В облаке перечной мяты

      Большую часть времени Рамси проводил за компьютерными играми или лежал на кровати и молча пялился в стену. Джон беспокоился за него и пытался поговорить, как-то растормошить, однако младший брат отводил глаза и отвечал односложно. Джон понятия не имел, что творится в его голове.       Уже давно закончилась практика и пришла пора готовиться к экзаменам — целых десять дней было отведено на самостоятельные занятия, но Рамси вовсе и не думал браться за учебники. Джон боялся, как бы он не завалил курс. Больно было наблюдать за тем, как младший брат стоит на краю пропасти, совершенно не беспокоясь о будущем. Кажется, Рамси вообще больше ничего не радовало. Пожалуй, Джон уже согласился бы, чтобы он пил со своими друзьями — всё лучше полного безразличия ко всему.       Сегодня у Рамси был день рождения, и Джон с Дейнерис хотели хоть как-то его развеселить. Приготовили праздничный ужин и пригласили в гости Теона. Хотя Рамси и с ним в последнее время совсем не желал разговаривать. Ребята остались в комнате, а Дени позвала Джона на кухню, где они разливали чай и втыкали свечки в праздничный торт.       — Помнишь, ты рассказывал, что водил его к доктору три года назад? И ему это помогло. Может, стоит обратиться к нему снова? — осторожно спросила Дейнерис, пересчитывая свечи.       — Я уже не знаю, если честно, наверное, это будет правильным решением. Просто не вижу другого выхода, если ничего не изменится. У меня остался телефон, я надеюсь, что он не откажется. Он вроде только с детьми работает, — пусть на душе было тяжело, но Джон знал, что стоит согласиться с невестой. Рамси наверняка заупрямится, но в прошлый раз ему действительно стало лучше после бесед с доктором Селми и лекарств, которые он прописал, разумеется.       Они принесли в гостиную и расставили на большом, накрытом парадной ярко-голубой скатертью столе закуски и напитки, выложили на большое блюдо пиццу с ананасами, которую так любит Рамси, а в центр стола поставили шоколадно-ореховый торт с почти двумя десятками свечей. Незажжённым пока.       Джон пришёл, чтобы позвать ребят за стол и застал в общем-то привычную уже картину: Рамси пялился в стену, глядя перед собой, а Теон что-то ему втолковывал, положив руку на плечо. Он обернулся с растерянным лицом.       — Кажется, он не хочет со мной разговаривать, — произнёс Теон, глядя на Джона.       — Он ни с кем не хочет, — вздохнул Джон. — Идите за стол — всё уже готово.       Теон бросил на Рамси какой-то печальный взгляд и, поднявшись, потоптался на месте.       Джон кивнул.       — Иди. Я постараюсь его уговорить, — сам же подкатил стул и сел напротив брата, взял его за руки и попытался заглянуть в глаза.       Рамси опустил голову, но больше никак не отреагировал.       — Я понимаю, что тебе тяжело сейчас. Если бы ты поговорил с кем-нибудь, то стало бы чуточку легче. Пожалуйста. Если не хочешь со мной общаться, то поговори хотя бы со своим другом. Мы все очень беспокоимся за тебя. Правда, Рамси, я очень волнуюсь, — Джон продолжал говорить, но в итоге так и не добился ответа. Впрочем, он и не рассчитывал. Сделал паузу и прижал брата к себе.       Рамси сидел как деревянный и, казалось, совсем его не слышал. Отгородился прочной звуконепроницаемой стеной от всего мира, а что же творится в его собственном мире, и Джон вовсе не представлял.       — С днём рождения, братишка! Я очень тебя люблю и хочу, чтобы ты поскорее к нам вернулся, — Джон ласково провёл ладонью по его волосам и отстранился. — Пойдём за стол, все ждут только тебя. Ну же, будет твой любимый торт и подарки! Не каждый день исполняется девятнадцать лет. Пойдём, — Джон взял брата за руку, и Рамси неохотно подчинился, поднялся с кровати и последовал за ним.       За столом он тоже не обронил ни слова, неохотно ковырялся в своей тарелке и бродил взглядом по сторонам. Теон сначала пытался его разговорить или рассмешить хотя бы, но в итоге насупился и замолчал.       Свечи они задули все вместе, но Рамси даже не улыбнулся. Создавалось впечатление, что ему просто хочется, чтобы все от него отстали поскорее. Праздник потихоньку сошёл на нет, ведь у самого виновника торжества и вовсе не было никакого праздничного настроения.       Джон собирал со стола, пока Дейнерис возилась на кухне. Теон решил попрощаться с Рамси.       — Хочешь я расскажу что-то интересное? — весёлым тоном спросил он.       Рамси глядел куда-то мимо него и лицо его не выражало никаких эмоций. Джон наблюдал всё это со стороны, складывая стопкой пустые тарелки. Дени уже унесла на кухню остатки праздничного ужина.       — Позавчера папа привёл в гости свою подружку. Хотя, как-то неправильно называть её «подружкой», ведь ей уж под полтос, — усмехнулся Теон и хлопнул Рамси по плечу.       Брат остался равнодушен к его замечанию и весёлый настрой друга, как видно, не разделял.       — Она работает медсестрой в приёмной у врача, к которому папа ходил. Было как-то странно, потому что он при ней вёл себя по-другому. Обходительный, как чёрт знает кто! Вино ей подливал и всякую еду постоянно накладывал, — живо жестикулируя, продолжил Теон. — А ещё, мне кажется, что они с папой немного похожи. Она тоже всех так ненавидит: правительство, соседей, водителей автобусов и вообще людей. Такая злая тётка! Наверное, на работе от души всем хамит. Они так и познакомились с папой: похоже, он первый, кто смог её переорать, — он расхохотался, довольный своим предположением.       Рамси не изобразил и тени улыбки, а ведь даже Джон поймал себя за тем, что уголки губ невольно дрогнули.       Теон, видно, совсем расстроился, что Рамси никак не реагируют на его сногсшибательную историю, да и вообще не проявляет желания с ним общаться. Обернулся к Джону с совершенно обескураженным выражением лица, должно быть, не знал, как ещё привлечь внимание Рамси. Джон лишь развёл руками.       Теон постоял пару минут молча, должно быть, раздумывая, что ещё сказать.       — Ладно, мы с Сансой уезжаем сразу после экзаменов. В Австрию, кстати. Я тебе шоколад привезу и ещё что-нибудь прикольное. А потом, когда вернусь, пойдём в какой-нибудь дурацкий поход. Хочешь? Я даже оборотня согласен искать. Я хочу, чтобы ты со мной разговаривал, пожалуйста. Я скучаю, — последнее слова Теон добавил так тихо, что Джон с трудом расслышал. Затем обнял Рамси на прощание, но тот стоял, засунув руки в карманы на шортах, и даже не пошевелился, а после ухода друга сразу отправился в свою комнату.       Джон вздохнул и, проводив гостя, заглянул к брату. Тот, включил компьютер и снова разносил из дробовика каких-то отвратительных зомби.       — Тебе кошмары будут сниться, — поспешил предупредить Джон.       Рамси, конечно же, проигнорировал его: даже не повернулся, просто сделал вид, что не слышит.

