Indifeso.

В туннеле пахло сыростью и затхлостью. Каждый удар капли казался ударом молота, падавшим на голову, бьющим прямо по мозгам. Гокудера посветил фонарем в глубь туннеля, через который они с Ямамото собирались проникнуть на вражескую базу. В отвращении сморщив нос, он обернулся в сторону напарника, чье внимание привлекла плесень на стенах, так называемого, прохода. — Если есть плесень, значит есть и влага, — сказал Такеши, встав с корточек, продолжая светит на место образования грибов. — Да ладно, не врешь? — с сарказмом проговорил подрывник. — Говорить очевидные вещи, в твоем случае, высшая степень идиотизма. Нам надо поторопиться. — Нет, Гокудера-кун, ты меня неправильно понял, — нервно засмеялся Ямамото, почесывая затылок. — Я хотел сказать, откуда тут вода? Труба, вероятнее, проходит под самым Тирренским морем. Если мы снова подорвем обрушившийся проход, появится вероятность того, что вода хлынет сюда большим потоком. Нас в лучшем случае смоет, поэтому следует пересмотреть наш план проникновения. Гокудера заметно напрягся и двинулся дальше, зазывно махнув рукой Хранителю дождя, что только смог пожать плечами на данный жест. — Готовь щит, — только и сказал Гокудера, остановившись напротив обвала, созданного вражеской семьей, дабы исключить вероятность проникновения на базу. — И возьми ты уже эту собаку, она мешает моему делу! Ричард, все это время снующий поблизости, недовольно фыркнул и прижался к ноге Хранителя дождя. Ямамото убрал фонарь в задний карман джинсов и левой рукой крепко сжал ножны, а правой схватился за рукоять меча, готовясь воспользоваться Шигуре Соен Рю. Он внимательно наблюдал за светом фонаря напарника, который по пути продумал досканально расположение каждого взрывного устройства, дабы отбросить возможно возникшую опасность затопления. Желтоватое свечение позволяло увидеть, как Гокудера аккуратно закладывает взрывчатку в отверстия между камнями и кусками ржавого железа. — На счет «три», — покончив с делом, хмуро проговорил Хаято, сузив глаза. Не секрет, что желание взрывать было вызвано пылающими внутри эмоциями и гложущей вины, которые только после данной махинации он мог ненадолго утихомирить. Гокудера взрывал не только препятствия на своем пути, но и ту боль, которую мог держать в себе очень долго. — А нас не откинет на несколько метров назад от взрывной волны? — обеспокоенно спросил Такеши, глянув сначала на обвал, а затем на Хаято, полностью уверенного в правильности своих действий. — Щит тебе на что, бейсбольный придурок? — Хранитель урагана поравнялся с ним, заняв удобную позицию. — Действительно, — усмехнулся мечник. Гокудера начал считать, давая как можно больше времени на подготовку к взрыву не только себе, но и Ямамото. По окончанию оба затаили дыхание, страх, начавший медленно разъедать изнутри, словно кислота, значительно усугублял положение. Угроза ранения или смерти под влиянием этого чувства стала значительно велика. Но Хранители с четко поставленной целью — спасти Рейвен — решились на этот отважный шаг, и когда Гокудера с криком «Три!» нажал на кнопку детонатора, вытащили свои страхи и опасения из тьмы и покончили с ними. Голубой щит из воды прикрыл от хлынувших на них обломков прохода, а поддерживающие со спины красные щиты Гокудеры помогли сохранить позицию на выбранном участке практически неизменной. Возникший в груди трепет на мгновение отвлек Гокудеру от происходящего, давая возможность насладиться режущим слух порывом ветра и характерным запахом. Его схватил под локоть Ямамото и утянул в образовавшийся проход, так и норовивший по-новому обрушиться. Сверху что-то загремело, мнимый потолок буквально задрожал от напряжения. Они бежали, не боясь встретить на пути одного из патрульных