В облаке перечной мяты

       Снежинки колкими звёздами оседали на грубой чёрной коже. Рамси смахнул их с рукава «косухи» и приложился к бутылке. Опустившись на лавку во внутреннем дворике общежития, запрокинул голову и смотрел как в бледном свете фонарей пляшут холодные ледяные звёзды. Обида разъедала душу, выла раненным зверем где-то в глубине грудной клетки. Как же паршиво быть отвергнутым!        Может, решение притащиться посреди ночи к Миранде и было продиктовано бутылкой крепкого алкоголя, но все же Рамси просто хотел почувствовать себя нужным, не безразличным и раздражающим, и уж точно не смешным. Миранда, по крайней мере, видела в нём кого-то большего, чем просто «друга брата».       Девочка с зелёными глазами не заставила себя долго ждать. Появилась во дворе, запахнувшись в светлое песочное пальто. Торопилась, даже не успела застегнуть пуговицы.        Рамси ухмыльнулся, поставив бутылку на лавку, тряхнул головой, и снежинки посыпались с капюшона толстовки.       — Ты быстро. Я даже не успел заснуть.        Миранда растерянно улыбнулась.       — Конечно, а иначе ты бы половину общаги перебудил. Пойдём, проведу тебя через пожарный ход, — хоть её лицо и расплывалось перед глазами, но Рамси понял, что ей всё-таки приятно, что он пришёл к ней.       Миранда протянула свою тонкую руку, и Рамси вместо того, чтобы подняться, дёрнул её и, усмехнувшись, усадил Миранду к себе на колени.       — Ты похожа на фарфоровую куклу. Красивая.       — О, таких комплиментов мне ещё никто не делал, но всё равно спасибо, — Миранда изучила его лицо в свете фонаря и грустно улыбнулась, может, она и не выглядела слишком умной, но быстро всё поняла. — Ты пьян, — прикоснулась тёплой ладонью к его щеке. Не сказать, что это было неприятно, скорее… странно.       — Пойдём гулять! — бодро предложил Рамси, мигом спихнув её с колен.       — Как скажешь, — Миранда, похоже, ещё не поняла как себя вести в сложившейся ситуации, но определённо радовалась тому, что наконец-то добилась его внимания.        По молчаливым пустынным улицам Рамси тащил её за руку. Изредка по широкой дороге проносились машины, а прохожих и вовсе не встречалось в этот ранний предрассветный час. Словно два призрака среди застывших старинных зданий брели они навстречу рассвету.        Молчание вовсе не тяготило, но в какой-то момент Рамси осознал, что просто необходимо разбавить словами эту странную ночь. Принялся рассказывать о памятниках и знаменитых центральных улицах, о скверах и парках и Королевской оружейной палате, раз уж всё равно не мог поделиться тем, что терзало душу.       — Знаешь, там круто. И ещё рыцарские доспехи есть. Только это, наверно, не интересно девкам, — прервал свой монолог Рамси.       — Мне интересно, — тут же возразила Миранда, пропустив мимо ушей грубое обращение. — Давай сходим вместе, правда, ты так здорово рассказываешь, — и вновь этот преданный щенячий взгляд.        Рамси кивнул.       — Ну, может быть, — пожалуй, это грело душу — то, с каким восторгом она смотрела на него, радуясь неожиданной прогулке и мимолётно брошенной улыбке. Никогда никто не восхищался им раньше, и Рамси ощутил какое-то странное чувство — что-то вроде благодарности, приятным теплом отозвавшейся в груди.        Миранда пить отказалась, сказала, что не любит крепкие напитки. Бутылка опустела, и Рамси вновь брякнулся на лавку в одном из глухих квадратных дворов. Миранда, вздохнув, прижалась к нему, положила голову на плечо, словно ждущий похвалы верный пёс. Рамси, коротко усмехнувшись, потрепал её по волосам. Как бы там ни было, а она, ничего не спрашивая, пошла с ним посреди ночи. Не возмущалась, не ныла, а просто была рядом и слушала.       