Снова Избранный.

      Помочь одурманенным жителям острова Солстхейм было довольно просто. Но вот только по времени долго. Однако Гарольд не был бы собой, если бы позволил страдать своим подданным. Для начала он переместился в Скайрим и выгреб у своих союзников вольных магов Бромьунара все амулеты для защиты сознания. Аристократы конечно повозмущались для порядка, но выслушав рассказ Гарольда о том, что творится на острове не пожалели сил и добавили ещё пятнадцать штук амулетов.       Вторым этапом стала раздача амулетов Улину и Эйдис. Первым делом ярл конечно же отправился в деревню данмерских пиратов. Там как раз странные порывы к трудовой деятельности стали одолевать оставшихся жителей. Амулеты сразу свели на нет эти приступы. Потом пришлось сходить к Камню Солнца и одеть амулеты на шеи всем невольным строителям. Для отца и брата Улина было необычно увидеть его в компании со странным нордом. Отдельной беседы стоило выяснение подробностей спасения.       Данмеры конечно повозмущались для виду, но признали за собой долг жизни, да и условия, которые им предложил ярл Гарольд были вполне приемлемыми. Так что деревня Сарадил принесла клятву верности новому хозяину Солстхейма и приготовилась встречать гостей. Уровень жизни тут был не ахти какой, даже эшлендеры живут в лучших условиях. Так что бригада строителей с Бликрока пришлась ко двору.       Попрощавшись с данмерами Гарольд отправился в деревню скаалов вместе с Эйдис — второй дочкой местного шамана. А спрятались скаалы и впрямь очень грамотно. Без специальных магических приборов нельзя было бы сказать, что их деревня расположилась в этом удачном для обороны месте среди скал. Ярл застал шамана скаалов и оставшихся свободными жителей деревни за групповой медитацией. Камлание не прерывалось ни на секунду. Пришлось одевать каждому амулет и приводить в чувство.       Не сказать, чтобы скаалы были рады видеть норда-чужака, но отсутствие навязчивого желания строить непонятную хрень вокруг Камня Ветра играло Гарольду на пользу. Жители деревни собрались в зале собраний, чтобы по порядку обсудить последние новости. Сам волшебник не спешил что-то предлагать или навязывать. Не тот тут контингент, так что ярл-маг излучал предельное спокойствие и пофигизм. — Чего ты хочешь за свою помощь, чужак?       Сторн Горный Странник обратился к Гарольду, когда скаалы перешли к обсуждению изменившейся политической обстановки. — Я всего лишь предлагаю быть третейским судьёй в спорах между племенами. Мне ваш образ жизни не мешает, а вот порядок чтобы на острове был — это я и хочу организовать. — Озвучь конкретные условия, чужак. — Вы меня признаёте своим ярлом, я в обмен на лучшее из того, что идёт на бартер даю вам всё необходимое лучшего качества, а также защищаю от нападений пиратов, лекарей предоставляю на случай чумы, ну и избавляю от этой мути с постройкой.       Скаалы смотрели на него пристально ожидая подвоха. Сторн тоже вглядывался в лицо ярла-мага, явно не доверяя ему. — И про сталгрим не заикнёшься? — Ну вот вам сталгрим. Что хотите за десять комплектов брони?       Гарольд достал из сумки с пространственным расширением мешок со сталгримом. Развязав узлы на мешке, мужчина толкнул его ногой. Из упавшего мешка высыпались крупные куски волшебного нордского льда. Шокированные скаалы переводили взгляд со сталгрима на Гарольда и обратно. — Откуда столько? — Где было, там уже нет. Окрестные островки вокруг Солстхейма посетил. Там на вершинах много саркофагов с этим добром. Чуток нордской киркой помахал и вот оно всё. Умели же древние делать нормальные вещи. — Помоги остальным и считай, что доспехи твои.       