Чёрно-розовое перо

      Тринадцатилетняя Юки наконец-то освободилась от оков своего рабского прошлого, где она, маленькая и хрупкая, прислуживала богатой семье, и теперь начала свою новую историю, присоединившись к своим спасителям. Ну и пусть это были пираты – она ничуть не жалела о своём решении! Пиратский корабль увёз её далеко от семилетних мучений. А что же было дальше?       Оказавшись на базе пиратов, Юки была представлена им как новый младший член их команды. Пиратская семья Донкихот приняла её очень противоречиво, и почти все были удивлены тому, что капитан взял в семью ребёнка. Однако им всё же пришлось мириться с тем, что это неизменное решение.       Тогда начались тяжёлые дни тренировок для новенькой. Из маленькой, худенькой девочки решили сделать сильного бойца, поэтому каждый день её проверяли на стойкость лидеры семьи Донкихот. Поначалу она думала, что её невезение в этом обусловлено её моральной и физической неготовностью к таким бурным переменам своей личности. Однако и потом на протяжении долгих тренировочных будней её усилия не давали никаких результатов. Юки не подошла роль защитника семьи: как бы она ни хотела, ей всё равно не давалось ни одно оружие, а физические тренировки откликались продолжительными болезнями, во время которых девочка порой и с кровати вставать не могла. И вскоре все члены семьи поняли, что тело ребёнка никогда не примет их суровые условия.       Однако при всей сложившейся ситуации Дофламинго всё же не стал избавляться от девочки. Наблюдая за процессом её жизни в семье, он тоже видел, с каким трудом ей всё это даётся, и тогда, спустя полгода, Донкихот принимает решение оставить Юки в семье не как бойца, а в качестве прислуги. Девочка была немного не готова снова стать служанкой, но она больше не видела других выходов, поэтому и согласилась. После долгого проживания с семьёй пиратов она привыкла к ним (пусть и не все были радушны с ней), да и чувствовала она себя в безопасности, находясь под покровительством уже нашумевшего в пиратском мире имени Донкихот. Она смиренно приняла тот факт, что никуда её старая жизнь не денется, и она снова будет лишь прислуживать.       Так минуло пять лет.       Из маленькой несчастной болезненной девочки Юки превратилась в красивую добрую восемнадцатилетнюю девушку с длинными прямыми волосами нежного апельсинового оттенка и глазами цвета насыщенной карамели. Эта милая, всегда улыбчивая и приветливая девушка вот уже шестой год служит семье Донкихот всем своим сердцем. Хоть и не бойцом, как задумывалось изначально, а лишь служанкой, но она всё равно посвящала всю себя помощи всем членам семьи.       Теперь к ней стали относиться лучше, чем когда-то в первые годы её пребывания в семье, и девушка испытывала от этого невероятную отраду. Даже Йола, которая поначалу её терпеть не могла и всё пыталась выжить её из семьи, теперь порой даже обращалась к девушке, как к своей дочери. Юки стала намного терпеливей, поэтому старалась снисходительно и спокойно переносить привычку Требола подбираться близко к лицу со своим сопливым носом. Один из лидеров – Диаманте, который когда-то вместе с Треболом тренировал Юки, теперь относился к ней не как к провалившемуся солдату, а как к девушке, украшающей их пиратскую команду, словно вдруг распустившийся цветок нежной розы.       Что касается Дофламинго – главы семьи Донкихот – к этому мужчине Юки питала тёплые чувства, думая о нём как о своём спасителе. Это было чувство долга за спасение, смешанное одновременно со страхом и тёплой родственностью. Порой она чувствовала незначительную отдачу от него на свою доброту, и радовалась этому от всего сердца. Девушка сама и не поняла, как успела стать самым близким человеком к Дофламинго из всех нынешних членов семьи. Он же, замечая её бережное и трепетное к нему отношение и размышляя над этим, вскоре поймёт, что девушка становится ему желанной и далеко не безразличной.

