Best director

      Чонгуку казалось, что часовая стрелка будто застыла на двенадцати утра. Он был уверен, что прошло уже около трех часов, но каждый раз, когда он смотрел на часы, то убеждался в обратном. Он словно ребенок, с нетерпением ждавший родителей для долгожданной поездки в парк развлечений, не мог найти себе место. Чон провел весь прошлый вечер в раздумьях над тем, что именно стоит сказать таинственному заказчику из Министерства. Сначала он думал над тактикой, которой выбил признание из Чимина, но быстро распрощался с этой затеей, ведь вероятность того, чтобы это сработало с представителем закона крайне мала. Чонгук представлял себе человека лет за сорок, с точеными скулами, который прожигал бы в нем дыру испепеляющим взглядом на протяжении всей беседы и, следовательно, он должен был придумать что-то, чтобы от подобного прожигания себя защитить. В итоге он решил показать себя человеком, не представляющим угрозы — грубо говоря, дураком. Причем достаточно наивным дураком, чтобы заказчик полностью доверил ему выполнение плана и не начал в будущем лезть со своими идеями во время основной работы, которую Чонгук планировал провернуть с одним лишь Чимином. — Директор Чон, время. Я отправил Вам адрес ресторана на почту, — голос Пака вырвал брюнета из раздумий. Он уже совсем забыл о существовании Чимина, за те три дня, что не видел его. Чонгук чувствовал пустоту, проходя мимо места секретаря, но не мог понять почему. Теперь он внезапно осознал, что это ощущение было вызвано отсутствием блондина, который уже успел стать чем-то привычным для его окружения. Он был той самой картиной в гостиной, которая не привлекала никакого внимания, но затем ее сняли, и у каждого жителя дома появилось странное ощущение пустоты. Чимин подошел к столу Чона и тихо добавил: — Только пожалуйста, будь вежливым. Чонгук молча встал и, сделав вид, что ничего не услышал, так же молча удалился из кабинета. Он никак не мог понять, что происходит у Чимина в голове. Почему он так спокойно разговаривает с человеком, который буквально несколько дней назад грозился разрушить его жизнь. Можно было подумать, что у блондина стальные нервы, но Чон видел, как тот паниковал в то утро, когда не обнаружил свои тайные записи в столе, так что этот вариант явно отпадал. Тогда что является причиной такого поведения? Возможно, он так спокоен именно из-за предстоящей встречи Чонгука с его заказчиком, человеком из Министерства Внутренних Дел, который точно поставит брюнета на место. Но как бы то ни было, Чон не мог позволить и дальше забивать себе голову подобными мыслями, поэтому он решил отложить до лучших времен их в какой-нибудь ящичек в голове и сконцентрироваться на поддержании тактики «дурачка».       Ресторан, в котором он должен был встретиться со следователем Мин Юнги, не выглядел интригующе от слова совсем. Он представлял собой довольно типичное место для встреч: мало людей, много места. Кем бы ни был этот Мин Юнги, он явно не старался блеснуть своим положением. Чонгук прошелся взглядом по помещению, пытаясь найти хоть кого-нибудь похожего на следователя Мина, который по описанию Чимина выглядел как все. Замечательное описание, спасибо тебе огромное секретарь Пак. Благо в ресторане было практически пусто и единственный мужчина сидел спиной ко входу, у столика около окна. Туда и решил направится Чон. Он встал напротив незнакомца и, поклонившись, спросил: — Здравствуйте, господин Мин? В ответ Чонгук получил лишь холодный взгляд и сдержанный жест, призывающий его сесть. Юнги молча рассматривал Чонгука, уделяя огромное внимание его глазам, словно пытался по ним прочитать все, что тот собирался сказать. Он продолжал это занятие до тех пор, пока его не отвлек приблизившийся официант с тарелкой салата и кружкой ароматного кофе. Видимо, он пришел раньше Чонгука и уже успел заказать себе обед. Не желая оставлять ситуацию