Серость и яркость наших мгновений

      Фильм шёл почти два часа, пицца и картошка с чизбургерами закончились, остался лишь чай, заботливо заваренный Джей-Джеем под подчёркнутую важность того, какой он гостеприимный. Если тренер узнает об их мини-мальчишнике и содержимом питания под фильм, всем настанет жопа. Юра умел держать рот на замке, лучшая защита — это нападение, вопрос на вопрос, недовольная мина и закатывание глаз с немой просьбой перестать быть такой нудной пиявкой. Джей-Джей же обладал невероятной способностью заболтать до такой степени, что правда в лицо сольётся в сплошной поток и станет не такой уж важной и существенной по сравнению с неумолимым желанием заткнуть этот пиздючий ящик. А Отабек… На него посмотришь, и желание вести допросы пропадёт в принципе. В общем, компания собралась надёжная, а значит маленькая тайна о нарушении запретов никуда не уползёт.       Юра с Отабеком развалились на диване и пялились то в телевизор, то на широкую спину с огромными инициалами на футболке.       — Твой фильм — дерьмо, — скучающе пробубнил Юра и потянулся носком к чужой пояснице, тыкнул в закругление красной буквы «J».       — Тсс, сейчас уже развязка пойдёт, пей свой чай. — Джей-Джей покачнулся на ковре и опёрся на Юрину ногу, будто это подставка, тот её сразу же убрал.       — В следующий раз выбирать буду я.       — Договорились.       Отабек выглядел сосредоточенным, вот уж точно кто не болтал во время фильмов, в кинотеатре такой сосед на вес золота. Золотой мальчик.       — Можешь прибраться, если тебе так скучно, котёнок.       Юра глянул колко, прожёг спину, попытался пнуть, но Джей-Джей уже отодвинулся, не достать, вот гандон.       Стол был завален пустыми обёртками с коробкой от пиццы посредине. Быстро же они управились. Было вкусно, упаковки ещё хранили запах. И фильм, если честно, был норм такой, вообще приятно вот так вот свободно проводить время вместе, не часто выпадала возможность.       Юра не встал с места, проигнорировав предложение, съехал на пол, глянул на Отабека. Тот не был против, много раз ведь уже говорил, но было как-то неудобно. Когда он сам оставался наедине с Виктором и Юри, а те превращались в воркующих пташек и начинали шутливо друг друга тискать — хотелось сбежать. Дружбу с Отабеком он слишком ценил и не хотел, чтобы тот чувствовал дискомфорт, это вечер тру-бро, в конце концов!       Джей-Джей потянул его к себе сам, приобнял и стал гладить по волосам, как сердитого кота. Юра совсем чуть-чуть наклонился, чтобы опустить голову на плечо. Нормально же? Не слишком приторно? Сзади звонко стукнулась ложка о стенку чашки. Хотелось пошутить про примету одиночества, но Юра закусил язык.       — Чай закончился, — сухо пояснил Отабек. — Пойду налью ещё.       — Давай! Я на паузу поставлю, — закивал Джей-Джей.       Юра поднял голову. Правда же закончился, это совсем не потому что они тут обжималки устроили. Сейчас вернётся. Он вернулся, притащил вредные бутеры. Нарушать так нарушать, сколько в них сегодня влезет?       — Всё, выпирает. — Юра похлопал себя по животу. — Я так скоро на Кацудона стану похож.       — Учитывай, что туалет на ночь у нас тут один, — заметил Джей-Джей. Отабек на это только хмыкнул, это у него как смешок, только хмык.       У фильма, кажется, не было конца, стало клонить в сон, смотреть на бутерброды без тошноты не получалось. Отабек выпивал уже третью кружку чая, куда в него столько лезло? Голоса актёров стали смешиваться, а особенно громкие звуки будто выстреливали током. Под головой вдруг стало мягко, тело куда-то уплыло, всё затихло.       Когда Юра выбрался из крепкого сна, в гостиной было темно, из-за открытого окна слышалось, как барабанит поезд вдалеке. Видимо, фильм закончился. Рядом сопели. Кажется, Джей-Джей не выдержал выбранного им же фильма. Юра внутренне хохотнул и подвинулся ближе, утыкаясь носом в колючий затылок. Хорошо, что Отабеку постелили заранее, пускай хозяйничает.       Руки успели замёрзнуть. Ковёр был мягким, тёплым, Потя на него даже не ссал, что удивительно, ведь предыдущий отправился в утилизацию именно по этой причине. Видимо, Потя таким образом категорично заявлял, что в доме есть место только для одного пушистика. Юра обнял и стал чуть приподнимать футболку Джей-Джея, пихая под неё холодные ладони и грея их о тёплую кожу. Тот вздрогнул во сне, чуть заворочался.       Свет фар рисовал редкие полосы на полу, те удлинялись, ползли к ногам, но так и не ловили за пятки. Под головой была подушка, Джей-Джей же использовал свою руку. Неметь ведь начнёт, балда. Всё, хватит валяться, надо прогнать сонливость, будить и идти в спальню.       Юра подумал, как лучше это сделать, подул на затылок, провёл губами, защекотал торс — не помогало. Тогда он с неохотой приподнялся, забросил ногу, перелез и наклонился к носу, сонно соображая, где он там вообще должен быть. Поцеловать что ли? Под ним напряглись. Проснулся, походу.       Щёлкнул выключатель, и Юра на пару секунд ослеп, зашипел, прогоняя танцующие белые пятна, прищурился, разглядывая стоящего в дверях… Джей-Джея? Под удивлённый свист Юра метнул глаза вниз и наткнулся на достаточно проснувшегося для того, чтобы испытать приличное охуевание от жизни, Отабека. В голову ударило жаром, кончики ушей начали покалывать.       — Я конечно всё понимаю, — начал Джей-Джей с важным видом, — но вы бы хоть немного с конспирацией постарались. Тут даже шкафа нет. Ах да! — Он с максимально наигранной драмой в глазах смахнул фантомную слезу. — Юра, я от тебя такого не ожидал.       В него тут же полетела подушка. Юра слез с Отабека и, задыхаясь и запинаясь, стал то ли извиняться, то ли оправдываться, то ли злиться на всех сразу.       — Ты в темноте точно как он, блять! Какого хуя вообще? Ааа, Бек, ты прости, я не знал, не проснулся толком! Сука, а ты чего ржёшь то?       Джей-Джей плюхнулся на диван, выпуская хохот. Он должен был злиться, разве нет? Но вёл себя как всегда, как мудак.       — Ваши лица тогда, просто сказка! Не могу! Я виноват что ли, что вы вырубились оба? Выживает сильнейший.       Юра схватил брошенную минуту назад подушку и грозно надвинулся. Отабек перехватил другую с дивана.       — Это сейчас было некрасиво, Жан, — холодно отчитал Отабек, как хлыстом ударил.       — Прихлопнем живучую падлу? — рявкнул Юра.       — А? Не, ну вы чего! Правда же смешно вышло.       Бой подушками отогнал неловкость ситуации. Последний выживший признал отсутствие у себя бессмертия, но по ходу держался крепко, а в итоге даже отвоевал оружие. Всё-таки хорошо, что Джей-Джей не был достаточно глупым, чтобы ревновать к близким друзьям. Спать они отправились, когда уже начало светать, уставшие, наговорившиеся и насмеявшиеся. Лёжа в своей кровати, Юра снова уткнулся в колючий затылок, зная, что этот уже наверняка Джей-Джеевский.