***

      Норт Блю. Какой-то остров. Портовый город Спайдер Майлс.       Старый заброшенный завод по переработке отходов, где уже какое-то время располагается штаб пиратской семьи Донкихот, возвышался на горе среди прочих построек «курящего» города, окружённый со всех сторон грудой металлолома. Это в какой-то степени служило системой безопасности на руку пиратам. Серые каменные стены завода, горы металлических балок, старой неисправной техники и деревянных досок, возносящиеся вверх столбы едкого дыма придавали уныние не только большому заводу, располагавшемуся выше остальных зданий, но и всему городу в целом. И только близость к морю делала это место по-своему романтичным и поэтичным.       Спуск с задней стороны завода выводил к пиратской пристани. Юная девушка, одетая в весьма скромную одежду горничной, стояла здесь с устремившимся вдаль внимательным взглядом. Это была Юки. Бледно-голубые волны бились об обрывистый берег, и где-то под её ногами плескалась солёная вода, разбивающаяся о низкий обрыв. Ветер играл с её волосами, и девушке приходилось оттого всё время убирать их за ухо.       Тут вниз со спуска сбежали двое детей, прыгая по верхушкам металлического мусора, и направились к девушке.       – О, она здесь, она здесь! Я же говорила! – маленькая темноволосая девочка в чёрном платьице с передником хлопала в ладоши и радостно улыбалась.       – Блин, я проспорил, дасуян! – расстроено вздохнул крупный (даже больше Юки) мальчик в штанах на подтяжках.       – Я же тебе говорила, что она с самого утра тут стоит, а ты мне не верил!       Девушка обернулась и посмотрела на детей, после чего улыбнулась им.       – Буйвол, Детка-5, – назвала их она. – Вы уже убрались в своих комнатах, как я вас попросила?       – Не-а, – невинно улыбнулась Детка-5. – Сама убирайся там, это твоя работа.       – А разве вы не хотите мне помочь? – мягко спросила Юки.       – Нет, не хотим! – весело воскликнули оба ребёнка и забегали по кругу.       Юки лишь тяжело выдохнула. Буйвол и Детка-5 (настоящие имена заменены кодовыми) были самыми младшими членами семьи, совсем недавно здесь появившимися и готовыми к вступлению в семью, как когда-то и Юки в своё время. Девушка относилась к этим детям с теплотой и заботой, но те не отвечали ей особой взаимностью. Однако Юки всё равно думала, что детям она нравится, когда порой они просили её поиграть с ними или прятались за ней от разгневанных членов семьи. Вот и сейчас она только улыбалась им на их отказ в помощи. Юки считала, что нельзя обижаться на детей и что она должна делать для них всё.       – Зачем ты стоишь тут так долго? – спросила Детка-5 у девушки, подойдя к ней.       – Я жду наш корабль, ты же знаешь, – улыбнулась ей Юки.       – Зачем? Ничего не изменится, если ты будешь тут стоять. Он в любом случае приплывёт, – с непониманием смотрела на неё девочка. – Так зачем тебе тут стоять?       – Ну... Я не могу объяснить, зачем, – растерялась Юки. – Просто хочется ждать их, и, чтобы когда корабль подплыл к острову, они увидели, что я их тут жду.       – Хм... Как глупо! – заявила девочка, насмешливо улыбнувшись. – Ты глупая, Юки! Глупая!       – Глупая! Глупая! Глупая Юки! – подхватил Буйвол, и они вместе начали бегать вокруг девушки, громко смеясь.       – Почему это я глупая?! – она уставила руки в бока и свела брови к переносице, встав в недовольную позу.       – Дурочка! Дурочка! – приговаривали дети и плясали, взявшись за руки.       Девушка пыталась убедить детей замолчать и не обзывать её, но те только больше развеселились и всё придумывали ей новые глупые прозвища. Но Юки нравились эти детишки, поэтому она лишь качала головой и улыбалась, не в силах ругать их за обидные слова. Она принимала это за их игры.       Пока трое на берегу забавлялись и игрались, они не заметили, как в поле их зрения, в водах острова появился большой эффектный корабль в форме розового фламинго с головой птицы на корме. Он медленно подкрадывался к ним со спины по волнам, как вдруг Буйвол заметил его и крикнул:       – Ура! Они вернулись, дасуян!       Юки резво обернулась, и губы её невольно растянулись в радостной улыбке. Долгожданный корабль предстал перед её глазами, и девушка бросилась к краю обрыва, чтобы увидеть его поближе. Дети не могли понять, отчего она вмиг стала ещё счастливей, чем обычно. Её глаза блестели во взгляде на приближающийся корабль, а тело подавалось вперёд в нетерпении увидеть всех лидеров семьи. Она смогла разглядеть издалека стоявших у правого борта Требола и Диаманте, которые в свою очередь тоже заметили её и встрепенулись.       – Ох, ты только глянь! – сказал Диаманте, обращаясь к Треболу, и кивнул на берег. – Нас радушно встречают.       – Эй, эй, мы ей не интересны, кажись, – пробасил в нос Требол, заметив, как Юки выискивает кого-то среди них глазами. – Кто ей нужен, а? Кто?       – Да ясно ж дело, кто, – ухмыльнулся Диаманте и, развернувшись, позвал: – Эй, Доффи, выйди-ка сюда!       И спустя полминуты, Юки увидела среди лиц лидеров поднявшегося на палубу капитана – Дофламинго. Непроизвольно её лицо засветилось упоением, что не смогли не заметить ни дети, ни прибывшие члены команды. Дофламинго привычно скалился: улыбающееся ему лицо этой девушки по возвращении радовало его.       Но тут случился конфуз. Дети, решившие в очередной раз подшутить над служанкой, толкнули её сзади в воду. Не удержавшись на ногах, Юки, стоявшая на краю, упала в воду, а Буйвол и Детка-5 смеялись, держась за животы. На палубе все, кто видел это, успели перепугаться за жизнь девушки. Но она вскоре вынырнула и быстро взобралась на невысокий обрыв, с которого её столкнули «добрые» детишки.       – Прости, Юки, мы не удержались! – хохотала Детка-5. – Ты так смешно упала!       – Ага, шлёпнулась прям в воду, дасуян! – заливался Буйвол.       Юки поднялась на ноги и одарила их немного осуждающим взглядом, но те не отреагировали, лишь продолжали смеяться. Подумав о том, что её неуклюжее падение видели на палубе уже подплывшего к берегу корабля, Юки почувствовала неловкость. Выжимая края своего платья, она отвернулась от корабля и пыталась привести себя в порядок. Происшествие было неожиданным, однако.       Корабль пиратов Донкихота пришвартовался у берега, где обычно они оставляли его, и пираты стали сходить по лестнице на землю. Недовольный ситуацией Диаманте сразу высказал детям:       – Эй, ну и что вы делаете, шкеды? Зачем Юки в воду столкнули?       – Мы больше не будем! – говорили они, только вины на их лицах совсем не было.       – Вы ещё даже не в семье, а у вас хватает наглости напакостить тем, кто в ней уже давно!       – Не нужно, Диаманте-сама! – попросила его подошедшая Юки. – Я на них не сержусь за это.       – Рассердись хотя бы раз, ну, ну! – скакал Требол. – Дай им по башке, утопи в реке, сбрось их с верхушки завода на свалку, огрей стулом, прижги пальцы!       – Я не привыкла прибегать к таким жестоким методам воспитания, – виновато улыбнулась Юки. – Да и ничего страшного же не случилось. Я ведь жива, и всё в порядке.       Все члены команды сошли на берег. Юки была так рада всех их видеть, что даже забывала про то, что до нитки промокла. Особенно рада она была видеть Дофламинго, который вскоре вышел вперёд, к ней. Прошло пять лет, но Юки по-прежнему смотрела на него, высоко задрав голову. Его огромный рост не собирался делаться меньше, точно так же, как и неизменны были его шуба из розовых перьев и солнцезащитные изогнутые очки.       – Как я рада вас видеть, молодой господин! – воскликнула она и улыбнулась ему. – Как корабль? Его хорошо отремонтировали?       – Как видишь, – отвечал Дофламинго со своей привычной широкой улыбкой, похожей больше на звериный оскал. – Его полностью восстановили после повреждений.       – Я рада! – с неподдельной искренностью отвечала Юки.       Капитан оглядел её с ног до головы. Юки вновь почувствовала стекающие по ней дорожки морской воды и смутилась пуще прежнего. Неловкость и неудобство сковали её.       – Ты в порядке? – поинтересовался Дофламинго.       – Да. Ничего страшного, дети просто пошутили, – с улыбкой утверждала Юки. – Я не держу на них зла.       – Тебе нужно переодеться.       – Ох, всё в порядке, не вол...       – Ты же не собираешься ходить в мокрой одежде?       Юки на секунду остановилась. Ей представилось, что капитан выказывает некое подобие заботы о ней, поэтому ей стало так приятно, что она еле сдерживала радостную улыбку.       – Так ведь... – смутившись, отвечала девушка, – у меня нет другой одежды. А эту буду сушить только ночью.       Дофламинго широко ухмыльнулся и обратился к женщине, стоявшей за ним:       – Йола, принесёшь Юки её вещи в комнату, когда будете разбирать груз с корабля.       – Принесу, – отозвалась тонкая женщина в зелёном платье. После Йола прошла мимо Юки и улыбнулась ей краешком губ, сказав: – Молодой господин прикупил тебе вещичек, а то нищая ты у нас какая-то.       – С-спасибо, – робко поблагодарила Юки, переведя взгляд на мужчину. – Не стоило тратиться на меня. У вас и без того затраты большие.       