Дважды первокурсница

Чонгук ведет меня вглубь сада и крепко сжимает мое запястье. Не знаю, что там за квест от университета, но у меня есть свой: убежать от придурков настолько далеко, чтоб они меня по gps не смогли найти. Никогда. Вообще. — Эй, куда мы идем? — я пытаюсь вырваться, но хватка Чонгука довольно крепкая. Моих силушек слишком мало, чтобы освободиться от его цепкой хватки. Блин, кажется, этот мальчишка в детстве ел много каши. — Не расслышала? Домой, я же сказал, — буркнул парень и ускорил шаг. Его голос прозвучал довольно самовластно, и мне это не нравилось. — Какого черта, Чонгук? — брюнет обернулся. — Значит в свою личную жизнь не подпускаешь, а в мою так нахально врываешься? Не слишком ли самонадеянно? Чонгук холодно оглядел меня. Он выглядел спокойно. Точнее, он пытался выглядеть спокойно. Только взгляд выдавал его — такой кровожадный и злобный, будто вот-вот пар из ушей пойдет. — Если в твоей жизни есть Ким Тэхен, то я буду встревать. — Что еще за псевдозабота.. — грубо кинула я. — Ты не близкий для меня человек, не друг, не парень и не родственник. Ты вообще никакого отношения ко мне не имеешь. Так что не лезь куда не надо, — я ехидно улыбнулась, показывая все свое недовольство. Я знаю, какой Тэхен мерзавец! Не надо мне об этом рассказывать, это и так видно невооруженным взглядом. Просто меня бесит то, что меня — взрослую девушку — учит жизни какой-то студентишка. — Хочешь встречаться с ним? Думаешь, что ты "единственная и неповторимая"? — он с каким-то отвращением посмотрел на меня. О, этот презрительный взгляд! Как я ждала его. — С чего ты взял, что я собираюсь с ним встречаться? На минуточку, это он ко мне подкатывает, а не я к нему. Так может это я его использую? — Ты не могла найти кандидатуру получше, чем Ким Тэхен? Давай зарегистрируем тебя в Тиндере и поищем тебе парня. Все, что угодно, но не Тэхен, — его имя он особенно выделил. — Так Ким Тэхен такой мерзавец? — как бы невзначай спрашиваю я. — Да, Лалиса, он конченный ублюдок. Не стоит с ним общаться. Я хмыкнула. Какая ирония. — И об этом говоришь мне ты? — я вопросительно вскинула брови. — Вы не отличаетесь. — Мы не похожи. Не сравнивай, — холодно и резко кинул Чонгук, словно мои слова вылились на него кучей мусора, и ему хотелось поскорее отмыться. — Хочешь сказать, что ты не такой? Что тебя отличает от него? Есть хоть что-то? Он резко остановился, отчего я уткнулась носом в его крепкую спину. А затем Чон повернулся, и твердо посмотрел мне в глаза. — Я не дарю надежду, — сухо кинул он, — я говорю девушкам прямо, что использую их, а он заговаривает всем зубы. А тебя, — он робко осмотрел меня оценивающим взглядом, — таких как ты легко убедить: беззащитных, наивных, глупых. — Какая разница, как, если вы все равно используете всех. Особенно, таких как я — беззащитных и глупых, — я рассмеялась, — Боже, ну правда, не позорься, Чон Чонгук. Еще недавно ты хотел стереть меня в порошок, а сейчас что? Превратился в Деву Марию? — А сейчас... — он задумался, — я тоже хочу стереть тебя в порошок. Я хочу стереть тебя еще сильнее, потому что ты поступаешь как наивная маленькая дурочка, — Чонгук призадумался, — ну да, ты ведь и так маленькая. — Не аргумент, — я безразлично пожала плечами, — если тебе больше нечего сказать, то я возвращаюсь к Тэхену. — Нет, — грубо кинул брюнет. — Ты еще будешь указывать, что мне делать? Не строй из себя старшего