Сделка

Нескончаемый рев демонов еще долго раздавался в голове, заставляя кровь вскипать в жилах, бурлить и чуть ли не пениться от всплеска гнева и ненависти. Черное небо затянуто низкими тучами, изредка озаряющимися яркими вспышками молний, после чего тонущих в пронзительной кровавой пелене. Снова Затмение? Нет. Скорее, это открытая рана на голове истекает кровью, застилающей глаз. Кости не выдерживают натиска доспехов - он слышит, как трещат и скрипят под прочной демонической сталью суставы, как кровь струйками вытекает из-под крепких пластин, добавляя к запаху астральных окровавленных чавкающих и жующих человечину тварей соленый аромат и привкус крови. Руки, сжимающие меч, больше похожий на пласт руды, тяжелый и пропитанный кровью сотен монстров и апостолов, теперь при каждом резком движении норовят вывихнуться из суставов окончательно. Возможно, если бы не доспехи, скрывающие всю боль и временно держащие тело в нерушимом панцире, он уже не мог бы и поднять меча... "Подчини-и-и-ись! Дава-а-а-ай! Отдайся си-и-ле!" Он рвется вперед, отрубая голову одному из уродливых чудищ, что, как и многие, было похоже на огромного массивного червя с множеством щупалец и складок на блестящем от слизи теле. Оторванная, как снесенная пушечным ядром, плоть отлетает в сторону, разбрызгивая кровавую жижу по земле, устланной изуродованными трупами. "Дове-е-ерьс-с-ся мне-е-е!" Новая вспышка света. Огромная тень в небе, распахнувшая массивные крылья, и новый грохочущий рев. Доспех давит сильнее, и он старается отбросить даже мысли о боли. Не сейчас, потом... Крупная тень приблизилась достаточно, чтобы узнать давнего соперника. Бессмертный Зодд... - Нет! Назад!... Тьма окутала его на несколько мгновений под рев и крики, которые смешались в симфонию отвратительного и оглушающего вопля солдат, демонов, призраков, апостолов... Но с каждой секундой, долгой, как столетие, звуки становились все тише. Он летел в бесконечную тьму, углубляясь все ниже и ниже, куда не доходят лучи солнца. Образы медленно таяли, растворялись, пропадая навсегда, а тело ощутило свободу. Не было клейма, не было боли, не было его самого. Он чувствовал себя спокойным, освобожденным, счастливым... И не хотел иного. За много лет пряток и вечного побега от демонов, от жизни жертвы, полной бессонных ночей и страхов, он просто устал... Отдаться тьме... Да, пусть так. Он и не рассчитывал прожить долго. У него не было мечты. Он жил одним днем. И сегодня его день закончился навсегда в этой приятной и ласковой тьме. Наконец-то... *** Легкая тяжесть осела в теле, заставляя медленно и неохотно пробуждаться от сна. Гатс снова ощутил, как ноет его тело, как мышцы сводит от боли, но не чувствовал на себе свежих ран и повреждений. Он не мог открыть глаз, чтобы осмотреться, но с уверенностью предположил, что лежит на полу какого-то дома. Мужчина не ощущал доспеха, словно его с него сняли, и лишь какая-то одежда прикрывала его израненное в боях натренированное тело. Его легкие наполнялись воздухом при каждом неуверенном вдохе, и Гатс улавливал свежий тонкий аромат трав и сырости. Он был в лесу. Точно, в лесу, в заброшенном доме. Столько времени путешествуя и избегая городов, он уже знал, как пахнут лесные деревья, травы и полянки. Призраков не слышно, значит сейчас день. Тоже хорошо. Значит, есть время... Стоп! Мечник дернулся, открыв глаз и тут же зажмурившись от свечения, что распространялось от чего-то рядом с ним. Тихо захрипев, мужчина постарался рассмотреть... Сначала, спросонья, ему показалось, что это просто открыта дверь, через которую в темное помещение