Indifeso.

Магнаго уже несколько часов бродила по болоту в поисках заветной трубы. Эта труба прямиком вела на Эльбу, на подземную базу семьи Магнаго. Девчонка была уверена, что соперник не знал о потайном лазе, поэтому беспардонно подошла к заросшей мхом и травой огромных размеров трубе, которая внешним строением напоминала туннель, и посветила фонариком в темноту. — В последний раз, когда я здесь была, из туннеля не шла вода, — с отвращением сказала итальянка. Ричард прыгнул внутрь. Послышался стук коготков и звук брызг, — это означало, что полы действительно были наполовину затоплены. Вода маленькой струйкой вытекала из трубы, вероятно, поэтому здесь могло образоваться болото, которого, кстати говоря, тоже не должно было быть. Именно из-за болота Магнаго не могла нормально сориентироваться в местности и искала потайной ход слишком долго. Рейвен аккуратно залезла в трубу, освещая пространство фонариком. Пес сидел в десяти метрах от нее, обнюхивая дохлую крысу. — Идем, Ричи, — негромко произнесла итальянка, однако ее слова эхом отразились от холодных и заплесневелых стен потайного хода, отчего девчонку передернуло, а под ложечкой засосало. — Идем домой. Пес радостно завилял хвостом и побежал впереди, обнюхивая каждый сантиметр пола, словно пытаясь отыскать кого-то по запаху. Рейвен прекрасно знала, кого. На самом деле, Ричард по праву принадлежал не Рейвен, а ее старшему брату Эйдену, который уже как год числился без вести пропавшим. Именно с исчезновения Эйдена Магнаго началась война между двумя мафиозными группировками, что привело к поражению семьи Магнаго и захвату ей принадлежащей лаборатории с ядерным оружием, которое так сильно понадобилось молодому боссу Барбереи. Ричард резко остановился и залаял. Впереди был обвал. Груда камней преграждала дальнейший путь, а из щелей струйками стекала вода. — Значит, лаз был обнаружен, — казалось бы, Рейвен отчаялась. Ведь труба была ее единственным быстрым способом попасть на базу незамеченной. В то время пес продолжал лаять, привлекая внимание девчонки. Она обомлела, когда увидела то, что так сильно привлекло его внимание. Небольшой брелок в форме следа от собачьей лапы лежал в воде. Краска потихоньку начинала слезать, брелок был совсем не новый, в некоторых местах поцарапанный. Рейвен подняла находку, не верящим взглядом осматривая ее, а пес принялся копать лапами туннель, дабы пробраться на противоположную сторону. Однако Магнаго тут же упала на колени, содрав их до крови, и остановила его, потому что на противоположной стороне, куда они так стремились попасть теперь еще с большим рвением, послышались шаги, а уже через пару секунд — мужские голоса. Девчонка окаменела, как статуя, серьезно испугавшись того, что ее могли обнаружить враги. Она ошарашенно смотрела на каменную груду, даже выключив фонарик, боясь, что через щели можно заметить свет. — Я правда что-то слышал там, — мужчина говорил на итальянском языке, но Рейвен не составило труда понять смысл сказанного. Она внимательно слушала ответ второго мужчины. — Успокойся, Керг, опять бомжи какие-нибудь забрались. Или ты думаешь, что девчонка Магнаго решила последовать примеру своего наивного братца и пробраться на базу? — мужчина засмеялся. — Она не настолько глупа, как ты думаешь. Эта дрянь сюда не сунется. — Я отправлю нескольких людей на болото, — настаивал на своем мужчина. Дальше Рейвен уже их не слушала. Она резко встала и бегом понеслась к выходу. Ричард не отставал. Пес выпрыгнул из туннеля первым и скрылся в кустах. Магнаго несколько раз поскользнулась и едва не упала, поэтому вылезла наружу гораздо позже, да в такой спешке, что не обратила внимание на огромную лужу грязи, по которой проехалась на спине. Паника просто нахлынула на итальянку, она бежала дальше, не разбирая дороги, пока не попалась в ловушку; все произошло так быстро, что Рейвен и глазом моргнуть не успела, как оказалась подвешенной за ногу на дереве. Механизм затрещал, запиликал и начал мигать, видимо, тем самым оповещая о поимке. Вероятнее всего, люди Барбереи расставили ловушки вокруг острова, чтобы никакие шпионы не могли близко подобраться к базе. На соседних деревьях, если присмотреться, можно также заметить странные