Шаман смотрел на Гарольда волком. Ярлу-магу же было на это плевать с высокой колокольни. — Вот здесь оставшиеся пятнадцать амулетов ментальной защиты. Освободи кого посчитаешь нужным. Через неделю могу принести ещё двадцать штук, и так пока на всех не хватит. — А быстрее нельзя? Мы готовы заплатить.       Вот теперь было видно, что шаману не безразлична судьба соплеменников. Гарольд ему вернул волчий оскал. — А вы думаете одни такие страдальцы? Я не хочу даже думать, что будет если хоть одна из этих строек завершится успехом.       Шаман задумался на секунду, словно что-то подсчитывая в уме. — Ничего хорошего не случится. Быть может тогда тебе будет интересно, что вокруг Камня Дерева возводят целый храм неизвестному даэдра.       Гарольд перехватил поудобнее свой клинок. — Более чем интересно. Пожалуй, я схожу туда и сам всё осмотрю на месте. У тебя есть ещё что сказать?       Шаман замялся. — Если тебе будет не сложно, найди мою старшую дочь Фрею. Она отправилась к этому храму, чтобы попытаться выяснить подробности.       Было видно, что шамана весьма беспокоит эта тема. — Посмотрю, что можно сделать. Тут и без этой чертовщины в дело вступил Талмор. Альтмеры планируют напасть на Скайрим с острова.       Новости об альтмерах снова всколыхнули скаалов. — С чего вдруг альтмеры решили идти войной на Скайрим? — Скажем так, я выдворил их из страны, прекратив похищения наших сородичей и прочие мерзкие делишки остроухих. Остальные ярлы меня в этом полностью поддержали. Я как раз собираю флот, чтобы разгромить здесь альтмерское гнездо. Ещё и аргониане хвост подымают. Скоро по всей видимости грядёт очередная война.       При слове война скаалы дружно поморщились. Гарольд тоже поморщился. — Я сам не рад такой перспективе. Уж лучше мирная жизнь. — Хорошо, если ты действительно так думаешь. — Ладно, мне пора. Думаю ты сам определишь, кого лучше освободить немедленно от власти тёмных сил.       Оставив на шамана столь тяжёлый выбор, Гарольд направился на выход. Добби быстро перенёс его ко входу во дворец ярла в Хогсмиде. Задумчивого ярла-мага встретили стражники и его приёмные дети. — Здравствуй, папа. — Привет, сынок. Алисан, для ритуала всё подготовлено? — Я три дня уже как закончил приготовления. — Хорошо. Кричер.       Домовик возник рядом с хозяином в мгновение ока. — Кричер, отнеси это письмо Ралофу и Лидии. Они должны быть в Вороньей Скале. — Сделаю, хозяин.       Домовик исчез, а Гарольд прошёл в столовую. Изольда и Линли встретили его скромными взглядами и поцелуями в бородатую щеку. Годрик и Орхидея также активно требовали к себе внимания. Остальные дети также поприветствовали отца, но гораздо тише, ибо вид у него был уставший. С этой беготнёй по племенам уже прошло две недели. — Сегодня мы проведём ряд важных ритуалов вокруг родового алтаря. Все выучили слова ритуала?       Дети все как один кивнули. Гарольд объяснял им всю важность момента, так что они старались выполнять распоряжения приёмного отца в точности. Их родовой алтарь только недавно стал безопасен для проведения ритуалов. Гарольд закладывал его в одиночку на день своего рождения. Ярлу-магу пришлось пустить для этого под нож много разных разумных из числа своих врагов. Разбойники, талморцы, пираты, воители Дома Редоран. Плюс ещё в дар алтарю пошли различные животные, растения и предметы. Часть жертв удалось заменить его первым мечом, которым он сразил немало разбойников. Родовой алтарь всё это жадно впитал и вот недавно стабилизировался.       Певереллы никогда не боялись лить кровь как воду, так что алтарь у них был таким же кровожадным. Сегодня Гарольду предстояло представить алтарю своих детей. Изольда и Линли пока не будут участвовать по причине своей беременности. Мужчина не знал, что в таком случае может потребовать алтарь, а жертв ему предстояло скормить алтарю немало. Для этих целей у него имелся полный мешок сердец и пропитанных магией человеческих жил.