Морозный рассвет встретил их на пороге нового дня. Дымили трубы заводских окраин, на горизонте занималась полоска зари, расцвечивая серое небо и окрашивая город в бледно-розовый утренний свет.        Рамси встряхнулся и, высвободив руку, поглядел на часы. Почти шесть. Миранда, сонно хлопая глазами, подняла голову и кротко улыбнулась. Вновь прижалась к нему.        Рамси взял её за холодные руки и хмыкнул. Замёрзла, а ничего не сказала — преданно таскалась за ним. Он даже зауважал её немного.       — Выпьем кофе. Идёт? — предложил Рамси, поднимаясь.       — С радостью. Где мы вообще находимся? — оглядевшись по сторонам, спросила Миранда. — Я совсем заблудилась.       — Там мой дом. За кинотеатром. Колесо обозрения видно из окна. Ну, не из моей комнаты, но всё равно, — пояснил Рамси, указав нужное направление.       — Ты с родителями живёшь? — спросила Миранда, подхватив его под руку, когда они отправились на поиски кафе.       — Нет. С братом. Ещё его баба недавно к нам переехала. Теперь и с ней тоже.       — А родители? Они живы? — для Миранды не существовало неудобных вопросов.       — Мать умерла давно. А отец… — Рамси прикурил, закрывшись бортом куртки от холодного ветра. — Мы не общаемся с ним.        Видимо, дальше у Миранды хватило такта не спрашивать, или же ей просто стало не интересно.       В кофейне уже появились первые посетители: служащие, которые не слишком торопились на работу или студенты, собирающиеся перекусить перед занятиями.       Кофе и булочки с абрикосовым джемом помогли согреться, только вот на мягком диване слишком клонило в сон. Расплатившись по счёту, Рамси кивнул Миранде: «Пойдём, провожу до метро».       Когда они прощались, Рамси заглянул в её огромные глаза и, опустив голову, пробормотал: «Спасибо».       — За что?       — Просто за то, что пошла со мной.       — Не за что. Только в следующий раз приходи лучше днём, — улыбнулась она.       — С чего ты взяла, что будет следующий раз?       — Ну, как же! Ты ведь обещал повесить полку.       — Ага. Так и быть. Завтра приду, — вздохнул Рамси. Хотел развернуться и пойти прочь, но Миранда повисла у него на шее и чмокнула в щёку. Он даже не успел ничего сказать, ведь потом она так быстро убежала.

***

      К счастью, дома никого не оказалось. Джон и Дейнерис свалили на работу, поэтому Рамси вздохнул с облегчением: последнее, чего сейчас хотелось, так это выслушивать нотации с утра пораньше. На пороге встретили псы, радостно виляя хвостами и прыгая вокруг, снесли полку с кремами для обуви и прочей нужной в обиходе ерундой.       — Разрушители, — проворчал Рамси, однако обнял обоих псов и ласково потрепал по загривкам. — Я тоже по вам скучал.        Принц встречать хозяина не торопился. Вальяжно возлежал на кухонном подоконнике, щуря жёлтые глаза на птичек, пролетающих за окном. Рамси погладил пушистую спину кота, и тот муркнув, потёрся большой головой об его руку. Тоже выказал своё сдержанное приветствие.       В холодильнике нашёлся сладкий красный виноград, и, сполоснув его под краном, Рамси некоторое время пялился в висящий на стене телик, отправляя спелые ягоды в рот. Неадекватно бодрые ведущие утренних программ разгоняли о пользе утренней зарядки и о том, в какую спортивную секцию лучше отдать ребёнка. Рамси лениво попереключал каналы, но не нашёл ничего лучше. Голова уже начала трещать и он понял, что самым здравым решением будет лечь спать.        