The time of happiness

ЁнГук лениво попивал виски и смотрел на своего лучшего друга и заодно правую руку – Ким ХимЧана. Банга всегда веселило, что несмотря на то, что Ким был брюнетом и в одежде предпочитал чёрные тона, его зверь был белоснежным аки горный снег в Альпах. И Гук знал, что ХимЧана это не радовало совсем. «Это такая подстава! Почему я, один из сильнейших нашего клана, белый ванильный волк! Это несправедливо!» Только что им сообщили, что к ним поднимаются представители Третьего дома. Пятеро людей: дядя ДжиХо – ЮнДжи, Шин и ещё трое взрослых мужчин, которые, очевидно, были из совета клана. — ЁнГук, ХимЧан, — вместо приветствия произнёс ЮнДжи. — Присаживайтесь. Шин достал и положил свёрток на стол. Раскрыл его и это был танто ЁнГука. — Ты объявил войну Третьему дома, убив ДжиХо, — ровным тоном сказал ЮнДжи. — Какова причина? Мы не хотим войны, делить нам нечего, но мы в недоумении – почему? К тому же, ты похитил его омегу. ЁнГук взял свой танто и брезгливо протёр его платком от засохшей крови. — Я предупредил ДжиХо, что объявлю войну, если он не согласится, но он решил иначе, зная, что почти все погибнут. Пусть будет война, но он не отступит – его слова. — От чего? — Чон ДэХен – мой омега и он не захотел его отпустить. «Проклятье!», — пронеслось у всех представителей Третьего дома. — ДжиХо не думал о клане, я сделал вывод, что такой глава не нужен вашему Дому. Ну так что вы решили? Быть войне? — А ДэХен знает об этом? — задал вопрос Шин, поднимая взгляд на Банга.- Знает, что твоя омега? — Узнает. — Черт, я всегда говорил, что этот омежка сведёт его в могилу, — пробурчал ЮнДжэ и встал. — ЁнГук, омегу ты забрал, я так понимаю, убивать не собираешься и это хорошо. Война нам не нужна. Прими наши извинения. — Хорошо, - кивнул ЁнГук. — Я надеюсь на ваше благоразумие и то, что у вас хватит ума не совершать месть, иначе месть Первого дома будет очень жестокой. Помнится, однажды мы стёрли весь клан с лица Земли, не хочу повтора. — Мы тоже, — поспешно заявил ЮнДжэ. — И еще, если хоть кто-то из Третьего дома хоть на метр приблизится к ДэХену, то я не оставлю это без внимания. — Мы поняли. До встречи. — Вот это да, — произнес хранивший до этого момента молчание ХимЧан. — Похоже они и сами хотели избавиться от ДжиХо. Убили их главу, а они так спокойно восприняли это. Даже не пошумели. — А что шуметь? ДжиХо поставил личные интересы выше клана. — И что, этот парнишка стоит того, чтобы объявлять войну? — Он стоит того, чтобы вырезать всех, кто когда-либо обижал его, — мечтательно улыбнулся ЁнГук. — Фу, что за ванильные сопли, ЁнГук? — скривился Ким. — Ты глава Первого дома, не веди себя так. — На тебя посмотрю, когда встретишь своего. — Я-то уж точно не буду вести себя, как романтик. — Ладно, я в особняк. Проследи за всем, будь добр. — Хорошо, Ромео, — усмехнулся Ким. **** ЁнГук, велев ехать в особняк, откинулся на сиденье и расстегнул пару пуговиц рубашки. На удивление, всё прошло быстро и спокойно. То, что всё пройдёт именно так с ДжиХо, Банг не сомневался. Просто, чисто для галочки, он пытался вразумить. Он ожидал сначала, что совет его клана будет против, но те ни словом, ни взглядом этого не показали. Потом ожидал бучу от Третьего дома, но всё сложилось очень легко. Единственное, что ЁнГук понимал, так это то, что самое сложное впереди: ДэХен. Сможет ли он принять его чувства? Не испугается ли? Не закроется от него в страхе? Зайдя в дом, Банг встретил ЧжунХона, и пусть тот настаивает на Джело. — Как всё прошло? — Отлично. — Кто