Ну и что, что примитивная?

Стефани Джастис Ромеро Жизнь пошла в гору. Вот уже три месяца у меня есть парень, брат, друзья, с которыми мы стали настоящей семьёй. В Институте догадываются, что между нами с Клаусом все не так просто, но открыто пока не сплетничают. А брат с каким-то яростным рвением взялся за опеку надо мной. Куда пошла, с кем пошла, в чем пошла, — все он должен знать, иначе не сносить нам с Джейсом голов. Я не против такой заботы, слишком долго у меня не было любимого старшего брата. Страсть в отношениях с Джейсом немного улеглась. Теперь мы точно знаем, что есть друг у друга, что будем вместе вне зависимости от обстоятельств. Мы по-прежнему чувствуем друг друга, а когда проводим время вместе, остаёмся наедине и все такое прочее, от двойной дозы эмоций и чувств просто сносит крышу. С Александром отношения налаживаются. Парень при каждом удобном случае извиняется за все, что творил, старается помочь в любом деле. Как бы мы его ни уговаривали, как бы ни намекали, что прошлое в прошлом, он все не унимается. И только спустя время я поняла, что он давно понял, что мы его простили и приняли. Лайтвуд делает это для Магнуса. Отношения парочки испортились после того предательского визита в квартиру мага, Бейн перестал доверять своему парню. А вернуть доверие и расположение мага после такого довольно сложно, но Александр старается изо всех сил, и Магнус видит это, но что-то ещё мешает ему вновь с теплотой во взгляде смотреть на охотника. Клэри с Саймоном, кажется, нашли друг друга. Респект и уважение этому парню лично от меня: столько лет быть во френдзоне, чтобы в итоге всё-таки добиться своего. С девушкой мы теперь довольно близкие подруги. Поиски Джонатана продолжаются, вот только этот урод умело уходит прямо из-под носа у всех охотников мира. Виктор готов чуть ли не головой о стену биться, ведь сверху их прессуют не хуже, чем в пыточной. Институтам отчаянно не хватает охотников. Мы с Джейсом уже несколько раз заводили разговор на тему «Если бы я была Сумеречной». Парень упирается всеми руками и ногами, мол, поживи ещё примитивной жизнью, потом будешь жалеть, как Клэри. И не ума, что моя примитивная жизнь давно закончилась. А ещё меня очень волновал вопрос о нашем будущем. Ладно, пока мы встречаемся, Конклав, который, конечно, уже все знает, закрывает глаза на мое происхождение, но стоит только Эрондейлу заикнуться о, скажем, женитьбе, его собственная бабушка сожрёт моего ненаглядного с потрохами. Вы что, портить родословную, лишать её правнуков звёздного Олимпа Сумеречного мира, это же преступление. Но мы пока стараемся не думать об этом. Глядишь, так бы и жили тихо да спокойно, если бы не одна новость, которой нас огорошил Александр на мини-собрании нашей компании. — Че-е-его? — невольно подалась вперед я в дичайшем удивлении. — Повтори. Все в молчаливом ожидании уставились на Лайтвуда. А тот потухал на глазах. — Я женюсь, — прошептал он, не поднимая взгляд от пола. Джейс осторожно взял меня за бедра, пересадил со своих колен на кровать и подошел к Александру. — Объясняй. — Династическо-дипломатический брак, — пожал плечами брюнет. — Лидия Бранвелл, из приличной семьи. Родители так решили, я не могу противиться. — То есть ты хочешь сказать, — поднялась и я на ноги, — что приедет какая-то мадама из Конклава, заберет тебя под ручку и уведет в закат? — Угу, — кивнул Лайтвуд. — Не бывать этому, — помотала головой я. — Шиш ей на нос. — Вот так ей завтра и скажешь, — вмешалась вошедшая в этом момент Изабель. — Завтра утром Лидия будет здесь, познакомитесь. — Как приедет, так