Indifeso.

Рейвен еле держалась на ногах. Она чувствовала, как ноги дрожат в коленях и подкашиваются, и осознавала, что в любой момент может рухнуть на землю. Однако Хейваджима не позволит ей упасть. В гору было подниматься очень тяжело, особенно вместе с Магнаго, но мужчина не останавливался. Наконец-то они остановились. Перед ними предстали огромные врата, выкрашенные в темно-зеленый цвет, возможно, для того, чтобы скрыть их местонахождение, хотя вблизи такую махину вряд ли не заметишь. Почувствовав запах чужаков, где-то поблизости взвыли собаки и, пытаясь сорваться с цепей, рвались на предполагаемых врагов. Корсуке что-то сказал одному из охранников, немецкая овчарка которого так и рвалась на гостей, оскалив зубы и громко гавкая. Они переговаривались на итальянском языке, Рейвен не стала даже пытаться понять суть сказанного. Итальянский порою казался не родным после года проживания в Японии. Охранник дал команду своему напарнику на посту, и ворота открылись. Убежище было скрыто очень тщательно, возможно, под землей. Рейвен это волновало в последнюю очередь на данный момент, потому что ее внимание привлек высокорослый парень, появившийся, казалось бы, из ниоткуда, вместе с охраной. Каждый мужчина был вооружен и наставил оружие на беззащитную девчонку, которая давно упала бы, если бы Хейваджима не подставил ей свое плечо как опору. Эйден за несколько лет стал красивее и мужественнее. В его холодных голубых глазах горел небывалый огонь силы и отваги, а каштановые волосы трепал ветер. Рейвен никогда не видела брата таким. Ей на какой-то миг показалось, что она слишком ничтожна для того, чтобы даже находиться с ним наравне. Она, вся в ссадинах и синяках, в грязи и еле держащая равновесие, и он, столь прекрасный и могучий.  — Убрать оружие, — Магнаго отдал приказ своим людям стальным голосом. Девчонка не верила своим глазам. Неужели война между семьями сделала его таким? Ричард залился лаем. Пес выбежал из-за спины своего истинного хозяина и начал прыгать вокруг прибывшей девчонки. Рейвен была рада, что пес не потерялся в лесу. — А что так? Не хочешь меня застрелить? — усмехнулась девчонка и отпрянула от Хейваджимы, тем самым отказываясь от его помощи. Эйден улыбнулся, и тогда Рейвен узнала своего брата: такого несерьезного, веселого и…тупого. — Добро пожаловать, — сказал Эйден. Она передразнила его гнусавым голосом. — Что, даже не обнимешь? — именно из-за этой едва заметной улыбки на его устах у девчонки в голове что-то перемкнуло. Она, напрочь позабыв о боли в суставах и усталость, набросилась на брата, принявшись колотить ногами и руками, выкрикивая всевозможные ругательства на японском, которым ее, как бы глупо это не звучало, научил Гокудера. Эйден махнул охранникам рукой, как бы говоря, что данное поведение Рейвен вполне нормальное и, перекинув ее тушку через плечо, понес в сторону убежища. Внутри ничего необычного толком-то и не было. Стального цвета стены, металлические двери, яркий свет. По сути, убежище Эйдена Магнаго выглядело как вполне обычные бункер. Рейвен фыркнула, когда брат небрежно усадил ее на диван, а сам устроился за столом напротив. — Че пришла? — со свойственным ему пофигизмом спросил Эйден, хотя перемены в его поведении были заметны достаточно хорошо, он, судя по всему, волновался о причинах ее неожиданного появления. — Говорю же, соскучилась, — повторила Магнаго, сузив глаза и скрестив руки на груди. — Особенно по тебе, ты же вроде как умер. — Ах, точно, — он торжественно взмахнул руками. — У меня для тебя есть новость. Я жив, здоров и вполне весел, впрочем, как и всегда. Кстати, спасибо, что ухаживала за Ричардом все это время. — Не переводи тему, — процедила Рейвен. — Какого черта ты жив? Эйден засмеялся, а Рейвен почувствовала себя неловко, задав столь некорректный вопрос. — Жив и жив, то тебе не нравится-то, — пробормотал Магнаго. — Сестрой еще зовется… Знаешь, я бы все же хотел знать, почему ты не в Японии. Рейвен нахмурилась. А действительно, какова истинная причина ее возвращения на родину? Ну, рассказывать про ссору с Гокудерой было не то, что больно, а просто глупо, потому что Эйден при любой возможности растянул бы разговор об этом на долгое время, конечно же, задавал бы не менее идиотские вопросы, которые ее неимоверно раздражали. Да и сообщить о своих намерениях проникнуть на базу Барбереи было также безрассудно, да и к тому же Эйден ни за что бы ее не пустил за территорию укрытия. Поэтому она ничего ему не ответила, а лишь протяжно вздохнула. — Ну, теперь ты понимаешь, что ставишь под угрозу наше положение, — голос брата стал строже, а взгляд гораздо суровее, таким он очень сильно походил на отца. — Придется принять меры, хотя, будь все гораздо проще, я бы наверное тебя отправил обратно, — страдальчески закатив глаза, он устало провел ладонью по лицу. — О чем ты? — Рейвен очень сильно насторожило словосочетание «принять