бы сомневался, - кивнул Хон. — Принцесса где-то наверху, подозреваю, в библиотеке, — улыбнулся парнишка. — Я распоряжусь, чтобы вам накрыли стол, а потом уеду. — Хорошо. ЁнГук взволнованно поднимался по лестнице. Чёрт! И почему он так волнуется? Его внутренний зверь тоже в нетерпении ожидает встречи с избранным на всю жизнь. Сделав глубокий вдох и медленно выдохнув, ЁнГук открыл дверь библиотеки. Банг широко улыбнулся, стоило увидеть ДэХена, который игрался с котом. — Привет. — О, — кивнул ДэХен, тут же насторожившись. — Что происходит, ЁнГук? — Я же говорил: я убью ДжиХо, объявлю войну и пока все не образуется, тебе надо быть в безопасности. — Ты даже не знаешь меня, о чем ты говоришь? — Это очень сложно объяснить, ДэХен, но… — ЁнГук встал напротив парнишки и, заглядывая в его глаза, произнёс, — я люблю тебя. После встречи с тобой, у меня жизнь поделилась на «до» и «после». Я теперь понимаю, что и не жил вовсе до встречи с тобой. Что никогда не любил и всегда искал, оказывается, только тебя. Я почувствовал себя завершённым, целым после встречи с тобой. Как будто путник, потерявший дорогу и сбитый с пути, нашёл верную дорогу. Нашёл свой дом, потому что мой дом там, где ты. Я знаю, это пугает тебя. Меня это пугает не меньше, но… я наконец-то чувствую себя живым. Прошу, дай мне шанс. Дай мне шанс доказать тебе, что я тот, кто предназначен тебе судьбой и является её самым лучшим подарком для тебя. Одно твоё слово — и я уничтожу всех, сотру с лица земли. — Хватит… — еле вымолвил Чон. — Это слишком… «Слишком прекрасно…» — Ты не представляешь в каком я кошмаре жил последние два года. От меня ничего нет, ЁнГук. Я просто красивая оболочка, он растоптал всё внутри меня. Зачем тебе такой никчёмный и жалкий спутник рядом? Ты завтра увидишь всю мою ущербность и отвернёшься, а мне потом с этим жить. Я… никто, ЁнГук. — Тшш, — обхватывая лицо ДэХена, прошептал Банг. – Ты моя жизнь. Моя цель. Мой маятник. Моя путеводная звезда. Мое солнце. Я знаю, что говорю. Прошу, доверься мне. — ДжиХо… — Этот ублюдок мертв. — Все слишком быстро… - Я не тороплю тебя. Я не собираюсь тебя закрывать в золотой клетке. Мы будем узнавать друг друга. Я буду приглашать тебя на свидания, ждать положенных пять минут у твоего дома, дарить подарки, показывать все замечательные заведения в городе. Я всё сделаю, ты только дай мне шанс. Пожалуйста. **** ДэХен улыбнулся и, покачав головой, убрал телефон. Кто бы мог подумать, что глава самого с могущественного дома страны такой романтик! ЁнГук сдержал свое слово: он не торопил и не давил на ДэХена. Чон за долгое время спокойно навестил свою семью, растворяясь в домашнем уюте родительского дома. Улыбка была не вымученной, а потому что действительно хотелось улыбаться. От телефонных звонков теперь нет напряжения и страх перед ними тоже ушёл. Напряжение, что сковывало его всё это время, растворилось. Дышать стало легче. Сон стал спокойным и безмятежным. Теперь перед сном нет мыслей на грани мольбы о том, чтобы этот день стал последним, закрыть глаза и не проснуться больше. Теперь только благодарность по утрам, что новый день настал и ожидание курьера от Банга, который приносил то круасаны, то нежные панкейки, то булочки с корицей со стаканчиком кофе. А какие изумительные рисунки были на молочной пенке! А ещё и записочки присутствовали. Их ДэХен ждал ещё в большем нетерпении. Правда, первые записки ДэХен от смущения смял. Вот и сейчас, ДэХен с улыбкой на губах наслаждался чаем и видом из окна своего кабинета. Сначала он хотел