Марафон

Май, тренировочная база в Анси, Франция. Они все-таки сделали это. Приехали во Францию на сбор к Матису Брюну. В живописнейшее место с водными каналами, уютными улочками, центром спокойствия и гармонии. Матис тренирует здесь простых французских мальчишек-юниоров, даже не резервную сборную. И Глеб не вполне понимает, почему Андрей выбрал именно его. Они с Удачиным поселились в маленьком хостеле неподалеку от стадиона и трассы, на которой выступали буквально этой зимой. Матис сразу сказал, что с его мальчишками они пересекаться не будут - не стоит создавать почву для слухов. Ведь он тоже рискует огрести проблем за "подработку на стороне", хотя с них Брюн едва ли много получит, кроме опыта. Парни тут на деньги Удачина, что, конечно, беспокоит Егорова, ему неловко получать финансовую помощь и полностью зависеть от сокомандника. - Быть может, я буду оплачивать наше питание? - спрашивает Глеб за поздним завтраком. Они с Андреем прилетели вечером накануне, хорошо выспались и решили подкрепиться, как следует, пока не началась первая после прилета тренировка. Впереди две недели проживания в не самом дешевом городе Франции. - Ну допустим, - размерено произносит Андрей, активно жуя большущий гамбургер, что смущало Глеба своей калорийностью. Сам он предпочел улиток и рыбку с гарниром. - А потом, что, без трусов домой поедешь? - Надеюсь, нет, - усмехается Глеб, начиная привыкать к порой специфическому юмору Андрея. - Но у тебя же жена, а тут такие расходы на нас двоих. - Во-первых, я трачу не из своих кровных, а из спонсорских за прошедший сезон. Заработал я, к счастью, прилично. И мне еще подкинут после выступления на летнем чемпионате, куда нам надо обязательно заявиться, кстати. Во-вторых, все это затеял я, мне и отвечать. Расслабься и не думай об этом, - салютует он куриной ножкой во фритюре. Глеб морщится. - Да, но в чем же тогда мой вклад? - В твоей поддержке. Поверь, когда придется затянуть пояса - я скажу об этом. Я не перестаю надеяться, что к зиме мы уговорим федерацию нанять Матиса по контракту. Выделить нам хоть немного деньжат. - Я все никак не решался спросить, а почему ты выбрал его? - В смысле, совсем неизвестного и не имеющего регалий тренера? - хитро улыбается Удачин. - Другой бы не согласился работать тайком. Я же догадывался, что полного понимания от нашего штаба не будет. Расспрашивал знакомых, в том числе и иностранцев, кого бы можно попросить о помощи. Вышел на Брюна. А опыт меня его не смущает. Местные пацаны-лыжники - первые кандидаты в молодежку страны. - Да, но им по пятнадцать лет. - Он сам был активным спортсменом до тридцати пяти. Да, не на мировом уровне, но человек умеет тренировать и знает подходящие методики для таких, как я и ты. Честно говоря, я ухватился за него, вообще почти не раздумывая. Лишь бы что-то кардинально иное. - Ну да, в принципе, его планы интересные, - находит Глеб. - Ты читал? - А ты - нет? - Издеваешься? Они на английском в большей степени. - Да, друг, язык тебе придется подтягивать. - А на этот случай у меня есть ты, - с довольной улыбкой делает вывод Андрей. Глеб смеется. Но шутки шутками, а Удачин не лгал. Переводить непонятные в планах места придется и вправду ему. В конце концов, парни отправляются на тренировку. До стадиона - рукой подать, погода ясная, солнышко при этом не слепит - лепота, да и только. Матис Брюн встречает их в своих стильных очках. С ослепительной улыбкой, в шикарной спортивной форме он похож на голливудскую звезду, а не на местечкового тренера. - Доброго дня, - здоровается Брюн на русском. - Физкульт-привет, - на автомате выдает Андрей и тут же спохватывается: - Ой, то есть бон ами. Хай. Удачин совершает оплошность, но он до того трогателен, что и Глеб, и Матис глядят с понимающими улыбками. - Бонжур, - произносит Егоров. Удачин