* * *

      Родовой алтарь встречал их в полночь лунным светом сквозь магические окна. Свет двух лун наполнял залу потусторонним светом. В этом освещении костяной алтарь и растущая из него бузина выглядели особенно жутко. Гарольд вместе с детьми собрались здесь для проведения ритуала введения в род. Все предварительные обряды и приготовления были завершены, так что оставалась самая малость.       Первым к алтарю прикоснулся сам глава рода. Сила рода коснулась его ласково и приветливо. Значит можно было действовать. Один за другим дети подходили к отцу и он возносил их на алтарь, прося принять каждого как представителя рода Певерелл. Алтарь брал у каждого немного крови и менял так, как было угодно магии рода.       Зря Гарольд беспокоился, алтарь принял всех его детей спокойно, правда никого из них он не назначил наследником. Видимо полностью никто не подходил под эти параметры. Ну так и ничего страшного. У него ещё есть Мерлин, а скоро будут и другие дети. Его время придёт ещё не скоро.       Гарольд подхватил детей телекинезом и покинул залу с родовым алтарём. Ему предстояло разнести своих чад по комнатам, что он и проделал, после чего отправился в свою спальню. Там его ждали Изольда и Линли, ведущие тихую беседу о чём-то своём. — Как всё прошло? — Отлично. Алтарь принял всех. Они все теперь Певереллы. Домовики присмотрят за ними. Пора нам лечь спать. Вот только помоюсь перед сном.       Вот помыться спокойно Гарольду и не дали. Когда гарем дружит между собой, то как правило сопротивляться их слаженным усилиям очень трудно. Сам ярл не сильно-то и хотел сопротивляться. Если бы не его дикая усталость и конечно же беременность наложниц, то одной помывкой дело бы не ограничилось. Так что Изольда и Линли вымыли его и отвели в кровать. Сами они устроились по бокам от него. — Солнце встало, хрен за собой позвало.       Поздним утром Гарольд проснулся в кой-то веки в своей кровати и довольно потянулся, смотря в окно. Над просторами Нирна Магнус вновь посылал миру свои лучи. — Все под солнцем ходим и лунами.       Изольда и Линли ещё не спешили просыпаться. Не став их будить Гарольд аккуратно выбрался из постели. Одев простые одежды, подобающие ярлу, он вышел в коридор и направился в столовую, по пути напевая песню. Поскольку он не спешил, то войдя в столовую, песня уже почти кончилась. Я страж вселенной, Но приходят, словно боль, Мечты — запретный плод Терзают вновь и вновь. Я так хотел Уйти без лишних слов, Но дело сильных Охранять покой.       В столовой его дети разглядывали друг друга и хихикали над своей новой внешностью. Брюнеты с зелеными глазами с вертикальным зрачком. Да уж, в остальном они ни капли не изменились. Разве что черты лиц приблизились немного в его сторону. — Доброе утро, дети.       Стоило ему войти, как дети сразу обернулись к нему и поприветствовали, как полагается. Похоже родовой алтарь вложил им в головы и немного правильных мыслей. Надо будет почитать об этом подробнее. Вроде был там раздел о том, что глава рода как самый сильный влияет своей аурой на остальных родичей. В любом случае сила рода не навредит тебе пока ты чтишь родовой устой. — Как вы себя чувствуете?       Дети пожаловались, что сильно проголодались, но в целом чувствуют себя свежо и бодро. Похвалив детей, Гарольд приступил к еде. Вместе с ним вернулись к своей еде и дети. Снова очередной инстинкт не есть, пока глава рода не приступил к трапезе. Невольно Гарольд подумал, что вот откуда берёт начало хвалёная дисциплинированность аристократов. Что же, он помнил, как сошлись в противоборстве Артур Уизли и Люциус Малфой. Ведь если вспомнить, то весь магазин слова не сказал, пока главы родов выясняли отношения. Даже Локхарт тогда видимо инстинктивно накрылся ушами и не отсвечивал. — Дети, сегодня я поговорю с каждым из вас и дам задания. Их выполнение обязательно.       