я вылечу тебя.

Возвращались домой мы уже ближе к вечеру, когда достаточно стемнело. Я, как бы странно это не звучало, единственный в компании жил без родителей и Джош, под этим весомым аргументом, отправлялся именно ко мне. А еще, потому что он мой лучший друг. С горем пополам, мы с Джошем всё же добрались до дома. С друзьями мы разделились еще возле остановки, так как жил я в противоположном от всех направлении и не слишком далеко. То, что мне придется прогуливаться вечерком с опасным монстром, пожирающим человеческую плоть, было конечно такой себе перспективой, но выбора особо мне не давали. Не рискнув вызвать такси, о чем я пожалел моментально, Джош чуть не набросился на местных «крутых парней», пустивших какую-то колкость в нашу сторону. Метающие молнии глаза в свете уличных фонарей выглядели, хочу заметить, достаточно эффектно для того, чтобы быстро заткнуть их рты и заставить убраться побыстрее. У Вашингтона теперь был удивительно тонкий слух, который он, видимо, привез с горы в качестве сувенира. О, Джош привёз мно-о-ого сувениров. После того, как мы перешли порог моей квартиры, после деликатнейшего в моей жизни вопроса: «А чё ты будешь делать, если я захочу откусить твою руку?», после того, как я сбросил с ноющих плеч тяжеленный рюкзак и после того, как снял верхнюю одежду, я смог наконец-то спокойно выдохнуть. Ну, а потом до меня дошла суть вопроса про руку. Спокойный выдох вдохнулся обратно. - По-сути, ты превращался не только потому, что съел что-то, что подсунула тебе Ханна, - на этих словах стоящего в дверях Джоша передернуло, - Ты просто забывал свою прежнюю жизнь. Значит ли это, что если мы будем рядом с тобой, превращение прекратится? И ты вспомнил меня тогда, потому что я произнес твоё имя. Должно быть, и в пещерах ты «просыпался», когда на глаза попадалось что-то, с чем ассоциировалась у тебя прежняя жизнь. В записях говорится, что дух будет уходить со временем, но… Не бесследно. - Звучит… Разумно, - разматывая шарф Эшли, задумчиво выдал Вашингтон, - А что с этим делать? – указывая рукой на свое лицо, спросил он. - Если… Вендиго прекращают есть сырое мясо, - рыща в недрах рюкзака в поисках дневника Незнакомца, начал я, - Их покидают силы. Так как ты только на первой стадии, возможно просто лишишься клыков и… Наверное, просто возвратишься к прежнему облику. Нам повезло, что мы приехали вовремя, - я опустился на старенький диван, - Но недостаточно. Прости, Джош. Я приехал так быстро, как смог. Я, наверное, не заметил, задумался или ещё что-то, но Вашингтон моментально оказался рядом со мной. Сидел на диване и с какой-то особенной грустью попытался заглянуть в мои глаза. - Не тебе надо извиняться, Крис, - просто сказал он. Этого было достаточно. Мы просто сидели и какое-то время тупо смотрели друг другу в глаза. Не знаю, можно ли это было назвать «неловкой паузой», но даже если это так, хочу заявить, теперь мне нравятся «неловкие паузы» и все, что с ними связано. Да, это, несомненно, выглядело по меньшей мере странно и немного напоминало сцену в пещере, когда он намертво вцепился в меня и смотрел, будто пытался понять, что же я такое и почему ему не хочется есть меня. И да, это выглядело странно даже тогда, когда он осторожно обнял меня, будто боялся спугнуть, потому что так и было. Не очень приятная перспектива сложилась бы, если он вдруг решил таким образом незаметно оторвать мне голову. Но этого не случилось. Через три, четыре, пять, шесть… Я решил обнять его в ответ. Телефонный звонок острым лезвием разрезал тишину этого момента, заставив меня вздрогнуть в чужих руках. На экране высветилась фотография Эшли. Джош с неоднозначным выражением лица откинулся на спинку дивана, в то время, как в телефоне раздалось обеспокоенное «Всё в порядке?» На протяжении всего разговора, Вашингтон сидел со скрещенными на груди руками и смотрел так, будто я сейчас совершаю невероятное преступление. Не знаю, может для него так оно и было.