смущен. Матис широким жестом охватывает стадион. - Господа, он в вашем распоряжении, - говорит тренер. - Позавтракали хорошо? Глеб кивает, с улыбкой косясь на Андрея. - Плотно, - коротко отвечает Удачин, явно боясь сморозить лишнего. - Молодцы. Завтрак очень важен. - Ну что, пробежим километр для разминочки? - задорно предлагает Андрей. - А вот и второй пункт нашей подготовки - никаких разминочных вступлений, - говорит Матис. - Все упражнения будут входить в основную работу. Сегодня, если хотите, можем заняться бегом. - А мы можем выбирать? - удивлен Андрей, Глеб - не меньше. - Конечно. Естественно, я доработаю ваши планы по количеству часов, объема тренировок, но виды работы мы можем корректировать прямо по ходу. Сегодня мы втягиваемся, поэтому без резких физических нагрузок. Займитесь бегом или работой в зале. Вообще, погода радует. - Поэтому самое время для бега, - продолжает за тренера Глеба. - По десять километров сделаете - посмотрим на ваше самочувствие, пульс и давление. Парни соглашаются и уходят в помещение переодеваться. Через пятнадцать минут оба в боевой готовности отправляются прямиком по трассе на пробежку. Матиса рядом нет, но оба чувствуют, что нужны, что за них отвечают. С ними ведется диалог. Вскоре Андрей надевает наушники и убегает немного вперед. Глеб и не рвется поддерживать его темп - разница у них в выносливости слишком очевидная. Потому преспокойно дышит воздухом, рассматривает верхушки деревьев. Ему нравится смотреть ввысь, а не под ноги. На лыжах и в толпе это чревато, а сейчас - никого, ничто не мешает. Слушай звуки природы, да разглядывай небо. Глеб думает о том, что как же хорошо жить в мире, где доступно свободно перемещаться в любую точку Земли. И знать, что небо везде одинаково красивое (и вместе с тем имеет разные оттенки и облака), и солнце светит каждому человеку, независимо от того, где его родина, и чьей он национальности. Егоров хотел бы и космос освоить - не как профессионал, а как турист. Больше путешествий - больше знаний, впечатлений и эмоций. И меньше границ, условностей, стереотипов. Ты перестаешь оценивать других людей, развешивая на них ярлыки. Глеб, впрочем, понял это раньше. Но именно занятие лыжными гонками помогло ему встретиться и пообщаться с ребятами из разных государств, со своими культурными особенностями, сложностями в языке и так далее. Благодаря чему он убедился на практике, что, по сути, нет никакого разделения на национальности. Есть просто люди. Как это небо. Солнце. Нет ни одной страны без неба или солнца. Просто где-то чуть теплее или холоднее. А кто-то смотрит все время под ноги и не знает, что нет таких понятий как "свет" и "тьма". Глеб знает, что на смену темноты, которая всегда краткосрочна, обязательно начнет светать. Иногда медленно и тягуче, иногда - быстрее. Поэтому он верит Андрею и в его фамилию, которая обязана выстрелить. Не может человек с фамилией Удачин постоянно оставаться с "деревянной" медалью на главных стартах. Идти по Кубку мира стабильно в пятерке лучших и не завоевывать ничего в гонках, подтверждающих статус элитного спортсмена на века, закрепляя его успехи в истории. Глеб не ждет подобных вершин для себя - он реалист. Но в то же время заглядывается на небо и задается вопросом "а вдруг"?.. Впереди маячит девушка на лыжероллерах. Глеб умудряется достать ее простым бегом. Девчушка с трудом взбирается в подъем, он успевает заглянуть ей в лицо. Симпатичная. Забывшись, Егоров приветствует ее по-русски: - Прекрасный день! Та угрюмо бормочет что-то по-французски и торопливо съезжает со спуска. Это ей дается лучше. Она разгоняется, и Глебу уже не догнать. Он усмехается: замечтался. *** Парни пообедали после пробежки и по совету тренера отправились в бассейн. Идея хорошая: и ногам дать передохнуть, и плечевому поясу - поработать. Да