Selection

Вспышки сверкнули в очередной раз, озарив широко улыбающихся Чимина и Хену. — Хена, опустите, пожалуйста, подбородок чуть пониже. Вот так. — Фотограф снова щелкнул затвором камеры, и комнату залил резкий свет. — Думаю, этого достаточно. Кто следующий? — спросил он. Откуда-то сбоку появилась Сыльги. Служанки продолжали хлопотать вокруг нее, пока фотограф вновь не взялся за аппаратуру. Хена, не спешившая отходить от Чимина, что-то прошептала ему и кокетливо шаркнула ножкой. Он негромко ответил, и она, хихикнув, удалилась. Теперь мы все, одетые в абсолютно одинаковые кремовые платья с заниженной талией и рукавами-крылышками и тяжелой алой лентой через плечо, по очереди фотографировались с Чимином. Удачные фотографии будут опубликованы в том же журнале, и редколлегия собиралась сделать свой выбор. Меня все это не слишком вдохновляло. С самого начала я боялась, что Чимин ищет лишь смазливую мордашку. Теперь, после знакомства с ним, я была уверена, что это не так, но, похоже, люди считали, что цель Чимина именно такова. Я вздохнула. Сверкая глазами, Сыльги направилась к Чимину, и он улыбнулся ей. Подойдя к нему, она что-то прошептала принцу на ухо. Не знаю уж, что она ему сказала, но Чимин со смехом запрокинул голову, а потом кивнул, соглашаясь с ее маленьким секретом. Меня это задело. Как мог человек, явно находивший удовольствие в нашем совместном времяпрепровождении, с неменьшей радостью общаться с таким человеком, как она? — Так, мисс, смотрите в камеру и улыбайтесь, пожалуйста, — велел фотограф, и Сыльги немедленно подчинилась. Она развернулась к Чимину и положила ладонь ему на грудь, голову склонила чуть набок и профессионально улыбнулась в камеру. Похоже, она отлично понимала, как наиболее выигрышно для себя использовать освещение и декорации, и несколько раз просила Чимина немного передвинуться или изменить позу. Там, где другие девушки намеренно тянули время, чтобы подольше побыть рядом с принцем, — в особенности те, кому до сих пор не довелось побывать с ним на свидании, — Сыльги, похоже, хотела продемонстрировать свое умение. Я тряхнула головой и приказала себе сосредоточиться. Потом подобрала подол платья и направилась к Чимину. Его взгляд перескочил с Сыльги на меня, и, возможно, я это вообразила, но его лицо просияло. — Моя дорогая, — почти пропел он. — Только без этих штучек, — предупредила я, но он лишь фыркнул и протянул ко мне руки. — Постой-ка. У тебя лента съехала набок. — Ничего удивительного. Эта чертова штуковина была такой тяжелой, что я чувствовала, как она с каждым шагом перекашивается все сильнее и сильнее. — Ну вот, думаю, так сойдет, — сказал он шутливо. Спускать ему это я не собиралась. — Надо же, какой ты разукрашенный, прямо как рождественская елка. — Я ткнула в блестящие медали у него на груди. Он был в форме, которая очень походила на ту, что носили охранники, только несравнимо более элегантная, с золотыми нашлепками на плечах, а к бедру прицеплен меч. На мой взгляд, это было уже слегка чересчур. — Смотрите в камеру, будьте любезны, — окликнул нас фотограф. Я вскинула голову и увидела не только его глаза, но и лица всех остальных девушек, следящих за нами, и у меня сдали нервы. Я вытерла влажные ладони о платье и выдохнула. — Успокойся, — прошептал Чимин. — Не люблю, когда все на меня пялятся. Он притянул меня практически вплотную и положил руку мне на талию. Я попыталась отстраниться, но Чимин держал крепко. — Просто смотри на меня так, будто не можешь сопротивляться моему неотразимому обаянию. Он состроил нарочито обольстительную физиономию, и я против воли расхохоталась. В тот же миг сверкнула вспышка, и камера запечатлела нас обоих смеющимися. — Как видишь, — сказал Чимин, — не так уж это и страшно. — Пожалуй. На протяжении нескольких последующих минут, пока Чимин, подчиняясь указаниям оператора, то крепче прижимал меня к себе, то небрежно отстранял, то разворачивал так, что я оказывалась спиной к его груди, я так и не смогла до конца расслабиться. — Великолепно, — подытожил фотограф. — Можно сделать еще несколько снимков на кушетке? Теперь, когда это испытание почти окончилось, я почувствовала себя лучше и уселась на диванчике рядом с Чимином, приняв самую грациозную позу, которую только могла изобразить. Время от времени он тыкал меня в бок или щекотал, так что я с каждым разом улыбалась все шире и шире, а потом, не выдержав, расхохоталась. Оставалось лишь надеяться, что фотографу удалось подловить момент и заснять меня до того, как лицо сморщилось, в противном случае меня ждала катастрофа. — Большое спасибо. Следующая, будьте любезны, — провозгласил фотограф. Мы с Чимином поднялись, и он не сразу выпустил мою руку из своей.

