Страшилка на ночь

POV Рокиллер

      Фух, как же утомительно путешествовать по пустыни – песок лезет куда ему не следует, забивается между деталями, доставляет много неудобств в общем. Брр, даже противно вспоминать. Не могу сказать, что в джунглях лучше, ибо в них слишком влажный воздух, а вместе с палящим солнцем так там вовсе духотища, что тоже неприятно сказывается на корпус и доставляет запредельный дискомфорт. «От этого просто хочется умереть», — говорили мехи, хоть раз побывавшие на территориях джунглей. Теперь я понимаю почему.       Добираться через тернистые джунгли до базы пришлось долгих три часа. Проклятых три часа под палящем солнцем в чистом голубом небе и непривычном для меня климате были, словно девять кругов ада. Пару раз останавливался, но не надолго, иначе я никогда не доехал бы до базы, расположенной в этом отвратительном месте. И как только другие мехи могут находиться тут? Это какую силу воли и нейросеть надо иметь?       Джи пи эс пискнул, оповещая о скором прибытии на назначенное место, и я увидел за густой листвой деревьев и кустов очертания базы. Моей радости не было предела! Я ускорился, желая побыстрее спрятаться в каком-нибудь ангаре, закрыться там и оказаться под кондиционером. Перед главными воротами меня встретили двое меха. Завидев меня, они заулыбались, поприветствовали, после чего пожелали приятного времяпровождения и похлопали по плечевому сегменту. Я ничего не успел сказать, так как они трансформировались и как-то быстро уехали. Ну и пусть. Моё внимание вновь вернулось к базе, затем к ангару, в который меня определили. Я немного разочаровался, когда узнал, что буду проживать там не один, но долго горевать не стал, а быстро заблокировал дверь, включив кондиционер на максимальное охлаждение, упал бампером на пол прямо под приятный морозный поток воздуха и от блаженного удовольствия притушил оптику. Постепенно мысли начали растворяться, и я не заметил как оффлайн овладел мной.       Разбудил меня пинок под ребро, на что остро среагировал и, мигом подскочив с ног, приставил лезвие меча к гору какому-то меху.       — Спокойно, — тихо сказал незваный мех, замерев с поднятыми манипуляторами, и испуганно посмотрел на меня. — Я спросил: «ты собрался на ночное дежурство?», но ты никак не хотел просыпаться, вот я и…       — Ты как сюда проник? — сильнее прижал лезвие к его шейным проводам.       — Ты прибыл на базу, и тебя подселили ко мне, — как будто объясняя простую вещь идиоту, медленно произнёс мех и аккуратно отвёл оружие от своей шеи под мой недобрый взгляд.       Я спрятал лезвие, осуждающе посмотрел на меха, но ничего не сказал. Здесь уже было довольно холодно, а снаружи, я предполагал – всё также душно. Хотелось прилечь на платформу и проспать до завтрашнего дня или до полуночи, чтобы отдежурить территорию, когда не так ужасно жарко как днём, но, скорее всего, эту работу кто-то занял, а значит, теперь придётся идти к главному здесь меху и договориться о том, чем я буду заниматься всю эту треклятую неделю. Надеюсь, друг был прав, когда говорил, что здешний босс не супер строгий тип.       Шёл к Га́лему, главному меху, и чуть ли не умирал по дороге – никогда ещё не испытывал такого удушающего дискомфорта, а вот все вокруг выглядели вполне довольными. Наверное, привыкли, приспособились. Не собираюсь провести здесь и больше недели по тем причинам, что, во-первых, здесь каждый день стоит удушающая жара, во-вторых, десептиконы ещё не настолько тронулись процессором, чтобы соваться в этот ад, а я воин хороший и мне нужны сражения и экшен, а не эти дежурства.       Так я, стараясь быстрее добраться до главного меха, успел по пути составить примерный диалог и продумать фразы. На пороге большого ангара, куда я направлялся, меня встретил громоздкий и куда-то спешивший мех, чуть не сбив с сервоприводов. Только через несколько секунд я понял, что это был Галем. Хотел было окликнуть, но он слишком быстро ретировался непонятно куда, а мне не хотелось устраивать гонки в таких мучительных условиях, в которых проиграю любому трактору. Поэтому я решил зайти в прохладное помещение, поближе к кондиционеру. Будь я человеком, таким образом дважды заболел бы и, может быть, помер, но, слава Праймусу, у меня в распоряжении не белковое тельце, а прекрасный крепкий корпус. Кстати о людях. Здесь их нет, как чудесно. А то ещё под серво пришлось смотреть, чтобы случайно не задавить.       