и в воде давно не занимались - приятное разнообразие. В будний день народу немного. По краям бултыхаются дети, да их мамочки, немного подростков. И Глеб с Андреем, как два надзирателя-воспитателя над всей этой группой. И точно, не успевают они в воду спуститься, как одна малышка по-французски спрашивает Удачина, не научит ли он ее плавать. Андрей округляет глаза, оборачиваясь на Егорова. Глеб со смешком поясняет девочке, что они не тренеры. И далеко не местные. - Блин, в общественный больше ни ногой, - лепечет Андрей. - Тебя вообще нельзя в люди выпускать, - шутит Глеб, за что и получает неслабый толчок в бок. Потирая место ушиба, все равно смеется. - Андрюх, ты злюка. - А спорим, я тебя в плавании уделаю? - разгорячился тот, спускаясь в воду и посматривая на длинную свободную дорожку. - Ну нет, это моя вотчина, - уверенно заявляет Глеб. - Сколько в ней, метров пятьдесят? - Плюс-минус. - Тогда давай трижды туда-обратно. - Каким стилем? - Глеб понимает, что ноги тут никак не отдохнут, но он уже поддался азарту. - Вольным. Мы ж не профи. - Идет. Они расходятся по двум свободным дорожкам. Посетители бассейна, очевидно, понимают серьезность намерений двух русских и дипломатично не мешают. Андрюха считает до трех, глаза его искрятся от предвкушения, вкус возможной победы чувствует и Глеб. Это ведь спринтерская дистанция, а Удачин совсем плохой спринтер. Егоров же и пловец лучше. Хотя Андрея-пловца он не наблюдал никогда. И вот парни старательно плывут, не видя и не слыша никого, кроме друг друга и своей конечной цели. Сперва они идут на равных, но затем Глебу удается вырваться вперед. Он завершает третий заплыв, когда внезапно сталкивается с кем-то, кто плывет прямо навстречу, и теряет преимущество. Андрюха уже кричит громогласное "ура", окончательно выдавая в них русскоязычных, а Глеб оглядывается на виновника своего проигрыша. Что для него нехарактерно, злится! Видит девушку, чуть остывает. Та доплывает до бортика и поворачивается лицом. Не может быть... Он узнает в ней девушку со своей утренней пробежки. Тут Андрюха уже подплывает по соседней дорожке и брызгает Глеба в лицо. Егоров жмурится, вытирая руками глаза и пытаясь не упустить девушку. Но когда взгляд снова становится ясным, то он напрочь теряет ее из виду. Интересно... - Ну, лузер, еще поплаваем или отдыхать? - Я записался в нашем хостеле на массаж, - деловито говорит Глеб, немного досадуя, что упустил девчонку. Хотелось рассмотреть ее поближе. - Так что пора идти. - И когда успел записаться? - Язык надо учить, - в отместку заявляет Егоров, попутно уплывая к бортику. Андрей пробует снова окатить его водой, но безуспешно. День постепенно подходит к концу. Парни ужинают в кафе при хостеле, Глеб посещает массажиста, Андрей добывает себе гантели и успевает позаниматься сверх положенного. Мысли о девчонке у Егорова потихоньку проходят. Вечером в номере, который снят на двоих, Удачин рассказывает о своей жене - также бывшей лыжнице, но не выступавшей на Кубке мира. Глеб слушает со вниманием и радуется за их семейное счастье. Немного завидует. У Андрюхи есть близкий человек, который его ждет. У Егорова тоже, конечно, есть, но это родственники - родители и брат, а вот постоянной спутницы нет. Он не беспокоился на сей счет, однако рассказы Андрея о приятных семейных мелочах, что его мотивируют, да даже о ссорах, долгой мучительной разлуке - все это пробуждает в Глебе желание найти девушку, с которой пойдет под венец. В голове тут же воссоздается образ девицы. Но не в тот момент, когда они тренировались на одной трассе. Тем не менее, после насыщенного дня и на новом месте спится им хорошо. А наутро Глеб вдруг снова встречается с загадочной француженкой практически нос к носу. Правда, вовсе не так, как хотелось бы ему. Она заигрывает с Удачиным, который