Кактус

Тёплый ветерок гонял по серому асфальту жёлто-красный фантик от конфеты. Генос, притаившийся на лавочке почти у самой реки и долго слушавший монотонный плеск, наконец открыл нагрудный щиток и достал из-за пазухи конспект и ручку. Что ж, полный вперёд! Но прежде нужно сказать о том, что Генос никогда не понимал и не принимал такое понятие, как икигай, а конкретно принцип неспешного созерцания красоты повседневных вещей, умения радоваться мелочам. Ему казалось, что этот принцип более, чем неприменим для героя в мире, кишащем монстрами. В мире, где нужно не созерцать, а стремительно действовать. Однако сегодня, кажется, Генос до чего-то дошёл и что-то в этом икигае распробовал. Он не просто созерцал — теперь он хотел запечатлеть эту картину в своём конспекте, потому что тогда ему было даже не до конспекта. Запечатлеть во всех подробностях до самой последней чёрточки, даже если ему придётся сидеть до первых точечек звёзд на небе. Ведь красота — это тоже сила, а красота Учителя, его лучезарный геройский костюм горели жарким пламенем. И вроде бы ничего особенного: просто Учитель стоял на фоне гортензий, славивших небо всеми своими оттенками, скромных ромашек и горделивых роз, праздничных гладиолусов и загадочных лилий, бегоний, ирисов, полыхающего страстью гибискуса. И даже цветущий кактус там был. Учитель был объят, окутан и исполнен их пестротой. Как жаль, что поклонники не завалили Учителя цветами. Просто он стоял у витрины цветочного магазина. Но возможно, когда-нибудь… Генос отлично понимал, что «когда-нибудь» — не день недели, оно не наступит само-собой, для обретения славы Учителю нужно самому выйти из тени, а он… *** — Учитель, прежде, чем сожрать этого красного морского леща, — Сайтаме прямо под нос подсунули лоснящуюся розовую рыбину, — давайте по полной насладимся его красотой. Именно весной перед нерестом эта рыба приобретает такой необычный цвет. — Генос, с тобой всё в порядке?