Самый молодой в истории: коды

Мой путь не был предопределен заранее. У меня впереди много событий, в которых я приобрету новый опыт. Агнета Фельтскуг

Клинт был невероятно удивлен, когда впервые за четыре месяца проснулся без ощущения боли. Пробуждение прошло абсолютно спокойно и естественно, без каких-либо внешних причин, ставших за последнее время почти привычными. Клинт повернул голову на подушке и взглянул на часы на прикроватном столике. Без пятнадцати шесть. Бартон осторожно потянулся всем телом, избавляясь от остатков сна, с наслаждением чувствуя, как пробуждаются, наливаясь силой, мышцы. Резкая боль в левом плече заставила его на миг замереть, а потом он расслабился и осторожно погладил правой ладонью шрам чуть ниже левой ключицы. Четыре месяца. Прошло четыре месяца с того дня, как в Хорватии он закрыл собой Фила Коулсона, поймав предназначающуюся тому пулю. Эту миссию он никогда не забудет. Четыре месяца с того дня, как он в последний раз держал в руках лук. Даже, спустя три месяца после операции, доктора продолжали твердить, что Бартон никогда больше не будет лучником. Клинт строго придерживался указаний врачей, покорно выполняя все, что назначила ему физиотерапевт, и был полон решимости доказать медикам, что они ошибаются. Он вернет себе прежнюю форму. Он снова будет стрелять. Несмотря на невеселые мысли, Клинт улыбнулся сам себе. Сегодня был слишком важный день, чтобы не улыбаться. 12 июля 2006 года. Сегодня три года с той ночи в Вене. Клинт не знал, что запланировал для них Фил, но точно знал, что сам подарит наставнику. Он планировал это уже давно, и сейчас, предвкушая, как преподнесет другу свой подарок, с энтузиазмом выбрался из кровати и зарылся в шкаф в поисках чистой одежды. Уже на ходу влез в кроссовки и помчался в зал, где его уже ждал Коулсон. - Как чувствуешь себя? - спросил куратор, когда они бок о бок шли к беговым дорожкам. - Немного дергает, когда сильно тяну, но боль быстро проходит, - честно ответил Клинт. - Во сколько комиссия? - В семь, - Бартон попытался скрыть беспокойство, но с Филом это было невозможно. Агенты перешли на неспешный бег. - Если все пройдет гладко, завтра сможешь вернуться к службе, - оптимистично заявил Фил. Клинт кивнул и подумал, что сам он не так уверен в хорошем исходе. Если он все-таки не сможет стрелять, он не был уверен, что хочет остаться в агентстве. Сейчас не был уверен. Лук был частью Бартона с тех пор, как ему исполнилось одиннадцать, и ему страшно было подумать, что этой части можно лишиться. Но пуля, пройдя через сустав, разорвала почти все мышцы и сухожилия, разрушила кости между точкой входа и лопаткой. Потребовались две серьезные операции. Одна, чтобы извлечь пулю и спасти Клинту жизнь, и другая, чтобы собрать воедино разрушенный сустав и соединить поврежденные нервы. Сейчас, спустя четыре месяца. Клинту казалось, что плечо никогда не станет прежним. Утренняя вспышка боли напомнила ему об этом. - Док сказала, что ты добился больших успехов. - Мы можем поговорить о чем-нибудь другом? - не выдержал Бартон. Он и так все время думал о плече, волновался, нервничал. Он устал. Ему хотелось хотя бы сегодня отвлечься от постоянных невеселых мыслей и насладиться обычным утром со своим куратором. Притвориться, будто ничего не произошло. - Хорошо, - легко согласился Фил. - В пятницу Янки играют с Уайт Сокс. Если поговорить кое с кем, можно будет получить ключ от зала совещаний и устроить просмотр на большом экране. - А пицца будет? - Конечно. - Тогда я «за»! - Боль? - спросил доктор Дэн Уилсон, поворачивая руку Клинта в плечевом суставе. - Иногда и только при резких движениях. - Что ж, все прошло куда лучше, чем я ожидал, - признался врач. - Но? - Клинт бросил быстрый взгляд на стоящего у дверей Фила. - Но я хочу, чтобы ты подождал хвататься за лук. Дай своей руке еще пару недель. Клинт едва удержался от тяжкого вздоха и кивнул, стараясь скрыть разочарование. - Ты официально признан выздоровевшим, потому что все прочее, помимо твоего плеча, в полном порядке. Пока ты не подвергнешь его чрезмерным нагрузкам, оно будет тебе служить. Клинт снова кивнул и