передать управление галерей человеку, который должен был стать директором, если бы не вмешательство ДжиХо, но тот отказался, аргументируя, что ДэХен сам отлично справляется, и такой груз ответственности в пожилом возрасте не хороший фактор для здоровья. Последняя выставка прошла без эксцессов и потому можно было немного расслабиться и подумать о приятном. О Банг ЁнГуке. Хоть его лучший друг, ЁнДжэ, постоянно закатывает глаза и просит не торопиться, он не может ничего поделать! Улыбка сама появляется, стоит подумать о ЁнГуке. Банг говорил, что его жизнь поделилась на «до» и «после», к сожалению, у ДэХена тоже был человек, из-за которого его жизнь разделилась подобным образом на две половины. Был. Теперь его нет. ДэХен никогда не думал, что после Монстра сможет улыбаться и без страха смотреть на мир. Без отвращения на своё отражение. ЁнГук словно прекрасный мастер, нашёл его: побитого и сломленного, потерявшего надежду, и починил его. Своей заботой сшил все части воедино. Своей лаской залечил все раны. Своей любовью вдохнул жизнь в его душу. И ДэХен хочет быть с ним. Хочет подарить всего себя, всё нерастраченное, что проснулось в нём с его появлением. Хочет видеть его улыбку, дарить нежность и заботу, целовать по утрам, когда только проснулся, целовать вечером, стирая усталость от прошедшего дня. — ДэХен-ши, к Вам посетитель, — по телефону сообщила секретарь. — Кто? — Господин Шин. — Пусть войдет и, пожалуйста, принеси гостю белый чай. — Хорошо. ДэХен озадаченно кивнул бывшему помощнику ДжиХо. Зачем он пришёл? Но молодой человек с удовлетворением отметил, что не боится мужчину напротив. — Как дела? — Отлично, — произнёс Дэ. — У тебя? — Тоже пойдет. Рад, что у тебя всё хорошо. Ты словно расцвёл, похорошел, — сделал комплимент мужчина и отвлёкся на входящий вызов. Увидев, кто ему звонит, Шин усмехнулся и принял вызов. – Да? «Я разве не предупреждал твой клан о границе?» – спокойный тон ЁнГука очень нервировал людей. — Мы просто поговорим. Я без злого умысла. «Положи свои руки на стол и замри в таком положении. Если твои руки опустятся под стол, то снайпер пустит тебе пулю в лоб. Уходить будешь тоже с поднятыми руками. Договорились?» — Как скажешь, — кивнул Шин. Конечно, это выглядело маловероятным, что Дэ под наблюдением двадцать четыре часа в сутки, но проверять меткость снайпера не особо хотелось. Завершив звонок, Шин положил телефон на стол, а затем руки, как и потребовал ЁнГук. — Твой нынешний мужчина тот ещё Цербер, — хмыкнул Шин. — Зачем ты здесь? — Хотел сказать о том, что тебе перешло. Тебя не было на оглашении завещания. — Я не знал о нём. И что ты имеешь в виду под «перешло к тебе»? — ДжиХо оставил тебе кое-что. — Мне ничего не нужно от него. — А я бы посоветовал тебе забрать всё в качестве моральной компенсации. Неизвестно, что у тебя выйдет с Бангом, а так, у тебя будут деньги. Тебе он завещал особняк… — Я его спалю! — Перебил ДэХен. Особняк Чон ненавидел всей душой. Главные и самые болезненные воспоминания были связаны с этим местом. — Спали, — кивнул Шин. — Будет справедливо. Потом все машины он тоже завещал тебе. Трастовый фонд и как вишенка на торте, даже две вишенки: личный самолёт и маленький остров на Сейшелах. Расходы на обслуживание самолета — это на клане. Не знаю, когда огласили завещание, то многие подумали, что он действительно тебя любил. Правда какой-то странной и извращённой любовью, но ты был ему дорог. — Хм, — усмехнулся ДэХен. — Нет, Шин. Просто он решил оставить после своей смерти мне напоминание. В