your memories

Ясное безоблочное небо. Поют птички. По дорогам то и дело проезжают машины. На детской пощадке, как это ни странно, практически не было детей. Только пятеро, ростом под метр восемьдесят, мальчишек прибывали здесь. Как только Хосок с диким воплем побежал к находящимся на площадке качелям, настоящие дети тут же ретировались. Сбились в кучку, посмотрели на трех ненормальных взрослых, делящих несчастную качель, и единогласно отправились играть в другое место. В битве за качели победил Хосок, отстояв свою правоту по принципу «кто первый встал, того и тапки», и теперь с довольным видом раскачивался, корчя рожи надувшимся Чимину и Тэхену. Юнги уже уселся на скамейку и залип в телефон, иногда поглядывая на остальных. Чонгук же поедал какие-то печеньки, купленные для него Тэхой, ибо взять карту брюнет и не подумал. Намджун с Джином остались в магазине, сказав их не ждать, и что они догонят остальных. Чимин с Ви перестали изображать из себя обиженных и синхронно отвернувшись от Хоупа, что-то искали в телефоне Чимина. Через минуту с их стороны послышался смех. Хоуп остановил качель и теперь смотрел на них. Тэхен начал вытворять какие-то непонятные телодвижения, отдаленно напоминавшие танец. Чимин, глядя на того, засмеялся громче. И тут Хосок не выдержал. Соскочил с качелей, подбежал к ним, и заглянул через плечо Чимина. Тот тут же развернулся и со смехом оттолкнул Хосока. - Иди качайся! Хоуп сделал виноватое лицо, но блондина это не впечатлило. Он еще раз оттолкнул рыжего в плечо, смеясь. Юнги дернулся. Покосившись на него, Чонгук заметил, как тот напряженно смотрит на плечо Чимина. Тем временем блондин перестал толкать Хосока. Причиной тому стал Тэ, забравший телефон Чимина из его рук. Что-то полистал, показал тем двоим. Теперь хохот исходил от них всех. Чонгук снова покосился на Шугу. Тот опять пялил глаза в экран смартфона, но все равно как-то напряженно. Гук слегка похмурился, запустил руку в пакет и ничего в нем не нашел. Вынул руку, заглянул внутрь. Пусто. Разачарованно простонав, он отправил его в ближайший мусорный бак. Открыл новый. Взял печеньку. Вкусно. Темноволосый опустил голову и стал рассматривать упаковку. Послышалась музыка. Какая-то женская группа. Юнги и Гук синхронно подняли головы. Теперь эти трое танцевали. Продолжали дурачиться, но все же танцевали. Хосок кривлялся, Чимин вилял задом в такт, а Тэхен... Тэхен действительно танцевал. Видимо эту песню он знал хорошо. Чуть выгнул спину, запрокинул голову к небу. Поднял руки, покачивая бедрами. Его свободная рубашка колыхалась от движений, делая русого более хрупким. Опустил голову вниз, глаза закрыты. Подпевает. Тэхен казался ангелом и, одновременно, демоном. Непредсказуемым существом, которое в ближайшие секунды может выкинуть все, что его душе угодно. Вспомнилось произошедшее в номере. Крыло бабочки, оцепенение, тепло от ладоней хена. Черт. Чонгук неотрывно смотрел на изгибающегося в ритм музыке парня. Сжал пакет с печеньем, упаковка жалобно хрустнула. Зачем ты это делаешь? Песня кончилась, Тэ остановился. Никакого ангела или демона. Снова обычный Тэхен. Так же смеется, так же ведет себя, как ребенок. Чонгук разозлился. Сжал пакет еще сильнее, нахмурился. - Чонгук? - послышалось снизу. Темноволосый повернулся к сидящему на скамейке Шуге. - Все нормально? - кивнул тот на напряженные руки Гука. - Да, нормально, - глухо ответил Чон, раслабляя сжимающие несчасное печенье пальцы. Печенье... Гук вдруг изменился в лице. - На, - отдал тот пакет Юнги и направился к троице. - Ви,- позвал он, подойдя, - Еда кончилась. Тэ с улыбкой повернулся к Чонгуку, усмехнулся и молча повернул в сторону магазинов. Брюнет нагнал его и пошел рядом. Ви практически сразу начал что-то напевать, думая о своем. Но вдруг замолчал, посмотрел на Чона. - Что ты хочешь съесть? - непринужденно спросил русый. «Тебя», - промелькнуло в голове Чонгука. Он внутренне вздрогнул от этой мысли. Какого черта? - Не знаю, - стараясь быть таким же непринужденным, ответил Гук. - Аа, - простонал Тэ, - Как можно быть голодным, если ты не знаешь, чего тебе хочется? Чонгук молча смотрел перед собой. Ви тоже молчал, иногда поглядывая на макнэ. - Знаешь, ты так мило краснеешь, когда смущаешься, - промурлыкал вдруг Тэхен. Чонгук замер. Секунда. Две. Утихшая на мгновение злость вновь воспылала. Еще секунда и Тэхен оказался прижатым к стене в ближайшем темном углу. От внезапного толчка тот ударился затылком и тихонько ойкнул, потирая голову. Чонгук же пронзал его взглядом, как ворон смотрящий на загнанную мышь. - Почему ты это сделал? - прошипел Гук. - Что я сделал? - Тэхен изобразил испуг, хотя ясно было что тот Чона не боится совершенно. - Почему ты... - брюнет вдруг сбился. - Что? - Ви склонил голову набок, сверкнув глазами. - Почему... - снова повторил Чонгук. - Да что же я сделал? - усмехнулся хен, - Скажи уже. Гук молча злился, смотря в ехидные глаза Ви. Сказать? Как он мог что-то нормально сказать, глядя на этого двуличного хена? Раньше он всегда так менялся только при выходе на сцену, а сейчас... - Ты что, играешь? - вдруг спросил Гук, снова перестав злиться. - Что? - Тэ непонимающе похлопал глазами. - Ведешь себя так, как будто ты на сцене. - Что? - глазки Ви на мгновение стали большими и тут же закатились, - Чонгук-а, прекрати. Теперь пришла очередь Гука удивленно хлопать глазами. - Отойди, я боюсь, когда ты так близко стоишь, - Тэхен оттолкнул макнэ и тут же снова повернул к магазинам. - И все же, - подал брюнет голос, как только русый повернулся к нему спиной, - почему? Тэ остановился и, не поворачиваясь, сказал: - Зачем тебе это? Не забивай голову мелочами. Гук дернулся. Тэхен ухмыльнулся. Повернулся к брюнету, но уже без ухмылки на лице, и спросил: - За едой-то пойдем или так и будешь там стоять?