общается с ней жестами и ломаными фразами на английском. Андрей умотал на завтрак пораньше, пока Егоров торчал в душе. Приведя себя в порядок, смыв с себя остатки сна, Глеб пришел в то же кафе, что и вчера, и застал эту самую картинку. Весьма неприятную и болезненную для него, как оказалось. И вот Егоров подходит к столику, за которым болтают Удачин и девушка, в мыслях не дававшая ему покоя. - О, Глебка, а у меня фанатка объявилась, - с радостной улыбкой говорит Андрей. Девушка, несомненно, признает Глеба и машет ему со скисшей улыбкой. - Такая веселая, - продолжает Андрей. - Хоть и не понимаю ее шуток, а смеюсь - удивительная. - Ага, - вяло подтверждает Глеб. - Как зовут? - Элен, - сама произносит француженка. - Объяснила мне жестами, что смотрит лыжи и болеет за меня, - делится Андрей с воодушевлением. - Ты бы видел эти движения с несуществующими лыжами и палками. - Она и сама спортсменка, - добавляет Егоров. - Лыжница. - Ты ее знаешь? Неудобно даже, - смущается Андрей. А его довольно легко смутить, как выясняется. - Видел вчера на стадионе. - А-а, - моментально расслабляется Удачин. - Ну, Элен, значит, свидимся, - говорит он ей, чуть повысив голос. - Она тебя слышит, - недовольным тоном поясняет Глеб. Элен с улыбкой что-то быстро отвечает Андрею, гладит того по плечу и уходит. - Забавная, - говорит Удачин. - Обхохочешься, - бурчит Егоров. - Не с той ноги встал? - Ага. И руки. - Эй, да она тебе нравится! - осеняет Андрея. Как всегда привлекая ненужное внимание. - Я ее знаю столько же, сколько и ты, - отнекивается Глеб. - Порой и этого достаточно, - усмехается Удачин. - Глебка, я же не претендую, познакомься и общайся с ней. - Ей явно нужен только ты. - Ну перестань, ерунда это, - серьезно заявляет Андрей. - Что я, фанаток не видел? Мы не звезды, конечно, но свои фан-клубы у нас не менее жаркие. Это нормально, что, пока ты на вершине, за тобой готовы толпами бегать ради закорючки или твоего фото. И девчата, и пацаны. Дети, взрослые. Но это быстро проходит, стоит только занять место ниже первого. - У тебя-то не прошло. - Ну, я долго держусь, - смеется Удачин. И пожимает плечами: - Кто как, не знаю, отчего уж там зависит фанатская любовь, если не от результатов. Я не эксперт. Но мне ясно, что их любовь не вполне настоящая. Они любят твой успех, твою сияющую медаль на шее, стиль или тактику передвижения на лыжне. Не тебя как человека. Так что, Глеб, смело знакомься с Элен и радуйся, что она не узнала тебя. - Думаешь, радоваться? - Ну еще бы! Меньше соблазна, что разочаруешься. Сам или она - в тебе. А так вы просто два человека, любящие одно дело. - Впервые сталкиваюсь с такой ситуацией, - улыбается Егоров. - Никогда не имел проблем с женщинами, а ты своей славой всех от меня распугал. Андрей смеется. - Я наоборот особых успехов у женского пола не имел, - признается Удачин. - Мордой лица не вышел, - очерчивает он свое лицо. - Но ничего, потом возмужал, спорт сделал меня увереннее и закалил. Слава богу, жену встретил до своей известности. А то бы и не поверил, что нравлюсь такой красавице, как моя Настюша. А ты симпатичный, чего стремаешься? - добавляет Андрей со смешком. - Ну спасибо, - улыбается Глеб. Он и сам знает, что его считают смазливым. - На самом деле не знаю, чем меня зацепила эта Элен, и почему я с ней до сих пор не заговорил толком. Хорошенькая, но и все... - Егорыч, ты обязан с ней заговорить, - убежденно произносит Андрей. - Хоть бы и обо мне, но заставь ее выслушать. - Блин, разволновался, как мальчишка, - сетует Глеб с нервной улыбкой. - Тем более заставь, - усмехается Удачин. - Надо будет, я сам вас заставлю. - Э, не-е-т, тут я без тебя как-нибудь, - отмахивается Глеб и пьет свой остывший кофе. Бросает взгляд на вид из окна: сегодня снова ясно, и небо голубое-голубое. Точь-в-точь, как глаза Элен.