Вот она легендарная сила слова. Пускай он это сказал и ласково, но прозвучало это как закон. Дети и не пытались как-то оспорить это, ибо он с ними уже не раз проводил беседы на эту тему. Собственно, разрешив им перейти к десерту, Гарольд начал свою лекцию об общих началах теоретической магии. Старался объяснять всё доступными словами. Ему было не привыкать обучать других, благо опыт уже имелся.       С детьми он провёл весь этот день. И если младшеньких он щадил, то старшеньким выпала практика по полной программе. Конечно пришлось потратить время на создание и вживление личных усилителей магических способностей. Дети выбивались из сил, но ослушаться отца не смели. А ведь не одной магией, но и прочими талантами должен блистать маг, благо Изольда и Линли выучили всех старших счёту, чтению и письму на нордском и имперском языках. Алисан кроме того умел говорить на редгардском, так что и остальных обязан был практиковать в этом наречии. На долю Блеза выпал язык бретонов, который кстати весьма напоминал англосаксонский, то бишь древнеанглийский.       После уроков магии был обед, а потом началось обучение воинской части магической премудрости. Дети должны были, активно махая кинжалами использовать простейшее заклинание на их выбор. Подобная тренировка была выматывающей, но Гарольд был неумолим. — Хотя бы два раза в неделю вы должны проводить вот такие тренировки магии с оружием в руках. Кинжал пока что самое простое для вас оружие. Махать ими вы все умеете, от вас требуется почувствовать и кинжал и магию, как продолжение своих рук.       Особенно сильно уставали Софи и Руна. Ярл подошёл к дочерям положил им ладони на плечи. — Устали? — Да, папочка. — Ничего, ещё полчаса осталось, дети мои. Тяжело в учении, легко в гробу, как говаривал один мой наставник. Вам очень повезло, что не он вас обучает, а я. Цените это.       Дети судя по всему не могли пока что это ни с чем сравнить. Но как для новичков держались неплохо. Во всяком случае Ностер Орлиный Глаз неплохо с ними поработал над умением владеть кинжалом. Сам ветеран имперского легиона сейчас сидел в сторонке и наблюдал за тренировкой. Гарольд подошёл к нему и поблагодарил за отличное обучение. — А с луком они как ладят? — Не талант прямо, но вполне достойно, если не забросят занятие, то упорством смогут достичь больших успехов. — Да, Скайрим — это такая земля, что не терпит слабости. — Спасибо вам, ярл Гарольд, вы вернули мне былое достоинство. — Глуп тот ярл, что не радеет о будущем и разбрасывается людьми. Могу попытаться вырастить тебе потерянный глаз, но это будет долго и больно.       Имперец хотел было возразить, но ярл его остановил движением ладони. — Ты подумай. Не спеши отвечать. Мне по деньгам это раз плюнуть, а вот иметь на службе опытного разведчика дорогого стоит. Сам понимаешь, какая нынче из-за последних событий нехватка мастеров своего дела.       Ностер принял слова ярла спокойно. — Я подумаю, мой ярл. Даже если и откажусь, то могу воспитать вам на замену себе разведчика. — Спасибо, за честный ответ.       В принципе ветерана тоже понять можно. Нет, отрастить глаз можно было, но стоило целую кучу денег, так что можно было подозревать тут подвох, хоть Гарольд и не давал повода так думать. Опять же не будем забывать про силу привычки, вновь обрести второй глаз — заново менять баланс.       Как бы то ни было, но день прошёл отлично. За следующие три дня предстояло совершить ещё много всего. И в коллегии магов побывать, чтобы снова пообщаться с учителями и коллегами. В Солитьюд надо не забыть заглянуть, шороху навести. Да и ярлов проведать полагается. Ему скоро народ Скайрима даст прозвище Странник. То ещё будет прозвище для будущего конунга.