и уедет, — заявила я, усаживаясь обратно на кровать. — Александра не отдам. Клаус, сидящий за моей спиной, усмехнулся. — Тебя никто не спросит. — Бунтовать буду, значит, — скрестила руки на груди я. — Ну что за новости? Это у вас так принято тут, да? — Такое явление в числе обыденных, — пожала плечами Клэри. — Время революций, я так считаю, — выдала я. — Угомонись, а, — улыбнулся мне Джейс. — Разберемся. Александр Гидеон Лайтвуд В гордом одиночестве в кабинете я ждал визита своей невесты. Брр. Как звучит. Магнусу я так и не сказал. Не смог. Да мы и не особо много общаемся. Маг отдаляется от меня, но я ничего не могу с этим сделать. Правильно сказала тогда Стефани: «Потеряешь всех». Вот и Магнус уходит… — Александр? — раздался женский голос, и я вскинул голову. В дверях стояла среднего роста статная девушка лет двадцати с русыми волосами до плеч и правильными чертами лица. Возможно, это и красиво, но я не ахти какой ценитель женской красоты. — Лидия, — в приветствии кивнул я и указал ей на кожаное кресло напротив меня. — Присаживайся. Бранвелл устроилась в кресле и посмотрела прямо мне в глаза. — Что думаешь по поводу решения родителей? — А что я могу думать? — усмехнулся я, пожимая плечами. — Особо выбора нет. — Аналогично, — в согласии кивнула она. — Значит, будем друзьями? — Будем, — улыбнулся я. — Когда торжество? Язык не поворачивался произнести слово «свадьба». — Еще решается, но ориентировочно послезавтра. Челюсть не удержалась на законном месте после такого заявления. — А месяц на «подумать»? — искал лазейки я, хотя понимал, что бесполезно. — В династических браках такого, как правило, не предусмотрено, — усмехнулась Лидия. — Значит, мы обречены. — Получается, так. Повисла тишина. И чем сильнее она давила мне на мозг, тем отчаяннее хотелось сбежать отсюда куда-нибудь далеко-далеко. Вдруг в коридоре раздались крики и толкотня. Мы невольно прислушались. — Я сама знаю, что мне можно, а что нельзя, — надрывала глотку Стефани. — И плевать я хотела, что у них там воркотня любовная! После этого дверь с пинка распахнулась, явив нам примитивную. Злая, как тысяча чертей, она при взгляде на Лидию тут же сощурила свои глазищи. — Так-так-так, — протянула Ромеро, подходя ближе и уже не обращая внимания на охранника, который стоял около двери. Очевидно, из личного состава Лидии. — Значит, это ты крадешь у меня моего медведя? Я не выдержал и хохотнул. Бедная Лидия вообще ничего не поняла. — Позвольте… — Позволю-позволю, — продолжала Стефани, усаживаясь на стол перед Бранвелл. — Вот дадут вам слово у алтаря, вот там и будете говорить, а пока что я тут вещаю. Не знаю, почему, но ржать хотелось откровенно. — Кстати, насчет алтаря, — размахивая в воздухе моей ручкой, произнесла Ромеро. — Решила уже, как отказываться будешь? Банальное «Нет» или что-то покреативнее? Спляшешь? Могу помочь. Я уже не мог спокойно смотреть на испуганные глаза своей невесты, поэтому замахал руками. — Стефа, засохни. Мы уже все обсудили. — Да? — удивленно протянула Ромеро, оборачиваясь ко мне. — И что же вы обсудили? — Послезавтра свадьба. Стефани спрыгнула со стола. — Да вы охренели?! Тут в кабинет без стука влетел Джейс. — Вот ты где, — выдал он, увидев Стефани. — Чувствую, что бунтуешь, а где, долго понять не мог. С этими словами он просто закинул свою мадам на плечо и утащил, пока та отчаянно молотила его по спине и материлась. — Что это было? — немного ошалело спросила Бранвелл. — А, это? Да так. Про нашу примитивную знаменитость слышала? Ну вот, она. Лидия понимающе кивнула головой и невольно тяжело