вливается свет, но... - Гриффит?... Образ стал более четким, и теперь Гатс увидел его: облаченный в безупречные белые доспехи, некогда его лучший друг, сидел на полу рядом с лежанкой, на которой расположили Гатса. Он был прекрасен. Светлая кожа, белоснежные, как первый чистый снег, волосы, струящиеся по плечам, нежное женственное лицо с выразительными голубыми глазами и чувственными припухлыми губами. Он смотрел на мечника, словно ожидая, скажет тот что- либо или нет, и сколько отрешенности и неприступности было в этом светлом образе. В блеклой лесной заброшенной домушке Гриффит словно источал тепло и родное свечение. - Ч...Что произошло? - хрипло спросил Гатс, приподнимаясь на локтях и осматриваясь, чтобы в спешке отыскать взглядом свой меч. Он ощутил порыв снова сжать рукоять своего клинка, чтобы ощутить себя в безопасности. Его меч - это его все. - Ты потерял сознание, - отозвался спокойным тихим голосом Гриффит, не сводя внимательного взгляда со своего старого друга. Он проследил за беглыми взглядами Гатса и положил руку на его перебинтованную широкую грудь, слегка надавив узкой ладонью. - Твое оружие здесь. Возьмешь, когда станет легче. - Не трогай! - рявкнул мечник, дернувшись и негодующе посмотрев на короля. Мысли в его голове все еще путались, он ничего не помнил, не понимал, и сейчас чувствовал себя загнанным в неопределенность как никогда раньше. - Как я здесь оказался? Кто меня спас?! Зачем?! Я пришел, чтобы убить тебя! - Я знаю, - с тем же спокойствием отозвался Гриффит, все же настоятельно уложив мечника назад и проведя тонкими белыми пальцами по его торсу. - Зачем не дал тебя убить? Разве мне нужны для этого причины? - Ты... Гатс замешкался и опешил. Воспоминания врезались в его память щемящим чувством в сердце, заставив на несколько секунд погрузиться в прекрасный королевский сад Мидланда, где много лет назад Гатс с Гриффитом разговаривали, облокотившись на перила. Тогда они оба предположить не могли, как изменятся сами, как изменится их дружба, как изменится весь мир. Их банда Ястреба, постоянные набеги, веселье у вечерних костров - все это кануло во тьму навеки. Щемящее чувство боли сжало сердце мечника, заставив глаз заслезиться. Это время, пронизанное солнцем и теплом, уже не вернуть. Гатс отвернулся в другую сторону, стиснув зубы. Он не хотел слушать Гриффита и говорить с ним. Он променял друга и ребят на силу, хотя Гатс сам был готов отдать все, что угодно, ради друга. Он мог... Но Гриффит решил по-своему, он уничтожил все, что у них было, только потому... - Когда ты ушел, я не смог справиться с этим, - словно прочитав его мысли, произнес негромко король, продолжая держать руку, источающую приятное тепло, на груди Гатса. Он смотрел куда-то вперед, вспоминая, как все происходило в тот день. Холодный снег окутывал окрестности, ветер выдувал тепло из тела, их друзья, что пришли за ним, безучастный город, которому были безразличны переживания людей, и Гатс, уходящий без оглядки от него. Но в тот момент мороз не сковывал его - тело юноши было полно жарких обиды, печали и непонимания. Мороз был изнутри - он проникал в сердце, охватывая его, заставляя кровь леденеть и останавливаться. Он оставлял пустоту в душе Гриффита, полную боли и отчаяния, полную этой ледяной тоски, разрушающую его надежды и мечты... - Ты же сам говорил, что друзья, что следуют чужой цели, для тебя - не друзья, - негромко проговорил мечник, искоса посмотрев на Фемто и нахмурив брови. - Мы с Каской слышали, что ты говорил принцессе. Тогда, у фонтана. Мы шли за тобой, воевали ради тебя. Каска была верна тебе