меры», поэтому она забеспокоилась о дальнейших планах старшего брата. *** Спустя несколько дней Рейвен все же удалось устроиться на новом, так сказать, месте обитания. Эйден после разговора с сестрой стал вести себя еще более скрытно и странно, а может Рейвен себя просто накручивала тем, что брат ее избегает. Новость о том, что он все-таки выжил было настолько сложно принять, что Магнаго порою долго углублялась в собственные мысли, сводившие ее с ума. Она устала, грубо говоря, сидеть на месте и бездействовать. Наверное, она действительно повесила на себя слишком многое. Ведь когда человек ничего не делает, он думает, что отвечает за все. — Ричард, — девушка присела напротив пса на одно колено. — Помоги мне. Я хочу сбежать. Мне надоело. Я все закончу. Умоляю. По ее щекам градом катились слезы. Ей было страшно сидеть и гадать, как все обернется в дальнейшем будущем. Рейвен ошибочно полагала, что если начнет действовать без чьей-либо помощи, забудет о боязни. За дни пребывания на секретной базе в Италии одержимость Рейвен росла, поэтому она стала принимать необдуманные решения и совершать опрометчивые поступки. Доберман смотрел на нее жалобными глазами, как бы прося ни за что не выходить за пределы территории базы. Он все понимал. Он любил Рейвен, как свою вторую хозяйку. Магнаго уткнулась носом в его черную шерсть и притянула к себе, зарыдав в голос. Ричард всегда был рядом с Рейвен, после войны между мафией он приходился ей единственным верным другом, потому что другие погибли. Он царапнул пол когтями и заскулил, пытаясь обратить внимание Рейвен, а после достижения цели побежал по коридору и остановился только у гардероба принимающих участие в военных действиях мафиози. Рейвен, как только увидела гардеробную, составила план почти сразу же. — Так как меня подстригли и покрасили, я стала малоузнаваемой в рядах мафии, — тихо пробормотала Рейвен, проведя рукой по красной пряди волос, едва касающейся плеча. — Спасибо, Ричард, — она с благодарностью посмотрела на пса, в ее глазах застыли слезинки, — я бы вряд ли додумалась до этого так скоро. Но ты оставайся на базе. Чтобы никто ничего не заподозрил. А мне пора примерить наряд мафиози Магнаго. Пес, тихо поскуливая, провожал Рейвен взглядом, пока она не скрылась за дверьми в гардеробную. А затем, опустив голову ближе к полу, побежал в неизвестном направлении. *** — Глупая девчонка! — спустя день пропажу Рейвен заметил ее брат Эйден, что в данный момент нервно расхаживал по кабинету и чуть ли не рвал на себе волосы от волнения и досады. Конечно же, ему стало известно, что Магнаго покинула территорию базы, переодевшись в форму мафиози, вместе с патрульным отрядом, который, по закону подлости и велению судьбы, не вернулся к рассвету. Эйден разбил о стену чашку и обессилено упал на пол, схватившись руками за лицо. Ричард виновато опустил голову и присел рядом с хозяином. — Господин Магнаго, — девушка, исполняющая роль некого секретаря, стояла на пороге и с каменным выражением лица обращалась к Эйдену. — Прибыла группа подростков, утверждающих, что они являются нашими союзниками. Главарь — ребенок в строгом черном костюме. Что прикажете делать? — Что я скажу им, Патти?! — истерично отозвался Магнаго. — Что я скажу Реборну? Что моя сестра наплевала на все и легко сбежала? Что сейчас, возможно, она находится в лапах врага?! — Именно это, — все произошло так быстро. Возникший рядом с названной Патти аркобалено, скрестив руки за спиной, сделал несколько шагов вперед. — Прости, Эйден, нам пришлось вырубить некоторых охранников. У нас есть раненные, поэтому помощь им оказать нужно как можно скорее. Ямамото и Гокудера, прихрамывая, подставили свои плечи Сасагаве, у которого тело было покрыто ужасными ранами и ожогами. Тсунаеши, Хибари и Дино выглядели намного лучше, чем остальная троица, но были такими же уставшими. — По неосторожности мы попали в одну из ловушек, когда искали твою базу, — объяснился Реборн. – Я, конечно, даже не предполагал, что враг настолько сильно увеличил свою мощь. Поэтому это моя вина. А что касается Рейвен, — казалось, Хаято неожиданно изменился в лице при упоминании имени девушки, — мы прибыли спасти ее, и сделаем все возможное для того, чтобы она осталась жива. Если ты, конечно, позволишь нас сражаться с тобой бок о бок и расскажешь о Карелии Барберее как можно больше полезной информации. Эйден смотрел на Реборна так, словно он был привидением. Он знал, что Вонгола и Реборн — единственное, что могло спасти его семью от уничтожения. Поэтому доверял ему безоговорочно. Встав на ноги и пустив пятерню в волосы, Магнаго подошел к своему столу и взял в руки рамку с фотографией, от которой никак не мог оторвать взгляда. — Начнем с того, — Эйден показал хранителям и Реборну изображение девушки с белоснежными волнистыми волосами и нежными чертами лица. — С Карелией мы обручены почти с самого рождения.