***

— Девушки, почта! — объявила Салли, разрядив напряжение. Стычка была забыта: всем хотелось поскорее получить то, что принесла наша начальница. Мы находились во дворце уже почти две недели, и, если не считать писем от родных, которые пришли на второй день, это первая настоящая весточка из дома. Я едва ли не бегом бросилась к ней и выхватила конверт из руки. Я так изголодалась по общению с родными! Завладев посланием, я отошла в уголок, чтобы никто не мешал. • Дорогая Дженни! Я уже жду не дождусь, когда же наступит пятница. Какая же ты счастливица. Здорово будет снова услышать твой голос. Мне так не хватает твоего пения. Мама не поет, и с тех пор, как ты уехала, в доме стало очень тихо. Ты помашешь мне рукой из студии? Как продвигается состязание? У тебя там много подруг? Ты разговаривала с девушками, которые выбыли? Мама все время твердит, что, даже если ты и проиграешь, это теперь неважно. Половина из девушек, отправленных домой, уже помолвлены с сыновьями мэров или знаменитостей. Она говорит: не захочет Чимин, найдется другой желающий. Братик надеется, что ты выйдешь замуж за баскетболиста, а не за старого нудного принца. А мне все равно, что все болтают. Чимин такой классный! Вы с ним уже целовались? — Целовались? Да мы с ним только познакомились. И вообще, зачем Чимину меня целовать? Он наверняка целуется лучше всех во вселенной. Он же принц! Мне столько всего еще нужно тебе рассказать, но мама отправляет меня рисовать. Я люблю тебя! Мы все тебя любим. Твоя сестренка, Мари. • Я принялась расхаживать вдоль стены. Из головы не шли слова Мари. Хотелось бы больше знать о происходящем. Любопытно, собирается ли Чимин сегодня на свидание с кем-нибудь еще. Мне необходимо было его увидеть. Мозг лихорадочно работал, пытаясь найти способ переговорить с ним. Я рассеянно скользнула взглядом по письму в руке. Второй лист едва начат. Я на ходу оторвала от него полоску. Некоторые из девушек все еще читали домашние вести, другие делились новостями. Сделав круг по залу, я остановилась перед столиком, на котором лежала книга отзывов, взяла ручку и торопливо нацарапала: "Ваше высочество, я тяну себя за ухо. В любое время." Я вышла из комнаты с таким видом, как будто мне просто понадобилось в туалет, и оглядела коридор. В нем не было ни души. Я стояла и ждала, пока из-за угла не показалась служанка с чаем на подносе. — Простите, пожалуйста! — окликнула я ее негромко. В этих огромных коридорах каждый звук разносился очень далеко. Девушка сделала книксен. — Вы, случайно, не принцу это несете? — Да, мисс, — улыбнулась она. — Не могли бы вы передать ему вот это? — Я протянула сложенную пополам записочку. — Конечно, мисс. Девушка с готовностью взяла записку и с удвоенной энергией поспешила прочь. Я не сомневалась, что она развернет ее, как только скроется с глаз, но была уверена, что значение странного текста ей не разгадать. Коридоры здесь были потрясающе красивые. Каждый украшен богаче, чем весь наш дом. Обои, позолоченные зеркала, огромные вазы, наполненные свежесрезанными цветами. На мягких коврах ни соринки, окна блестели чистотой, стены украшали живописные полотна. — Дженни! Я обернулась на оклик. Ко мне по коридору рысцой бежал Чимин. У меня возникло такое чувство, как будто я впервые его увидела. Он был без пиджака, рукава белой сорочки закатаны. Узел синего галстука распущен, а волосы, всегда зализанные назад, растрепались и слегка развевались на бегу. Он являл собой разительный контраст с человеком в официальном костюме, которого я видела вчера. В этом Чимине было что-то мальчишеское, что-то настоящее. Я застыла на месте. Чимин приблизился и сжал мои запястья. — Что с тобой? Что-то