потянулся за футболкой. - Спасибо, Дэн, - поблагодарил Коулсон, взял подопечного за плечо и вывел в коридор. На пороге Фил обернулся и бросил быстрый взгляд на Дэна, который украдкой показал ему два больших пальца и усмехнулся. - Еще пара недель, - нарочито весело заявил Клинт, когда они с Филом шагали по коридору. - Но, слава Богу, они не сказали - никогда! Так что, все не так уж плохо. - Все отлично. Ты и глазом моргнуть не успеешь, как снова возьмешь лук в руки. - Угу, - Клинт вздохнул, надеясь, что Фил не заметил, как сильно он разочарован. Но с куратором такие штучки не пройдут. Коулсон осторожно тронул подопечного за левое плечо. - Идем. У меня для тебя сюрприз. Сегодня твоя третья годовщина, и ее следует отпраздновать. Клинт заметно приободрился. - И что у нас сегодня на повестке дня? - Для начала, иди за мной и не задавай вопросов. Клинт моргнул, но послушно заткнулся и пошел следом за куратором через всю базу. Через пару минут он с удивлением понял, что Фил ведет его на стрельбище и подумал, что Фил хочет, чтобы он выпустил пар, как тогда, после инцидента с агентом Хэнсоном. Фил набрал свой код доступа и открыл дверь. Войдя, Клинт замер, удивленно покрутив головой: на стрельбище не было ни души - А где все? - Ну, - Фил подошел к оружейному шкафчику у стены, набрал код, открыл дверцу, после чего повернулся к подопечному лицом, - я решил, что в такой момент тебе не нужны зрители. - Какой момент? - Клинт нахмурился, не понимая. - Такой. Фил достал из шкафчика черный предмет, нажал кнопку и предмет развернулся в боевой лук Клинта. Следом Фил достал колчан, полный стрел, и протянул оружие своему агенту. Глаза Клинта стали огромными, как блюдца. - Но доктора сказали… мне нельзя, - прохрипел он, не понимая, почему куратор так жестоко пошутил над ним. - Я знаю, что сказали врачи. Но вчера я разговаривал с Дэном. Я попросил его, если он обнаружит, что твое плечо готово вынести такие нагрузки, дать мне сигнал. По моей просьбе он соврал тебе, чтобы не испортить сюрприз. Клинт медленно расплылся в улыбке. - Ты жесток. Фил улыбнулся в ответ. - Бери. Клинт перестал улыбаться и посерьезнел. Осторожно протянул правую руку и взял лук. Стиснув зубы, коротко выдохнул, вспомнив, как врачи убеждали его, что он никогда больше не прикоснется к луку и, впервые за четыре месяца, почувствовал себя счастливым. Захватил пальцами левой руки тетиву и натянул ее одним легким, привычным движением. Плечо отозвалось острой болью, но рука не дрожала, а боль можно было терпеть. Клинт отпустил тетиву и снова улыбнулся. Фил протянул ему стрелу. Клинт почтительно принял ее, наложил и выстрелил в первую же попавшуюся на глаза мишень. Она полетела так же, как и все выпущенные им стрелы до этого, и воткнулась точно в центр. Фил одобрительно кивнул. - Вижу, четыре месяца перерыва не сказались на твоих навыках. - Мне не прицел нужно восстанавливать, а твердость. Нужно привести руку в форму. - Тогда начнем с учебной стрельбы, - Фил протянул подопечному колчан, который тот привычным движением закинул за спину. - Спасибо. Коулсон хлопнул лучника по спине и подтолкнул по направлению к полигону. - Вперед, покажи мне все, что умеешь, малыш. - Боже, как же хорошо, - счастливо простонал Клинт, когда два часа спустя, они с Филом уходили со стрельбища. Плечо вело себя великолепно. Он не разрывалось от боли, не дергало, лишь ныло той приятной усталостью, какой ноют мышцы, соскучившиеся по хорошей физической нагрузке. И чувствовал себя Бартон отлично. - Как ощущение? - от внимательного взгляда Фила не укрылось, как подопечный осторожно поворачивает заживающий сустав. - Немного ноет, немного печет, но в остальном все классно! - честно ответил тот. - Классно, это классно. Что скажешь, если мы сбежим с базы и отправимся прогуляться в город? - Вообще-то, я хотел кое-куда тебя свозить, - ответил Клинт. - Куда? - Фил уже решил, что речь идет еще об одном детском доме, куда Клинт тайно переводит свою зарплату. - Пока не могу сказать. Фил нахмурился. - Но нам понадобится джет. Фил остановился и внимательно посмотрел на подопечного. Тот, ничего не объясняя, молча, смотрел