* * *

— О, Боги, ох тише ты, Кабан Хогсимаркский.       Гарольд чувствовал как его яйца шлёпают по лобку имперки. Виттория под ним исходила страстью и похотью. Сегодня он взял её с каким-то диким задором. Она и не возражала. Вообще стоило ему только под невидимостью своей мантии пройти к ней в контору внутри складов поздним вечером, как она бросилась к нему. — Если бы ты не была такой горячей сучкой, то я бы не пришёл. Так что благодари судьбу, что тебя трахает целый ярл одного из владений Скайрима.       Он с оттягом шлёпнул Витторию по заднице, заставляя ту сильнее сжаться, обхватывая его член вагинальными мышцами. — Нордский беспредельщик и блядун.       Гарольд в долгу не остался. — Бесстыжая имперская шлюха.       Во время порывов бурной страсти они любили одаривать друг друга весьма матерными эпитетами. Была в этом своеобразная перчинка. Виттория обожала царапаться, кусаться и кричать в порыве страсти всякие непотребства. Дикая до безумия баба, но этим она его и подкупала. Она вдруг резко выгнулась назад на его члене поворачивая голову. — Поцелуй меня.       И он её поцеловал, продолжая раскачивать на своём члене. Она продолжила стонать даже сквозь поцелуй. Его ствол упирался ей в переднюю стенку влагалища и дразнил её самые чувствительные участки. Впрочем у Виттории, походу, вся вагина была сплошным чувствительным местом. Хоть в какой позе ей засовывай, она будет стонать. Тут Гарри посетила неожиданная идея. Кое-как он подтянул телекинезом свою сумку, чтобы отыскать смазочное зелье. — Ой, щекотно. Ты что задумал, извращенец. — Вот только давай не начинай, что ты не такая. — Но…       Возразить он ей не дал, заткнув поцелуем все возражения и лаская пальцами её груди. Виттория поняла прекрасно, что остановить это у неё нет никакой возможности. Когда его руки скользнули вниз, имперка только и могла, что выдохнуть, почувствовав как головка его члена упёрлась ей в кольцо ануса, который приятно охладила смазка. — Ты — безумец. — Тебе понравится.       Помогая себе одной рукой, второй Гарольд придерживал Витторию за животик, насаживая её задницей на свой член. — Ах, какая же ты узкая, сучка. — Больно. Прекрати. — Обожди, сейчас привыкнешь.       И ведь привыкла. Он тихонько толкался в неё, а она постанывала, сперва от боли, а потом видимо приспособилась и ей стало нравится это порочное проникновение. Виттория уже ничего не соображала от страсти, когда он кончил в неё со всей дури. — О Боги, альтернатива мне понравилась. Ох, что я такое говорю. Это всё ты. Испортил приличную имперскую девушку.       Гарольд привёл себя в порядок магией и повернулся к любовнице, доставая из сумки свой кисет и трубку. — Не ты ли первой рухнула на мой член? — Всё потому что ты такой весь герой из себя, хоть и мерзавец приличный. — Нет, подруга, не наговаривай на меня. Я честный глава семейства. Это ты у нас блудница солитьюдская, день и ночь на мой член молишься.       Забив трубку, маг подпалил её магией и сделал первую затяжку. — И вообще я, как ты помнишь, соблюдаю атморанские традиции, так что честный мужик, как не крути. Но я сейчас не об этом. Ты письмо от Фетиса Алора получила?       Виттория отвела почему-то взгляд. — Получила. Этот данмерский выскочка меня уже задолбал своими депешами. Я же не могу выслать за эбонитом первый попавшийся корабль? — Да ты для начала вышли туда корабль с материалами для установки конторы Восточной Имперской Компании. Там не только эбонит, но и уникальные ингредиенты. Имперские маги за них много отдадут полновесных септимов. Это тебе не булочками по реман двести алисков на рынке торговать.       Однако, имперка была отчего-то печальной. — Да сделаю я всё. У меня есть новость иного характера.       Гарольд снова сделал затяжку. Только сейчас он заметил отрешённое состояние своей любовницы. Это было для неё не характерно. — Что случилось, Вита?       