каждой своей машине он насиловал меня. В самолёте тоже, причем ещё и пилота просил делать виражи, чтобы придать изюминку и остроту сексу. Остров? Он меня оставил на нём одного на два дня, но перед этим хорошенько отодрал и избил. Ты правда теперь думаешь, что я был ему дорог? — Вот черт, — выдохнул Шин. — Странно, что вообще планировал что-то оставить, — фыркнул Чон. — Я был уверен, что он наймет киллера, чтобы меня убили после его смерти. Он сам постоянно об этом говорил. Что без него мне не будет житья. — Но раз уж ты жив второй месяц, то киллера и не было. Но Шин теперь уверен, что ЁнГук оповестил всех киллеров, чтобы даже не совались в это дело – около месяца назад были убиты десять мировых киллеров один за другим. — На самом деле, я еще хочу попросить прощения у тебя. Я ведь прекрасно знал, что он издевается над тобой, но у всех есть слабые места и у меня в том числе. Рисковать своим ребёнком я бы не смог. Тем более, зная, как он одержим тобой, что просто мог убить из-за ревности, я не лез. Помнишь Мино и ДжэМина? Так вот, он убил их. Да они выполняли его же задание, но он убил их, так как они коснулись тебя. Уверен, там были просто невинные поцелуи, но, тем не менее, он отдал приказ убить их. ДжэМин думал, что смог перехитрить ДжиХо, хотел тебя забрать с собой, но тот обо всем догадался. Так вот, прости, ДэХен. — Я не держу на тебя обиды или зла. Я как никто другой знал, на что был способен этот монстр. Но ничего я не приму. — Ты не можешь отказаться, он оформил дарственные и переоформил машины, самолет и недвижимость ещё при жизни. Продай все, — посоветовал Шин. — Так и сделаю. — ЁнГук запретил кому-либо из нас приближаться к тебе, поэтому не буду его злить, задерживаясь рядом с тобой. До встречи и будь счастлив. Ещё, если я уберу руки, то меня могут пристрелить, поэтому возьми коробочку во внутреннем кармане пиджака. ДэХен нахмурился, но встал и подошёл к мужчине. Достав маленькую бархатную коробочку, он вопросительно посмотрел на мужчину. — Открой. Дэ послушно открыл и увидел перстень из платины, с рисунком, где был герб Третьего дома. — Это перстень — подарок дяди ДжиХо, он сейчас временно возглавил Дом. Перстень не говорит о принадлежности к Третьему дома, это защита. Никто не посмеет тебя тронуть из Третьего дома, если на тебе этот перстень. — Спасибо. — Но уверен, что тебя бы и без него не тронули, — усмехнулся Шин. — Я тоже, — улыбнулся ДэХен. — Пока. — До встречи, Шин. Мужчина, как и приказал ЁнГук, покинул кабинет с поднятыми руками, веселя этим омегу. **** — То есть, этот мудак так изощренно решил подгадить даже после смерти? — Резюмировал ЁнДжэ, услышав историю от друга. — Не знаю. Понять, что творилось в его голове, было непростой задачей. — И ты решил всё продать? — Да, продам и отдам в благотворительность. — Дом-то прикупи с машиной, — с укором произнес Джэ. — Вообще не хочу быть связанным с его деньгами. — Дэ, это компенсация за всё, что он сделал с тобой! Не включай не в тему гордость. — ЁнДжэ, пойми, не хочу я быть связанным с ним никоим образом. Тем более эти деньги, как подачка, после всего. Ничто не сможет искупить то, что он сделал. — Не подачка вовсе, — стоял на своем ЁнДжэ.