***

      Джон всерьёз задумался над предложением Дейнерис и собирался на днях позвонить доктору. Однако, вернувшись с работу в пятницу вечером, не застал брата дома. Он удивился, ведь с тех пор, как закончилась практика и наступили свободные дни, Рамси буквально силой приходилось вытаскивать на улицу.       Обычно Джон брал его с собой на вечернюю прогулку с собаками, чтобы брат хоть немного развеялся. Рамси, как правило, сидел на скамейке и залипал в планшет. Иногда бродил по парку с плеером и в целом вёл себя отчуждённо. Не играл с собаками, хотя раньше с удовольствием делал это, и не общался с Джоном. На улице он всё время находился в наушниках, и Джон думал, что Рамси попросту хочет заглушить внешний мир.       Не обнаружив брата дома, Джон сначала растерялся, а после даже успел обрадоваться: решил, что Рамси понемногу приходит в себя. Может, собрался навестить друзей или просто побродить по городу в одиночестве. Всё-таки это хоть какой-то прогресс по сравнению с тем, что на протяжении этих двух недель, он не проявлял интереса практически ни к чему, кроме компьютерных игр.       Однако время шло, и вот уже минуло восемь часов, девять, а Рамси так и не появился дома. За вечерним чаем Дени, нервно поглядывая в окно, спросила:       — Сейчас пойдём искать или десяти подождём?       — Сейчас, — Джон поднялся и принёс из гостиной телефон брата, который успел зарядится лишь наполовину. Конечно же, Рамси не взял его с собой. Джон сначала пытался дозвониться брату, а после обнаружил разряженный телефон в ящике письменного стола у него в комнате.       Дейнерис гладила Призрака, который, положив морду на стол, гипнотизировал взглядом печенье.       — Ты знаешь кого-нибудь из его друзей, кроме Теона? — спросила она. Теону, конечно, позвонили в первую очередь, но тот очень удивился и сказал, что не знает, где может быть Рамси, да и вообще они не виделись с дня рождения. — С кем он вообще общается?       Джон крепко задумался. Он лишь мельком видел ребят, с которыми проводит время младший брат. Однажды они сильно повздорили из-за его сомнительных знакомых: Рамси то и дело влипал в неприятности, когда развлекался со своими друзьями. Пару раз их забирали в полицейский участок за драку и пьянство. В общем, Джон считал, что это определённо плохая компания для младшего брата, но сейчас пожалел, что не познакомился ни с кем из его приятелей. Рамси никого не приглашал в дом после того скандала.       Оставив эмоции в стороне, Джон пытался мыслить логически. Сейчас нет времени на беспокойство и волнение. Неизвестно, что может натворить Рамси в таком состоянии, поэтому надо поскорее его отыскать.       Джон нервно стучал по столу карандашом, раздумывая, куда мог отправиться младший брат. В конце концов, составил план действий и даже записал в блокноте все места, которые следовало объехать. Чёткая схема помогала сосредоточиться и отбросить в сторону тревожные мысли.       — Значит, поступим так: ты прогуляешься по окрестностям и если не встретишь его, то отправляйся домой. Может, он вернётся. А я поеду в центр. Пройдусь по переходам, поспрашиваю, может быть, кто-то его видел. И позвоню его друзьям, — одеваясь, проинструктировал Джон и сунул телефон брата в карман куртки. — С Теоном я договорился. Он будет искать его по району: вдруг Рамси захотел вспомнить старые времена, всё-таки столько лет там прожил.       Дейнерис кивнула. Она успела собраться, пока он размышлял, последовала за ним в прихожую, быстро влезла в кроссовки и накинула бело-голубую ветровку.       — Я попробую поговорить с соседкой. Всё равно она шпионит за всеми, — прихватив с кухни контейнер с печеньем и плитку молочного шоколада, сообщила она.       — Возьми с собой Ральфа или Призрака — время уже позднее, и я не хочу, чтобы ты ходила одна, — поцеловав на прощание невесту, посоветовал Джон.       — Конечно, любимый, — не всегда Дейнерис командовала, как видно, и она понимала, что иногда стоит подчиняться. А может быть, сейчас она увидела не только мягкого и доброго мужчину, которого привыкла наблюдать дома, а собранного и решительного старшего инспектора полиции, который знает своё дело.       Как бы там ни было, Джон старался вести себя уверенно и заполнить время чёткими, продуманными действиями. Всегда легче положиться на инструкции, чтобы отключиться от эмоций. Хоть это и не являлась его специализацией, но он знал, как искать пропавших людей. И вот сейчас пытался абстрагироваться от того, что этим потерявшимся подростком является его собственный брат.       