Жизнь после побега и к чему она приводит

       – Помогите, умоляю! – продолжал вопить на всю комнату Саймон, не в силах помочь самому себе самостоятельно. Вся его боль буквально передавалась Заку, который пытался найти нужный в связке ключ, но не знал, как это сделать. Каким именно образом передавалась боль, спросите Вы? Да просто Саймон настолько покраснел и задыхался, что даже Зак уже начал чувствовать, как колет в горле, а сглатывать тяжёлый накопившийся ком с каждым разом всё сложнее и сложнее. Чёрт бы побрал эту Кэтрин. Она совершенно не изменилась после того случая в шестиэтажке. Как была больной на всю голову, так и осталась! – Не тот, опять не тот... – тихо бормотал себе под нос Фостер, в спешке перебирая все ключики один за другим. Конечно, он мог просто по очереди вставлять их в замочную скважину и ждать, когда зубчики наконец подойдут, открыв ловушку, но разве время позволит? Саймон уже на пределе. Ещё меньше тридцати секунд, и он покойник. Кэтти не может просто так это оставить, она точно дала какую-то подсказку. Причём на самом видном месте. Не в её интересах, чтобы Зак не смог пройти испытания. По крайней мере, самая жесть начнётся на последних этапах. Сейчас только второй. Что же может быть хуже, чем то, что ты не можешь спасти невиновного человека от смерти? Разве что… Ах, неважно. – Нашёл! – вскрикнул Айзек, увидев на одном из ключей тёмно-красную точку крайне маленького размера. Подбежав, нет, даже подлетев со всей скорости к жертве обстоятельств, бывший владелец этажа B6 вставил ключ в скважину и повернул его три раза. Как же приятен для слуха этот щелчок… Едва застёжка открылась, Саймон сразу рухнул на пол, жадно хватая ртом воздух и держась за шею дрожащими руками. Зак прислонился к стенке, пытаясь отдышаться. Ему было настолько жарко, что даже снять капюшон при незнакомце он не постеснялся. А впрочем, они уже встречались. Только не лично. Ведь в тот раз телом Саймона завладел Дэнни. Сейчас же перед ним, что ни есть, самый настоящий Саймон – молодой человек Луфии. – Б-Боже… Спасибо Вам! – наконец придя в себя, бедняга, даже не поднявшись с колен, быстро подполз и схватил Зака за ногу, разрыдавшись и громко всхлипывая, – Если бы не Вы, то я… Айзек резко дёрнул ногой, опешив от происходящего, и перебил его. – Какого чёрта ты творишь?! Отпусти, у тебя сопли текут! Саймон похлопал глазами. Поняв, что он действительно весь в слезах и соплях, ему стало крайне неловко. Хотя причина плакать довольно весомая, правильно? Тебя же только что от жестокой смерти спасли. – П-прошу прощения… Забинтованный лишь глубоко вздохнул и отвёл взгляд, не в силах больше смотреть на это несчастное лицо. Понятно, что страх и боль сыграли тут немалую роль, но к плачущим мужчинам Фостер всегда испытывал отвращение, так как считал, что для сильного пола это недопустимо. Особенно для тех, кто уже не ребёнок. Подняв с пола свою ранее найденную трубу и утерев выступившие капли пота, Зак развернулся на 180 градусов, а после поинтересовался, – – Ты, это, помнишь, как попал сюда? Услышав вопрос, блондин ненадолго задумался. Потом пожал плечами и уставился в пол. – Я здесь уже больше недели. Всё началось с того, что я собирался прогуляться одним дождливым вечером, но потом увидел одинокого ребёнка на улице. Он напомнил мне моего племянника, так что я просто не мог не подойти к нему. И… Дальше всё как в тумане. Вроде меня сзади по голове стукнули, раз макушка ноет. И тут Зак вспомнил, что, когда он пересёкся тогда с Саймоном на улице после ссоры с Рэй, этот чудик был точно таким