врага. Вода обрушилась так страшно, что в догонку летели бушующие потоки. Влажный и затхлый воздух драл горло и прокуренные легкие, отчего Хаято едва не сдался на пол пути, уже видя спасительную дверь, наверняка защищенную паролем или электронным замком. Он винил себя в произошедшем так сильно, что не мог позволить себе проиграть в состязании с природной стихией. Такеши с неимоверной силой впечатал его в заветную дверь, возле которой уже стоял пес, виляя хвостом, а сам принялся сдерживать яростный поток мутной воды. — Я долго не выдержу, Гокудера, поторопись! — хоть, с одной стороны, было неожиданно видеть бейсболиста в подобном образе, а именно то, что план действий на ходу он тоже составить смог, но с другой стороны подобного рода озарение в данной ситуации было явлением замечательным и, как в последствии посчитал сам Хаято, что страх повлиял на мыслительные процессы друга как не зря кстати и довольно хорошо. Уверившись, что следует поторопиться, в очередной раз взглянув на трясущегося от переизбытка силы Ямамото, по лбу которого стекали капли пота, Хаято отбросил попытки сделать все аккуратно и сломал электронный замок ударом ноги. Дверь противно пискнула, и в шуме хлыщущей воды этот звук утонул, и распахнулась, позволяя Хранителями вбежать внутрь. Однако, захлопнувшись, она, вероятнее всего, уже никогда не сможет открыться без выламывания, что было бы отнюдь не легкой работой, учитывая, что сделана она из стали. Вода ударилась об гладкую стальную поверхность и об стены старого туннеля. Ямамото и Гокудера с другой стороны медленно сползли по ней на пол, все еще пытаясь перевести дыхание. Первым же делом Ямамото выудил из кармана фонарь, который едва не уронил при беге, и остветил помещение, в котором они успешно оказались. Прямо напротив была лестница, ведущая куда-то вверх, а кругом голые стены, как в бункере, и холодные пустые полы. — Пошли уже отсюда, а то от звука бьющейся воды об стены мне становится не по себе, — проворчал Гокудера и встал на ноги, отряхивая штаны. — Эйден говорил, что охрана иногда заходит и в эту часть здания. Следует быть бдительнее, иначе наша миссия будет провалена, — кивнул Такеши. — Мне кажется, все ублюдки сбегутся на остальные отряды, ведь именно для этого нас разделили, — Хаято заметно помрачнел, вновь вспомнив о Рейвен, которую непременно обязан был вытащить отсюда живой и здоровой. Ричард оказался в появившемся в поле зрения коридоре самым первым. Его желание поскорее отыскать хозяйку и друга могло сравниться только с таким же желанием Гокудеры. — Нельзя пускать пса на рожон, а то убьют еще, и Магнаго реветь будет. А я говорил, что нахрен он не нужен, мешается только. Мы что, выгуливать его сюда пришли? — Хаято дошел до поворота и проверил местность на наличие врага. Предварительно потрепав Ричарда по голове, Такеши схватил его за ошейник, не давая возможности вырваться вперед. — С ним гораздо проще будет найти нужную комнату, база Магнаго похожа на муравейник изнутри, — Ямамото следовал за другом, следя за каждой реакцией собаки, что прекратила свои попытки вырваться из цепкой хватки. — Ну вот и следи за ним тогда, хватит умничать. Гокудера в следующую секунду поманил напарника за собой и остановился лишь на развилке. Отсутствие охраны действительно напрягало, создавалось ощущение, будто их здесь уже давно ждали. Но надежда, что все внимание увлекли остальные отряды, не угасала. — Насрать на собаку, пускай бежит, — неожиданно предложил Хаято. — Отпусти его. — Все потому, что ты не знаешь, куда идти дальше? Твоя самоуверенность сдулась? — посмеялся мечник и позволил собаке свободно передвигаться. — Заткнись. Ричард тщательно принюхался, пытаясь уловить знакомый и любимый запах, после чего двинулся направо, по