механизмы помимо охотничьих петель. Однозначно, что у врагов был опытный механик, и это давало им преимущество. Осознание того, что на сработавший механизм сбегутся мафиози, помимо того, что к уже не потайному входу они были тоже отправлены, пришло после того, как девчонка поняла, что Ричарда рядом нет. Походу, во время вылазки из туннеля пес побежал в другую сторону. Отправиться искать пса была безрассудно — наверное, лес и болото уже кишели людьми вражеской мафиозной группировки, и если хоть кто-то обнаружит Магнаго здесь, в родной Италии, весь план может накрыться медным тазом. Возможно, он побежал искать Эйдена по запаху, обезумев от желания как можно скорее его увидеть. Рейвен резко вытащила метательный нож из сапога и стала резать веревку. Она едва успела перевернуться в полете, чтобы приземлиться на ноги, а не на спину. Тем временем, механизм продолжал пищать и мигать, привлекая внимание. Раздраженно рыкнув, девчонка метнула нож в надоедливый прибор, после чего тот испустил «последний вздох» и умолк. Конечно же, было не исключено, что на сигнал механического прибора уже сбегались люди, поэтому следовало бы как можно скорее уйти от этого места куда подальше, однако главная задача заключалась в том, чтобы снова не попасть в одну из ловушек. Кто знает, что на этот раз может попасться. Тревожные мысли о медвежьем капкане заполнили голову итальянке, она боялась оступиться, поэтому за этот короткий срок даже не сдвинулась с места. …в ту же секунду раздался выстрел, пуля пролетела в нескольких сантиметрах от головы Рейвен и вонзилась в кору дерева, на котором она была недавно подвешена. Из кустов ежевики выпрыгнул молодой человек, одетый в бело-синюю форму семьи Барберея. Слева выпрыгнул уже достаточно пожилой мужчина с татуировкой на лице в виде непонятных символов, возможно, из латинского алфавита. Рейвен мгновенно узнала этого человека. Когда-то Корсуке Хейваджима служил ее отцу, он был начальником охраны и хорошим другом. Магнаго долго не могла понять, почему этот человек предал ее отца во время сражения. — Идиот, ты чуть не убил невинное дитя, — пробасил Хейваджима. — Девушке нужна помощь, а ты тут стреляешь направо и налево! А ну быстро иди, сообщи на базу, что произошла ложная тревога. Про девушку в лесу — ни слова. Узнаю — убью. Я подойду позже. Если кого встретишь по пути, отправляй обратно по моему приказу. Парень кивнул и скрылся в глуби леса. Рейвен удивилась наивности напарника. — Что вы здесь забыли? — когда подчиненный убежал достаточно далеко, Хейваджима заговорил, причем заговорил совсем не тем тоном, каким говорил с молодым мафиози. Рейвен не сразу ответила. Она была шокирована, что человек, которого она на протяжении долгого времени считала врагом и предателем, только что спас ее от плена. Хотя, в этом она не была до конца уверена, ну, поначалу. — А ты? Что ты забыл в Барберее? — воскликнула девчонка, не скрывая своей злости. — Чертов предатель! Если бы не ты, моя семья не была бы взята в плен! А мой брат…это ты убедил моего отца отправить его в Швейцарию… — Прежде чем говорить что-либо, вам следовало бы быть в курсе всей ситуации, — мягко ответил мужчина, тепло улыбнувшись. — К сожалению, я не могу раскрыть вам все карты, я обещал вашему отцу, что это останется между нами. Могу сказать вам, что я по-прежнему верен вашей семье. Ваш брат жив и здоров, на данный момент он возглавляет войска, противостоящие Барберее и ее союзникам. Я могу сопроводить вас до его убежища, наверное, это даже не должно обсуждаться, ибо ваша безопасность — превыше всего. Но меня больше интересует то, почему вы находитесь здесь, а не в Японии? — Соскучилась, — огрызнулась девчонка. — Идемте за мной, Магнаго-сама, — почтительно склонив голову, сказал Хейваджима. — Путь совсем близкий. Рейвен недоверчиво покосилась на бывшего начальника охраны, но все же последовала за ним. Хейваджима повел ее через заросли, выведя на новое болото. По колено в воде, она двигалась вперед, не выдавая своей слабости и боли. Тело ныло от изнурения, порезы и небольшие ранки неприятно щипали. А болото все не кончалось. В любую минуту девчонка могла упасть в воду и не встать. Форма Барбереи позволяла свободно передвигаться по лесам и