же, как сейчас. Иными словами, на тот момент Дэнни ещё не вселился в его тело. А это означает, что Эдди и Дэнни поймали Саймона сразу после того, как Зак вернулся домой. – Больше ничего не помнишь? – К сожалению, нет, – он отрицательно покачал головой с виноватым видом, – Разве что два мужских голоса за дверью камеры, где меня раньше держали. Один взрослый, другой детский. Они обсуждали какую-то девушку. Кажется, Рэйчел? Да-да, точно, Рэйчел! – Тц, ублюдки, – зубы начали скрипеть от злости, ладони сжались в кулаки. Рэй… Как же он по ней скучает. Сложно принять правду, но это действительно так! Ему так не хватает её унылого голоса, этого белоснежного лица без эмоций, этих хрустальных глаз, наполненных грустью. Как же он ко всему этому привык! – Извиняюсь за излишнее любопытство, но могу я узнать имя своего спасителя? – неловко улыбнувшись, спросил красноглазый. Серьёзно? Этот человек до сих пор не понял, что перед ним сейчас самый разыскиваемый преступник города, задействованный в случае с много обсуждаемой многоэтажкой? Разве бинтов по всему телу и черт лица мало, чтобы это понять? – А я тебе никого не напоминаю? – А… – вопрос поставил его в тупик, – Да не сказал бы. Хотя нет, подожди! Я понял! Шок стал открыто читаться в глазах юноши. Вот тут и стало понятно, что вся благодарность за спасение сейчас улетучится, и Саймон начнёт вопить, как маленькая девочка, забившись в уголок помещения, начав снова молить о пощаде. Только уже не Кэтти, а самого Зака. – Да, точно! Ты же тот, у кого я просил закурить! – радостно воскликнул мужчина, вспомнив о их самой первой встрече. Фостер громко шлёпнул ладонью по своему лицу, тем самым сделав жест под названием "фейспалм" или же "рукалицо" от стыда за ещё не окрепший мозг очкарика. Этот человек старше, чем сам Зак, но такое чувство, словно его развитие пошло в обратную сторону. Вот без шуток. ~ Алло, ты сейчас разговариваешь с обладателем самой дурной репутации за последний год в списке преступников, на которого списали похищение тринадцатилетней девочки, хотя я этого не делал. Доброе утро! ~ – Теперь я окончательно тебя вспомнил! – широкая улыбка и ямочки на щеках только больше выводили из себя. Так и хотелось крикнуть фразу вроде "хватит уже лыбиться", но внутренний голос постепенно отговаривал и умолял держать себя в руках. Только не сейчас. Нельзя поддаваться эмоциям. Кэтрин только этого и добивается. Нельзя идти у неё на поводу. – М, да-да, это я, – без всякого интереса бросил темноволосый, засунув руки в карманы. – Надо же. А ты как тут оказался? Это место, судя по всему, заброшено. Вряд ли кому-то пришло бы в голову искать меня тут. – Да я и не собирался. У меня дельце одно есть к людям, которые тебя похитили, – а вот теперь уже Фостер расплылся в улыбке до ушей, прищурив глаза. Причём не самой доброжелательной улыбке. Собеседник даже вздрогнул, слегка испугавшись. – А... Я-ясно. Кхм, – он прокашлялся, попытавшись сменить тему, – Так всё-таки, как тебя зовут? Последовал тяжёлый вздох. – Айзек. Можно просто Зак. – Ох, ясно, запомню! А я Саймон! – И без тебя знаю. Продолжать церемониться с этим чудиком больше не было никакого смысла. Даже на вопрос "откуда?" ответ не донёсся. Размяв уставшие суставы до полухруста, юноша уже было направился в сторону выхода, желая, наконец, покинуть эту зловещую комнату, однако оглянулся назад. – Ты идти можешь? Пусть и неуверенно, но Саймон кивнул. – Тогда пошли за мной. Только давай без всей вот этой болтовни. Меня она раздражает. Усёк? – Ха-хах, так точно, месье спаситель!              