подсчетам, в цент базы, где скорее всего придется применить грубую силу. Как не странно, пес не торопился, а двигался заметно медленнее, чем обычно. По пути стали попадаться иные коридоры, заканчивающиеся либо тупиком, либо очередной стальной дверью, что таилось за которой было неизвестно. Ямамото весь путь с беспокойством наблюдал за Гокудерой, чье выражение лица за пару минут менялось как минимум раз десять. Создавалось ощущение, будто он сильно старается доказать что-то самому себе. — Никто не в праве винить тебя в сложившейся ситуации, ибо рано или поздно это должно было произойти, — Такеши потупил взгляд в пол, ощутив на себе холодный взор зеленых глаз. — Если ты наконец не соберешься, то можешь пострадать в первом же сражении с обычным патрульным. — Твою мать, вот только не надо читать мне морали… — сморщившись, проворчал подрывник и перевел взгляд на собаку, надеясь, что закончил начатый разговор. — Мы же друзья, я не вижу ничего сверхъестественного в своих словах, и задеть тебя я не хочу, — видеть, как Гокудера давится своими же эмоциями, в данной обстановке было действительно невыносимо для Такеши, который уверился, что к серьезному сражению друг был морально не готов. — Просто, ты никогда никого не слушаешь, никогда не просишь совета у близких, делаешь все по-своему, что в большинстве случаев приводит к неприятностям. Ямамото почти незаметно вздрогнул, заслышав протяжный вздох Гокудеры. — Дурацкие подростковые чувства в будущем могут перерасти в нечто большее, — желание закурить резко одолело Хаято, однако запас табачных изделий он исчерпал еще давно. — Там ее нет, понимаешь? Там, где мы официально пополнили ряды Вонголы, пройдя Церемонию Наследования. Там она мертва. Из-за этих связей. По мне так, лучше чтобы их не было вообще. Смешанные чувства поразили Такеши после услышанного известия. Теперь-то все встало на свои места. Ведь после путешествия в будущее Хаято стал таким убитым. — Даже причиняя тем самым боль себе и Рейвен? — Такеши хотел взглянуть в глаза друга и убедиться, что он все-таки шутит. Потому что конкретно из этой ситуации выходов было очень и очень много, вот только выбрал подрывник самый сложный и не самый удачный. — Да, Ямамото, да! — Гокудера заметно повысил голос, постепенно злясь на напарника за попытку промывки мозгов в неподходящее время и в неподходящем месте, хотя сама эта попытка приводила его в ярость. — Потому что эта боль поможет ей меня возненавидеть. А потом она забудет обо мне, чтобы избавиться от ужасного чувства, и начнет двигаться дальше. — Знаешь, ты называешь идиотом меня, Сасагаву, Ламбо и других, однако им в этом кругу лиц являешься только ты, — на этой ноте, Ямамото не сомневался, разговор был окончен, потому что продолжать его не было уже ни смысла, ни желания. Хаято удержался от ответа и продолжил сверлить взглядом черную спину Ричарда, который, напоследок вдохнув в себя запахи, сделал еще парочку шагов и сел напротив одной из дверей, наклонив голову в бок. — Ты долго будешь разбираться с замком? — завидев чудо техники, пресекающее дальнейший путь, вяло спросил Такеши, таящий злость на друга из-за его поступка глубоко внутри себя. — Меч свой дай, — Хаято взял в руки оружие и воткнул острое лезвие прямиком в прибор, который тотчас же затрещал, и из него полетели искры. Дверь снова неприятно пискнула и резво распахнулась. Удивленные возгласы за ней не предвещали ничего хорошего, поэтому оба Хранителя, затаив дыхание, пристроились по обе стороны от прохода, ожидая появления врага. И он не заставил себя ждать. Мужчина в костюме Барбереи высунулся в коридор, но был оглушен резким ударом тяжелых ножен по затылку. Кивнув друг другу, Ямамото и Гокудера вбежали в помещение, где принялись