болотам, поэтому Хейваджима достаточно быстро преодолел препятствие. Он с сочувствием посмотрел на девчонку, которая плелась в метрах двадцати от него, отчаянно цепляясь за коряги. Рейвен угодила ногой в яму, испачкавшись до пояса. Пробормотав что-то нечленораздельное, она вернулась в прежнюю позицию и зашагала быстрее и усерднее. Передвигаться по болоту было действительно тяжело, ноги периодически засасывало в самую пучину. Однако Магнаго не сдалась, она хоть и упала на грязную сырую землю, покрытую мхом, но прошла болото от начала и до конца. Хейваджима помог ей встать и на этот раз не отходил от нее ни на шаг. Он перекинул ее руку себе через плечо и вывел на тропу, которая уводила куда-то ввысь, вероятнее всего в гору. Магнаго вспомнила, как старший брат говорил, что хочет построить собственную базу в горах. Девчонка посмотрела ввысь и не поверила своим глазам; Корсуке не обманул ее, скрытое за деревьями и на высоте, виднелось строение, охраняемое со всех сторон. Мафиози можно было заметить невооруженным глазом на деревьях, в кустах ежевики, территорию базы патрулировали, судя по всему, регулярно. — Хоть бы Ричард был уже там, — сдерживая слезы, прошептала итальянка. Она знала, что пес был умен и не мог убежать далеко. Но она боялась признаться брату, что потеряла его собаку. Она боялась увидеть брата, которого на протяжении двух лет считала мертвым. *** — Вы можете чувствовать себя, как дома. Господин Кавалоне выделил каждому по комнате. Совсем скоро он вернется с важного поручения и сможет принять вас в своем кабинете. Если вам что-то понадобится, обращайтесь ко мне, — миловидная девушка, выступающая в роли служанки в особняке Кавалоне, поклонившись, ушла. Гокудера не стал провожать ее взглядом, а сразу же зашел в ближайшую комнату, громко хлопнув дверью. — Как думаешь, долго он будет не в настроении? — нервно смеясь и почесывая макушку, спросил Ямамото. — Мне кажется, что Гокудеру-куна лучше вообще не стоит беспокоить, пока он сам не захочет поговорить, — ответил Тсунаеши, которого на данный момент волновал не Хаято и его взрывной характер, а Хибари Кея. Хранитель облака, конечно, знал этот особняк, как свои пять пальцев, ибо практически все летние каникулы провел именно в нем, тренируясь с Дино. Однако Саваде совсем не пришлось по вкусу то, с каким видом Кея ушел вглубь прекрасного сада, произраставшего вокруг самого особняка. Никто, даже Реборн, не мог подозревать о намерениях Хибари, и одна мысль о какой-либо драке в чужих владениях бросала Десятого в дрожь. — Я хорошенько присмотрю за этими двумя, — имея в виду Рехея и Хаято, встрял в назревающую болтовню репетитор. — Пока Дино не вернулся, можете погулять по особняку. Только не заблудитесь. Поговаривают, что дверь, ведущая на чердак, периодически появляется на третьем этаже за лестницей. Многие, кто по случайности забредают туда, никогда не возвращаются. А люди, которым все же удается выбраться, теряют свой истинный облик. Будьте осторожны, и пускай удача всегда будет с вами, — на этой пугающей ноте Реборн медленно скрылся за дверью, в которую не так давно вошел Гокудера. — Нам хватило Бьянки в образе «девочки из колодца»! Не устраивай погром в чужом доме! — воскликнул Тсунаеши, не сдерживая своих эмоций. — Да ладно тебе, Тсуна, — беспечно говорил Ямамото. — Будет весело. *** Когда аркобалено оказался в одной из комнат, которую любезно выделил Дино, то не застал в ней Хранителя урагана. Парень курил на балконе, вглядываясь куда-то в даль, возможно на город или на розовато-алое небо. Закат был необычайно красив, от такого зрелища трудно было оторвать взгляд. Хаято поднес сигарету к губам и втянул в себя очередную дозу никотинового дыма, очень плавно выпустив его через ноздри. — Не надоело тебе гробить свое здоровье? — Реборн одним движением руки смог выбить сигарету у него из рук. Но Хаято никак не отреагировал, ни на его действия, ни на слова. Он лишь тяжело вздохнул, продолжив наблюдать за пейзажем, сильно нахмурив брови. — Как думаешь, где она сейчас? — неожиданно для самого себя задал подрывник давно терзающий его душу вопрос. — Я не экстрасенс, Гокудера, а простой репетитор. И я, как и ты, могу надеяться на лучшее, — спокойно ответил