После охлаждения, вымучено провентилировав системы, я вышел и тут же был вынужден прикрыть оптику, потому что лучи от садящегося за горизонт солнца врезались прямо в меня. Зайдя в тень, я хотел было попробовать найти Галема, как вдруг заметил, что за ограждением базы толпились мехи, чем-то взбудораженные, и, подумав, что там точно происходит что-то интересное, трансформировался в машину и направился к ним.       Подъехав ближе и трансформировавшись обратно, нагло распихал кучу мехов, не обращая внимание на их недовольные возгласы, и таким образом быстро оказался у цели. Причиной, по которой было столпотворение, оказался дезактивированный крупный мех, у которого в груди была дыра, следы от когтей, а искры не было. От вида каши, в которую превратил голову бедного меха какой-то монстр, не иначе, и моря энергона по корпусу пробежался холодок, а к горлу подступил ком. Галем ходил вокруг обезображенного корпуса, осматривал его вместе с двумя другими мехами, которые, судя по всему были сыщиками. Вокруг все шумели, что, я был уверен, очень мешало работать расследованию и я, гневным возгласом обратив всех внимание на себя, мягко попросил разойтись. И все послушались, разошлись. Не молча, конечно, но разошлись.       — Здравствуйте, генерал Галем. Я рядовой, Рокиллер, прислан из базы «Два-три-ноль», — чётко произнёс я, осматривая зверски дезактивированный корпус. Ну и зрелище, хоть процессор чисти.       — Как думаешь, кто это может быть? — генерал не поднял на меня взгляда, но я понял, что он этот вопрос задал именно мне.       — Не могу даже предположить, — честно ответил я.       Последние лучи солнца потерялись в густорастущих деревьях джунглей и спрятались за горизонт. Мне стало как-то не по себе. Самые жуткие вещи в страшных фильмах у людишек обычно происходят ночью или с закатом солнца. Вспомнив о фильмах ужасов, процессор услужливо предоставил мне неприятные картины и воспоминания из всяких людских страшилок, и у меня, как говорят люди, будто душа в пятки ушла.       — Эй, Ройни, оповести всех о том, чтобы срочно собрались в группы по десять мехов. Кармейк, свяжись с ближайшей базой, сообщи ситуацию. Здесь нечто серьёзное. Мы одни не справимся,— с задумчивым видом заключил главный.       Оба меха как по сигналу бросили своё дело, которое видимо у них никак не прогрессировало, и пошли выполнять приказы. Галем поднялся с колена, прекратив осматривать корпус дезактивированного меха. Он умело держал каменное лицо, но, присмотревшись к окулярам, я заметил в них страх, непонимание и запутанность.       К нам подъехали четверо солдат и с большими усилиями, стараясь не смотреть на изображенный корпус, приподняли и потащили к базе, в небольшой ангар, что был рядом с медицинским.       — Иди и присоединяйся к какой-нибудь группе. Как видишь, сейчас не время гулять по одиночке.       Галем взглянул на меня, затем трансформировался в машину и поехал к базе. Не дожидаясь, пока кому-то придёт в голову дезактивировать меня, я последовал за генералом, отмечая, что видимость упала из-за тумана. На искре стало по настоящему неспокойно, а тьма вокруг показалась опасной. Было ощущение, что вот-вот из мрака покажется обезображенный, покрытый язвами манипулятор и схватит меня за горло или моментально вырвет искру, прострелит голову, начнёт медленно расчленять... Фу, блин! Надо заканчивать с страшилками на ночь. Ну правда!       Прогнав ненужные мысли, я понял, что все куда-то ушли и оставили меня одного. Вокруг не было ни души, только вечерний мрак, туман и бьющие по слуховым датчикам звуки окружающей флоры и фауны. Искра сжалась от липкого страха, закравшегося под обшивку. За мельтешащими мыслями я не заметил как сбавил скорость, чтобы успевать смотреть по сторонам в сердце тьмы, откуда казалось, кто-нибудь не сейчас, но очень скоро неожиданно выпрыгнет. Я попытался противиться своему внутреннему страху, что быстро всё больше, и больше овладевал мной. Но мысли возвращались то к страшным фильмам, то к не менее пугающим фантазиям, то к раздробленной голове и вырванной искре. Интересно, кто мог дезактивировать такого большого меха, да ещё и так скрытно? Хорошо обученный десептикон? Или это какое-то органическое животное? Да нет, последнее невозможно. А может монстр? Шоквейв ведь любит увлекаться подобным. Чёрт. Если это действительно питомец Шоквейва, то нам тут всем крышка. Может, стоит рассказать о своих догадках Галему, пока я всё ещё живой?       