***

              Довольно узкий коридор заставил новоиспечённых знакомых потесниться, тем самым обломив тогдашнюю просьбу Зака. А знаете, почему? А потому, что новый приятель явно был очень впечатлительным человеком, так что при любой первой возможности заводил тему про неприятный запах в округе, про своих похитителей и так далее. Казалось бы, они скитаются по этой канализации только двадцать минут, а уже словно минула вечность. Терпение медленно трескается. Сейчас кто-то явно улетит в плохо пахнущий слив канализации, если не закроет рот. – Зак. – Ну чего тебе ещё?! – уже не в силах скрывать свою злость, Фостер резко развернулся, тем самым заставив блондина попятиться назад и замереть. Прошло несколько секунд, а продолжения за обращением нет,– Ну? Что, язык проглотил сразу? Валяй, я тебя слушаю. Красноглазый сделал паузу и с неловкостью отвёл взгляд, нервно пересчитывая пальцы. – Просто.... Тут такое дело. У тебя перекусить ничего нет? Конечно, шикарнее же темы для беседы не нашлось! – Мне еду последний раз приносили вчера утром. Не хочу жаловаться, но такое чувство, что в животе скоро дыра от голода будет. Вчера утром? А вот теперь Зака постигла белая зависть. Знал бы этот человек, что забинтованный уже три дня ничего не ел – не стал бы говорить о еде. В этот момент у обоих знакомых живот предательски заурчал, и все вопросы у Саймона отпали. – Ох, чёрт. Прости, я не знал... – виновато извинился молодой человек Луфии, прикусив нижнюю губу. – Проехали, – буркнул тот в ответ, желая как можно скорее закончить как диалог, так и прогулку по коридору. Очередной висящий телевизор на стене стал намёком на то, что стоит ребятам приблизиться на пару метров, как начнётся третье испытание. А что это значит? А это значит, что пора сосредоточиться и быть начеку, ведь Кэтти не любит, когда играют не по её правилам. – Так, – Зак повернулся к Саймону, запустив руки в карманы, и мотнул головой в сторону местонахождения старенького телека, – Тебе это о чём-нибудь говорит? Взглянув на указанную вещицу, спутник задумался. Поправив пыльные очки с кончика носа до серединки, он поднял бровь и при вопросе на вопрос выглядел серьёзным, как никогда. – Мы в комнате охраны? И снова фейспалм! Как же хочется сказать этому чудаку "не тупи, подумай ещё", но тратить время, как и свои нервы, сейчас Заку не горит, да и смысла нет. Поэтому Фостер решил припугнуть стилиста на тот случай, если он и дальше продолжит воспринимать всё вокруг без напряжения извилин. – Это игра. И мы тут, к сожалению, что-то вроде марионеток. Так что надо… – Всё ясно! Ты будешь приманкой, а я буду делать так! – перебил его юноша, начав крутить ладони во все стороны под конец своей фразы. Внимание, один очень важный и серьёзный вопрос: что с этим человеком тут вытворяли боссы из шестиэтажки, раз он не понимает всей важности ситуации? Может, у него просто крыша от стресса после вешания пошатнулась, или он специально дурачком прикидывается? Вот только зачем… – Заканчивай… – зубы Айзека снова начали скрипеть от злости. Он еле сдерживался, чтобы не начать материть этого озабоченного. – А. Ну ладно. Тогда я буду приманкой, а ты будешь делать так! – парень повторил предыдущие движения, улыбнувшись во все тридцать два до ушей. – Боюсь, что ты на эту роль плохо подходишь. – Почему же? – Крупная добыча на мёртвую наживку не клюёт. Тишина. А ведь, кажется, после этого весь позитивный настрой Саймона как рукой сняло. Выражение лица блондина изменилось, он буквально побелел, а в глазах читалось недоумение. Голос задрожал. – Т-то есть? – В прямом. Ты думаешь, я тут шутки шучу? Тебя чуть не убили. Если бы я не пришёл, то ты бы уже вряд ли мог делать "вот так", – забинтованный наигранно улыбнулся, пытаясь пародировать Саймона и тоже подергал ладонями. Вернувшись в состояние хмурой буки, лишь цокнул, – Твоя Луфия, возможно, тоже сейчас где-то на цепи сидит. Если мы не поторопимся, то... – Постой. Ты сказал "Луфия"? – внезапно он стал серьёзным. Именно тогда, когда не нужно было, – Я правильно услышал? – Ну и? – Откуда тебе известно это имя? И как объяснить, что Саймон просто не помнит, что он сам же забирал свою девушку из дома Рэйчел и Зака, просто его тело захватил Дэнни? Разве он поверит в обмен телами? В том-то и дело, что нет. – Филл познакомил, – произнёс первое на ум Айзек. – А Филла ты откуда знаешь? – с ещё большим подозрением уставился очкарик на спасителя. Что ж, талант палиться у Айзека теперь официально признан! Хотя после того случая в хранилище – неудивительно. – Довольно споров, мальчики! В кой-то веке Зак был рад появлению Кэтти, хоть это и означало, что ещё пара минут, и начнётся очередная волна мучений, страданий и боли. Ну а что? Саймон бы по-другому, определённо, не согласился бы поговорить о чём-то другом, кроме