, произнес парень. — Пойдем, надо поговорить, — схватила его за руку я и утащила к себе в комнату. Джейс (Джонатан Кристофер) Эрондейл — Зачем ты так со мной? — еле смог выдавить из себя этот вопрос. — Как? — широко раскрытыми глазами уставилась на меня Стефани. — Джейс, что такое? — Ты даже не стесняешься быть с ним при мне. — А ну стоп, — хлопнула в ладоши Ромеро и скрестила руки на груди. — Коротко и ясно. Что происходит? — Да я смотреть не могу на тебя и Ника! — взорвался я. — Ходят, как голубки, везде вместе. А ничего, что я тоже живу на этом свете? Что мне никто, кроме тебя, нахер не нужен? Что у меня сердце на части разрывается? — У-у, — протянула Стефани, усаживая меня обратно. — Усложненная форма ревности. Зовите врача. Нет, ей смешно! Ну вы видали? — Слушай сюда, — тяжело вздохнула девушка, проводя руками по лицу. — Мы с ним договорились пока никому не говорить, но ты ведь не успокоишься, пока тебя не убедишь на сто процентов. С этими словами Ромеро быстро написала сообщение, и через несколько минут в столовую вошел Ник. — Клэри мне уже всё объяснила, морду бить не надо, — предостерегающе поднял руки он. — Сказала? — обратился он к Стефани. — Нет еще. Да, давайте, добейте. Скажите, что вы женитесь. Пойду, в окно выйду. — Джейс, — тихо позвала Ромеро и осторожно взяла меня за руки. — Слушай. Это полный бред, но это так. Ник — мой брат. Помнишь, я рассказывала? У меня голова пошла кругом. Серьезно? Вот такое глупое оправдание? Да за кого они меня принимают?! — Хватит врать, — поднялся с диванчика я. — Хотите быть вместе? Будьте, я между вами стоять не буду. Если ты так будешь счастлива… — Да захлопнись, придурок! — крикнула на меня Стефани. — Это Никлаус, Клаус, мой брат. Теперь, когда они стояли рядом, одинаково скрестив руки на груди и одинаково поджав губы, я замер, пораженный их сходством. Да, весь её рост явно достался парню, но одинаковый разрез глаз, форма носа, даже одинаково брови приподнимают. Я только и мог, что раскрыть рот. — Дошло наконец? А то завел тут песню обманутого влюбленного, — буркнул Клаус. — Разобрался бы сначала. Сами не ожидали такого поворота. Ромеро рассказали мне историю парня, и я постепенно успокоился. Но вот Стефани завелась не на шутку. — Не, ну к брату приревновать, Джейс, — никак не унималась она. — Да перестань ты, — отмахнулся я. — Самому тошно уже. — Только не нужно, чтобы остальные знали, — вдруг подал голос виновник моего психического расстройства. — Пока не надо. — Тогда поумерьте пыл своего общения, — не удержался я. — Эрондейл, еще хоть слово, точно в морду дам, — взвыла Стефании и вышла из столовой. Клаус рассмеялся и провел рукой по блондинистым волосам. — Ну отхватил ты кусок, конечно, — усмехнулся он, переводя взгляд с закрывшейся за его сестрой двери на меня. — Не завидую. — Сам иногда поражаюсь, — нервно усмехнулся я ответ. — Не пойми неправильно, но… — Да брось, — похлопал меня по плечу Клаус. — Она рассказывала, да и по тебе видно, что ты парень серьезный и к ней у тебя тоже не шуточное влечение. Главное, не вздумай делать ей больно. Узнаю — с собаками не найдут, понял? Я кивнул, мысленно радуясь тому, что у Стефани теперь есть брат. Этот парень старше меня на три года, но кажется таким взрослым… Особенно рядом со своей сестрой, перед которой мне теперь предстоит извиняться. Никлаус Джозеф Ромеро (Ник Роджерс) Вроде три-пять лет разницы, но такие дети, не могу. Согласен, мы не очень похожи, но чтобы так ревновать… Я не понаслышке знал, что Эрондейлы вспыльчивы, но чтобы вот так из-за ничего… Предоставив парочке самой разбираться со своими проблемами, я поднялся к себе в комнату и взял телефон. Долго думал, стоит ли звонить. Я ведь еще ничего не узнал. Но о том, кого я тут нашел, да еще и живым, он должен знать. — Никлаус, дорогой, — раздался в трубке годами знакомый голос. — Есть хорошие новости? — Скорее наоборот, Джонатан, — поджал губы я. — Твой нареченный братец и примитивная живы. — Че-его!? — взревел Моргенштерн. — Я сам лично насадил их на Меч Душ! Ты разыгрываешь меня? — Нисколько, — пожал плечами я. — Они правда живы и на данный момент разбираются, кто из них виноват в том, что Эрондейл слишком ревнив. — Цирк какой-то, — обескураженно произнес Джонатан. — Надеюсь, то, что твоя сестренка жива, не остановит тебя? — Нет, — усмехнулся я. — Я все так же в одной команде с тобой. Только пообещай мне кое-что. — Чего ты хочешь? — Когда все закончится, — начал я, ощущая резь в горле, — забирай Клариссу, убей остальных, но Стефани не трогай. Она моя сестра, все, что осталось от моей семьи. Ты и так заставил меня убить тетю, натравить демонов на дядю. Её убить я не позволю и сам не смогу. Отпусти её со мной. — Хорошо, Никлаус, — согласился Джонатан. — Только помни о том, что ты должен сделать для этого. — Я убью Лайтвудов и открою тебе двери в Институт, — как мантру повторил я. — Хороший мальчик, — усмехнулся Моргенштерн и бросил трубку. Я положил телефон на тумбу и, уставившись в окно, задумался.