Интуиция вдруг остро запела о том, что у него в очередной раз появились проблемы. Так и хотелось постучать по дереву и сплюнуть через левое плечо. И имперка начала говорить, наматывая на кулак злые слёзы. — Гарри, у меня задержка десять дней уже. — Не понял, какая задержка? — Идиот, как и все мужики. Я говорю, что у меня уже десять дней как нет месячных. Беременна я короче, если тебе так понятнее. Асгейр уже два с половиной месяца, как отчалил ко двору моего кузена, а других мужиков у меня не было. Хочешь, я этой твоей клятвой на крови поклянусь.       Сильная и гордая имперка впервые на его глазах расплакалась, чего себе не позволяла даже после того, как вновь обрела свободу воли. Было видно, что она впервые не знает, что ей делать в сложившихся обстоятельствах. — Я и себя подставила, и тебя тоже подставила, это кошмар. Боги, что скажет мне моя мама, когда я рожу не в срок. Она точно догадается обо всём. Асгейр дурак и обмануть его будет легко, а вот сестра у него целитель, её точно не обманешь.       Гарольд тоже не знал, что ему сказать на такое. И ведь подозревал же двадцать дней назад, что зелье выдохлось, но списал всё на авось. Скандал намечался нехилый такой. Вот жеж как неудобно вышло. — Мы что-нибудь придумаем.       Он обнял плачущую девушку, и попытался прижать к себе, но Виттория вдруг его оттолкнула и быстро подойдя к столу выхватила свой кинжал. — Я не дам тебе вытравить дитя из чрева.       Ох как с этими беременными не просто! Во как девушке мозги от инстинктов материнских вдруг переклинило. Она дрожала и смотрела на него с какой-то обречённостью, понимая, что всё равно не выстоит против него ни секунды. Вместо ответа мужчина покрутил пальцем у виска. — Ты совсем ебанулась наглухо, Вита? Что, думаешь, что если я тебя натягиваю как шлюху, то откажусь от своего ребенка? Дура что ли?       Не выдержав маг всё же парализовал девушку и тут же оказался рядом с ней выбивая у неё из руки кинжал, чтобы ненароком не порезалась. Расколдовав её, Гарольд подхватил лёгкую имперку на руки и уселся на диван, который здесь стоял. — Вита, солнышко, ну не плачь, я что-нибудь придумаю.       Он гладил её по голове и спине, обнимал, шептал ласково на ушко и просто целовал, а девушка плакала у него на руках и не могла остановиться. — Вита, не майся дурью, я всё устрою хорошо. Ну если хочешь, то могу с твоей мамой познакомиться.       Сквозь слезы девушка попыталась спросить, что они скажут её матери. — Да так и скажешь, что я твой любовник. Ну хватит тебе плакать, я тут, рядом с тобой, всё в порядке. Мы вместе справимся с этой проблемой.       А в голове у Гарольда уже вертелись шестерёнки придумывая план. Таким макаром в Рифте скоро не останется богатых семей. Что за хрень твориться с этим городом? Вот же дела, если зелёные глаза можно будет как-то свалить на глаза Виттории цвета салатных листьев, и то у многих в Солитьюде вопросы возникнут, банально из-за цвета глаз Мерлина, то вот чёрные или рыжие волосы никак не объяснишь иначе чем супружеской изменой. Впрочем Гарольд не позволял себе паниковать по таким пустякам. Магия может многое, в том числе и внешность корректировать. Тем более есть у него один скульптор лиц в Рифтене, который работает на гильдию воров. Так что варианты решения вопроса есть и вполне жизнеспособные. — Можем вообще всё сохранить в тайне. Ты родишь ребенка и я его заберу к себе на Бликрок. — Ты с ума сошёл? А как же Асгейр?       Гарри фыркнул на это как на несущественную мелочь. — Как вариант посидит в плену у пиратов годик за неуплату пошлины. А там его глядишь и выкупят через гильдию посредников. И никто ни о чём не догадается. Ну кроме твоей матери. — Нет, я хочу этого ребёнка. Хочу его сама вскормить.       Паника у девушки не успела вскипеть по новой, как он вновь принялся её успокаивать. Вот так счастье и приваливает, когда его совсем не просишь.