случилось? Случилось?! — Ничего не случилось. Я в полном порядке, — отозвалась я. Чимин с облегчением выдохнул, страшно меня удивив. — Слава богу! Когда я получил твою записку, решил, что ты заболела или что-то случилось с твоими родными. — Ох! Нет-нет. Прости, пожалуйста. Так я и думала, что это дурацкая идея. Просто я не знала, будешь ты на ужине или нет, а мне хотелось тебя увидеть. — Зачем? — спросил Чимин. Он все еще разглядывал меня с беспокойством в глазах, как будто хотел удостовериться, что у меня ничего не сломано. — Просто чтобы тебя увидеть. Чим замер. Потом с недоверчивым выражением заглянул мне в глаза: — Ты просто хотела меня увидеть? В его глазах вспыхнуло радостное изумление. — А почему это так тебя удивляет? Друзья обычно общаются друг с другом время от времени. В моем тоне явственно слышалось «разумеется». — А, ты злишься, потому что я всю неделю был занят, да? Я не забыл про нашу дружбу, не думай. Теперь передо мной снова был прежний деловитый Чимин. — Я вовсе не сержусь. Просто хочу донести до тебя свои мысли. Занимайся спокойно делами, а увидимся, когда освободишься. Я вдруг заметила, что он все еще держит меня за руки. — Вообще-то… Ты не против, если я побуду с тобой еще немного? У них там совещание по поводу бюджета, а я такие вещи терпеть не могу. — Не дожидаясь ответа, Чимин потянул меня к обитому плюшем диванчику у окна. Я прыснула, усаживаясь. — Что смешного? — Ты, — с улыбкой сказала я. — Так забавно наблюдать, как ты пытаешься отлынивать от работы. Что такого ужасного в совещаниях? Он посмотрел на меня. — Ох, Дженни. Эти совещания все тянутся и тянутся без конца и края. Отцу хорошо удается успокаивать советников, но склонить к чему-то комитеты — задачка потруднее. Мама вечно твердит, что нужно больше средств вкладывать в школьную систему. Она считает, чем человек образованней, тем меньше вероятность, что он станет преступником. Юноша поставил локти на колени и уткнулся подбородком в ладони. Вид у него был усталый. Мне приоткрылся кусочек его мира, но в целом он оставался для меня столь же непостижимым, как и прежде. Как можно игнорировать мнение твоего будущего правителя? — Чимин, закрой глаза. — Что? — Закрой глаза. Он недоуменно вскинул брови, но подчинился. Я дождалась, пока принц закрыл глаза и его лицо расслабилось, потом заговорила: — Где-то в этом дворце находится женщина, которая станет твоей женой. — (Краешек его губ дрогнул в зарождающейся улыбке.) — Возможно, ты пока еще не знаешь, как именно она выглядит, но подумай о девушках в том зале. Представь себе ту, что любит тебя больше всех. Вообрази свою суженую. Его рука лежала рядом с моей, и его пальцы мимолетно коснулись моих. От неожиданности я отдернула руку. — Извини, — пробормотал он, поворачиваясь в мою сторону. — Держи глаза закрытыми! Он фыркнул и вернулся в прежнее положение. — Эта девушка… Она полностью зависит от тебя. Ей нужно, чтобы ты окружил ее теплом, дал почувствовать, будто Отбора никогда и не было. Словно если бы ты искал себе жену самостоятельно, ты все равно выбрал бы из всех именно ее. Ее и никого другого. Улыбка замерла у него на лице. Вернее, даже не замерла, а начала медленно сползать с него. — Она нуждается в твоей заботе и защите. И если бы случилось так, что вам совершенно нечего было есть и ты не мог заснуть из-за голодного урчания у нее в животе… — Прекрати! — Чимин резко поднялся и отошел к противоположной стене. Там он некоторое время стоял, не глядя на меня. Затем подошел. Мне стало неловко. Не думала, что это так его расстроит. Чимин склонился ко мне и поцеловал меня в лоб: — Увидимся за ужином. С этими словами он ушел прочь, на ходу затягивая галстук.