Не стоит гоняться за счастьем.

      В моём сне, под треск огня, девушку, обреченную на смерть подбирали языки пламени. От едкого дыма её глаза слезились и, казалось, высыхали. Бледная кожа сгорала, одежда стала несуществующей преградой. Загнаная в железную ловушку, девушка пыталась открыть двери машины, постепенно теряя остатки жизненных сил. Волосы быстро сгорали, и надо же, её рыжие волосы, казалось, действительно горели огнем. Этот пронзающий, возможно, последний крик перемешался с моим. Я в ужасе проснулась. Пару секунд пытаюсь сообразить, где я? Понимаю, что посвистывание - не сон. Комнату наполнял легкий, мрачный и тихий свист, к которому легко прислушаться одинокой девушке в пустой квартире. Я слезла с кровати, всем телом ощущая холод и влажность, которые заставляли поежиться и прийти в больший ужас. Легкое прикосновение и я отскакиваю в сторону с криком, и лишь потом понимаю, что это магничащие волосы щекочут плечи. Не успокаивает, лишь подливает масла в огонь. Огонь. Спотыкаясь, иду по коридору с чем-то тяжёлым в руке, возможно, это моя награда, которую я машинально схватила с полки. Совсем неважно обо что, важнее звук. Он напоминал завывание ветра зимой и легкое пение птиц. Продолжаю идти, шаг за шагом, метр за метром, медленно, крадучись. Грабитель? Маньяк? Насильник? Одно хуже другого, но не сравнится с тем, что я увидела, когда включила свет. Я ничего не увидела. У звука нет источника.       - Чувствуешь? Опять у тебя крыша едет, - язвительно бормочет писклявый голос внутри моего подсознания. Рука, схватившаяся за тот странный тяжелый предмет, теперь, казалось, приклеилась мертвой хваткой. Пальцы онемели и затекли до боли. Перед глазами все еще стоял огонь и крик перемешался со свистом. Разжав пальцы, открываю окно, желая выветрить всю эту дурь из головы и заодно из квартиры. Умываюсь и, наконец, накинув халат покрепче, завязываю пояс, понимая, что больше я не усну.       Черт.       Кстати, я - Вэйверли Эрп. Не знаменитый, не востребованный, не дорогой журналист. Последнее время цепляюсь за работу где-нибудь за границей Англии, которая так странно начинает душить. Но работы нет, а если и есть, то берут туда, так скажем, проверенных людей. Например, моего бывшего - Чемпиона Харди. Смазливый парнишка быстро располагал к себе, поэтому буквально шел по головам вверх по карьерной леснице, пока я тихо плелась сзади, угрюмо уступая всем. Что же, кажется, я не пройду этот отбор и о хорошей работе могу не мечтать. За окном вечер. Вчера я перебрала с алкоголем, начав с вина, а закончив, если мне не изменяет память, водкой. Там на улице начинал тихо барабанить дождь. Через открытое окно в квартиру, настойчиво лез запах мокрого асфальта, сырых листьев и плодородной земли. Быстро заварив чай, к которому я привыкла послав кофе, я выхожу на балкон. Небо затянуто серыми безпроглядными тучами, а дождь набирает обороты, прорезая воздух громом. В этот миг все будто остановилось, замедлилось, и не замеченный ранее взмах птичьих крыльев, кажется, разбудил меня. Я видела как птица взлетает, грациозно отталкиваясь лапками и расправляя небольшие крылья, кажется, она мне подмигнула. Англия все же замечательное место. Раздавшийся телефонный звонок прекратил начавшуюся перепалку в моей голове, в которой один голос твердил, что я устала от жизни здесь, а другой утверждал, что лучше места я не найду.       - Алло? - пытаясь скрыть разочарование, шепчу я. Словно я пропустила что-то очень важное, подняв трубку.       - Привет, Вэйверли, - быстро начинает тараторить моя знакомая. Подругой ее не назовешь, да и не хочется. Слушать я не собиралась, поэтому хотела поступить так же, как и в прошлый раз: оставить телефон лежать на столе. Стеф все равно ничего не спросит, а лишь будет дребезжать про поездку, повышение и бурные ночки. Но начало заставило меня прижать телефон ближе к уху и волнительно намотать прядь волос на указательный пальчик.       - Ты же хотела выбраться за пределы Англ… эй! Аккуратней! - возмущенно прикрикнула она, а я лишь представила, что она, этакая барби с идеальной фигурой, голубыми глазами и светлыми волосами, сидит закинув ногу на ногу и наблюдает как ей пилят ноготочки.       - Так вот. На чем я остановилась?       - Выбраться за пределы Англии, - напомнила я, закусив губу от нетерпения.       - Ах, да! Так вот, Шей хочет отправить тебя в Канаду завтра вечером, согласна?       От такой новости я чуть не подавилась. Не подавилась собственным языком.       - Что за работа? - спросила я чисто из вежливости, стараясь не прыгать от счастья.       - Колонка путешественника, а точнее, с тебя целая статья и фотоотчет! Шей сказала на почту подробнее все скинет, жди!       - Спа…сибо, - хотела сказать я, но замялась услышав короткие гудки, - а я ей еще удачного дня хотела пожелать…       Обновив почтовый ящик несколько раз подряд, я наконец-то обнаружила непрочитанное письмо. Замявшись, будто собираясь с мыслями, я нерешительно тыкнула на маячащий красный значок. Письмо было в стиле моей начальницы. Казалось, что даже сейчас я чувствую прожигающий взгляд, который так и говорит о моей никчемности       - Да пошла ты! - не выдержав, шикнула я. Шей вообще очень неприятная женщина. Смуглая кожа, черные волосы, островатый нос, по телосложению она худая, как гончий пес. Ее манера одеваться без преувеличения - сучья. Каждым акссесуаром она выражает свою ненависть к окружающим. Безусловно, такой она была не всегда, иногда резкие перемены сопровождались поднятием по карьерной лестнице. Почему она стала такой? Либо получение власти отразилось на ней именно так, либо этому сопутствовало отсутствие личной жизни. Говорят, она была жената, но совместных фотографий в кабинете никто не видел, а после работы ее никто не встречал, да и телефонные звонки всегда были только от коллег. Отчасти мне жаль ее, отчасти мне на нее не наплевать. Что касается письма, то самой возмутительной и оскорбительной частью было: "...никакой критики и самодеятельности. Я дам тебе план, по которому ты все опишешь. Это реклама, это мой заработок...". Вроде послали в Канаду меня, но мнение совсем не мое, как и статья.       Вернусь к свисту. Хоть я и посчитала это выдумкой своего больного и почти трезвого после вчерашней попойки сознания, мысль о полтергейсте вгрызлась в память и крутилась, как назойливая строчка из песни Леди Гаги. В голове всплывали истории о призраках и домовых, о заблудших душах и вылезших из зазеркалья тварей. Конечно панике я не уступала, но предпочла оставить блюдечко с молоком, если кто-то из них захочет "перекусить". Чувствовала я себя крайне тупо и по-детски, поэтому все тот же голос в подсознании с усмешкой спросил:       - Серьезно, Вэйв? - на что получил ответ:       - Заткнись…       А что… Закинув на одно плечо полупустой рюкзак, я решила отправиться в магазин. Должна же я появиться в Канаде в чем-то новом, может суженного-ряженного найду. Не считая красных автобусов и телефонных будок, улицы были серыми и мрачными, особенно сейчас, когда дождь закончился. Холодный влажный ветер швырял под ноги разбросанные бумаги, срывал с деревьев листву и гнал промерзших прохожих в дома. Возможно, именно сейчас мне стоит развернуться и пойти обратно, но голова предательски шумела, а в легких не хватало воздуха. У меня не было определенного маршрута и я не знала в какой магазин пойду, поэтому я решила идти, пока не промокнут ноги. Я шла в винтажных кожанных ботинках, которые были очень важной и ценной частью моего гардероба. Промокли они не быстро, но когда в обуви достаточно хорошо захлюпало, я, наконец, свернула в один из бутиков, который можно было описать словом - белое. Светлая дверь и вывеска из-за которых лился яркий белый свет. Внутри светлый деревянный пол, бархатистые диваны, длинные шелковые шторы, безупречно белые и ровные стены. От переизбытка белого моя голова закружилась, поставив меня в неловкое положение перед парнем, который придержал меня за плечи. Казалось, что я попала в место, где продают свадебные платья и ангелов. Но тут были костюмы и платья "официального" дресс-кода. Конечно, я бы предпочла деловой костюм, выбрав себе синий в клетку, но вспомнив, как на это смелое решение отреагируют коллеги, решила перебрать платья. Тут же консультантка выбрала мне пять, как она сказала: "идеально подходящих мне" вечерних платьев. Правда заплатить за пять платьев эта милая дамочка отказалась, поэтому купила я только два, что и так превысило число платьев в моем гардеробе. Как правило, уже дома я нашла их жутко неудобными и еще более безвкусными, чем они показались мне в магазине. Если взглянуть на них, то можно предположить, что платья попали под обстрел из блесточных автоматов. Блестки были повсюду и я не удивлюсь, если они отвалятся после первой стирки. Поэтому, быстро закинув все в стиральную машину, я перекрестилась, надеясь, что эти дизайнерские чуда света не сядут и не расползутся. Что касается Канадской командировки, то это, если говорить словами Шей: "35 км по лесам Канады наедине с природой и конкурентами из других журналов". Конечно сам путь в 10 раз длиннее, но директор этой дороги не придурок