больше, чем кто-либо. Я верил тебе. Я убил ради тебя, Гриффит. Убил не простого вояку, а дворянина. И... Перед внутренним взором мужчины вновь вспыхнул взгляд детских глаз, устремленный на него. Страх, непонимание, боль - это читалось в глазах ребенка, судорожно протягивающего тонкие руки к своему убийце в попытке удержаться за спасительное тепло. Словно это могло его уберечь от смерти, что холодным дыханием сковала его так нежданно и внезапно. Гриффит ничего не ответил, продолжая отрешенно вспоминать что-то, и его взгляд, казалось, застекленел. - Я не хотел его убивать, Гриффит, - продолжил Гатс. - Это вышло случайно. Но по твоей вине. Я убил его отца, потому что ты попросил, и я не видел, что в комнату заглянул ребенок. Я сам испугался, Гриффит! А, придя к тебе, я услышал, что я не друг тебе. Я - всего лишь средство достижения цели и не больше. После того, как убил, получил несколько стрел в спину... Какого мне было это слышать? Кем я был для тебя? Я считал тебя другом. Я видел в тебе того, кому могу доверить свою жизнь. Я верил тебе, даже зная, на что ты способен, Гриффит. Но... Для тебя, я - всего лишь камень в дороге к твоей мечте... Очередной... - Это не так! - вдруг резко отозвался Фемто, посмотрев на мечника и в непонятном порыве прижав руку к белоснежному нагруднику. На секунду его взгляд наполнился негодованием. "Как ты не понимаешь? Почему все тебе надо объяснять?!" Но это недовольство во взгляде быстро сошло на нет. Гатс заметил, как чуть расширились узкие нечеловеческие зрачки в окружности голубой радужки, как глаза Фемто наполнились блеском перед тем, как снова стать отрешенными и хладными. - Ты не был камнем в моей дороге, - вернувшимся ровным голосом сказал Гриффит, продолжая держать ладонь на своей груди и снова отводя взгляд. - Ты... Ты был частью моей мечты. Ребята из банды шли за мной, они исполняли мою мечту. Каска всегда была рядом, но и она была лишь камнем... И после способом отомстить тебе за боль, которую я ощутил тогда. Принцесса, ныне королева Шарлотта, тоже не была и не будет для меня чем-то большим, чем камень в моей мостовой. Ведь я не мог стать королем, пока не женился на ней. Но... Ты не был камнем в моей дороге, Гатс. Ты был... Моей мечтой... - Ч... Что? - возмутился мечник, дернувшись и воззрившись на старого товарища. - Не нужно мне этого говорить, Гриффит! Я отлично знаю, чего ты хотел, и это был далеко не... "Я хочу тебя, Гатс"... "Ты - часть моей мечты"... "Разве мне нужны причины, чтобы рисковать собой ради тебя?"... Мечник замер, глядя на короля, что в этот момент посмотрел на него. В тишине дня слышались далекое пение птицы и рев какого-то существа, но именно сейчас Гатс об этом не думал. В памяти снова проявился теплый солнечный день, когда он дрался с Гриффитом. Да, именно тогда он произнес одно из своих желаний. И после... - Ты не был тем, кто идет за мной, - почти шепотом произнес Фемто. - В отличие от них, ты шел рядом. Ты не был камнем в моей дороге к цели. Ты был большим, чем просто меч. Я думал, что ты понимаешь это... - Я... - начал было Гатс, но Гриффит приложил тонкий палец к его губам, призывая пока помолчать. - Тогда, когда вы спасли меня, я ничего не мог сказать и сделать, - продолжил мужчина. - Вы заботились обо мне, но я чувствовал, что не смогу так жить. Когда ты ушел, я искал тепла и пошел к принцессе. На следующий день меня схватили и отправили в тюрьму. День за днем моя мечта рушилась и разбивалась. С каждой раной, с каждой ссадиной, с каждой пыткой... Я ненавидел тебя, Гатс, за то, что ты кинул меня. Но, когда пытки заканчивались, и