Дофламинго лишь тихо довольно посмеялся себе под нос. Юки вновь почувствовала это приятное чувство, протекающее по всему телу. И неважно, что она вся мокрая и упала в воду – главное то, что члены семьи Донкихот, спустя два дня, снова рядом с ней. Она снова ощущает безопасность за себя и своё спокойствие за них.       С лестницы спустился ещё один человек. Его рост был такой же высокий, как и рост Дофламинго, а выглядел он ещё страннее: он был в тёмно-малиновом капюшоне с изображением сердец на концах, лицо его украшали две татуировки: под правым глазом в виде многогранной звезды и в виде широкой улыбки в области рта. На его плечах была точно такая же шуба из перьев, как и у Донкихота, отличавшаяся только смольным чёрным цветом. Одет этот мужчина был в белую рубашку с изображением сердец, белые джинсы и чёрные ботинки. На глазах – солнцезащитные очки с тёмно-фиолетовыми линзами. Спустившись, этот человек направился к остальным.       – Эй, Коразон, чего задерживаешься? – спросил его Диаманте. – Уснул что ли? Не заметил, что мы приплыли? Как всегда, ей богу!       Проигнорировав его, этот человек по имени Коразон направился к детям. И вскоре, не проронив ни слова, похватав их за головы своими большими руками, он разогнался и запустил их в небо над морем. В ужасе Юки бросилась к берегу.       – Буйвол, Детка-5! – воскликнула она и уже хотела броситься в воду, чтобы спасать детей, но их смеющиеся головы вскоре показались вдалеке из воды.       – Он снова сделал это, дасуян! – слышался смех Буйвола.       – Ага, психанул и выкинул нас! – смеялась вместе с ним Детка-5.       Другие члены семьи не удивились, ведь это стало уже привычным явлением. Но вот Юки не могла спокойно относиться к тому, что Коразон не переносит детей (особенно, когда они пакостят ему). Он развернулся и зашагал прочь. А вот сейчас Юки была очень зла.       – Вы снова сделали это... – содрогалась она от ярости и развернулась к нему, крикнув: – Перестаньте так с ними обращаться, Коразон-сама!       Но он ничего не отвечал ей и шагал прочь, поднимаясь к заводу. В какой-то момент он вдруг грохнулся на ровном месте, запутавшись в собственных ногах. Привычная картина. Плывшие к берегу дети, увидев его очередное падение, в голос рассмеялись и начали громко его дразнить. Тогда Коразон поднялся, медленно развернулся и хотел вернуться за новой местью. Но когда Юки поняла это, она быстро перегородила ему дорогу, раскинув руки в стороны, показывая, что не даст детей ему в обиду. И Коразон, посмотрев в её решительные смелые глаза с пару минут, смирился, развернулся и ушёл прочь, всё так же не проронив ни единого слова.       – Его не исправить-иин, – усмехнулся Махвайз – один из членов команды, подчинённый лидерам. – И чего он так не любит детей?       – Не обращайте внимания, привычно ведь уже, – сказал Дофламинго. – Лучше разгрузите корабль.       И Требол с Диаманте организовали подчинённых своих отрядов на разгрузку корабля. А после вместе с капитаном ушли вслед за Коразоном, к заводу на возвышенности. Юки в это время помогла Буйволу и Детке-5 выбраться из воды и повела их вытираться, чтобы они не простудились.       С тех пор, как эти дети изъявили желание вступить в семью, их только и делают, что проверяют на выносливость, а проверки заключаются в издевательствах со стороны детоненавистника Коразона. Он появился почти в одно время с этими детьми (но чуть раньше), и уже вскоре у Юки сложилось к нему нехорошее отношение как раз таки потому, что он обращался с ними, как с мусором. Она, конечно, не понимала, почему эти дети так стремятся попасть в пиратскую семью, что готовы даже смиренно терпеть все выходки Коразона, но отчасти понимала их, ведь когда-то таким же ребёнком попала сюда.       Юки знала об этом человеке совсем немного. Со слов лидеров, которые и рассказывали ей о нём, Коразон пережил в детстве сильный шок, поэтому сейчас не может говорить. Он ненавидит детей и всегда старается от них избавиться. Он неуклюж и немного туповат, но силы ему не занимать. Самым важным было, пожалуй, то, что он приходится родным младшим братом Дофламинго (что и объясняет его высокий рост и похожая шуба из перьев). Донкихот Коразон так же являлся одним из лидеров семьи. Но, несмотря на его статус, Юки всё равно открыто выказывала ему своё пренебрежение: уж больно она невзлюбила его за такое отношение к детям. Она лишь старалась держаться от него подальше и огородить от него детей.