на куратора. - Хорошо. Идем. - Что ж, у тебя есть джет, мы на борту, может, теперь скажешь, куда мы летим? - спросил Фил, когда Клинт вывел самолет из ангара ЩИТа. Если верить приборам, джет шел на запад. - Нет. - Нет, - со вздохом повторил Фил. - Конечно, нет. - Ты свой сюрприз устроил, позволь мне устроить свой. - Справедливо, - Фил поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее. - Сколько до места? - Около двух часов. Фил кивнул и уставился в иллюминатор на безоблачное синее небо. - Кто победит, - весело начал Клинт, - Фьюри или Волан-де-Морт? - Как ты можешь думать, что Энт не устоит против торнадо? - возмутился Бартон. - Торнадо может повалить сотни деревьев за час, у Энта нет против него не единого шанса! - попытался прибегнуть к логике Фил. - Древобород плевал на любое торнадо! - горячо возразил Клинт. - Ты не объективен. - Объективен! - Когда тебе нравится герой книги, ты не допускаешь мысли, что он может проиграть. - И все равно. Коулсон расхохотался и взглянул на часы, они летели уже час сорок пять минут. - Эй, Фил, - неожиданно очень серьезно позвал Клинт. - Да? - Ты когда-нибудь задумывался о своем происхождении? - Если ты сейчас спросишь меня, откуда берутся дети, по возвращении я договорюсь с медотсеком, чтобы тебе показали научно-популярный фильм на эту тему. - Я не об этом, - рассмеялся Бартон. - Я имею в виду, твое детство. Твоих родителей. Как ты стал тем, кто ты сейчас. - Иногда, - Фил пожал плечами. - Расскажешь? - Хорошо, но зачем? - Затем, что ты так много знаешь обо мне, а я знаю о тебе лишь пару общеизвестных фактов. У тебя нет семьи. Ты закончил Йельский университет. Защитил диплом на год раньше сокурсников и сразу попал в ЩИТ. Ты знаешь самые важные моменты моей жизни, теперь я хочу знать самые важные моменты твоей. - Хорошо, - спокойно ответил Фил. - Я родился в Денвере, Колорадо 12 октября 1970 года. У меня нет родных братьев и сестер, моя мама умерла от рака, когда мне было пятнадцать. А отец… - Фил слабо улыбнулся, - он сильно сдал и умер в первый год моей учебы в университете. Я всегда любил спорт. Быстро стал первым на потоке и защитил диплом на год раньше всех. На выпускном ко мне подошел Ник Фьюри и предложил работу. Тогда он был самым молодым старшим агентом, и после встречи с ним я был уверен, что однажды он станет шефом этой организации. Он привел меня сюда. Вот и вся история. - То есть, ты просто обычный парень? - Да, - улыбнулся Фил. - Не у всех такая бурная биография, как у тебя. Но и моя история не была такой уж гладкой и ровной. И у меня были провалы и неудачные миссии, а еще большие проблемы с характером, особенно поначалу. - У тебя были проблемы с характером? - Клинт разве что рот не разинул от удивления. Фил, которого он знал, был самым спокойным, терпеливым и выдержанным человеком в мире. Мысль о том, что у него могли быть проблемы подобного рода, казалась невозможной. - Конечно. Но я работал над собой и, в конце концов, добился всего и стал правой рукой Фьюри, когда он стал Директором. Клинт со страхом и восхищением покрутил головой. - Ты знал Фьюри до того, как он стал Фьюри! - Знал, - рассмеялся Фил. - Он уже тогда был для многих болью в заднице, но он был прирожденным лидером. Он точно на своем месте. Клинт кивнул. - Два года я был контролирующим агентом и вербовщиком, а потом в мое поле зрения попался ты. Ты знаешь, что мы впервые встретились с тобой в Танжере(1)? Клинт невозможно широко распахнул глаза. - Это был ты? Фил кивнул. - Ты в меня стрелял! - Ты выстрелил в меня первым! - Неважно! - Клинт картинно надулся, придав себе вид оскорбленной невинности. - Так или иначе, спустя четыре месяца в Вене я тебя поймал и повесил себе на шею самую большую проблему своей жизни. - Меня! - гордо заявил Бартон, который лучше кого бы то ни было знал, какой проблемой он был. - Да, тебя. До встречи с тобой я и не подозревал, что такие проблемы вообще возможны, - поддразнил Фил и выпрямился в кресле, увидев, что Клинт готовит джет к посадке. - Хочешь сказать, я придурок? - Я хочу сказать, что до встречи с тобой я никогда так не дергался и не нервничал. Клинт