брата, — я разворачиваюсь и ухожу. — А ты не смей мне перечить, — очень властно сказал Чон и закинул мою полупьяную тушу себе на плечо. Странно, что от такого давления мы еще не провалились под землю в какое-то ядро планеты. — Что ты творишь? — я била его по спине и вырывалась. — У меня же платье, эй! Я не хочу светить своими трусами! — Светить? У тебя там что, фонарь? — Придурок! Фонарь у тебя под глазом будет, ясно? — Ну-ну, поговори мне тут еще, — Чонгук покрепче схватил меня и опять куда-то зашагал. Да, мы тут просто так землю протаптываем. Ходим туда-сюда от скуки. Со временем я устала сопротивляться и просто решила воспользоваться моментом, пока меня несут на плече, потому что мои ноги явно просят отдых от этих пятнадцатисантиметровых каблуков. Что ж, воспользуюсь этой бесплатной перевозкой. — И долго нам еще? Куда путь держим? Ты уже минут пять меня куда-то тащишь. А вдруг ты серийный убийца? — Эй, Лалиса, — с наигранной нежностью начал он, — ты, видимо, хочешь ножками пройтись и проветриться? То-то у тебя мозг атрофировался от алкоголя. — Не хочу, — фыркнула я, — но мне надо удостовериться, что мы идем, — я сделала короткую паузу, — точнее ты идешь и тащишь меня в безопасное место. — Боишься? — иронично спросил парень. — Как думаешь, что я могу с тобой сделать? — Э-эм, — я задумалась, — ну-у, я явно не в твоем вкусе, так что от жестких сцен придется отказаться. Может быть, ты сдашь меня в рабство? Или на органы? — Кому нужна твоя пропитая печень, — буркнул брюнет. — Откуда мне знать? Ты скрытный, весь такой типа загадочный, строишь из себя плохого парня и одновременно борца за справедливость. Ты слишком противоречивый. Раздражает. — Боюсь, ты не выдержишь груз всех моих проблем. Их слишком много. — Ну-ну, — бурчу себе под нос я, — тогда давай сыграем. В правду или действие, например. И если не захочешь выполнять задание, то будешь должен мне желание. — Это так по-детски, — смеется парень, — ну что ж, если не боишься, то начинай. — Хорошо. Правда или действие? — Правда. Вряд ли я в состоянии выполнить действие, когда несу на себе такую тушу груза. — Эй, я не такая уж и толстая, — буркнула я, — и если ты выбрал правду... тогда скажи мне, что это была за девушка, с которой ты целовался сегодня? — Девушка... — брюнет призадумался, — какая из? — ухмыльнулся он, на что я лишь цокнула. Тоже мне шейх. — Чон Чонгук, к твоему сведению, это серьезная игра, так что не лукавь и ответь, — строго заявила я. — Не стоит ревновать, это просто моя хорошая подруга, — ну да. Все ведь с подругами обжимаются и в десна долбятся. — И давно вы дружите? — А это уже другой вопрос, — улыбнулся Чон и сильнее прихватил меня за талию. — Ладно, задавай.. — я безразлично положила подбородок на его спину и глядела на землю под его ногами. — Выбираю правду. — Правда тоже может бысть страшной. Если не ответишь, будешь должна мне желание, помнишь об этом? — он ехидно ухмыльнулся. — Ты слишком мало знаешь обо мне, чтобы задавать какие-то коварные вопросы. Не пытайся залезть мне в душу, Чонгук. Он немного помедлил, будто бы выжидая момент, а затем начал: — У тебя есть две развилки событий на сегодня: либо расскажи мне, Лалиса, что было с тобой шесть лет назад, и почему ты уехала в Америку, либо переспи со мной, — он вдруг остановился и опустил меня на землю, на ватные, трясущиеся от страха ноги, — так что выбирай, — довольно добавил он.