Обратная сторона луны

— Я… Прости меня. Я не знаю, как так получилось. Кол вертится на стуле, кажется, готовый упасть перед ней на колени.  — Ты же знаешь, я люблю только тебя. И больше мне никто не нужен. Давина поворачивает крышку, в нос ударяет запах жидкости для снятия лака, и девушка морщится, стараясь подавить приступ рвоты.  — Давина. Любимая, пожалуйста… Девушка быстро-быстро трет ногти, стирая их в порошок вместе с лаком.  — Пожалуйста, прости… Ну, скажи хоть что-то! — срывается вампир. Ноготь отлетает. Давина перегнула со своей силой. Девушка отбрасывает ноготь в сторону и вновь морщится. Но не от боли. Боль со временем притупляется, остается лишь отвращение.  — Давина… С пальца капает кровь. Прямо на полированное деревянное покрытие туалетного столика. Вампир смотрит на это, как завороженный.  — Нравится? — наконец, заговаривает ведьма.  — Что? Давина подносит палец ко рту, и проводит языком по его кончику.  — Тебе понравилась ее кровь, дорогой?  — Я… Она… Мы просто…  — Я видела комнату. Солоноватый вкус крови во рту усиливается, когда в голову возвращается воспоминание залитой красным комнаты. Давине понравилось это зрелище, и она с удовольствием глотает капельку крови. Иногда она думает, что из нее бы вышла отличная вампирша. Кровь она любит не меньше их. Нет, не так! Ее заставили полюбить кровь. Вместе с любовью к Колу.  — Это случайность, — совсем уже теряется Кол.  — Да неужели? Как много случайностей! Случайность, что вы оказались в одной постели. Случайность, что она ее никогда не покинет. Кол молчит. Давина вновь берет жидкость и ватные диски, и трет следующий ноготь.  — Что скажешь, любимый?  — Я не знаю, — потерянным голосом говорит вампир.  — Не лги мне! — Давина говорит тихим, но опасным голосом.  — Я, правда, не знаю. Я даже не помню, как убил ее. Мы… Мы лежали. Я закрыл глаза. Открыл. И везде была кровь. А она была мертва. — Он выдохнул. — Словно колдовство какое-то.  — Глупости. Всего лишь твое неумение сдерживать свои инстинкты.  — Возможно. Просто я…  — Тебе было жаль ее?  — Что? Нет!  — Но она же тебе нравилась!  — Но я не любил ее, как тебя. Давина морщится от этого сравнения.  — А ты жалел, когда убил меня?  — Да, конечно. Как ты можешь сомневаться?  — А когда я ожила?  — Нет, — после секундной задержки отвечает вампир. Давина усмехается и переходит к следующему ногтю.  — Я люблю тебя. Ты подарила свет моей жизни. Ты изменила меня. В лучшую сторону. Благодаря тебе я стал достойным человеком. Благодаря тебе я стал счастливым.  — И от счастья ты убиваешь всех этих девушек? Левая рука закончена. Теперь правая. С обручальным кольцом.  — Я не хотел их убивать. А измена… Давина вздрагивает. Убийство звучит лучше, чем измена. Она слишком похожа на замену.  — Это просто привычки. Я не могу бороться с собой! Кол вскакивает. Давина впервые поднимает глаза на зеркало, и в тусклом свете видит своего мужа.  — Да, я хищник. Я не могу все время сдерживаться. Я не могу быть лишь только с тобой. Тысячу лет я вообще ни к кому не привязывался. Неужто ты не понимаешь, как сложно мне измениться в один момент?  — Прошло уже десять лет.  — Что значит «десять лет» по сравнению с вечностью? Давина, — он присаживается перед ней и берет ее за руку, упорно не давая ей продолжать вечерние процедуры. — Давина, я люблю тебя. И это самое главное. Я не смогу без тебя. Пожалуйста, прости меня. Дай мне еще один шанс. Со временем все пройдет. Ты же знаешь. Я уже реже срываюсь. Гладит ее пальцы, задевая камень на кольце. Неприятные ощущения.  — Хорошо. Давина глубоко вздыхает. Держать маску ледяной леди становится все труднее. Кол заметно успокаивается.  — Я прощу тебя. Тебе же не нравится их убивать. Да еще каждый раз видеть, как ты убиваешь меня.  — Нет… То есть, откуда ты знаешь?  — Догадалась, — небрежно бросает Давина. — Тебе пора прекратить эти свидания. Тогда эти бедные девушки больше не будут умирать.  — Хорошо, — быстро произносит Кол, довольный прощением, но руку Давины выпускает, и делает шаг назад.  — А теперь дай мне закончить с ногтями. И прими ванну. От тебя все несет кровью этой девушки. Когда Кол уходит, подозрительно поглядывая на жену, девушка наконец выдыхает, и даже слегка сутулится. Тянется к сумочке. Достает оттуда пакетик с непонятными мелкими деталями и подносит их к настольной лампе. Белые! У этой блондинки не было не только ума, но и вкуса. Как она вообще понравилась Колу? Давина тяжело вздыхает и достает красный лак. Придется переделывать весь маникюр за нее. Девушка улыбается себе в отражении зеркала. Жизнь юной ведьмочки давно превратилась в ад. Однако это не повод не следить за ногтями. И мужем!