- Из-за него ты жил как в аду и после еще должен остаться ни с чем? — У меня всё есть. — Это пока ЁнГук рядом, а что будет, если он помашет тебе ручкой? — Дело вовсе не в ЁнГуке… — Который не помашет ручкой, — пробасил Банг, заставляя парней вздрогнуть и обернуться. – Привет! — Привет, — ответил ДэХен, тут же не сдерживая улыбки, что сама расползлась по лицу, стоило увидеть ЁнГука, заслужив этим фэйспалм от друга. — ЁнДжэ, — кивнул Банг другу своего любимого. — И тебе не хворать, — ответно кивнул Ю и вопросительно посмотрел на мужчину, который подошёл с Гуком и не сводил своих черных глаз с него. — ЁнДжэ, это Ким ХимЧан, мой лучший друг, Чан, это Ю ЁнДжэ – лучший друг моего ДэДэ. — Фу, что за сопли? — Одновременно произнесли Ким и Ю, тут же улыбаясь этому. — Тоже начинает тошнить, когда находишься рядом с ними? — усмехнулся ЁнДжэ. — Не только, - кивнул ХимЧан. — Я уже устал видеть его довольную дебильную рожу. Еще чуть-чуть и буду радугой блевать. — Завидуйте молча, — улыбнулся ЁнГук, обнимая ДэХена. – Как прошёл твой день? — Я увидел тебя, значит он автоматически хороший, — не отводя глаз от лица Банга, произнес ДэХен. Ким улыбнулся, увидев закатывающиеся глаза ЁнДжэ. Но на самом деле Ю был рад видеть такого счастливого друга. Просто эти двое смущают его своими чувствами, что бились через край. — Предлагаю оставить этих двоих и проветриться, — предложил ХимЧан. — Заманчивое предложение, — улыбнулся Ю, заставляя зависнуть брюнета на пару секунд. ХимЧан никогда не признается никому, что ему стоит больших трудов удержать своего волка, который уже чуть ли не румбу танцует от этой омеги. Волк из-за отношения Чана к его окрасу, всегда был немного обижен на своего человека, но сегодня праздник! Они нашли свою половинку и волк искренне надеялся, что теперь-то его человек прекратит дурачиться. — Чует моя пятая точка, что тут жареным пахнет, — хмыкнул Банг, провожая взглядом уходящую парочку. — ЁнДжэ ещё та заноза, — хихикнув, произнес Дэ. — Прогуляемся? — Пошли, — кивнул Чон. Они взяли кофе с собой и направились в парк неподалеку, переплетя пальцы. — Зачем приходил Шин? — Огласил то, что завещал мне ДжиХо, — беря мужчину под локоть, ответил ДэХен. — Его клан позволил это? Они действительно его терпеть не могли. И много оставил? — Достаточно, но я хочу всё продать и отдать деньги на благотворительность. Хотя эту идею Джэ не особо поддержал. Хочет, чтобы я хоть что-то себе оставил на чёрный день. — Логика в его словах есть, — задумчиво произнес ЁнГук. — Но это оскорбляет меня, какой чёрный день, когда ты со мной? — Он не уверен в том, что ты будешь со мной всегда. — А ты? Ты уверен? — Я уверен в твоих чувствах и намерениях, но не уверен в обстоятельствах, — с грустью поделился Чон. — Что за обстоятельства? — Когда ты убедишься в том, что сделал неверный выбор, что я самое убогое, что ты встретил. — Что за глупости?! — Я не знаю, смогу ли я родить, - треснуто заявил Чон, отводя взгляд. — Почему не знаешь? — Нахмурился Банг, обнимая парнишку крепче. — У меня всё замерло. ДжиХо в последнее время хотел, чтобы я родил ему, но после первого цикла, проведённого с ним, у меня они прекратились и всё просто будто замерло. Он чуть не убил врача, когда тот объяснил, что возможно из-за стресса организм решил, что сейчас неблагоприятные условия, чтобы давать жизнь и потому всё заснуло. — Но ты же здоров? — Если не считать отсутствие циклов, то я здоров. — Нет ничего удивительного в том, что твой организм решил повременить с деторождением, пока ты был с ДжиХо. И это было правильно. Сейчас у тебя нет стрессовых ситуаций, тебя любят и заботятся о тебе. Уверен, как организм убедится в этом, то всё образуется. — А если нет? — А если нет, то всегда есть суррогатное материнство. Я не откажусь от тебя. Я больше опасаюсь, что ты меня можешь бросить и отвернуться, когда узнаешь