От мыслей меня отвлёк посторонний шум. Я сначала не понял, показалось ли мне это или нет, но шорох снова повторился, заставляя все детали корпуса покрыться хладагентом. Неожиданно справа, в кромешной тьме за ангаром, где ничего нельзя было разглядеть, что-то зашевелилось, и оттуда раздались звуки быстрых шагов. Корпус буквально превратился в тяжёлый кусок льда, а двигатель совсем отказался от своей работы. Я всем корпусом напрягся и приготовился к защите, хотя, словно зачарованный, корпус продолжал игнорировать мои попытки сдвинуться с места, а процессор между тем подкидывал леденящие душу картинки. Шаги между тем всё приближались, и вот из тьмы, замедляясь, словно готовясь к финальному прыжку, вышел мой сосед. Искра сделала двойное сальто, а я, увидев, из-за кого меня чуть не хватил инфаркт, громко провентилировал системы. В этот момент стало понятно, что, выдумав всяких монстров, я заставил уверовать себя во все эти сказки и позволил им завладеть моим корпусом. Стало стыдно.       — А я тебя как раз искал, — радостно произнёс мех, продолжая идти в мою сторону, после чего, нервно посмотревшись по сторонам, махнул манипулятором и продолжил: — давай быстрее за мной. Не хочу стать трупом сегодня. Шевелись же!       Ничего не говоря, ведь у меня самого нейросеть сбоила, я двинулся за так называемом соседом, приняв форму робота. Вдвоём не было так страшно, как если бы мне пришлось в одиночестве бродить по незнакомый базе.       — Я Террор. А ты ведь Рокилле́р? Знаешь, здесь обычно… — он неправильно произнёс моё имя, на что я раздражённо цыкнул глоссой и поспешил исправить, прервав ненужный поток слов.       — Вообще-то ударение ставится на второй слог. Роки́ллер, — произнёс гордо и чётко, чтобы он понял, что мне не нравится его компания.       Террор посмотрел в сторону, хмыкнул и больше ничего не сказал, чему я был рад, ибо сейчас только тупых бесед и не хватало для полного счастья. Скоро недалеко послышался командный голос Галема, что означало – совсем рядом было много мехов. А там, где много мехов, должно быть безопасно.       — В правое крыло базы, что лишено электроэнергии, никто не заходит, поняли? — командовал Галем, стоя на невысоком пьедестале, а перед ним, слушая внимательно, стояли несколько десятков мехов. — Связь по какой-то причине накрылась. Но мои ребята уже занимаются решением этой проблемы. Так. Будьте внимательны и не теряйте своих товарищей, не ленитесь пересчитывать друг друга каждую минуту! — после лейтенант Галем спустился с пьедестала и обратился уже к определённым мехам: — Рекс, Мир, Саурион, Нелкорн, за мной, — после чего четверо мехов пошагали за лейтенантом.       Убийство, неожиданное отсутствие связи, отключение электроэнергии в одной части базы – что-то это всё не к добру. Моё предчувствие говорит, что кто-то готовит на базу покушение и этот кто-то явно не монстр, а разумный механоид. Однако, зачем тогда был тот инцидент? Ведь так он – а может быть и они, – подняли всех на аудиосенсоры. Может, захотели поиграть с нами? Что же, тогда я не дам им такой возможности и дезактивирую одними только манипуляторами. Выглядит это, может быть, и чересчур самонадеянно, но не зря же я лишил жизни несколько десятков десептиконов. А если учитывать количество автоботов, находящихся на базе, то капут тому, кто решил поиграть с нами, обеспечен.       — Рокиллер!       Обернувшись на Террора, который стоял вместе с несколькими ребятами, я вопросительно посмотрел на него.       — Давай к нам! — улыбаясь, предложил мех, а остальные, переведя внимание на скромного меня, активно поддержали его и тоже натянули эти глупые улыбки.       — Ок, — нехотя согласился я скорее по той простой причине, что никого здесь, к сожалению, из моих друзей не было, а этот Террор был единственным, с кем я хоть как-то знаком. После чего подошёл ближе к группе мехов, которых, казалось, не касалась мрачная атмосфера.       Хотел я, значит, постоять в сторонке от мехов с их разговорами об новом Лорде десептиконов, но они всё решили иначе и окружили, словно я был для них интересной новой игрушкой. На искре стало тяжко – я никогда не питал никакой любви к незнакомцам, особенно, если тех было много. Эх, сейчас бы на старую добрую базу, где я знаю почти каждого солдата.       — Как думаете, это может быть Радий?       — Что ты за глупость несёшь? Он сейчас где-нибудь на поле боя воюет с нашими, а не торчит здесь.       — Ну мало ли.       — Эй, как тебя там? — высокий мех с хрипцой в голосе дотронулся до моего плечевого сегмента, и мне пришлось приложить усилия, чтобы с отвращением не отлепить её от себя и не скривить лицо. — Рокилле́р, а какая твоя мысль по этому поводу?       Хотел было нагрубить за неправильно произнесённое имя, но, с другой стороны я вспомнил, что мне придётся пробыть в их компании ещё целую неделю, а, это значит то, что не стоит показывать себя с плохой стороны, иначе могут быть неприятности. Лучше уж как-нибудь перетерпеть этот ад с улыбкой – для меня же лучше.       — Не знаю, — ответил на автомате. Наверное это было грубо, потому что мехи косо посмотрели на меня и отвернулись, заговорив тише.       Фыркнув на их реакцию, тоже повернулся к ним спиной, посмотрел налево и взгляду предстала такая картина, как держащий ладонь на своём плече автобот подбежал к уже вернувшемуся на пьедестал к терминалу лейтенанту и начал бессвязно говорить что-то про монстра и дезактивацию. Я из-за интереса решительно подошёл к ним, а мои любимые товарищи, не иначе как каким-то чудом заметив моё перемещение, двинулись за мной.       — Что произошло? — спросил у главного, когда подошёл достаточно близко.       — Там! М-монстр! — с истерикой на лице пропищал раненный мех с до смерти перепуганным взглядом, шумя системой охлаждение, отчего все вокруг заинтересованно перевели свои любознательные окуляры на нас и перестали переговариваться. Воцарилась мёртвая тишина.       Как оказалось, он и его друг решили сходить то ли за боеприпасами, то ли за дополнительным оружием, но на них напало чудовище. Собственно, его друга больше нет в живых, а сам он отделался глубокой царапиной, на плечевом сегменте, откуда сочился энергон, и несколькими такими же на сервоприводах. Вот идиоты. Сказано же было: «не разделяться». Как такие только в войне в первый же день не погибают – для меня останется загадкой. Из-за абсурдности ситуации даже показалось, генерал Галем наорёт на идиота и дезактивирует в эту же секунду у всех на окулярах, чтобы неповадно было, но в итоге мне пришлось позавидовать его сдержанности, потому что он твёрдым и спокойным тоном произнёс следующее:       — Маркрат, как вам пришло в голову вдвоём пойти в неосвещённую часть базы в такой момент? Что же, никто не будет рисковать своей жизнью, чтобы принести корпус вашего друга для установления причин дезактивации, — генерал обвёл взглядом всех мехов и громко продолжил: — зато это будет хорошим уроком для всех! И если вы дальше не будете слушаться меня, так будет с каждым!       Все мехи, словно болванчики, одновременно закивали, соглашаясь с Галемом, и вернулись к обсуждениям и подготовке. В процессоре родилась неожиданная даже для меня догадка, но навряд ли она хотя бы имеет единый процент на существование. Однако, на всякий случай, я подальше отошёл от лейтенанта Галема и сделал при этом такой вид, словно забыл что-то в ангаре неподалёку.       Забежав в первое попавшееся здание, где было немного света, я хотел было найти место, где можно было бы присесть, перевести дух, но неожиданно наткнулся на отвратительный запах, который чуть ли не выбил из калии. Неужели кого-то ещё дезактивировали? С такой мыслью я, включив ночное виденье, стал медленно пробираться прямо по коридору, следуя за шлейфом мерзкого запаха, от которого по пути пару раз чуть не вырвало.        Вокруг были серые стены, потолок, пол, окна, двери, всякие декорации – всё утопало во тьме, когда я преодолел несколько коридоров. Из неоткуда внутри, под искрой детали словно покрылись инеем, появилось ощущение, как будто за мной следят, словно смотрят в душу, отчего каждый следующий шаг давался всё сложнее. Вдруг в комнате, что была всего в десяти шагах, что-то лязгнуло, как будто небольшие металлические предметы упали на пол, потом послышался беспорядочный топот. Я замер, не в силах сделать какое-нибудь простое движение. На несколько секунд всё стихло. Я только начал думать, стоит ли идти туда, или лучше будет позвать других мехов, как из той же комнаты послышался скрежет, отчего свело