малыш аркобалено. — Рейвен может быть везде, начиная от Рима и заканчивая базой Барбереи. — Так почему мы медлим? Зачем мы приехали в этот чертов особняк, когда она в любую минуту может пострадать? Почему мы сразу же не могли отправиться на ее поиски? — вспылил Хаято, и его можно было понять. Он волновался за нее, и это волнение терзало его точно так же, как и дикое чувство вины и какой-то отрешенности. Он начал постепенно закрываться в себе и отдаляться от общества, и это не было хорошим знаком ни для него, ни для других. — Так много вопросов, а точных ответов на них у меня нет. Я лишь исполняю приказы Девятого босса Вонголы, пока он еще на посту, — Реборн склонил голову вниз, и козырек его черного цилиндра наполовину скрыл его миловидное личико. — Как я полагаю, после встречи с Кавалоне, мы отправимся на тайную базу сторонников семьи Магнаго. Старший брат Рейвен, Эйден Магнаго, должен принять нас, а потом мы уже решим, как будем двигаться дальше. — Рейвен говорила, что ее брат пропал без вести около пары лет назад и уже, возможно, мертв. Как это понимать? — Гокудера наконец-то оторвал взгляд от неба и с непониманием уставился на репетитора. Во взгляде Гокудеры явно присутствовало осуждение, потому что он догадывался, что именно ответит ему малыш. — Нам пришлось скрыть новость о его возвращении, чтобы Рейвен в Италии ничего не удерживало, — отчеканил Реборн. Этот поступок был слишком жесток по отношению к девушке, ведь она и так слишком многое повидала. Она и так уже понятия не имела, живы ли ее родители. Гокудера поделился своими мыслями по поводу этого с аркобалено. Не забыл упомянуть о том, что девчонке слишком много врут. В число врунов входил и он сам; Хаято не то, что наврал ей…он предал ее. Рейвен считала его близким человеком, доверилась, возможно, любила. А он ее бросил. Вычеркнул из своей жизни, в глубине души надеясь, что не навсегда. Гокудера представить себе не мог, как будет жить без ее участия дальше, после окончания войны между Магнаго и Барбереей. — Ты, конечно, идиот, — ухмыльнулся Реборн. — Ты мог действительно уберечь ее, но сделал слишком отчаянный шаг. Все испортил. А так как о будущем говорить Рейвен нельзя, я не знаю, как тебе лучше поступить. — Да ты сам мне сказал оставить ее! — перешел на крик Гокудера, крепко-накрепко вцепившись в перила. — Я тебе не приказывал посылать ее куда подальше. И, мне казалось, ты уже в состоянии принимать решения самостоятельно, — продолжал ухмыляться Реборн. — Теперь ты доказал, что это неправда. Свое испытание ты завалил, поздравляю. — Что?! — разозлился Хаято. Реборн не успел ничего ответить, потому что в комнату резко вбежали Ямамото и Савада. Они принялись двигать шкаф, чтобы заслонить им дверь, этим самым отрезать путь, судя по всему, преследователю в конкретную комнату. Но сил оказалось слишком мало, да и на пороге уже стояла служанка, которая провожала ребят до их комнат. Ее когда-то милое личико обезображивал косой разрез вдоль всего лица. Он был настолько уродлив и огромен, отчего казалось, что вместо лица у молодой девушки кусок гнилого мяса. Савада закричал и пополз под кровать. Ямамото схватил торшер и стал размахивать им, как мечом. — Спасибо за участие, Марта, можешь быть свободна, — сказал Реборн. — Как скажете, Реборн-сан, — девушка сдернула уродливую маску, поклонилась и, как ни в чем не бывало, ушла. — Да как ты мог снова так сделать, тем более, в чужом доме, Реборн? — негодовал Тсунаеши. — А бейсбольному придурку понравилось, — будучи обозленным, огрызался Гокудера. — Стоит, ржет. А что еще для счастья надо? Реборн закрыл подрывника на балконе, чтобы не мешался. Хаято поначалу психовал и долго бил ладонями по стеклопакетам. Потом он разозлился еще сильнее и снова закурил. — Перед боем мне хотелось потренировать тебя, Тсуна, — объяснился аркобалено. – Но, ты, Тсуна, к сожалению, опять наделал в штаны и стал убегать. — Тсуна бы не ударил девушку, будь она чудовищем или простым человеком, — улыбнулся Такеши. — Тогда придется заставить себя это сделать, потому что босс Барбереи — женского пола, — мрачно произнес репетитор. Тсуна уже забыл о недавнем, так сказать, розыгрыше, и, широко раскрыв глаза, замер от сильного удивления.