Однако ни о каком отдыхе речь и не шла: животные вздумали затеять утреннюю разминку и носились по квартире, как стадо диких кабанов. Опрокинули кофейный столик и сбили ковёр гармошкой в зале. В забеге участвовали все трое, и вскоре Рамси услыхал, как на кухне что-то звякнуло. Должно быть, Призрак с Ральфом снесли кухонный стол и уронили кружки, или Принц промахнулся, запрыгивая на холодильник, и тоже что-то разбил. В общем, проверять было лень. Рамси захлопнул дверь в комнату и вернулся в постель.       Проснулся ближе к вечеру и обнаружил на кухне расколотую сахарницу и белые крупинки сахарного песка, устилающие ровным слоем пол. Всё-таки животные это не всегда радость, порой они причиняют немало хлопот.        Рамси успел прибраться до прихода брата и Дейнерис (да, они возвращались с работы вместе), и сидел на кухне, вяло помешивая ложечкой чай. Думать о том, что произошло вчера, не хотелось вовсе, только вот избавиться от этих невесёлых мыслей никак не получалось. В ушах всё ещё звучал голос Аши, а острые льдинки продолжали колоть в груди. Верно, он выглядел полным идиотом. Собственные печали настолько увлекли, что он пропустил начало воспитательной беседы Джона.       — … и хотя бы включить телефон! Неужели так сложно позвонить и сказать, где ты? — брат использовал свой возмущённый тон. — Мы ведь говорили об этом и не раз. Почему ты только о себе всегда думаешь? — Джон сел напротив и махнул у него перед лицом рукой. — Ты меня хотя бы слушаешь?       Рамси кивнул и снова опустил глаза, пытаясь рассмотреть что-то на дне чайной кружки. В детстве у него была тарелка с рисунком на дне, если доесть всю кашу, то можно было увидеть забавного медвежонка. Почему-то его это радовало. В данный момент вообще сложно оказалось думать о чём-то весёлом. Лёд под ногами всё ещё раскалывался на части, а та, кто должна была встретить на другой стороне вовсе и не ждала его.       — Прости, ладно. В другой раз позвоню, — пообещал Рамси. Спорить совершенно не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Он встал из-за стола и распахнул балконную дверь. Конечно, Джон опять начнёт возникать из-за сигарет, но стало уже плевать.        Брат принялся нудеть, но Рамси просто его проигнорировал, ушёл в свою комнату и лёг на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Надел наушники и постарался представить сказочный лес и добрых зверят. Мир, в котором нет боли и разочарований.       Джон пришёл минут через двадцать, тронул его за плечо и уселся в компьютерное кресло.       Песня закончилась, и Рамси снял наушники. Чаще всего люди просто не понимают, что с ними не хотят говорить. Джон был упорным.       — Что случилось? Я же вижу, что ты словно в воду опущенный, — спросил брат, подкатив кресло ближе.        Рамси вздохнул и сел на кровати.       — Что со мной не так? Ну, если не знать, что я лежал в психушке. Я идиот? Может, я уродец?       Джон нахмурился и покачал головой.       — Что ты. Всё с тобой в порядке. Просто расскажи, что случилось. Я постараюсь помочь, — уверенным тоном сказал брат.       — Вряд ли. Ты не сможешь помочь, — но, по крайней мере, Рамси знал, что Джон на его стороне. Всегда. Он вздохнул и принялся разглядывать плакаты на стенах. — Есть одна девушка. Я люблю её, а она меня нет. Вот и всё. И она скоро выходит замуж, — прикусил треснувшую от ветра нижнюю губу и покивал. А потом поднялся и вытащил из ящика стола коробочку с кольцом. — Я сделал ей предложение вчера. Я думал… думал, что у меня есть шанс. А теперь я выгляжу дураком. Наверно, они даже смеялись, когда я ушёл. Она и её жених. Чем ты сможешь помочь, Джон?       — О… Мне жаль, — должно быть, брат не ожидал такого поворота, задумавшись, провёл ладонью по курчавому затылку. — Понимаешь, не всегда в жизни всё складывается так, как нам хочется, но потом ты поймёшь, что это к лучшему. Жениться в восемнадцать лет — это не очень обдуманное решение, — Джон сделал паузу, очевидно, подбирая подходящее утешение. — Вот, когда мне было шестнадцать, мы встречались с одной девушкой. Она казалась мне совершенством. Настоящим солнцем. Потом я уехал на лето в военный лагерь, а когда вернулся, она уже встречалась с другим. Сначала мне было очень горько, но со временем это прошло.        Рамси похлопал в ладоши и кисло ухмыльнулся.       — Прекрасная история! Ты её только что сочинил?       — Конечно же, нет.       — Всё равно это не подбадривает. Просто уходи, я хочу остаться один.       Джон понимающе кивнул и положил руку ему на плечо.       — Всё проходит, братишка.       — И это пройдёт.       Стоило Джону покинуть комнату, как Рамси взял со стола металлические браслеты — те, которые Миранда обозвала наручниками. У них имелся свой особый потаённый смысл: напоминать о том, что когда-то в его жизни случались и худшие времена, но и они прошли. Когда-то он был прикован в подвале, когда-то заперт в психушке, а после думал, что мир, расколотый на части, никогда не станет целым, и призраки не оставят его в покое. В итоге всё это осталось в прошлом.*

***

      На следующий день Рамси всё-таки пошёл на занятия. Хуже оказалось бы проспать до обеда и убивать день бессмысленной ерундой, а вечером ловить сочувствующие взгляды брата. Не хотелось ощущать себя полным неудачником, который достоин лишь жалости. Да и, в конце концов, лекции помогали сосредоточиться на чём-то помимо обдумывания собственной никчёмности. На «Анатомии животных» он даже увлекся, перерисовывая схему с доски в тетрадь. А на последней паре Миранда села с ним, попросила помощи с переводом по немецкому. Рамси даже успел привыкнуть к ней и к «белому шуму», который она производила.        Что ж, Миранда не забыла напомнить и о том, что он ей кое-что обещал. Честно говоря, Рамси вовсе не хотел тащиться в общагу и вешать полку, но раз уж дал слово, то придётся держать. И в этот раз дело было вовсе не в Миранде, а в том, что свой «лимит общения» он уже просто исчерпал за сегодня.       На подходе к дому зазвонил телефон, и Рамси остановился покурить у подъезда. Первый снег успел растаять, и во дворе царила грязь и слякоть. Не самая воодушевляющая картина, впрочем, под стать настроению. Рамси плюхнулся на лавку и поднял трубку.        — Привет. Как дела? — кажется, Теон снова торчал на своей работе, потому что на заднем плане слышались оживлённые голоса и гудки машин.       — Здорово. Да нормально. Ничего нового, — бодрым тоном произнёс Рамси. Не стоит Теону знать о том, что произошло. Не то чтобы, он не доверял другу, но Аша всё-таки его сестра, и явно неловко было бы обсуждать эту идиотскую ситуацию с ним.       — Что совсем ничего? — Теон, кажется, растерялся, а может его просто отвлекли. — Как день прошёл?       — Обычно. Ходил на учёбу.       — То есть всё в порядке?       И тут Рамси догадался:       — Тебя Аша попросила!       Теон замялся, в трубке слышался шумный город.       — Да.       — И что она сказала?       — Просила узнать, как у тебя дела. В общем, рассказала, как ты бухой сделал ей предложение. Ну-у-у… не знаю, что сказать.       Теперь настал черёд Рамси замолчать. Серый асфальт вмиг заледенел и подёрнулся паутиной трещин.       — Хреново всё вышло, — вздохнул Теон. Должно быть, во время паузы пытался подобрать какие-то утешительные слова, но так ничего и не придумал: — Ты там как вообще? Нет, я серьёзно спрашиваю. Хочешь, я приеду, будем мрачно бухать? Можем даже не разговаривать — всё, как ты любишь. У меня, правда, сегодня должно быть свидание, и вообще, я так заебался на работе, что хотел спать лечь пораньше. Но я всё отменю, — с готовностью пообещал он.       — Спасибо и всё такое, но не стоит. Я в порядке и у меня есть дела сегодня, — хоть предложение друга выглядело поистине великодушно, Рамси хотел остаться в одиночестве, знал, что Теон всё равно будет трепаться, пытаясь развеселить его или же, того хуже, начнёт давать как-то дурацкие советы, ориентируясь на свой опыт общения с девушками. В любом случае обсуждать Ашу с её братом было бы совсем неуместно и даже несколько диковато.       — Да знаю я твои дела: будешь валяться мордой в подушку и слушать музыку.       — Неужели это так предсказуемо? — хмыкнул Рамси, потянувшись за второй сигаретой.       — Ты всегда так делаешь, когда у тебя хреновое настроение. И, знаешь что, ты воздвиг мою сестру на слишком высокий пьедестал. В море много рыбы, — глубокомысленно изрёк друг.        Рамси усмехнулся, но не стал возражать.

***

       К общаге Рамси притащился около половины пятого, приволок инструменты в рюкзаке, наверняка у девок даже молотка нет. Миранда, как видно, не страдала излишним кокетством и ждала его у входа, как и договаривались.        Комната девчонок оказалась довольно просторной, на порядок больше той, которая досталась Рамси и Теону в интернате. Вечерний свет струился сквозь неплотно задёрнутые малиновые шторы, окрашивая всё в причудливый нежно-розовый цвет. Однако волшебство длилось недолго. Соседка Миранды — миловидная высокая блондинка поднялась с кровати и задёрнула шторы, щёлкнула выключателем, и яркий свет люстры развеял всю сказочную атмосферу.       — Это Вайолет, — сказала Миранда. — Моя соседка. И она уже уходит.       Рамси представился и, скинув рюкзак и куртку, стал разбирать инструменты.       Вайолет вернулась к своей кровати и уселась на неё, скрестив ноги, возобновила прерванное занятие, а именно, склонившись над маленьким круглым зеркалом, красила веки.        Пока девчонки о чём-то шептались, Рамси быстро управился с работой, пару раз просил Миранду помочь и ловил её влюблённый взгляд. Впрочем, предпочитал не обращать на это внимания. В конце концов, полка была повешена, а девчонки живо поблагодарили. Вайолет тут же сказала, что торопится и быстро покинула комнату. Кажется, Миранда говорила, что у неё есть парень. Так почему они его не попросили повесить полку? Или он совсем криворукий?       — Спасибо большое, — Миранда лучезарно улыбнулась, а Рамси сложил инструменты в рюкзак.       — Да не за что, — чуть было не сказал: «обращайся», но во время прикусил язык. С неё ведь станется.       — Хочешь есть? Я тут кое-что приготовила.       — Ну, можно, — Рамси решил, что ничего, если он немного задержится. Домой идти всё равно не хотелось. Можно, конечно, поехать в центр и поработать немного, но настроение для песен застряло на нулевой отметке.        Пока Миранда накрывала на стол, Рамси плюхнулся на кровать, застеленную мягким бежевым пледом с рисунком осенних листьев, и принялся разглядывать комнату. На стене висел коллаж с фотографиями каких-то неизвестных людей. Скорее всего, друзья Миранды. Много было школьных снимков и даже совсем детских.       Миранда заметила его интерес и подошла ближе, якобы случайно взяла за руку и начала рассказывать о своих друзьях. Рамси покивал из вежливости, а потом они сели за стол, поужинали макаронами с ветчиной и сыром и магазинным фруктовым желе, а после Миранда как бы невзначай обронила:       — Ой, я тут вспомнила, у меня же вино есть. Я хотела выпить немного, но не буду же я пить одна. Может, откроем?       — Как хочешь. Не люблю вино. Вообще, у меня есть кое-что другое, — планы на сегодняшний вечер у него были отменные — бродить ночью по набережной с бутылкой виски и размышлять о том, какая несправедливая штука жизнь. Бутылку Рамси купил по дороге, собирался открыть на обратном пути, чтобы веселее стало идти. Почему бы не начать уже сейчас?        После первой пары бокалов вечер приобрёл какую-то задорную нотку. Впрочем, из бокала пила только Миранда своё кислое красное вино, Рамси же досталась аквамариновая кружка с изображением парусника.       — Расскажи что-нибудь, — попросила Миранда и игриво провела пальчиком по его груди. Потянула за шнурок и вытащила из-под футболки амулет — монетку с рунами. — Что это значит?       — Приносит удачу и защищает от злых сил. Подруга подарила на день рождения.       — Здорово. А это просто подруга или…       Рамси усмехнулся и опустил голову. «Забавно. Словно она ревнует».       — Просто подруга.       Кажется, Миранду этот ответ вдохновил, и она, подвинувшись ближе, повисла у него на шее. Рамси расцепил её руки и решил, что она слишком быстро набралась. Выпили-то они совсем немного.       Однако вечер оказался длинным. Когда опустела половина бутылки, Рамси подумал, что Миранда вовсе и не такой плохой собеседник. Она ведь ловила каждое его слово, мило улыбалась и готова была слушать часами. Рамси рассказывал о музыке и концертах, на которых побывал, о своих путешествиях и друзьях из тусовки. Может, Миранда и не жила этим миром, но с живым интересом внимала его словам.        К концу бутылки Рамси понял, что у Миранды к тому же отличное чувство юмора. Повалившись на кровать, они ржали над какой-то глупой шуткой. Миранда тряхнула головой и длинные волосы рассыпались по плечам, наклонилась к нему так близко, что Рамси вновь почувствовал запах мяты. Должно быть, это всё-таки были духи. Люстру так и не включили после ухода Вайолет, и в комнате царила полутьма, разбиваемая мягким светом настольной лампы.       — Ты забавная, — сказал Рамси, разрушив красоту момента. Комплимент звучал двояко, но Миранда улыбнулась и поправила волосы.       — А у тебя глаза красивые.       — Да. Спасибо, — Рамси сел на кровати, голова закружилась от выпитого. Понял, что пора двигать домой, пока его не вырубило окончательно. Пожалуй, оказалось бы очень неловко заснуть с Мирандой.       — Было прикольно, но мне домой пора, — произнёс он в итоге, оглядев комнату в поисках своих вещей.       — Уже уходишь? Жаль, — стоило ему подняться, как Миранда вновь повисла у него на шее. Видимо, хотела обнять на прощание. Однако пьяная координация изменила им обоим, и они вновь рухнули на кровать.       Миранда мягко упала к нему в объятья. Её волосы щекотали ухо, а горячее дыхание обжигало лицо. Рамси не успел ничего сообразить, лишь почувствовал на губах терпкий вкус вина. Поцелуй вышел неловким и смазанным, но ему всё равно не с чем было сравнивать. А когда Рамси открыл глаза, Миранда уже сидела в стороне и взволнованно накручивала длинную прядь волос на палец.       Наверное, уходить молча было не очень-то хорошо, но что сказать он не знал. Впрочем, Миранда ждала вовсе не слов. Даже со своим практически отсутствующим опытом общения с девушками, Рамси это понимал.       Холодный ночной воздух немного освежил, однако не внёс ясности в мысли. Чертовски сложно было решить, как же теперь себя вести. Может, бессмысленно искать следы на снегу** и стоит отправиться по тому пути, который предлагает судьба? Наверное, это здорово, когда тебя любят, а не отталкивают. Рамси понял, что хотел бы это узнать.