кое-что. — Ты уже женат? – Округлив глаза, произнёс ДэХен. — Что?! Нет, — рассмеялся ЁнГук. – Поехали ко мне домой, и я кое с кем тебя познакомлю и тогда, ты уже сам решишь, будешь со мной или нет. — Хорошо. ДэХену нравился особняк ЁнГука. Здесь всё было в светлых пастельных тонах, ничего вычурного. Чон сделал глоток вина и обернулся на звук шагов. ЁнГук переоделся в домашнюю одежду: спортивные штаны и белая футболка, что придавали ему мягкости. Банг взял его за руку и отвёл в оранжерею. ДэХен с изумлением заметил, что ЁнГук нервничает! С кем же он должен познакомить, чтобы так переживать? Мелькнула мысль о знакомстве с ребёнком, но зачем тогда оранжерея? ЁнГук сейчас признается в том, что любит выращивать цветы и это его постыдное хобби? Дэ коротко рассмеялся и тут же заискивающе улыбнулся мужчине. — Ты, конечно, не поверишь, — серьёзно начал ЁнГук, взяв его ладошки и прижав их к своей груди, — но прошу, не бойся и пугайся. — Думаешь, после ДжиХо меня можно так легко испугать? — усмехнулся Дэ. — Нет, и это не есть хорошо, — вздохнул Банг и посоветовал. — Лучше прикрой глаза. — Хорошо. Тебе я верю, — кивнул ДэХен и прикрыл глаза. — Только не бойся. ДэХен прислушался к обстановке. ЁнГук опустил его руки и отошёл на несколько шагов. Почувствовав легкое дуновение, молодой человек открыл глаза и шокированно застыл. Перед ним был здоровый, величественный чёрный волк. ДэХен запаниковал, не зная, что делать. Зверь мог его убить одним движением своей лапы. Но волк ничего не делал, даже сел и стал смотреть на него. ДэХен огляделся по сторонам, ЁнГука нигде не было. Банг же не мог так быстро уйти? Словно испарился. — ЁнГук… — тихо позвал Чон. — Гуки… — чуть громче. И зачем уходить, если хотел познакомить с этим переростком? А может, это и есть ЁнГук? Чон быстро ущипнул себя и тут же ойкнул: не рассчитал силы. Волк встал и, подойдя к нему ближе, коснулся носом покрасневшего места на руке. Если бы это был дикий зверь, желавший его убить, то он бы давно это сделал, верно? И его любимый вряд ли бы поступил с ним так. — Что происходит? — задал вопрос Чон. — Не может быть, чтобы ты был ЁнГуком. Так ведь? Волк лёг на пол и поднял на него взгляд. ДэХен присел и с опаской дотронулся до него. Хотелось провести по чёрной шерсти, что так красиво переливалась на свету, что ДэХен и сделал. Молодой человек посмотрел в глаза волка и осознал, что подобный взгляд не может принадлежать просто животному. И вдруг пронеслось воспоминание: обезглавленный ДжиХо. — Так это ты… ты убил ДжиХо? — Прошептал ДэХен. — ЁнГук? Волк встал на ноги и, отойдя на несколько шагов назад, кивнул в сторону. ДэХен посмотрел в том направлении и увидел только пруд за окном, где были лебеди и утки. Что там интересного? Чон повернул голову и увидел уже ЁнГука, который смотрел на него напряженно. — В общем, это долгая история, — произнёс Банг, нервно проведя рукой по волосам. — У нас вся жизнь впереди, — улыбнулся ДэХен. — Так это согласие? Ты выйдешь за меня? — Взволновано спросил Гук, подходя ближе. — Ты говорил, что я твой маятник и путеводная звезда. Что я поделил твою жизнь на «до» и «после». Я могу сказать, что ты стал тем, кто спас меня. И речь идет не только о ДжиХо. Ты спас меня от самого себя. Своей лаской согрел всё внутри. Своей заботой собрал меня воедино. Стал причиной радости нового дня. Стал моим солнцем, что освещает мой путь и жизнь. Без тебя всё померкнет, ЁнГук. — Я люблю тебя, — прошептал Банг, обвивая руками талию омежки и прижимая к себе. - Я люблю тебя не меньше.