вздохнула. Джейс (Джонатан Кристофер) Эрондейл — Не прекратишь дергаться — свяжу и спрячу в шкафу, — предупреждающе произнес я, кидая Стефани на свою кровать. — Или еще чего сделаю, только это уже не будет похоже на наказание. — Это чего это такое ты собрался делать? — тут же включила игривость девушка и перевернулась со спины на живот, заманчиво болтая ножками в воздухе. — То, что уже давно снится мне во снах, — подмигнул я, устраиваясь рядом с Ромеро на кровати. — Ну ты чего разбуянилась? — Послезавтра! — вдруг снова завелась моя ненаглядная. — Прикинь? Свадьба, кольца, или что у вас там. — Стыдно не знать, — щелкнул я её по вздернутому носу. — У нас руны. Руна на руку, — я коснулся её руки чуть ниже локтя, — руна на сердце, — нашел нужное место, ощущая сердечный ритм ладонью. — Вот это, конечно, все сейчас мега-романтично, Эрондейл, — усмехнулась Стефани, — но тут дела чуть поважнее моей груди. Я расхохотался. Ромеро села на кровати, скрестив ноги перед собой. — Ну серьезно, Джейс. Это же не баран чихнул, это Александра под венец хотят затащить. Её формулировка вызвала у меня новый приступ смеха, и Стефани просто спихнула меня с кровати. — Да ну тебя, — заворчала она, — я с тобой серьезно, а ты… Я сел, облокотившись на край кровати, и попытался не смеяться. — Всё, сама серьезность. Давай. — Ему нельзя в брак. Ну, чисто теоретически, можно, но не с девушкой. — И что ты предлагаешь? Стефани смотрела куда-то мимо меня, а её глаза лихорадочно блестели. Я забрался на кровать с ногами. — Погоди, — погрозил я пальцем, — я знаю этот взгляд. Чего опять задумала? Ромеро внимательно смотрела на меня, соображая, после чего заулыбалась. — Испортим им свадьбу. Кларисса Адель Моргенштерн Судя по загадочным переглядкам Джейса и Стефани все дни до свадьбы, эти двое что-то учудят. Алек, похоже, смирился со своим будущим. Даже улыбался. Церемониальный зал был наполнен людьми. Не только наши, но и охотники родного Института Лидии прибыли на это торжество. Алек в великолепном белом костюме стоял около алтаря в ожидании своей невесты. Я сидела в первых рядах, с левой стороны — стороны жениха. Чуть позади Лайтвуда стоял Джейс, как человек, провожающий его в самостоятельную жизнь. Эрондейл светился от счастья, и это было вызвано точно не женитьбой его парабатая. Я быстро оглядела зал в поисках Стефани и, как и ожидала, не нашла её. Джейс, увидев мои попытки отыскать его девушку, игриво подмигнул мне. Заиграла торжественная музыка. Алек выправился, заулыбался, гости захлопали. И в ту самую секунду, когда из больших дверей в конце зала должна была появиться невеста в белом платье, на весь Институт грохнул жесткий рок. Мне заложило уши, гости согнулись пополам от громкого звука. Так же внезапно, как и началось, все прекратилось. Несчастный ведущий церемонии подобрал книгу с пола и начал речь. Джейс, стоя за Алеком, давился смехом. Я сообразила, кто это вытворяет, и невольно заулыбалась. Наконец, открылись двери, и в зал вошла Лидия. По рядам гостей прошелся вздох восхищения, и только когда Бранвелл поравнялась со мной, я поняла, что это было вовсе не восхищение. Следом за девушкой, лапа в лапу, шли пять куриц. Просто, рядком, как в армии, шли, приподняв клювы, и молчали. Джейс не выдержал и засмеялся в голос, за ним по всему залу засмеялись люди. Лидия, обернувшись, охнула и попыталась разогнать птиц, но те упорно выстраивались за ней в линию. Так, со смехом и слезами, несчастная невеста дошла до алтаря и встала напротив Алека, который не знал, смеяться ему или злиться. Курицы покорно встали рядом с