Там

Кресло лезет облаками и трескается дешевой краской. Ногти царапают подлокотники до черных дыр и взрывов сверхновых. Локи вдыхает пыльные пробитые молью и тараканами облака и только больше расковыривает старые раны. Когда-нибудь потом на месте глубоких порезов появятся красные крестики вышивки, но сейчас Локи не до того – он почему-то упрямо старается не подохнуть и одновременно сохранить приветливое выражение лица. Мир сворачивается судорогой, а дым раздирает легкие в клочья, и Локи зажигает сигарету, чтобы хоть куда-то выдохнуть дым. Становится легче. Немного. Пальцы едва удерживают последний оплот здравого смысла. Сигюн на полу. Сигюн рассказали, как химичить мыльные пузыри без мыла и пузырей, и Сигюн задумчиво выдувает в соломинку еще один прозрачный перламутровый ошметок Бивреста. Сигюн знает, что такое кашель, знает, что такое панические атаки и «– да ладно, Локи, от одной стопки еще никто не умирал.». Сигюн хочет заполнить мыльными пузырями пустоту Локи, но пока у нее получается только вызвать кислую искореженную улыбку на его лице. Мыльные пузыри часто лопаются. Сейчас – особенно. Сигюн обидно до слез, потому что пустота никуда не девается, а в ошметках Бивреста, щиплющих глаза, воздух из ее легких. Отправляется в черную дыру Гиннунгагап вместе с ней. Локи скрючивает напополам, и Сигюн захлебывается в крови Имира – ну или просто ревет в три ручья, даже не думая вытирать слезы с бледных впалых щек. Локи поднимает голову на звук. Локи зеленый, но Локи отзывается, не плачь, и съезжает вниз, к ней, туда, на хрустящий паркет. Локи прижимает ее, куцую, кудрявую, нескладную и такую живую, к себе, и Сигюн слышит биение Локиного сердца. Хлюпает носом – в последний раз, правда-правда – радуется, Локи еще живой. Локи еще поднимется. Тот в ответ хрипло смеется. Сигарета тлеет на полу. Дым никуда не уходит и теперь они дышат им вместе. Сигюн нашаривает соломинку. Мыльный раствор, конечно, уже соленый, но Сигюн все равно отдает соломинку Локи. Локи затягивается остатками сигареты и выдувает мыльный дымный пузырь. Тот блестит перламутром и поднимается к потолку. Сигюн то ли всхлипывает, то ли смеется. Мыльный пузырь нерушимо парит над потолочными балками.