расправляться с оставшимися охраниками, которых было штук семеро. В то время Ричард рванул, огибая различное оборудование, в центр помещения, где находилось что-то наподобие пьедестала. На толстых и прочных цепях была подвешена Рейвен, достаточно высоко, чтобы человек без помощи аппаратуры мог ее снять. Она находилась в припадочном состоянии, как будто ее долгое время накачивали наркотиками. На открытых участках тела виднелись синяки и неглубокие раны. Шум драки и лай пса словно помогли ей очнуться. Рейвен сфокусировала взгляд на Ричарде и в ужасе уставилась на груду бездыханных тел охранников, а также расправившихся с ними Хранителей урагана и дождя. По щеке ее скатилась одинокая слеза. — Это ловушка! — охрипшим после пыток голосом прокричала, насколько могла громко, Магнаго, начав дергаться и раскачиваться на цепях, как будто это могло помочь ей освободиться. — Уходите отсюда! Умоляю, уходите! Ямамото вытащил меч из ножен и с разбега попытался разрубить цепи засветившимся синим пламенем мечом, однако попытка оказалась провальной, и комнату огласил лишь лязг металла, неприятно режущий слух. Гокудера отшвырнул от себя вырубленного охранника и подбежал к пульту управления, как можно быстрее пытаясь отыскать рычаг или кнопку, отвечающую за механизм, пока не явилось подкрепление, ясное дело, превосходящее по силам обычных солдат Барбереи во много раз. — Черта с два мы тебя здесь оставим, дура! — воскликнул Хаято и потянул за рубильник, благодаря чему Рейвен резко опустилась на пол. Лампы несколько раз мигнули, словно о чем-то предупреждая, одна из стен злополучной комнаты с треском обрушилась. На обломках стояла женщина, руки которой были обвиты толстыми металлическими цепями. Она гаденько ухмылялась, лицезрея Хранителей Вонголы. Ее белые волосы, концы которых нелепо окрашены в яркие цвета, были убраны в два небрежных хвоста, белый грим на лице и откровенная одежда оправдывали безумное хихиканье, вырвавшееся из уст тотчас же. — А я думала, что малышке Рейвен понравились мои украшения, — бережно погладив рукой одну из цепей, проворковала девчонка. — Вам тоже понравится. Всем нравится. Ведь никто больше не может отозваться плохо о моих побрякушках. Ямамото в то время помог Рейвен подняться. Ноги совсем не держали после долгого нахождения в невесомости. — Гокудера, выводи Рейвен и Ричарда отсюда. Я задержу ее, — Такеши отдал Магнаго в руки друга, сам же сошел с пьедестала и принял боевую позицию. — Она преступница, Ямамото, — сказала Рейвен, явно беспокоясь за исход этой битвы. — Чертова маньячка. Ее цепи не должны тебя задеть, иначе… — Я понял, что она опасна, но ты можешь за меня не волноваться, вряд ли эта женщина непобедима, — оборвал ее Ямамото. — Уходите. Гокудера смерил его взглядом, мысленно желая удачи, и вывел Магнаго из комнаты в коридор. Омерзительный смех раздался у них за спинами и лязг цепей, как змеи, ползущих по полу. Но подоспевший вовремя Такеши отбил атаку противницы, попытавшейся остановить убегающих. — Хаято, — сквозь зубы проговорил Ямамото, держа крепкую цепь мечом, ощущая, как вторая медленно обвивает ногу. Гокудера замер, в миг осознав, чего хочет от него Ямамото. Сомнения разрушил уверенный взгляд шоколадного цвета глаз и очередной яростный крик. — Прости меня, Ямамото, — не удержался Хаято. — Что ты делаешь? — истерично воскликнула Рейвен, не понимая, что происходит. Фитили были подожжены в ту же минуту. Ловя улыбку Хранителя дождя, который усилил обволакивающее меч голубое пламя и смог втолкнуть цепи обратно в помещение, где держали Рейвен, Хаято отправил динамит в полет при всем своем желании этого не делать. Время словно тогда замедлилось; динамит летел, рассекая воздух, и у самого входа разорвался на мириады кусочков.