Northern

Школа открылась перед ними каменными сводами высоких потолков и холодных стен. В огромном коридоре за входными дверьми, где они оказались, было на удивление тепло, особенно после улицы, дышащей морозным воздухом хвойного леса. Драко обернулся: преподаватели, встретившие их перед входом, окинули цепкими взглядами всю толпу первокурсников и прошли в следующую дверь. С ними остался лишь один из учителей, который похлопал в ладоши, чтобы привлечь к себе внимание, хотя все и так молчали. — Дорогие дети, пожалуйста, ни в коем случае не кричите, не смейтесь или не деритесь в том зале, где мы сейчас окажемся. Те, кто ослушается, сегодня же отправится домой без возможности вернуться. Преподаватель смотрел на них строго и внимательно, словно на каждого сразу. Потом открылась дверь в главный зал, и Драко тут же потерял весь интерес к преподавателю, потому что по-настоящему опешил. На каменных стенах главного зала висело три гобелена: тёмно-синий, огненно-красный и изумрудно-зелёный. Он внимательно пригляделся к символам, что были изображены на них. Однако, как он ни старался, сложно было увидеть что-то конкретное. На красном фоне, среди чёрных линий, напоминающих по своей форме всполохи пламени, был ни то грифон, ни то гепард, а линии над его спиной как будто образовывали крылья или же стрелы. На синем фоне ни то ящерица, ни то птица, была окружена замысловатыми узорами. На зелёном гобелене Драко разглядел русалку, чьи волосы тонкими чёрными линиями оплетали всю картину. Под каждым из гобеленов ровными рядами стояли старшекурсники, насколько он понял. Они все стояли плечом к плечу и смотрели прямо, а не на новоприбывших. Он поёжился, подумав о том, что ему предстоит здесь учиться следующие семь лет. Столов с праздничной едой в зале не было. На возвышенность перед одной из стен зала, под гобеленом с изображением замка Дурмстранга, вышел директор школы. Драко вздрогнул, когда Синдри схватил его за руку и раздражённо покосился на мальчика, но говорить что-то не решился. — Приветствую вас всех в школе магии и боевых искусств Дурмстранг, — громогласным голосом начал директор, — Сейчас я объявлю, в какой класс определён каждый из вас. Дети зашептались, недоумевая, когда их уже успели распределить, но преподаватели взглянули на них так грозно, что тихий ропот сразу же затих. Громким, даже в какой-то степени устрашающим голосом директор, сдвинув к переносице густые чёрные брови, начал озвучивать имена учеников. Когда директор назвал чьё-то имя, старшеклассники под соответствующим гербом начали махать ученику руками и всячески давали понять, что ему нужно подойти и встать в их ряды. Так он успел понять, как именно называются факультеты и то, какие у них расцветки.  — Матс Бергман — директор поднял глаза, чтобы увидеть того ученика, что сделает шаг вперед и, окинув его цепким взглядом, сказал факультет, — Фламмо. Тот самый мальчик с яркими медными волосами, который отбился от волка и был одним из тех смельчаков, которые предлагали идти в чащу леса с факелом, уверенной походкой направился под герб факультета огненно-красной расцветки. — Нура Бергман, — директор снова поднял глаза, смерив взглядом девочку, которая уже, кажется, знала, куда ей идти. По крайней мере, Драко уже знал. У девочки были яркие длинные волосы такого же медно-рыжего цвета. Она молча выступила вперед, и когда директор сказал, наконец, «Фламмо», что было записано в его длинном пергаменте, она пошла в сторону старшеклассников этого факультета. К слову, если под синим гербом стояли ученики обычного телосложения, а под зелёным — даже несколько тонкотелые и изящные (как парни, так и девушки), то под оранжевым гербом факультета Фламмо — все, как на подбор, широкоплечие и спортивные студенты. — Синдри Брием, — спустя с десяток учеников сказал директор, и Драко подумал, что Синдри вот-вот рухнет в обморок — настолько он побледнел. Он, не помня себя от страха, выступил вперёд, и директор, взглянув на него лишь мельком, сказал «Венери». Под зелёным гербом ему приветливо улыбнулись и Синдри пошёл к нему на почти что негнущихся ногах. Драко даже не мог предположить, куда определили его самого, но подумал, что в Венери будет немного проще — с его-то телосложением. — Драко Малфой, — озвучил директор. После замысловатых и явно сложных скандинавских или болгарских фамилий, фамилия Драко казалась уже даже странной. Он сделал шаг вперед и директор поднял на него свой орлиный взгляд — орлиным он показался, ибо преподаватель двигался довольно резко и даже в какой-то степени хищно. Драко показалось, что на нём самом директор задержал свой взгляд намного дольше, чем на остальных. — Гласиас, — озвучил он, и Драко направился к синему гербу, — Мария Стенвелл. Драко, со своего места рядом с кем-то из сверстников и почти касаясь макушкой груди кого-то из высоких