и понимает, что лучше покажет идеальные 35 км, чем не идеальные 350. Зачем же мне платья, спросите вы? Сначала нас поселят в новом отеле, который был открыт чуть позже "Дороги путешественников", поэтому весь день будут проходить ознакомительные экскурсии. Вечером бальное мероприятие, на котором, как предполагалось, все должны познакомиться и подружиться. Ага, думаю на этом вечере половина заведет ужасных врагов, а мой британский акцент поднимут на обсуждение, а кто-то и на смех. Но это и не так важно. Сказать честно, то я давным давно перестала заводить новые знакомства. Единственный, кого я с собой периодически знакомлю, это - алкоголь. Я могла бы стать хорошим барменом в хорошем заведении за хорошие деньги. /Согласна, слишком много "хорошо"/ Но в один из моментов я поняла, что журналист более перспективная профессия. Видимо, это не так. Ладно. Перейдем к сбору одежды. Изначально посмотрев погоду, улыбаюсь, замечая немаленький + в графе Цельсия. Поэтому в чемодан попадает летняя и удобная одежда, все-таки мне по лесам лазить. Кроссовки, бельё… а где мыться и спать будем?? Похоже 35 км мы должны пройти за один день. В любом случае, надо быть готовой ко всему! Мало ли… красивое белье никогда не помешает, уж вам то это не знать. Что касается самолета, то завтра в 16:00 я вылетаю в Канаду с несколькими журналистами из других журналов, друзья по акценту, надеюсь, среди них есть девушки. Все же со своим полом всегда проще найти общий язык. Допустим, не всегда, но все же. Оставив в чемодане место для двух платьев, я внимательно проверяю документы на перелет. Странное чувство, что я что-то забыла уже начинает преследовать меня. Я сосредоточенно пытаюсь вспомнить все ли сложила в небольшой чемодан, но мысль, словно мыло в ванной, ускользала из моих рук. Я начала злиться за свою некую тупость и беспамятность, как вдруг, в дверь нетерпеливо постучали. Машинально взглянув на часы, я пыталась понять, кому и что от меня надо в 23:17. В два длинных шага я добралась из комнаты к двери, чему способствовали крохотные размеры квартирки. Взглянув в глазок, я увидела Стеф, которая улыбаясь, показывала мне бутылку вина. Видеть ее не хотелось, но раз уж она с вином, то открыть придется. Поэтому я резко выдохнув, попыталась включить все актерское мастерство и выглядеть как можно более уставшей. Щелкнув замком, дверь со скрипом открылась и блондинка со страхом переступила через порог. Ее губы изогнулись в неестественной улыбке, а во взгляде отражалось отвращение. Вместо: "Боже, что за каморка?!" Она взглянула на меня со словами:       - Уютненько, - не дав мне вставить и слова она продолжила, - я выхожу замуж! - девушка странно взвизгнула и подпрыгнула, а я лишь подавила измученный стон. Еще одна нашла себе парня. Да что там парня, мужа!       - Он такой… такой!       - Очень информативно, - буркнула я, незаметив, как мы переместились на кухню. Бутылка вина с щелчком открылась и я налив его в чашки, заметила вопросительно-презрительный взгляд.       - Разбила последний фужер буквально вчера, - без сомнений ответила я, с глухим звуком поставив чашку перед ней. Врать надо уверенно. Конечно же у меня не было фужеров, даже кастрюля, и та одна.       - Ясно, просто хочу что бы ты знала заранее, что можешь подарить нам статью в газете… - непринужденно сказала Стеф, поглаживая пальцем края кружки. Я же, мягко говоря, удивилась, ведь выбить статью для подруги у Шей: А) можно; Б) только не мне.       - Ммм, - промычала я, показывая, что поняла её, - может тебе НЛО или единорога купить?       - А зачем мне это? Никакой пользы! - я вовремя словила почти соскользнувшую фразу со своего языка: "а от газеты, чей тираж 2000 польза есть?". Впрочем, у всех свои тараканы.       - А ты когда замуж? У тебя вообще парень был? - поднеся кружку к губам, спросила Стеф.       - Был, да всплыл… если ты пришла обсудить мою личную жизнь, то лучше убирайся, - получилось очень зло. К тому же, я выхватила из ее рук чашку с вином, заставив ее зависнуть на пару секунд с вытянутыми в трубочку губами.       - Почему же? Ты такая резкая иногда... - обиженно пробормотала она, - когда в последний раз у тебя был… ну… - да, Стеф была из тех, кто стеснялся произносить слово "секс". Поэтому она всячески помогала себе руками и жестами, от чего я лишь выгнула бровь.       - Ты же поняла о чем я… - как-то смущенно, опустив голову, сказала она. Вид у нее сейчас был как у 15-ти летней девочки на осмотре у гинеколога. Это меня удивило. Значит раздвигать ноги в лифте ей не стыдно, а произнести слово-которое-нельзя-называть стыдно?       - Я не буду с тобой ЭТО обсуждать. Я должна собрать вещи и выспаться, а ты пытаешься промыть мне мозги, чтобы свести с троюродным братом маминой сестры по отчиму? - вылупив глаза и оставив рот приоткрытым, я немо задала себе вопрос "что?". Стеф странно быстро вскочила и схватив бутылку со стола, наверняка прокляла меня на своем староведьминском языке. Дверь с грохотом закрылась, а я выпив остаток вина в своей чашке, прошмыгнула в комнату, где тут же развалилась на кровати и уснула. Чувствуя блаженное тепло, разливающееся по телу, я наслаждалась также успокоением души, которое возникло после маленькой ссоры. Кажется, я действительно посапывала, укутавшись теплым одеялом, но через пару минут мои глаза распахнулись, а в мозгу совершенно отчетливо пронеслась мысль "я не усну". Сколько я пролежала с тупосмотрящими в одну точку глазами и не менее тупыми мыслями, я не знаю, но неприятный звук оповещающий о том, что стирка окончена, прорезал тишину. Казалось, что я оглохла на пару секунд, поэтому зажмурила глаза, но позже наконец-то поднялась, почувствовав резкую усталось, веки закрывались, а ноги слабели. Надеюсь, что платья высохнут, хотя я в этом не сомневаюсь, но тем не менее волнуюсь. Стрелка часов перевалила за 00:00, а значит до перелета остается меньше 16 часов. До моих ушей доносятся громкие, грубые голоса и скрип половиц. Паника охватывает меня, сковывая движения, учащая пульс. Грязные стены кухни будто сдвигались, сжимая меня внутри. Мне нужны мои таблетки. Где мои таблетки? Я иду медленно, стараясь держаться за стену, голова кружится, ноги подкашиваются. Нет, это не произойдет снова. Дыши Вэйверли. Один. Два. Три. Вдох... Четыре. Пять. Шесть. Выдох... Один…       Моя тайна. Обидная и грубая, и такая, о которой хочется кричать, но стыдно. Снова и снова переживаю это в голове, пытаясь забыть, но при виде одиноко идущего мне навстречу мужчины, все внутри сжимается, на глазах проступают слезы, а на лбу холодный пот. Ужасное состояние. Каждый раз судорожно лесть в сумку за таблеткой успокоительного, антидепрессанта или что там? Я закрываю глаза, пытаясь представить, что я нахожусь не в этом тесном помещении, а в каком-нибудь другом месте подальше от этого Лондона, по которому гуляют преступники. Например, в лесах Канады, где кроны высоких деревьев успокаивают нервы, а запах лечит глубокие душевные раны… И все равно на ум приходят неприятные воспоминания о том, как мне говорили: "Все хорошо, мы твоя новая семья". Как я, съежившись, упираюсь ногами в пол холодного кафеля, а руками закрываю голову. Как мужские зататуированные руки снова вытаскивают меня из небольшой комнаты… ну вот. Стало только хуже… Даже сейчас в своей квартире за надежным замком я чувствую, как меня окатывает волной страха. Нельзя быть уверенной, что они не сломают дверь с ноги. Нельзя быть уверенной в безопасности даже здесь. Нельзя быть одной… Добравшись наконец-то до ванной, я дрожащими руками выдавливаю белый кружочек. Он аккуратно ложится у меня на ладони, пока я включаю струю холодной воды. Закидываю на язык и судорожно запиваю водой, тут же чувствуя горьковатый вперемешку с железным привкус. Поднимаю голову и смотрю в зеркало. Разве могла та 12-ти летняя девочка подумать, что однажды будет зависеть от таблеток. Разве могла она подумать, что вместо путешествий, будет сидет в квартире площадью в несколько квадратных метров. Я подвела ее, а сейчас, смотря в зеркало, я борюсь с желанием ударить себя по лицу, но успокоительное действует безотказно… Вот что я забыла положить - успокоительное. Проходя мимо входной двери, я споткнулась о что-то сильно шуршащее. Перед ногами лежал пресс-пакет, который, видимо, мне занесла Стеф. С каким-то детским интересом я на ходу начала рассматривать приготовленные материалы по "Дороге путешественников". Бумаги были полны фактами, числами, таблицами и круглыми суммами. Такими, что я даже обрадовалась, что попаду туда бесплатно. Про отель было написано немного, но достаточно что бы понять, что один номер больше моей квартиры раз в пять. Это меня немного утомило и я решила, что будет правильно выспаться перед перелетом. Поэтому выпив две… три порции джин-тоника, я наконец-то почувствовала как расслабляются мышцы, как отступает тревога и волнение, как медленно закрываются веки…       Да, у меня получилось уснуть причем надолго. После подъёма я чувствовала себя ослабевшей и вымотанной, чему способствовало очередное похмелье, но часы гордо указывали на отметку 10:58, приближая время моего отлета. Платья быстро отправились в чемодан