я оставался один, я хотел снова увидеть тебя. Не принцессу, не Каску, не ребят, а тебя. Никто не знал меня лучше, чем ты, и я хотел, чтобы ты вернулся. Потому что без тебя - моего желания - не было и моей мечты. А после... Я не смог бы существовать и доживать последние дни на ваших с Каской плечах. Каска хотела, чтобы ты ушел, а я - нет. Вы сблизились, и мне стало больно. Потому что ты - мой. Фемто замолчал, глядя на мужчину. Он взял мечника за руку и приложил его ладонь к своей груди. - Когда я вновь встретил тебя, мое сердце начало биться, - продолжил Гриффит, опять отведя взгляд и погружаясь в воспоминания. - Я думал, что это уже невозможно, но... Тогда я понял, что не все во мне изменилось. Именно поэтому я не дал Зодду убить тебя этой ночью. Я давно не держу обиды на тебя и не хочу твоей смерти. Я никогда этого не хотел основательно. Даже когда решился на обряд. И, так как ты получил сполна, я воспользуюсь правом и освобожу тебя от клейма. - Ч...что? - Ты ведь хочешь этого. Губы Гриффита тронула легкая улыбка, и он потянул руку к Гатсу, но мечник перехватил ее, сжав кисть. - Нет, - прохрипел Гатс. - Лучше сними клеймо с Каски. - С Каски... - Гриффит застыл, а его пальцы сжались в кулак. Взгляд Фемто снова стал холоден и неприступен. - Это я ушел и предал тебя, Гриффит, - сказал Гатс, приподнявшись. - Она не виновата. Дай ей возможность жить нормально, как и моим друзьям. Я как-нибудь справлюсь - ты меня знаешь. Я не хочу, чтобы из-за меня снова пострадали те, кто в меня верит. Фемто перевел взгляд на него и сощурился, нахмурив светлые тонкие брови. - Пожалуйста, Гриффит, - выдавил Гатс, сильнее сжав его руку. Впервые в жизни он просил, при том так униженно, но сейчас, спустя столько потерь, он осознал, что это верное решение. - Сними клеймо с Каски и дай ей и друзьям жить спокойно. Ты выбрал меня жертвой. Забирай. Делай, что хочешь. - Что ж... Фемто прикрыл глаза, приподняв голову. Гатс ощутил исходящую от него волну тепла, которая охватила тело самого короля и мечника, озарив помещение ярким светом, после чего все снова поблекло. Гриффит опустил голову и приложил теплые ладони к щекам Гатса, легко улыбнувшись. - Каска свободна от клейма, - произнес он привычно тихо. - И твои друзья могут жить в Фольконии - им будут рады. - А что ты сделаешь со мной? - изогнул бровь мечник, глянув на бывшего друга. Тот, ничего не ответив, переместил руку на шею друга, и его метка вспыхнула болью, словно ему прижгли ее раскаленным металлом. Гатс закричал, вцепившись в руку короля и задергавшись, сминая лежанку ногами, а из глаз хлынули слезы. Ему казалось, что Фемто хочет убить его, словно по жилам теперь течет не кровь, а раскаленный металл. Однако это длилось недолго, и вскоре боль стала утихать, отдаваясь ноющим жжением в области клейма. - Я перекрыл твое клеймо своим, - пояснил Гриффит, склонившись и снова коснувшись пальцами щек Гатса. Белоснежные волосы спали с его плеч, и несколько прядей коснулись плеч и лица мечника, щекоча кожу. - Теперь, где бы ты ни был, с кем бы ты ни был и как бы ты ни ненавидел меня, каждый человек и каждая астральная тварь будет знать... Гриффит склонился ниже, коснувшись кончиком носа щеки Гатса и, замерев на несколько секунд, припал припухлыми губами к устам мужчины, углубляя неторопливый поцелуй и растягивая этот момент. Мечник ощутил сладкое тепло от прикосновения, которое стало разливаться по его телу, которое отказалось сопротивляться, словно не принадлежало ему. Да и... Под его влиянием уже не хотелось препятствовать и нарушать условие сделки... "Ты - мой..."