***

      Прибывшая семья Донкихот вернулась на свою базу – старый завод по переработке отходов. Внутри оно было отремонтировано ими, поэтому снаружи это был только завод, а внутри – целый дом для проживания. На крыше виднелся развевающийся на ветру флаг с изображением «весёлого Роджера» пиратов Донкихота.       Как только они прибыли, Юки быстро накрыла обеденный стол и накормила уставших членов семьи с дороги. Она привыкла прислуживать. Привыкла настолько, что делала это без отданного на то приказания. Она делала это уже не столько из своих обязанностей, сколько от простого желания помогать этим пиратам. И им были по душе её радушие, доброта и любовь к ним.       – Вкусно? – спросила Юки с милой улыбкой, хотя она спрашивала это постоянно и всегда получала один и тот же ответ.       – Как и всегда, превосходно! – ответил Диаманте.       Большой стол, за которым расположились все члены семьи, был уставлен разнообразными вкусными блюдами и напитками, среди которых преобладало дорогое выдержанное вино. Пираты всегда удивлялись тому, как Юки научилась так быстро готовить такое количество еды. А она на это удивление отвечала лишь скромной улыбкой и смущённым смехом.       – Наверное, – сказала Йола, взглянув на девушку, – ты будешь кому-то хорошей женой.       – Никогда! – воскликнул Диаманте. – Мы такое сокровище никуда не отпустим и никому не отдадим!       – Диаманте-сама прав, – сказал один из подчинённых отряда Диаманте – Сеньор Пинк. – Такая леди будет служить только семье Донкихот и никому больше.       – Да я и не собираюсь никуда от вас уходить, – рассмеялась Юки, смутившись.       – Никто и не отпустит тебя, – сказал Требол и повернулся влево, обращаясь за подтверждением к капитану: – Так же ведь, Доффи?       На что Дофламинго только загадочно посмеялся себе под нос. Но Юки знала, что это было согласие. Она легко улыбнулась краешком губ и отошла к детям, которые начали залазить руками в тарелки друг друга. Ей предлагали сесть, пообедать с ними, на что Юки вежливо отказала, утверждая, что не голодна и поест за ужином.       – Кстати, – вдруг заметил Дофламинго, посмотрев на стоящее слева от него пустующее кресло, – где Коразон?       – Разве он не шёл вместе с нами сюда? – задумалась вслух Йола. – Куда он мог деться?       – Это я его не впустила! – заявила Юки с важным видом.       Все пираты разом ошалели с её внезапного заявления и с удивлённым вопросом взглянули на неё, оторвавшись от своих обедов.       – Ты его не впустила? – переспросил Дофламинго.       – Да, не впустила, – повторилась девушка, немного поубавившись в своём заносчивом тоне.       – Почему?       – Потому что тут дети, а он постоянно выкидывает их из окон, – чуть раздражённо отвечала Юки, отвернувшись и спрятав надутые губы. – Пускай они в кой-то веки нормально поедят.       И в этот момент все члены семьи недовольно зашептались. Йола даже осуждающе покачала головой, глядя на неё. Юки растерялась, она не понимала, почему нельзя было дать детям хотя бы один обед провести в спокойствии.       – Юки, – как можно ласково начал Дофламинго, не спуская своей привычной улыбки-оскала, – во-первых, Коразон – один из лидеров семьи, и не впускать его за обеденный стол становится для тебя нарушением «Правила крови», действующем у нас, как тебе известно.       – Да, но...       – Не перебивай, – с нажимом, но всё с тем же оскалом произнёс капитан. Юки чуть похолодела. – Во-вторых, если ты не забыла, эти двое ещё не члены семьи, они только проходят испытательный срок, который заключается в перенесении всего того, что устраивает им мой брат. Это часть их становления моими верными подчинёнными. Понимаешь?       – Понимаю, но я... – всё пыталась вставить своё слово Юки, но Дофламинго останавливал её всё жёстче:       – Я ещё не разрешил тебе говорить! – после чего Юки испугалась и смиренно смолкла, виновато склонив голову, а Дофламинго продолжил: – Я и так закрыл глаза на то, что тебе хочется посадить детей за один обеденный стол с лидерами семьи, а ведь это неприемлемо у нас, ты знаешь. А ты уже начала выгонять из-за стола важных членов семьи ради кого-то, кто в ней ещё даже не состоит. Не огорчай меня так, Юки.       Девушка чувствовала неловкость и обиду. Она задавалась вопросом: почему же члены семьи не понимают её поступка? Она ведь просто хочет заботиться об этих детях в равной мере, как и о них. В полной тишине, которая образовалась после слов Дофламинго, Юки, склонила голову ниже и тихо произнесла:       – Простите меня... Больше я так никогда не сделаю.       И уже через пару секунд Йола предложила забыть об этом, не заострять внимание и продолжить трапезу, на что все охотно согласились.       Детка-5, которой в кой-то веки стало жаль девушку, дёрнула её за подол платья и полушёпотом спросила:       – Зачем ты это сделала, глупая Юки?       Девушка стояла всё ещё загнанная в стыд и смятение. От этого её лицо даже приобрело неживой серый оттенок. Она посмотрела на Детку-5 и слегка приподняла края губ в улыбке, тихо ответив ей:       – Я хотела, чтобы сегодня вы не были выброшены в окно за обедом.       – Дурочка! Мы тебя не просили! – нахмурилась Детка-5.       – Не просили, дасуян! – поддакивал Буйвол, который пачкал своё лицо в соусе.       – Простите, – виновато улыбнулась девушка, а в голосе её дрогнули еле слышимые нотки обиды, которые услышаны не были.       Вскоре дети спрыгнули со стульев и радостные поспешили к выходу вприпрыжку.       – А мы поели, мы поели! – заверещала Детка-5, прыгая с ноги на ногу, и сказала Буйволу: – Пойдём играть в догонялки?       – Пойдём, дасуян! – согласился довольный мальчишка.       – А «спасибо» где, вы, мелкие уродцы?! – возмутился Диаманте.       – А, точно, спасибо! – невинно улыбнулись дети, встав в послушную позу.       – Кому спасибо-то?       – Вам.       – Я что ли вас кормил, идиоты?!       – Спасибо, Юки! – дети повернулись к девушке, которая сидела на скамье у стены.       Откликнувшись и отвлёкшись от своих мыслей, она приветливо улыбнулась им и ответила:       – Не стоит.       – Ну, не стоит, так не стоит. Побежали, Буйвол! – воскликнула Детка-5, и оба ребёнка выбежали в двери.       Юки поднялась, чтобы закрыть их, и тут услышала обращающегося к ней главу семьи:       – Эй, Юки, пойди, позови сюда Коразона.       Она чуть сжала в руке дверную ручку, припустив голову, и тут же встрепенулась и ответила:       – Хорошо, молодой господин.       За её спиной закрылась входная дверь, и столовая, помимо постукиваний о посуду столовых приборов, наполнилась вдруг начавшимися обсуждениями.       – По-моему, это слишком доброе дитя для семьи Донкихот, – заметил Гладиус – член отряда Пики.       – Даже непонятно, отчего она такая добрая, если брали мы её ненавидевшим весь мир ребёнком, - пожимала плечами Йола и наливала себе очередной бокал красного вина. – И она целых пять лет прожила среди пиратов, а по ней и не скажешь. Слишком уж мягкая выросла.       – Зато милашка, – ухмыльнулся Диаманте, старательно ковыряющий зубочисткой в зубах.       – Молчал бы уж!       – Ну и ладно, что мягкая, – распустил сопли Требол. – Мы же ведь хотели сделать из неё бойца, но вышла лишь прислуга. Прислуге простительно быть мягкой, тем более, женщине.       – Она, может, и мягкая, но не во всём, – подметил Сеньор Пинк. – Возьмите хотя бы то, что произошло сейчас. У неё ведь хватило храбрости не пустить на обед одного из лидеров.       – Я тоже удивляюсь, как Коразон не прибил её-иин, – усмехнулся Махвайз, продолжавший безостановочно набивать брюхо мясом.       Тут по всей столовой раздался резкий стук по столу. Все перепугались и смолкли сию секунду, переведя взгляд на источник шума – на Дофламинго.       – Прекратите уже, – спокойно попросил он, всё так же улыбаясь. – Это скучно – обсуждать кого-то за спиной. Почему бы вам не сказать ей это в лицо?       Члены семьи заметно замялись и растерялись, попрятав глаза. Отчего-то после слов Дофламинго они сконфузились и больше ни слова не сказали, словно проглотив языки.       – Она относится к вам с добротой, – улыбался Донкихот так, словно бы ему нравилось сейчас пристыжать своих подчинённых, оседая в своём большом кресле и покачивая в руке бокал с вином. – Постарайтесь и вы относиться к ней так же. Она не просто кто-то - она уже давно член нашей семьи, пускай и не боевой.       – Мы к ней тоже с добротой, молодой господин! – оправдывалась за всех Йола. – Просто высказали своё мнение, только и всего.       Дофламинго лишь усмехнулся и жадно отпил вина из бокала. Члены команды постарались воздержаться от дальнейших разговоров об их горничной, потому что всегда, когда они начинали говорить о ней, разговор обрывал капитан. Дофламинго не хотел слушать то, как Юки обсуждают у неё за спиной. Почему? Он и сам удивлялся.       Семья Донкихот продолжила обед в молчании.

***

      Над старым дымящим заводом раскинулось голубое небо с парящими по нему кричащими чайками. Едкий запах гари ничуть не портил визуальности окружающего ландшафта – он был испорчен изначально и не вызывал никакой приятной эмоции. Среди груды металлолома на каком-то большом куске чугуна расположился Донкихот Коразон, недалеко от подножия лестницы, ведущей наверх, на кухню. Мужчина изучал большую развёрнутую газету и дымил чуть помятой сигаретой. Он почти не шевелился, лишь время от времени перелистывал огромные серые страницы, задумчиво хмыкая.       С лестницы в это время спустилась Юки и направилась к нему. Ей не хотелось говорить с этим человеком, но пойти наперекор приказу Дофламинго она не могла. К тому же, она уже давно забыла, что можно делать так, как хочется ей, а не так, как обязывают правила семьи.       – Коразон-сама, – прокашлявшись перед этим, позвала она, и тот обернулся. – Вы можете идти обедать вместе с другими членами семьи.       Она не смотрела на него, взгляд её был отведён в сторону и устремлён на сидящую вдалеке на скале у берега чайку. Коразон же в свою очередь прямо смотрел на девушку. Он сложил газету и поднялся на ноги, и на Юки сию секунду упала его большая тень. Достав листочек и маркер из-под своей огромной чёрной шубы, Коразон что-то почёркал на нём и развернул к девушке. «ДЕТИ УШЛИ?» - прочитала она на этом листе.       – Ушли, – ответила она, вновь отвернувшись.       Покосившись на него краем глаза, она увидела, как он снова что-то пишет на обратной стороне листа. Юки недовольно вздохнула про себя, желая лишь, чтобы он уже поскорее поднялся к остальным и не спрашивал её ни о чём. В продемонстрированном вскоре ей листочке Юки прочитала выведенное кривыми буквами «СПАСИБО» и пришла в удивление. После этого Коразон убрал лист обратно под шубу и ушёл прочь, направляясь в столовую. Юки же была поражена его благодарностью, развернулась и взглянула ему вслед с широко раскрытыми глазами. Но быстро её осадила мысль о том, что не стоит на этом так заострять внимание. А в этот момент Коразон успел шлёпнуться на лестнице, как и всегда.