Джон успел наведаться в пару самых известное ему мест, в которых собирались неформалы. Последним пунктом назначения оказались подземный переход и лужайка неподалеку от Биг Бена.       К сожалению, в столь поздний час там оказалось пусто. Джон снова сел в машину и решил исследовать центр. Вдруг ему всё-таки повезёт, и Рамси со своими приятелями гуляет где-то поблизости.       Тем временем Дейнерис сообщила, что соседка видела, как Рамси уходил из дома около четырёх часов вечера. Часы на башне святого Стефана, что располагалась как раз через дорогу, замерли в получасе от полуночи. Скверно. Джон мотался по городу уже два часа, а всё без толку.       Тем не менее Джон отметил, что из них с Дени получилась неплохая команда. Он был горд своей невестой — она умела налаживать контакты с людьми.       Джон листал записи в телефоне брата, просмотрел смски, но не нашёл ничего полезного. Пытался припомнить, о ком из своих приятелей Рамси обычно рассказывал.       Светофор! Ну, точно — этот чудной панк с разноцветным ирокезом на голове.       Ждать пришлось довольно долго, и Джон уже хотел набрать следующий номер: какого-то Феникса. Однако на том конце всё-таки взяли трубку.       У панка оказался приятный баритон, вот только нелепый пьяный смех заставлял усомниться в его адекватности.       — Привет. Ты Светофор? — чувствуя себя по-идиотски, спросил Джон.       — Он самый. А ты кто?       — Меня зовут Джон. Я брат твоего друга Рамси. Ты видел его сегодня? Это важно, — пытаясь быть максимально кратким, сообщил Джон.       — Рамси? Не-а, без понятия кто это, — расслабленно отозвался панк после пары секунд молчания.       Джон был уверен, что это один из тех ребят, с которыми Рамси проводил время. Да и раскатисто-рокочущая «р» в его речи запомнилась ещё при той первой встрече, около трёх лет назад, когда он забирал пьяного брата домой, предварительно разыскивая его по всему центру.       В трубке возник какой-то шорох и шум. А после голос панка донёсся откуда-то издалека:       — Тебя, что ли, Граф?       Вновь какие-то помехи, а после внезапная тишина. Джон понял, что связь прервалась и снова набрал номер. В этот раз уже с телефона брата.       — Привет, — виноватым шёпотом отозвался Рамси.       Джон закрыл глаза на мгновение и смог наконец спокойно выдохнуть.       — Слава богу! Ты в порядке?       — Не знаю. Мне просто надо было уехать. Я хотел оставить записку, но забыл.       — Я рад, что ты со мной наконец разговариваешь, — Джон и в самом деле уже отвык слышать голос брата.       — Ага. Всё нормально, Джон. Я не хочу ничего объяснять. Напишу утром. Блядь, я телефон забыл. А, ну да, ты же с него звонишь, — всё так же шёпотом сообщил Рамси.       — Ты хоть понимаешь, что мы тут чуть с ума не сошли?! — не смог сдержать укора Джон.       — Завтра. И не звони Светофору, а то он ещё телефон в речку выкинет, если у него опять мания преследования начнётся, и останемся совсем без связи, — предупредил Рамси.       — Где вы находитесь?       — На трассе где-то. Едем в грузовике. Куда-то… — равнодушно ответил брат.       — Что это вообще значит?! Куда едете и с кем? Рамси!       — Завтра, — ответил младший брат и бросил трубку.       Он и правда написал утром. Сообщил, что вместе с панком они путешествуют автостопом. Присылал смски раз в несколько дней, а когда они остановились в Нортгемптоне, даже позвонил по скайпу. В итоге регулярно давал о себе знать и говорил, что всё в порядке. Джон видел, что Рамси хотя бы начал улыбаться, и это радовало. Однако брат так и не соизволил сказать куда направляется и когда вернётся. Ограничился фразой: «Мне надо подумать о жизни».       Джон, конечно, беспокоился, но своевременные звонки убедили его в том, что брат хотя бы жив и здоров. И поразмыслив, Джон решил, что стоит дать ему возможность отыскать какую-то точку опоры в жизни. А если для этого ему надо уехать, то, что ж, пусть так и будет.       Рамси путешествовал целых полтора месяца, но обещал, что вернётся к свадьбе. Джон очень на это рассчитывал и собирался провести серьёзный разговор с братом. Пусть он и считает себя достаточно взрослым, но его необдуманные поступки свидетельствуют об обратном.