девушкой. А веселье, оказывается, только началось. Во время речи ведущего церемонии три раза орала сирена, гасли свечи. Потом обнаружилось, что в книге ведущего отсутствует самая нужная страница. Когда он, отчаявшись, начал говорить по памяти, в зал неожиданно вошла белая, как снег, лошадь. Гости пооткрывали рты. Лайтвуд и Эрондейл закрыли рты руками, чтобы не смеяться в голос. Даже Алек уже понял, кто за всем этим стоит. Животное невозмутимо прошествовало прямо за спину жениха и встало рядом с Джейсом. Тот погладил лошадь по шее, пряча улыбку. А по рядам взрослых уже шли гневные комментарии. Ну да, с лошадью переборщили. Но вот более молодое поколение, в том числе и наше, это все только забавляло. Лидию только жалко, стоит, бедная, не знает, куда себя девать. Вдруг раздался звук горна и в зал в торжественном белом брючном костюме вошла Стефани. Зауженные атласные брюки, кроссовки на высокой подошве и белая блузка. — Лидия, извиняюсь от всего сердца, это всё не в обиду тебе, — идя по проходу между гостями, вещала Ромеро. — Это самый настоящий бунт, дамы и господа. С первых рядов медленно поднялась крепкая фигура Маризы Лайтвуд. Все невольно вздрогнули, но только не Стефани. — Ромеро, — казалось, грозный голос матери жениха звучал даже под сводчатым потолком зала, — ты что себе позволяешь?! — Это вы что себе позволяете? — стоя прямо перед женщиной, не менее громким голосом отвечала ей девушка. — Похоже, мы пересмотрим решение по поводу твоего проживания в нашем Институте, — вклинился в разговор Виктор. — А вы затухните, пожалуйста, — осадила его жестом Стефани, — не ваше дело. Так вот, — снова повернулась она к Маризе, — это что, простите, здесь происходит? — Исчезни, — прокричал кто-то с задних рядов. Ромеро тем временем поднялась на возвышенность и встала рядом с алтарем, около Алека. — Ты что творишь? — прошипел он. — Спасаю твою жизнь, — ответила та. — Стефани, я приказываю тебе покинуть церемониальный зал, — угрожающе произнесла Мариза. — А вы не имеете права мне приказывать, я вам не подчиняюсь, — выплюнула Стефани. — Вы оглядитесь вокруг. Что вы творите? — Заключаем династический брак, — робко произнес ведущий. — Во-о-от, — подняла указательный палец примитивная. — Династический. И неужели вас, как мать, не волнует счастье собственного сына? — обратилась Ромеро к Маризе. — Неужели вы можете вот так просто пожертвовать им во благо своей репутации? Мать Алека стушевалась. Она просто не могла найти слов. А все смотрели на неё. Даже сам жених не сводил пристального взгляда темных глаз со своей мамы. — Молчите, — понимающе протянула Стефани. — А потому что это ничем не оправдать. Да, вы можете говорить, что я тут чушь несу, что я вообще не из вашего мира и тому подобное. Но во что вы сами превращаете себя? Вы только посмотрите на это, — девушка подошла к Лидии. — Думаете, у неё нет своего мнения? Думаете, она не мечтала создать семью с любимым и любящим человеком? Все молча смотрели на маленькую революционершу, и только Джейс скромно улыбался. — А Александр? — Ромеро сделала пару шагов и снова встала рядом с Алеком. — Вы даже представить не можете, сколько он выстрадал, чтобы только быть с любимым человеком, а тут вы своей свадьбой снова разрываете ему сердце. Я требую прекращения этого мероприятия. Всё, — махнула рукой Стефани, — сворачиваемся. Кина не будет, электричество кончилось. — А ты не пробовала узнать мнения самих брачующихся? — прошипел Виктор. — Да пожалуйста, — фыркнула Ромеро. — Лидия, хотите ли вы стать женой Александра Лайтвуда? Естественно, все здесь были