его "замечательной" возлюбленной и рыжего племяшки. Интересно, как так надо общаться и обнимать девушку, чтобы не понять, что её подменили? Хотя стоп. Помнится, у средства для обмена телами был лимит по времени, так что вполне возможно, что, когда настоящий Саймон видел Луфию в последний раз, она тоже была настоящей. – Итак. Очень приятно видеть, что в твоей одинокой компании грустного, странствующего в одиночке грешника, наконец, произошло пополнение, Заки! Вот только надолго ли? – личико Рэйчел ехидно улыбнулось в стиле Уорд. – Тебе тоже интересно, с кем она разговаривает? – поинтересовался Фостер у Саймона, намеренно повысив громкость, лишь бы позлить дамочку из телека. – Смейся, смейся. Тебе, разумеется, надо наболтаться перед тем, как в горле пересохнет до смерти. Я всё понимаю~. – О чём это ты? Одна из дверей коридора внезапно распахнулась перед посетителями (или, скорее, пленниками) завода. Длинная дорожка, покрытая керамической плиткой, предстала перед их глазами, и оба парня с удивлением переглянулись, не зная, что сказать. – Сейчас вы будете играть в "keyboard". Каждую из этих плиток мы подсветили снизу, так что вам лишь следует двигаться под музыку, наступая на подсвеченные плитки. Хотя я бы назвала это "клавишами". – "Ха. Проще пареной репы", – Айзек махнул рукой, а после добавил, – Сказал бы я, если бы не знал тебя слишком хорошо. Признавайся, в чём подвох? – А. Да так, – блондинка с улыбкой отвела взгляд, напоминая невинного ангелочка. М-да, притворяется, очевидно же. Далее Кэтти пробормотала зловеще и пугающе, – Просто если сделаете шаг не туда – получите пару дырок в руку или плечо. Неплохо, да? А потом уже в живот и ноги. Осознание смысла её слов дошло до спутников не сразу. Приглядевшись к едва заметным деталям комнаты, удалось рассмотреть пистолеты, прикреплённые к стене, подобно старому телевизору. Количество говорило само за себя. Значит, даже если наступишь неверно, хотя бы один раз, то произойдёт выстрел? Интересно, как тогда идти дальше, если ты истекаешь кровью и не можешь больше полноценно двигаться? – Кажется, мне пора завязывать с курением, – виновато заявил стилист, пребывая в состоянии шока и схватившись за голову, – Сперва похищение, потом пытка цепью, теперь малолетка угрожает. Я же сплю, да? – Ага, – недовольно пробухтел Зак, – Вот только стоит тебе накосячить, так потом проснуться не сможешь. Делов-то! Самый обычный сон! – Тишина! – грохот из телевизора заставил обратить внимание парней на Кэтрин. Она ударила по столу крохотной ладошкой, но это не помешало рядом стоящему стакану с лимонадом подпрыгнуть, – Сейчас я говорю! Убедившись, что её слушают очень внимательно, блондинка достала квадратный таймер, на котором стояла отметка "5:00". – На всё про всё у вас будет триста секунд, или же пять минут. Не больше. В испытании есть три исхода. – Сдохнуть, сдохнуть или сдохнуть? – Фостер поднял бровь. – Было бы заманчиво, но нет. В первом вы оба выберетесь живыми и здоровыми. Во втором кто-то из вас или оба получите ранения, но выполните задание. А третий мне нравится больше всего~. Вас просто перестреляют пушки, и вы рухнете на пол. – Ох, как же я сочувствую. – А? Кому? Вам двоим? – Нет, твоим родакам. Жаль, что у них такое дитё недоразвитое родилось. В этот момент лицо Кэтти помрачнело. Ох, как же она не любит тему о родителях. Как же она не любит… Лучше бы Заку было держать язык за зубами. Теперь все испытания однозначно усложнятся и станут более жестокими. Хотя куда ещё больше? – И что это за взгляд? Я не прав? Слышь, я понимаю, что я тебе нужен, но этот чудак-то зачем? – забинтованный указал на Саймона, – Он невиновный в этой ситуации человек, что он тебе сделал? – З-Зак… – юноша прикусил губу. Его явно тронули эти слова. – Тц. Я хотела дать вам время на подготовку, но, кажется, вы и без этого обойдётесь, – Кэтти отвела взгляд, попытавшись сделать вид, что её вовсе не задели ранее сказанные слова про родителей. Она снова продемонстрировала таймер и приготовилась нажать на большую верхнюю кнопку, – Время пошло! – Издеваешься? Это безумие! – разноглазый опешил. – Это политика… – произнёс стилист, издав нервный смешок. Но, словив косой взгляд своего подопечного, дополнил, – – Ну, а что? Я киноман, не удивляйся. Зелёные цифры стали постепенно отсчитываться в меньшую сторону. Так, думать или спорить уже бесполезно. Что бы заключённые ни говорили, садистка их не послушает. Зак и Саймон поспешили к яркой линии, ограничивающей плитки, на которых и начиналось жуткое испытание. Пора играть! – Давай только без глупостей, понял? Я не хочу жалеть, что спас тебя. – Надеюсь, ты увидишь мои прыжки. Потому что я отказываюсь потом такое повторять! – Ещё одна фраза Джека Воробья, и я сам тебя на эти плитки толкну! – Капитана Джека Воробья!