довольно ухмыльнулся. - Но и никогда так не смеялся, - добавил Фил, внимательно наблюдая за выражением лица подопечного. Наградой ему стала крошечная, едва заметная улыбка и промелькнувшее в глазах Бартона выражение гордости. - Я тоже, Фил, - Клинт коснулся его руки. - Мы на месте. - Где мы? - Сейчас увидишь, - Клинт плавно опустил джет на просторной открытой поляне. - Здесь? - Да. Это называется природа. Я знаю, что твой организм городского жителя в шоке, но поверь мне, вне бетона и асфальта тоже есть жизнь. Фил вздохнул и прикрыл глаза, позволив Клинту завершить протокол приземления. Через пару минут двигатель был выключен, и Бартон потащил его за собой вниз по трапу. - Ты ведешь меня на экскурсию? - Иисус, это на тебя так годовщина повлияла, или ты, в самом деле, такой любопытный? - Любопытный. А ты темнишь и говоришь загадками. Как и в прошлом году. - Но ожидание того стоило? - с вызовом спросил Клинт. - Прекрасно, - Фил поднял руки, сдаваясь. - Веди. Они шли минут тридцать, пока не оказались на перекрестке двух дорог. Фил огляделся, пытаясь понять, куда завел его неугомонным подопечный, но не было никаких табличек с названием местности. Свернув вправо, Клинт вел его за собой еще минут десять, а потом Фил увидел вдалеке деревянный знак. Подойдя поближе, он смог разобрать слова «Добро пожаловать в Уэзерли, штат Айова». Клинт, молча, прошел мимо этого знака и направился в виднеющийся неподалеку небольшой городок. Для Фила эта табличка стала шоком, он знал, что Клинт родился и первые десять лет своей жизни провел здесь - в городке Уэзерли. Он много чего ожидал от своего изобретательного подопечного, только не того, что он привезет его сюда, в город, где родился. Слишком много боли и страдания осталось в этом городке. Но Фил должен был помнить, что Клинт умеет удивлять людей. Коулсон не понимал, что стоит столбом и смотрит в спину удаляющемуся Бартону, пока тот не остановился и не обернулся. - Идем, - позвал Клинт, - я хочу тебя кое с кем познакомить. Фил, молча, последовал за ним. Что он мог сказать? Это был родной город Клинта. Город, где погибли его родители, город, в котором он был сломлен. Бартон шагал вперед, не глядя по сторонам и не замедляя шага, и Фил пытался понять, какие мысли сейчас бродят в его голове. О чем он пытается не вспоминать, не сводя взгляда с тротуара под своими ногами. А вот Коулсон старался разглядеть все, что попадалось ему по дороге. Это же было частью прошлого Клинта. Большой частью. Они шли мимо парикмахерской, и Фил думал, стригся ли в ней Клинт? Потом им попался МакДональдс, и Фил спросил себя - ел ли Клинт в нем, когда жил здесь? Неожиданно Бартон перешел на другую сторону улицы, и Фил увидел большие железные ворота с надписью "Городское кладбище". И неожиданно он все понял. Клинт бросил быстрый взгляд через плечо, чтобы увидеть реакцию куратора, и увидел, что тот потрясен. Лучник решительно прошел в ворота и так же уверено пошел прямо по аллее, снова не глядя по сторонам. Оказалось, что вернуться сюда сложнее, чем он себе представлял. Прошло одиннадцать лет с тех пор, как он был здесь последний раз. Слишком много воспоминаний, от которых сжималось сердце и перехватывало горло. Парикмахерская, где его постригли в первый раз, МакДональдс, куда они с родителями и Берни заходили каждую пятницу, когда Клинт еще ходил в детский сад. Когда показались ворота кладбища, Клинт остановился и взглянул на Фила. Новые воспоминания нахлынули волной: день похорон. За следующие шесть месяцев он много плакал, а потом целых три года не плакал вообще, даже когда было очень больно или очень страшно. Несправедливо, что он выбрался из той аварии без царапины. Несправедливо, что Берни почему-то перестал быть его братом. Несправедливо, что они так рано лишились родителей. Петляя между памятников, Клинт чувствовал, что ему становится трудно дышать. Наконец, он остановился у надгробия и уставился на выбитую надпись. Клиффорд Генри Бартон 1957-1992 Любящий отец. Кэтрин Мэри Бартон 1960-1992 Любящая мать. Клинт стоял, молча, и только когда понял, что Фил встал рядом, нашел в себе силы заговорить. - Фил