дентопластины, а искра и вовсе покрылась льдом. Теперь стало страшно совершать какие-то движения, потому что процессор снова решил процитировать парочку ужастиков. На некоторое время настала тишина, и я, всё же собрав всю волю и храбрость в кулак, преодолел эти десять давшихся с большим трудом шагов, потому что сервоприводы будто кто-то приклеил к полу, отчего шагать было очень сложно. Я прислонился к стене. Ещё одно небольшое движение и я узнаю, кто прячется в этой комнате. Совсем немного. Только я приготовил оружие, пару гранат, и готов был ворваться в помещение, как по ту сторону стены раздался тяжёлый лязг металла об металл, послышались шаги, словно кто-то носился там по кругу, а потом и вовсе завизжала самая настоящая пила. В этот момент я был так сильно поглощён страхом, что не заметил, как кто-то подкрался ко мне сзади. Что-то упало на плечевой сегмент, отчего не то что душа в пятки ушла, а вообще искра перестала пульсировать. Я непроизвольно рванул вперёд прямо в комнату, где визжала пила, и в этот момент подумал, что это всё, конец мне как и тому глупому меху. Словно в замедленной съёмке в нескольких сантиметров от фейсплейта пролетела огромная работающая пила, а после я по инерции, ещё споткнувшись об что-то или даже кого-то, налетел на стену и отрубился.       — Как думаете, он жив?       Всё вокруг шло хороводом, а голоса мешались в кашу. Что, чёрт подери, произошло? Я жив? Прислушавшись к ощущениям, понимаю, что лежу на платформе. А кто эти мехи сбоку? Десептиконы? Вроде не похоже на них.       — Да кто его знает.       — Ты же врач! Так скажи как есть! — с раздражением в голосе прикрикнул какой-то мех, чей голос показался знакомым.       — Ну видишь, пилой не задело, значит, жить будет.       — Очень смешно. Кстати. Вы какого шарка с пилой творили?       — М? Ничего особенного.       «Наверное, это всё же свои» — думаю я, после чего шевелю манипуляторами, сервоприводами и кручу головой, чтобы проверить, не прикован ли к платформе. Как оказалось, я был полностью свободен.       — Эй, смотрите! Он шевелится!       — Рокиллер! Эй - эй! Ты как? — снова прозвучал тот же знакомый голос, но теперь я вспомнил, что это был Террор.       — Шарк побери. Что произошло? — приняв сидячие положение, я ощупал голову и правую часть корпуса, потому что всё неприятно саднило, а процессор так вообще барахлил и выдавал какие-то ошибки.       — Больно? — спрашивает у меня высокий мех, держа в руках заполненную каким-то чёрным веществом колбу, после чего отдаёт мне её, говоря: — Это поможет. Оно работает как обезболивающее и помогает привести корпус в подобающее состояние, — он указал пальцем на моё помятое правое плечо.       После принятого лекарства, когда мне стало лучше, я осмотрел помещение, в котором находился. Большое количество колб и медицинских принадлежностей наводило на мысль, что я был в медблоке.       — Рокиллер, не хочешь рассказать, что ты делал около отсека, где Рексдроид и Саурион вскрывали дезактивированный корпус? — спросил Террор, присев с другой стороны платформы и уткнулся в датапад.       В этот момент я осознал, что снова не смог проконтролировать процессор и вновь запугал себя всякой ерундой. На громком выдохе я вымученно провёл манипулятором по фейсплейту. Столько всякой фигни придумал! А там всего лишь труп вскрывали. Каким же я идиот. Чтобы пролить свет на такую глупую ситуацию, я открыл вокодёр в попытке объясниться, как в проём дверей влетел напуганный мех и сообщил:       — Эй! Вам троим нужно срочно в зал управления! Приказ Галема! — и растворился.       Мехи переглянулись и поспешили за быстро ушедшим автоботом. Я вскочил с платформы и постарался не отставать от Террора и остальных, ибо остаться наедине со своим безумным процессором не очень-то хотелось.       В здании Центра управления было несколько мехов: генерал Галем и ещё четверо работников, которые сидели за терминалами, вбивали что-то там, проверяли записи с видеокамер. Галем стоял перед чёрным экраном, а из динамиков доносились крики какого-то солдата. На секунду на экране появился зелёный цвет, который контуром словно отчерчивал фигуру трансформера, но, после внимательного исследования, специалисты определенно заявили, что это существо не являлось обычным механоидом, а больше походило на монстра.       — Праймус! С чем мы столкнулись?