***

      Рамси опоздал на ночной поезд: пришлось гнать в церковь, не заезжая домой. Наверное, он был не самым красивым гостем на свадьбе, однако успел появиться хотя бы до начала церемонии. Бросил рюкзак на лавку и сел поближе к выходу. Какая-то неизвестная бабка, видимо, родственница Денейрис, сверлила его презрительным взглядом.       Рамси сложил руки на груди и постарался сосредоточить внимание на алтаре, возле которого уже топтался старший брат в строгом чёрном костюме и кремовой жилетке.       Всё-таки хорошо, что догадался переодеться в автобусе и натянул новую футболку «Осторожно! Злая собака!»  с изображением оскалившегося ротвейлера (почти такую же, что носил пару лет назад) вместо той, на которой красовались разрисованные рожи Тилля и Петера (фотка была с альбома их совместной группы). А не то, бабка ещё посчитала бы его каким-нибудь сатанистом.       Вскоре началась церемония: заиграла музыка и маленькая светловолосая девочка с лентами в волосах, гордо вышагивая в белом платьице, раскидывала цветочные лепестки перед невестой и её дядей, ведущим её к алтарю. Рамси не особенно вслушивался в то, что бормотал священник, но, глядя на счастливые лица Джона и Дени, ощутил действительно какое-то воодушевление. Музыка звучала по-настоящему празднично и возвышенно.       Он окинул взглядом церковь: торжественно-белый большой зал, витражные узкие окна и мраморные статуи Христа и Девы Марии, расположенные на постаментах у правой и левой стен. Совсем обычно, как и в других церквях, в которых он когда-либо бывал, но всё равно ощущалась атмосфера праздника в такой день. Под потолком висела огромная люстра со множеством электрических лампочек, изображающих свечи. Должно быть, их включают на вечерней службе. Стало даже интересно посмотреть, как это выглядит, наверное, очень красиво.       Наконец, молодожёны повторили вслед за священником слова свадебной клятвы и обменялись кольцами. Церемония подошла к завершению.       Дальше следовала прогулка по городу и традиционная фотосессия. К счастью, погода стояла прекрасная: не пришлось изнывать от жары или мокнуть под дождём. Немного прохладный, но всё же летний августовский день, лёгкий тёплый ветерок и облачное небо над головой.       Рамси между делом с любопытством разглядывал гостей. Народу оказалось не так уж и много: какие-то подружки Дейнерис, её мать и бабушка с дедом, а также дядя со своей женой и двумя дочками. Одна из подруг Дейнерис была со своим мужем и дочерью — как раз той маленькой девочкой лет пяти, которая разбрасывала цветочные лепестки.       Джон позвал своих друзей с работы. Рамси почти никого не знал, кроме Эдда и его девушки — Мелиссы (кстати она потом и поймала букет невесты). Однако вскоре разглядел ещё одно знакомое лицо: толстого парня из экспертно-криминалистического отдела. Вроде его звали Сэм. Рамси как-то приходил на службу к брату, и тот проводил ему экскурсию: в лабораторию они тоже заглядывали.       Криминалист пришёл с женой и маленьким сыном. Похоже, сын Сэма и девочка с лепестками подружились, и поэтому беспрестанно носились друг за другом. Рамси старался находиться подальше от этих вопящих детей.       Поговорить с новобрачными удалось только в ресторане, когда были произнесены поздравления и тосты, состоялся первый танец молодых, и торжество более-менее утихло. Рамси не стал ждать торта и решил, что хватит оттягивать неизбежное. Хотя, вообще-то появиться на свадьбе оказалось удачной идеей. Вряд ли Джон с Дени будут орать на него при всех. Тем более у них должно быть сегодня хорошее настроение.       Рамси вытащил из большого пакета упакованный в праздничную обёртку подарок, пока остальные гости наслаждались едой и музыкой, и накатив чуток для храбрости (хотя толку-то от сладкого шампанского?), подошёл к молодожёнам. Приблизившись, он прижал подарок к груди и, склонив голову набок, мило улыбнулся.       — Прости-и-и-те. Я не опоздал на венчание и всё видел. Поздравляю, — передал мягкую серебристо-серую упаковку Дейнерис. Внутри находился большой плотный бело-зелёный шерстяной плед с традиционным ирландским узором.       Джон поднялся и вышел из-за стола. Крепко обнял брата и шепнул ему на ухо:       —  Ты меня с ума сведёшь, честное слово. Никогда больше так не делай.       — Постараюсь. А то многовато психов на одну семью, — ответил Рамси и улыбнулся. — Я вам ещё вино привёз. Прикольное — оно медовое. Даже мне понравилось.       Дейнерис тоже подошла, и выражение её лица не обещало ничего хорошего.       — Кого-то ждёт серьёзный разговор. И домашний арест, — сурово произнесла она.       Рамси нахмурился и выпятил нижнюю губу.       — Ты такая красивая сегодня — тебе не к лицу злиться, а то ещё помада потрескается, — добавил он, усмехнувшись.       — Ну и помотал ты нам нервы! — покачала головой Дейнерис. — Иди сюда, обормот, — тут же улыбнулась и прижала его к своему пышному платью с россыпью маленьких жёлтых розочек. — И я не шутила на счёт домашнего ареста, — придержав его за плечи и оглядев с головы до ног, добавила она.       — Ла-а-а-адно. Но это ведь не прямо сейчас.       — Сегодня уж веселись. И много не пей, — пригрозила Дени пальцем в белой перчатке, и покачала головой. — Всё-таки нашёл способ избежать официального костюма.       — Чистая башка и новая футболка — я подготовился к празднику. И вообще у тебя есть одна красивая фотка, как ты и хотела, — задорно парировал Рамси.       Джон аккуратно отвёл его в сторону и спросил уже на полном серьёзе:       — Ну и чем ты занимался всё это время? Где был? Рассказывай, как есть — я не буду ругаться, — положив ему руку на плечо, пообещал он.       Рамси возвёл взгляд к потолку, украшенному лепниной, и вздохнул:       — Да много где. Тусовали в Дублине с ирландскими панками. Было клёво! А ещё на пароме плавали. У меня есть фотки, я дома покажу, — похлопал по карманам на джинсовых шортах в поисках телефона, который подарили новые знакомые. Если скинуться всем помаленьку, то это вовсе несложно. В этом и прелесть тусовки — друзья есть повсюду.       Джон кивал и, дождавшись, когда он замолчит, сказал:       — Хорошо, расскажешь дома о своём путешествии. Времени теперь будет много. И чем же ты всё-таки занимался? — старший брат внимательно посмотрел на него, и Рамси неловко улыбнулся.       — Сначала пил. Много. Мы ездили по разным городам и общались с разными людьми. Мне даже стало весело, и я снова смог играть. Потом много читал и думал о жизни, вообще обо всём. И… я кое-что понял. То, что было у нас с Мирандой — это точно не любовь. Любовь делает человека лучше, а с ней я был хуже. Любовь не должна разрушать, а… совсем наоборот. И она меня тоже не любила. Знаешь, — теперь он снова мог смотреть в глаза брату, — когда ты подходишь к костру, он тебя согревает, но если шагнёшь в огонь, то всё закончится плохо.       Джон обнял его за плечи и потрепал по голове.       — А о том, что можно иногда разговаривать со старшим братом и спросить его совета, прежде, чем шагнуть в огонь, ты не думал? Или о том, что нельзя вот так просто исчезать на несколько месяцев, никого не предупредив? — строгим тоном упрекнул он.       — Может быть... — уклончиво ответил Рамси. — Вот как раз сейчас хочу спросить: я ведь проебал колледж? Всё теперь?       — Мы что-нибудь придумаем. Обязательно что-нибудь придумаем, — со вздохом, пообещал Джон.       Будущее оставалось туманным, словно мутное старое зеркало, или подёрнутая рябью водная гладь. Однако стоило проделать такой долгий путь, чтобы понять, что есть место, в которое хочется возвращаться. Точнее даже не место, а люди, которые тебя ждут и любят, каким бы сломанным и разбитым ты не был. Порой, чтобы найти правильный ориентир, приходится совершить немало ошибок. Но каждая из них лишь ступень на пути к цели — недостающая деталь, что однажды позволит увидеть всю картину целиком.