вместе с таблетками и средствами личной гигиены. К слову желание уехать отсюда было настолько сильным, что в 14:30 я уже сидела в аэропорту, слушая песни Линкин Парк. Ожидание томительно разливалось по венам, а затекший копчик умолял встать и прогуляться, но потерять место мой разум не хотел, поэтому копчик отчаянно нетерпеливо постанывал. Когда наконец-то объявили посадку на мой самолет, я сорвалась с места, желая пройти в салон первой и размять затекшие ягодицы. Чтобы вычислить среди остальных пассажиров журналистов, не пришлось сильно напрягать извилины. Сосредоточенный, серьезный вид и маленький багаж значительно отличал нас от улетающих на отдых лондонцев. Оставалось пережить перелет и я другой человек в другой стране…       - Привет, мое место у окна, но я как джентельмен уступаю его Вам, - заявил высокий худощавый парень в очках.       - С-спасибо, - пробубнила я, стараясь собрать свое тело в кучку, так как успела развалиться на сидении. Я серьезно села не на свое место?       - Таккер Гарднер, - он представился, окинув меня плотоядным взглядом, от которого пошли холодные мурашки. Его голос был надменным и писклявым. Таким обычно разговаривают слабые и зависящие от кого-то люди.       - Я - фотограф.       Вот черт…       - Э-эм Вэйверли Эрп, - он мгновенно вытянул руку и все, что мне оставалось, это пожать ее. Его ладони были холодными и потными, я едва поборола желание выпросить у кого-нибудь влажную салфетку.       - А ты очень красивая девушка. Думаю, что я бы мог сделать пару твоих фотографий. В любом виде… - теперь мне жутко захотелось зарядить коленом между его худощавых ног. Нет. Этот перелет я не переживу. Весь этот гребанный путь он дребезжал мне про свое состояние, переводя его то в стерлинги, то в евро, то в рубли. Желание заткнуть Таккера нарастало пропорционально высоте над уровнем моря. Поэтому, когда самолет пошел на посадку,я не заткнула его, а учтиво сказала, что плохо слышу и вообще очень устала. До отеля нас везли на автобусе и место мне, слава богу, досталось рядом со смуглой девушкой по имени Розита. Особо мы не говорили, если честно, то вообще наслаждались тишиной в компании друг друга. Наконец-то добравшись до отеля, мы обменялись парочкой восхищенных возгласов и побрели к великолепным, стеклянным, огромным дверям. У входа стояли два высоких и крепких парня проверяя списки и отмечая приехавших.       - Это у нас… Англия? - спросил один из них водителя автобуса, который шел во главе нашей толпы.       - Да… - устало ответил мужчина. Одет он был в строгий деловой костюм и если бы не запах бензина, то он мог бы сойти за директора какой-нибудь фирмы. Морщины покрывали загорелое лицо, над яркими голубыми глазами свисали широкие седоватые брови, создавая впечатление, будто он смотрит исподлобья. "Бэрри Нильсон" -свидетельствовал его бейджик.       - Ваше имя? - спросил у меня один из охранников, чье имя было Джоршуа Вилл.       - Вэйверли Эрп… - пробубнила я, внимательно наблюдая за тем, как Джоршуя изучает списки.       - Вэйверли? - переспросил он, щелкая ручкой.       - Да?       - Проходите на стойку регистрации к Еве, она все Вам объяснит, - вычеркнув мое имя, Джоршуа обаятельно улыбнулся. Его губы были полными, словно разварившийся пельмешек. Это придавало его серьезному виду несерьезность и нестандартность. Зайдя в отель, я зажмурилась, под потолком висела по истине огромная люстра. К горлу подступила тошнота, то ли от резкой смены света, то ли от излишней роскоши, учитывая недосып, выпивку и усталость. Свет отражался в чистовымытых полах, напоминая отражение солнца на глади озера.       - Мисс Вэйверли Эрп, - спросила высокая темноволосая девушка.       - Да, а Вы должно быть - Ева? Девушка ярко улыбнулась. Было в ее внешности что-то особенное, то что ускользало от меня… Она подняла голову к люстре.       - Завораживает, правда? - ее голос был нежным и мягким, словно она действительно видит эту штуковину впервые. Зато сейчас, когда ее волосы открыли лицо я с уверенностью могу назвать ее особенность.       - Эльфийские ушки, - бормочу я, а она смущенно прикрывает улыбку рукой, - Пойдемте, я покажу Вам номер. Давайте свой чемодан, - она быстро взяла его из моих рук, и прикрепив какой-то номерок, отдала его швейцару, который улыбчиво смотрел на посетителей. Приторно. Эта девушка казалась оптимистом, каких свет не видывал. Пока лифт ехал на 18 этаж, она успела рассказать про сауну, бассейн, вегетарианский ресторанчик и бар. Говорила она быстро, но отчетливо. В какой-то момент я хотела попросить выговорить скороговорку, но лифт остановился и дзинькнул.       - Это Ваш этаж, - она медленно побрела по длинному коридору. С обеих сторон по три двери. Справа - четные, а слева нечетные, - тут 6 номеров. Дочь директора позаботилась, чтобы на одном этаже не жили представители одной страны. То есть, здесь вы одна англичанка. Это должно помочь в сближении наций и культур, - она достала из кармашка ключ-карту и, поднеся ее к одной из дверей, продолжила:       - Ваша комната под номером три. Телефон, по которому вы можете со мной связаться написан на ключ-карте. Если Вам, мисс Эрп, что-то понадобится, то обращайтесь непосредственно ко мне.       - Хорошо, можно вопрос?       - Да, конечно.       - Кого еще вы обслуживаете?       - Все комнаты под номером три. Так спланировано здание. Если Вы выйдите на 15 этаже, то там тоже будут 6 номеров, но ваша карта не подойдет к третьему на 15 этаже. Так устроенно только потому, что персоналу проще ориентироваться.       - Спасибо, я поняла, - как можно уверенней произнесла я, стараясь переварить поступившую информацию.       - Сегодня вы можете разобрать свои вещи и отдохнуть. Все экскурсии начнутся с завтрашнего дня. Завтрак в 8. Впрочем, все это подробно описано в книжке, лежащей на кухонном столе.       - Хорошо, спасибо, Ева.       - Обращайтесь.       Девушка закрыла за собой дверь, а я осталась на едине с огромным номером. Дизайн тут очень приятный. Светлые стены, высокие потолки, окна в пол. Если пройти в ванну, то можно увидеть джакузи, махровое полотенце, халат и тапочки. Зеркало во весь рост и яркое освещение. Кухня была громадной и связанной с залом, если посмотреть на холодильник, то можно с уверенностью сказать, что он больше моей кровати. Балкон конечно был, даже не балкон, а веранда. А про кровать я вообще молчу. Я с разбегу плюхнулась в мягкие подушки и рассмеялась. Это всё моё! Хотя бы на один день. Кстати, мой чемодан уже стоял у двери и одиноко окидывал взглядом огромный номер. Выходить никуда не хотелось, поэтому я заказала еду в номер и принялась разбирать вещи. К слову, моим соседом слева оказался милый дядечка немец, а справа горячая испанка. Ужин принесли быстро, заранее уточнив, нет ли у меня аллергии и не вегетарианец ли я. Поэтому налопавшись и разложив вещи, я быстренько помылась, и замотав волосы полотенцем, голышом прыгнула обратно в кровать и уснула. Хотя сном это вряд ли можно назвать. Это была дрёма из которой меня выдернул тихий стук в дверь. Открыв глаза, я обнаружила, что за окном уже утро и быстро замотавшись в одеяло, побежала открывать дверь.       - Доброе утро, мисс Эрп. Я не помешала?       - Нет, нет. Что то случилось?       - Я попрошу Вас спуститься к завтраку. После все сразу отъезжают на экскурсии. Вы не ознакомились с карточкой?       Черт.       - Ознакомилась… просто тут спится хорошо.       - Я рада. Что ж, не опоздайте. Я закрыла перед девушкой дверь, в ужасе обнаружив, что полотенце все еще на голове. Видимо, сегодня у меня будет невообразимая прическа. Быстренько собравшись и кое как причесавшись, я спускаюсь к завтраку, где многие сонно потирают глаза. Собственно после еды были обещанные экскурсии, которые как ни странно, прошли самым занудным образом. И плевать на все эти хвалебные рассказы о новшествах и плюсах отеля, главный минус поездки заключался в Таккере, который не отлипал от меня, и каждое действие с фотоаппаратом пояснял, будто мне есть до этого дело. Еще он перед каждым фото облизывает свои губы, словно делает это очень сексуально. На самом деле он походил на корову, решившую поковыряться языком в носу. Поначалу все держались кучками, к концу поездки можно было заметить, что немцы решили пообщаться со шведами, а некоторые испанцы с японцами. В общем, народ потихоньку заводил знакомства, а я же была отрезанна от общества этим психопатом, который почему-то решил, что может взять меня за талию, за что и получил пощечину. Теперь, когда время близилось к 20:00, я разглаживала бежевое платье, считая его более привлекательным, чем черное. Макияж я не наносила, решив, что приглаженных волос достаточно. И конечно сумку не брала, я вообще не подумала, что этот клач пригодится. В общем, ключ-карту деть было некуда и я, как подобает истиной леди, сунула ее в лифчик. Не дай бог она будет мешать моему левому соску… Отправившись наконец на ужин, я обнаружила, что многие девушки выглядели намного моложе, чем показались мне на экскурсии. Макияж решает все. Выбирая человека, с кем бы я могла пообщаться, я обнаружила, что свободен был только Таккер, чья камера гордо покоилась на груди вместо галстука. Я медленно подошла к Розите, которая общалась с парнем из Франции.       - Здравствуйте, можно присоединиться к беседе? - прервала я реплику молодого человека. Он окинул меня взглядом и, видимо, посчитав привлекательной, улыбнулся.       - Привет Вэйверли! Конечно можно, - тут же заверила меня девушка. Она схватила меня под локоть и любезно представила парню, - знакомься это - Луи. Луи, а это Вэйверли. Парень учтиво кивнул и протянул руку.       - Приятно познакомиться, милая Вэйверли.       - И мне очень приятно… - глаза его были зелеными, а подбородок вытянутым с небольшой щетиной.       - Так что обсуждаем?       - Мировую кухню. Вы когда-нибудь ели фугу?       - Фугу? - переспросила Розита, хватая с подноса официанта два бокала шампанского, один из которых быстро оказался в моих руках.       - Мне казалось она смертельно ядовитая.       - Так и есть, но разве не в этом вся прелесть? Знаете как наступает смерть? Я сделала глоток шампанского и поджав губы, вопросительно посмотрела на парня.       - Если брать самые ядовитые части рыбы, печень или глаза...       - Яичники...       - Да… то все же несколько граммов достаточно, чтобы парализовать мышцы жертвы, оставив разум в покое. Человек осознает, когда ему трудно дышать и в конце концов умирает от удушья, - Луи сверкнул глазами и сделав глоток шипучки, продолжил, - я бы рискнул и сыграл в игру со смертью…       - Вам лучше не пробовать наркотики, - заметила я, ища взглядом закуску и желательно не рыбу. Ненавижу шампанское.       - Это точно… О, Боже! Неужели это сам Дэвид Нок! - крикнул Луи, привлекая внимание низкого и пузатенького мужчины.       - Привет! - тут же ответил он и довольно резво подскочил к нашей компании. Луи и Дэвид неловко переминались с ноги на ногу, решая как поздороваться. И в итоге победили обнимашки.       - Как ты? Как семья? Его вопрос заглушил "дзынь-дзынь-дзынь" металла о фужер с шампанским. На середину зала вышла высокая девушка. Одна из официанток решила было представить ее публике, но девушка едва заметно качнула головой. В зале воцарилась тишина и единственный, чья фраза прозвучала вслух, был Таккер:       - Господь всемогущий… она жива. Девушка быстро забегала глазами по толпе, ища источник звука и одновременно начиная говорить: - Благодарю всех, кто присутствует на этом вечере, - вид у нее самоуверенный без капли стеснения. Создалось впечатление, что она запросто может станцевать стриптиз прямо здесь. Голос ее не был дружелюбен, а карие глаза магнитом притягивали взгляд присутствующих.       - Меня зовут Николь Хот. Я рада приветствовать вас на открытии отеля и "дороги", - послышалась громкая вспышка фотоаппарата. Николь резко дернула головой в сторону Таккера, ее короткие рыжие волосы взлетели.       - Я попрошу Вас пока не фотографировать, - дождавшись кивка, она продолжила, - я и мой отец, с которым вы увидитесь завтра, рады сообщить, что все в этом отеле подчиняется только вам. Естественно в разумных целях. Я уверенна, что поразительная красота и величие Канадских лесов не оставит вас равнодушными. Небо и шум листьев, земля и корни деревьев… это замечательная природа. Она успокаивает и открывает душу, - сейчас девушка говорила искренне.       - Я лишь хочу, чтобы вы подняли этот бокал и выпили за первое и далеко не последнее путешествие.- она гордо подняла бокал и улыбнувшись сделала глоток.       - Ура! - послышалось с разных концов. Мои же глаза оставались прикованны к Николь, которую окружили два здоровенных охранника, но по ее выражению лица было ясно, что она не только не нуждается в охране, но еще и видеть их не желает. Пожалуй я пялилась слишком откровенно, потому что Николь заметив мой взгляд, сказала охраннику что-то напоследок и тряхнув головой отправилась в мою сторону. Сейчас я наконец могла рассмотреть девушку полностью. Черный деловой костюм идеально сидел и подчеркивая достоинства. Ее правая рука сжималась вокруг ручки черной трости, которая скорее была вспомогательной, чем необходимой.       - Здравствуй, - она улыбнулась, протянув руку для знакомства, - Николь Хот.       - В-вэйверли Эрп, - запнувшись ответила я и пожала руку. Ее руки мягкие и холодные, пальцы длинные с ухоженными ногтями. Я немного застеснялась вспомнив, что за своими ногтями не слежу, да и мало того, при возможности покусываю их. Когда наши руки расцепились, Николь спросила:       - Кто Вы, Вэйверли? - голос ее был намного дружелюбней и мягче.       - Журналист… работаю в одной из британских газет, - я вцепилась в бокал с шампанским и начала волноваться.       - Начальница? - медленно улыбнувшись, спросила она       - Нет, - ответила я резковато, поэтому решила выкрутиться репликой: - можно вопрос?       - Можно. Не думаю, что есть вопрос, на который я не отвечу.       - Почему Вы в костюме? - я заметила как Николь сглотнула и перемявшись с ноги на ногу ответила:       - После аварии мои ноги не очень фотогеничны.       - Простите пожалуйста, я не знала, я не… - выглядела я довольно стыдливо, на щеках проступил румянец, а глаза уставились в пол, - …не слежу за языком.       - Прошу Вас, не опускайте взгляд, ничего страшного Вы не спросили. К тому же, я ненавижу платья, - она ярко улыбнулась, оголив верхний ряд зубов и подмигнула, что заставило меня расслабиться.       - Я тоже, но дресс-код …       - Вэйверли, - она дождалась пока я посмотрю ей вглаза и лишь тогда продолжила, - не против если мы перейдем на "ты"?       - С удовольствием...       - Ты не пьешь шампанское, может вино или виски?       - Виски, если можно.       Николь щелкнула над головой пальцами и церез несколько секунд к нам подошел официант.       - Принеси, пожалуйста, два стакана виски.       Он немо кивнул и снова испарился в толпе. А я с удивлением заметила то, с какой вежливостью Николь обратилась к обычному подавайке.       - Николь, расскажите, - я запнулась, что выглядело мило, судя по ее реакции, - расскажи о себе и о том, что произошло.       - Я военный кореспондент, в основном. Но последние 5 лет расскрывала взятничество и прочие грязные дела в государстве… Аварию в которую я попала подстроили. Я стараюсь разобраться, кто именно это был, но врагов то много… да и из больницы я недавно вышла, - про аварию или что там было я, честное слово, никогда не слышала. Может потому, что мы живем в разных странах.       Она взяла с подноса принесенный нам виски и отдала один стакан мне. Я понюхала напиток и только по запаху поняла, что мне бы пришлось работать на такой дорогой виски месяца четыре. Николь сделала два глотка и сморщилась, заметив как Таккер упал и распластался на животе, - кто он? - она кивнула в его сторону.       - Фотограф. Вообще, он очень неприятный и я уверенна скользкий тип. Тоже из Англии… Ты не представляешь как мне хотелось дать ему по яйцам, - Николь на секунду замерла, а позже рассмеялась. - что? - испуганно спросила я       - Впервые вижу девушку, которая говорит это так спокойно.       - Это все виски, - я немного опьянела, а Николь даже глазом не повела. Видимо, привыкла к такой крепости. А я…       - Еще виски?       - Да, главное не пить одной, как всегда, - я не поняла сказала я последюю часть вслух или это осталось у меня в голове, но Николь не заострила на этом внимание и видимо для вежливости спросила:       - Как тебе обслуживание? Официант, подававший нам виски, теперь только вокруг нас и крутился, ловко сменяя пустые бокалы.       - Прекрасно… мне очень понравилась Ева, ты видела ее эльфийские ушки? Хотела бы я такие…       - Оставь свои ушки себе, они тоже хороши, а Ева, да, отличный специалист в своей сфере.       - Извините, мисс Хот, - Таккер все же добрался до нас, - я могу украсть у Вас Вэйверли на один танец?       Только сейчас я заметила, что играет медленная мелодия вальса. Николь вопросительно посмотрела на меня, правда не дождалась ответа, поэтому произнесла:       - Только на один танец.       В следующую секунду я оказалась в потных руках Таккера, который пытался прижать меня к себе, но получалось у него плохо. Этот танец не был головокружительным или незабываемым. Он был скучным и жутким от того, что парень шептал мне на ушко. В какой-то момент его рука с талии переместилась на ягодицы. Главное не начать истерить прямо сейчас. Хотя мне плевать, что могут подумать. Его рука начала проделывать какие-то несложные манипуляции. Ну уж нет, вот этого я не потерплю. Я с силой толкнула его в плечи и поспешила удалиться в номер за успокоительным. Все-таки я почувствовала духоту и головокружение, пока лифт поднимался выше. Говорят не стоит мешать таблетки с алкоголем. Всегда так делаю. Дождавшись наконец, когда лифт дзинькнет на моем этаже, я быстрым шагом поцокала к своему номеру. Пару секунд я пыталась вспомнить где ключ-карта, о ее местоположении мне сообщил левый сосок. Спасибо ему. Но сколько бы я не дергала эту гребанную карту она, видимо, зацепилась и не хотела прощаться. Лифт снова дзинькнул и я замерла, надеясь, что гости не заметят такого странного положения рук.       - Может тебе помочь? - спросил Таккер, а я дернулась от испуга.       - Господи… нет! Не надо! Помог уже.