Коулсон, я хочу, чтобы ты познакомился с моими родителями Клиффом и Кейти Бартон. Фил протянул руку и положил ладонь на плечо подопечного. - Расскажи мне о них, - мягко попросил он. Каменное выражение на лице Клинта на миг расслабилось, он моргнул и попытался незаметно смахнуть выступившие слезы. - Я мало что помню, я же был маленьким. Но кое-что важное я не забыл. Мамин шампунь пах земляникой. Они пекла лучшее в мире шоколадное печенье, и мы с Берни съедали половину теста еще до того, как оно попадало в духовку. Фил улыбнулся, вспомнив тягу Клинта к сладкому. - Она была не очень высокой, у нее были длинные светлые волосы и самые синие на свете глаза. И она любила смеяться, а мой отец любил ее смешить. Он всегда делал все для того, чтобы нам было весело. И от него пахло потом и опилками, потому что он был строителем. Он был выше меня, примерно метр восемьдесят, с темными волосами и карими глазами. Полная противоположность маме. Клинт слабо улыбнулся. - Я помню свой первый день в детском саду. Я так волновался, что болтал без умолку всю дорогу. Папа отпросился с работы, чтобы проводить нас с мамой. Сначала мы проводили Берни, он тогда уже учился в пятом классе, а потом родители отвели меня в игровую комнату. А я болтал и болтал без перерыва. А потом дверь открылась и… - Ты испугался? - догадался Фил. - Еще как. На меня сначала ступор напал, а потом началась такая истерика, что папа даже решил, что у меня судороги. - И что они сделали? - Они присели около меня на корточки, и мама рассказала мне обо всех друзьях, которых я здесь найду, об игрушках и обо всем интересном, чему меня здесь научат. Но я все равно ревел, был уверен, что они останутся со мной, но оказалось, они уходят, а я остаюсь. Потом папа обнял меня и сказал, что через несколько часов они за мной придут. И я успокоился, потому что папа никогда не нарушал данного слова. - И как прошел день? - Не помню, - Клинт рассмеялся. - Но я помню, что когда нас вывели из классной комнаты, они оба ждали меня в коридоре. Как и обещали. Смех затих, когда глаза лучника остановились на имени его отца на надгробии. - Значит, ты похож на маму? - осторожно спросил Фил. Клинт кивнул. - А Берни на папу. Высокий и темноволосый, - рассеянно добавил он, не сводя взгляда с каменной плиты. Фил замолчал, оставив подопечного скорбеть в тишине. - Как думаешь, что бы они сказали, увидев меня сейчас? Думаешь, они гордились бы сыном, ставшим профессиональным убийцей? - Я думаю, они гордились бы тем, что их сын стал храбрым, сильным и верным человеком, - твердо ответил Фил и увидел, как скептически скривился Клинт. - Я бы гордился. Неожиданно улыбка Бартона стала широкой и искренней. - Ты бы им понравился. - Что-то мне подсказывает, что и они бы мне понравились. Клинт кивнул и опустился перед могилой на колени. Протянул руку и коснулся кончиками пальцев каждого имени. Молча. Он никогда не разговаривал с ними, даже когда был ребенком. Он знал, они его не услышат, поэтому лучше просто помнить то хорошее, что было. Но теперь все изменилось. Теперь и в настоящем было много хорошего. И сегодня ему легче было встать, попрощаться и уйти. Клинт поднялся, улыбнулся Филу - его новой семье - и отошел от могилы. - Идем домой? - спросил он. - Дай мне минутку, - попросил Коулсон. Клинт нахмурился, не понимая, но кивнул и отошел на несколько шагов. Фил присел на корточки перед надгробием. - Вы оба должны гордиться тем, что заложили в своего сына. За всю свою жизнь я не встречал лучшего человека. И я хочу, чтобы вы знали, вы можете быть спокойны за него. Теперь я буду заботиться о нем. Фил поднялся. Он не знал, слышали ли его родители Клинта где-то в далеком космосе или все равно где. Он не знал, значат ли что-нибудь его слова для кого-то, кроме него самого. Но он сказал то, что хотел сказать и что должен был сказать. И сейчас, уходя с кладбища следом за Клинтом, Фил знал, что никогда не нарушит слово, данного его родителям. Он позаботится о Клинте. Теперь это была его работа. конец _____________ 1 - крупный портовый город в Марокко. Находится на северном побережье, омывается Гибралтарским проливом.