уверены, что Алек и Лидия, действуя согласно чувству долга, согласятся на заключение брака. Но чем-то Стефани вселила в них уверенность. — Нет, — бойко ответила Бранвелл, комкая пальцами платье. — Не хочу. И никогда не хотела. — Александр? — уже светилась от радости Стефани. — Я против, — кивнул он, не сводя восхищенного взгляда с Ромеро. — И да, я тобой горжусь. — Спасибо, — подмигнула примитивная, а после снова повернулась к Виктору и Маризе, скрестив руки на груди. — Ну так что? — Под замок её, — прошипела Мариза. Я невольно охнула. Тут же откуда-то появились два здоровых охотника, которые быстро скрутили Стефани. Джейс дернулся было к ней, но его уже держали. Свадьба превратилась в какой-то ужас. — Продолжайте, — скомандовала Мариза ведущему, и тот начал говорить что-то про священные руны брака. — Сволочи, — тихо сплюнула Ромеро, а потом вдруг заулыбалась. Я непонимающе посмотрела на нее. Чему радоваться-то? — Прошу нанести священную руну на руки друг другу, — монотонно говорил ведущий, когда огромные двери зала резко распахнулись. — Встречайте неприглашенного гостя, — злобно захохотала Стефани. В дверном проеме стоял Магнус. Стефани Джастис Ромеро Выкусите, сучки! Александр замер, увидев мага. Тот полными боли глазами смотрел на охотника, в бессилии сжимая и разжимая кулаки. — Александр, — только и смог выдохнуть Бейн. Зал завис в молчании. Мы с Джейсом переглянулись. Все получится. Лайтвуд некоторое время стоял, сжимая в руке церемониальное стило. Когда по рядам уже пошел возмущенный шепоток, парень вдруг отбросил предмет в сторону и решительным шагом направился прямиком к магу. — К чёрту всё, — произнес он, подошел к Магнусу и поцеловал его. Немая сцена, к нам едет ревизор! Все внутри меня ликовало. Джейс смущенно отвел глаза от парочки, Лидия улыбалась, а остальные сидели, раскрыв рты. Никто так и не решился нарушить этот особенный момент. Александр и Магнус целовались, извиняясь и прощая друг друга за все, показывая всем то, что так долго скрывали. Я вырвалась из рук шокированных охотников и в один прыжок оказалась на алтаре. — Съели? — рассмеялась я, смотря прямо в глаза ошеломленной и злой Маризе Лайтвуд. — Вкусно было? Маг и охотник оторвались друг от друга и посмотрели на меня. — Запомните вы наконец, — продолжала я, — никогда ваши бесчувственные поступки на основе долга до добра не доведут. Все должно идти отсюда, — я постучала ладонью по сердцу. — А теперь ваша воля, — пожала плечами я, спрыгивая с алтаря и идя по проходу к дверям. — Можете выгнать меня, стереть мне память, да хоть казните. Я открыла вам глаза, и счастлива. Вы знаете, где меня искать. С этими словами я распахнула двери и замерла, раскрыв рот. — И где же тебя искать, примитивная? — ехидно улыбаясь, поинтересовался Джонатан Моргенштерн, входя в зал и тесня меня внутрь. Зал охнул. У меня и вовсе пропал дар речи. Высокий блондин, сверкая своими черными глазами, не сводил с меня взгляда. — Я же насадил тебя на Меч, проткнул насквозь, — прищуриваясь, произнес он. — Как ты выжила? — А не твое собачье дело, — выдала я, — как надо, так и выжила, тебя забыли спросить. Моргенштерн побагровел и сжал кулаки. — Да я тебя уничтожу, мелкая пакость! — взревел он. Тут, наконец, охотники опомнились, заорала сирена. Все, кто был в зале и кто мог, вооружились, остальные через боковую дверь бежали в оружейную. — А ты рискни, — усмехнулась я, доставая из ножен парные клинки. — Стефани, — закричал Джейс где-то у меня за спиной, — нет! Джонатан расхохотался и щелкнул пальцами. В Институт сквозь открытые двери хлынули демоны.