старшеклассников, посмотрел на Марию. Та выступила вперёд, директор приподнял брови и без промедлений бросил «Гласиас». Мария быстрой и в какой-то степени пружинящей от напряжения походкой пролетела к рядам учеников Гласиаса. Драко услышал знакомое имя «Олис Троттер», но не смог вспомнить, когда он его слышал. Потом, когда лицо мальчика озарила улыбка и он пошёл к гербу факультета Фламма, он вспомнил — мальчик залез на дерево, когда им понадобилось посмотреть, в какой стороне Дурмстранг. В хорошо освещённом главном зале он выглядел совсем иначе, чем на лесной поляне. Когда все ученики были распределены на факультеты, произошло что-то неожиданное. Какая-то замаскированная дверь, которую Драко раньше не заметил, распахнулась и в центр зала быстро выбежали первокурсники, которых, почему-то, ещё не назвали. Все выглядели испуганно, как будто только что отбивались от огромных змей или чего похуже. Какой-то преподаватель, который появился сразу после этих учеников, передал директору ещё один пергамент, и тот кивнул. — Те, кто остался в том зале, откуда вы выбрались, сегодня же будут отправлены домой, — заявил своим пугающе-рычащим голосом директор и стал называть фамилии и факультеты тех детей, которые только что прибежали. Драко посмотрел на Марию. — Откуда они вообще пришли? — шепнул он, всё ещё не понимая, почему директор и преподаватели отреагировали на ворвавшихся в зал так спокойно. — Это те ребята, которые вернулись обратно в начало тропы, когда она оборвалась, — шепнула так же тихо Мария. Драко вздохнул. — А сейчас вы можете пройти в обеденный зал, куда вас проводят старшекурсники, — объявил директор, и настроение многих заметно повысилось: всё-таки после длительного путешествия на корабле и столь насыщенных приключений в лесу все изрядно проголодались. Когда они пересекли порог огромного обеденного зала, остальные ученики уже уходили из него — церемония с распределением на факультеты длилась долго. Тем не менее, Драко всё же заметил знакомое лицо — Лукас, вместе со своими одногодками, увлечённо о чем-то говорил за столом, даже, кажется, не собираясь вставать. Драко посмотрел вопросительно на Марию и они устремились в ту сторону. — О, привет, дружок, — радостно улыбнувшись, встретил его Лукас, — Где Синдри? В какой класс вас определили? О, Синдри, иди сюда! — он помахал мальчику, который вскоре появился рядом с ними. Синдри был донельзя бледный, — Оу, вас что, распределили в разные классы, да? Драко сел за стол. Перед ним была пустая тарелка, а на столе — самое разнообразное количество графинов с соком или чайников с чаем. Синхронно вздохнув, они поднялись и пошли в сторону огромного шведского стола с едой — настолько огромного, что даже со всей толпой одногодок, что подошла к нему, перед столом было ещё много свободного места и можно было ни с кем не сталкиваться — если, конечно, не сражаться за один конкретный сырный сэндвич. Это сейчас и делали, в шутку, разумеется, Матс и Олис — оба, неудивительно, из факультета Фламма. Рыжеволосый Матс, который с одним лишь факелом пошёл на волка, конечно же, не мог просто уступить и взять другой сырный сэндвич — точно такой же, но уже без боя. Драко пришёл к выводу, что Фламма здесь — как прототип Гриффиндора. — На самом деле, обеденный зал — по расписанию, за этим следят гномы. Обедают сначала старшие классы, потом средние, и только потом — первые и вторые. — Серьёзно? — Драко изогнул бровь. Лукас с улыбкой кивнул. — А почему? — заинтересовался Синдри. Он, узнав, что все факультеты пересекаются чаще, чем кажется, и даже обедать можно с какими угодно без ограничений, вёл себя уже более спокойно. — Какие у тебя есть идеи? Мария несколько секунд сосредоточенно молчала, а потом подала голос. — У хищных животных питаются сначала родители, а потом дети. Если придётся отбиваться от врагов, родители должны быть полны сил, чтобы защищать детей. — Вау, а мы тогда сами не догадались, — восхищённо рассмеялся тот парень, который сидел рядом с Лукасом, Драко не посчитал нужным запомнить его имя. — Но от кого защищать Дурмстранг? О его местонахождении ведь никто не знает, — скептично спросил Драко. — Ну да, так и есть, — кивнул Лукас, — Мы пока тоже не застали, чтобы замок пришлось защищать. Но правила есть правила. — А что будет, если прийти в обеденный зал не в своё время? — снова спросила Мария. — Гномы вежливо попросят тебя прийти сюда в своё время, — ответил Лукас. — А если пробежать в зал без спроса? — Гномы наградят тебя парализующим заклятием и отнесут к преподавателям, там получишь выговор, — Лукас улыбнулся, — на самом деле, на нашем курсе уже пробовали. — Вы? — испуганно спросил Синдри. — Нет, кто-то из факультета Фламма. Вон он, привет, Фредрик! Вы его не знаете. На слишком твёрдом матрасе в кровати общей спальни Драко заснул далеко не сразу, но зато очень крепким сном.