Nobre Sangue (Благородная Кровь)

— Я забыл представиться. Меня зовут Тилль, — произнёс мужчина, когда они с Флаке уже сидели за огромным прямоугольным столом, способным разместить человек двадцать, не меньше. — Очень приятно, Тилль, — подчёркнуто вежливо ответил Флаке, присаживаясь на заботливо пододвинутый стул. — А моё имя ты уже знаешь... Тилль улыбнулся, садясь рядом с парнем. — Что будешь кушать? — Не знаю, — пропищал Флаке, засмущавшись. — Ты не должен бояться, — Тилль опустил свою руку парню на плечо. — А я и не боюсь, — протараторил Флаке, заправляя прядь волос за ухо. — Я думаю... — Я не собираюсь ничего делать против твоей воли. Я не такой, как твой... — Договорились. Кстати, мне не нравится, когда меня трогают. Не сбрасывая улыбки, Тилль убрал руку с плеча парня. Флаке вновь почувствовал жар на щеках. Он уже не боялся, скорее чувствовал себя уставшим и растерянным. Он пока ещё не понимал, зачем это странное существо его похитило и чего оно хочет. Возможно, Тилль действительно его спас, а возможно, он — всего лишь такой же извращенец, как и Дирк. Но между тем, одно присутствие этого мужчины рядом заставляло тело Флаке гореть. Поняв, что Флаке не в настроении для бесед, Тилль дал распоряжение сотрудникам приготовить банкет на двадцать персон, будто бы они все займут свои места за этим столом. Но вся эта еда предназначалась для Флаке. Тилль не мог не заметить, насколько тот был худенький. Жуткая худоба просвечивала тело чуть ли не до костей. На самом деле, Флаке выглядел истощённым. — Прости мне этот вопрос... но ты что — совсем не ешь? — Тилль поднял глаза на мальчишку. Флаке изящно скрестил руки на груди и отрицательно покачал головой. — Я ем, время от времени. Только когда Дирк мне оставляет еду. — Наверное, тебе трудно говорить об этом... — Не трудно, — Флаке облизнул губы, — я думаю, это нормально. — Но почему он не оставляет тебе еды? — Ну, я готовлю для него, затем ухожу, затем он ест, и когда он наелся, могу поесть и я. А он решает — достанется ли мне что-нибудь на обед, и тогда я обойдусь без ужина, или же получу ужин, пропустив обед. — Но почему он так поступает? — Потому что ему нужен раб на все случаи жизни. Ему нужен кто-то, кого бы он мог называть "своей шлюшкой" — так, например, он звал мою покойную матушку. И прежде чем ты спросишь, я скажу: моя мама была проституткой, а ещё она была очень хорошей. — Флаке раздражённо вздохнул. Он не хотел снова вспоминать о том, что Дирк с ним проделывал, но говорить о смерти матери оказалось ещё труднее. — Кристиан, я сочувствую, — Тилль провёл рукой Флаке по спине. — Не проблема, — Флаке застенчиво улыбнулся и очаровал Тилля этой своей улыбкой. Тот ласково провёл ему по щеке, отчего парень зарделся. — Ты не такой. — Как это — не такой? — Флаке тихонько рассмеялся: кажется, эти ласки его уже совсем не задевали. — Знаешь, мне приходилось заботиться и о других мальчиках, и всех их объединяло одно: они туго соображали. А ты, как я посмотрю, умненький, да и... Есть в тебе что-то, что меня очаровывает. — Тилль, — Флаке почувствовал, как его глаза наполняются слезами, но он не позволил ни одной из них пролиться. Впервые за много лет кто-то его похвалил. Мужчина улыбнулся и приобнял парнишку за плечи. Вскоре появились помощники, заносящие в комнату бессчётное количество блюд с яствами. На мгновенье Флаке показалось, что все прислужники были странным образом бледны, будто бы им сильно нездоровилось. Ему почудилось даже, что и он сам уже слегка простужен. — О, Боже, — прошептал Флаке, разглядывая заставленный тарелками стол. — Оставь формальности и кушай, как тебе угодно, — раздался низкий голос Тилля. Флаке смущённо улыбнулся, хватая пустую тарелку и наполняя её всеми разновидностями имеющейся в наличии еды: все сорта мяса, и даже овощи, и супы, и каши... Флаке отправлял еду в рот с такой прытью, будто не ел уже несколько месяцев. Хотя это было и недалеко от истины. На самом деле, он ещё ни разу в жизни не наедался до отвалу. — Тебе нравится? — спросил Тилль, довольно улыбаясь. Сам он ничего не ел. — Это просто невероятно, спасибо! — ответил Флаке, не переставая поглощать пищу. Вдруг ему вспомнилась сказка о Жоау и Марии, в которой ведьма откармливала Жоау, чтобы потом самой его съесть.* — Что-то не так? — забеспокоился Тилль, заметив, что Флаке перестал жевать. — Нет, просто я задумался, — и словно в подтверждение этих слов новая догадка посетила его голову: а что, если еда отравлена? — И о чём задумался? — Тилль взлохматил длинные светлые волосы на голове у парня. — О том, что... я тебе не доверяю. Я едва тебя знаю, почему я должен тебе доверять? — он часто задышал, чувствуя, как внутри него зарождается страх. Тилль громко рассмеялся, вновь опуская свою руку Флаке на плечо. — Кристиан, ангел мой, если бы я хотел тебя убить, то сделал бы это в тот же момент, как только ты оказался в моих руках. Флаке почувствовал, как по его телу пробежал странный холодок. — Вспоминаешь? — продолжал Тилль. — Отключение электричества в твоём доме... — Руки, — от своей догадки Флаке аж поперхнулся. — Пожалуйста, если ты явился, чтобы убить меня, сделай это быстро и безболезненно! — Не думаю, что у меня есть хоть одна причина тебя убивать, дорогой. Прошу, успокойся. Я пронёс тебя сквозь время и пространство, и скоро ты сам всё поймёшь. — Пойму что? — краем глаза Флаке заприметил нож для мяса рядом с собой и незаметно положил свою ладонь на рукоятку. — Просто мне кажется, что ты ещё к этому не готов. Ступай спать — ты очень устал. Они вместе поднялись из-за стола, и Флаке отвернулся, чтобы Тилль не заметил, как он покраснел. Он уже собирался шагнуть в направлении коридора, как вдруг почувствовал поцелуй в макушку. — Спокойной ночи, Кристиан. Флаке обернулся, но Тилля в комнате уже не было. Улыбнувшись, юноша направился в спальню. Он думал о том, что теперь, когда он живёт под опекой Тилля, его жизнь станет лучше. Из неё исчезнут насилие и боль. И кто знает — может быть его на самом деле спас самый настоящий ангел.