под контролем Юнги, Чон решил заказать себе стейк средней прожарки. После того, как официант записал заказ и удалился, уверяя, что еда будет готова через пятнадцать минут, Чонгук решил прервать это тягучие молчание и спросил: — Мне вот что интересно, господин Мин. Почему вы работает именно с ним? С Пак Чимином? — Не твоего ума дело, Чон Чонгук — не отвлекаясь от тарелки салата, бросил Юнги. — Ха…неужели нельзя быть немного повежливее? — с притворным разочарованием сказал Чон, беря в руки стакан с водой. Он сделал глоток, после чего продолжил: — Мы ведь с Вами коллеги. — Я старше тебя и выше по положению, — Юнги положил столовые приборы, уделяя все внимание Чону, — и мы вовсе не коллеги. — Господин Мин, я просто хочу подружиться, узнать о Вас больше. Будем честны, — Чон слегка придвинулся, опираясь локтями на стол, — нам все-таки предстоит работать вместе, хотите Вы это признавать или нет. И с господином Паком тоже. — Насколько мне известно, с господином Паком ты уже успел подружиться, — Юнги повторяет действия Чонгука, сокращая расстояние между ними, — причем, в довольно неформальной обстановке. Удивившись, Чонгук отодвигается назад, после чего Юнги делает то же самое. Некоторое время они молча изучают друг друга, пока их не отвлекает официант, ставящий тарелку со стейком и зеленью перед Чоном. Словно отмерев, он произносит: — Что, простите? — «Living Room»… Так ведь назывался тот бар? Мне вот что интересно, коллега, с какими целями ты потащил туда своего секретаря? Ошарашенный подобным вопросом Чонгук не нашел что ответить. Он все старался поддерживать антураж наивного дурачка, но сейчас впервые почувствовал, что ему вовсе не нужно этого делать. Юнги и так делает из него ничего не понимающего идиота. — Хм, хорошо, тогда ответь на другой вопрос, — Юнги расслабленно облокотился на мягкий подлокотник стула, — Как давно и что ты о нем знаешь? — Не понимаю о чем вы… — наивно улыбнувшись, произнес Чонгук, стараясь не сбиваться с темпа. — Не заговаривай мне зубы. Если, ты хочешь получать ответы на свои вопросы, то должен отвечать на мои, но как я успел заметить, у тебя это не очень хорошо получается. В таком случае, — Юнги снова взял в руки приборы, — будь добр, открывай рот только чтобы положить туда кусок мяса. Доедай и убирайся.       Мин вернулся к своей трапезе, излучая при этом ауру полную безразличия, словно перед ним не было никакого директора компании, в дела которой он вмешивается. Причем незаконными способами. Чонгуку это довольно быстро надоело и он плюнул на всю свою тактику. С этим человеком она все равно не пройдет. Хоть он и не сорокалетний государственный служащий с точенными чертами лица, но прожигать дыры взглядом явно умеет и никакой щит придурковатости тут не поможет. Он позволил сойти с лица наивной улыбке и, расслабленно отклонившись, уставился на спокойно жующего Мина. Старясь придать голосу как можно более нейтральный оттенок, он начал: — Не так давно я узнал, что Вы, оказывается, подослали ко мне своего человека. Верите Вы мне или нет, но я ждал его. Единственное, что меня действительно удивило, так это то, что он так быстро нашел столько информации. Сначала я хотел подать на вас обоих в суд, но когда узнал, что наши цели сходятся, решил, что лучше бы нам сотрудничать. — С чего ты решил, что я собираюсь с тобой сотрудничать? Мне было бы намного проще разобрать твою компанию по частям. — Да, в этом Вы правы. Но ведь это невыгодно ни Вам, ни человеку, который на Вас работает, ни людям, на которых работаете Вы. Так что я более чем уверен, что Вы выберете вариант с сотрудничеством и тихим устранением. К тому же, я довольно полезен. За эти выходные я раздобыл информацию по поводу жизни Вашего коллеги, господина Пак Чимина. Я бы сказал, что история очень трагичная, — он положил стопку бумаг на стол, но был полностью проигнорирован Юнги. — Эта история показала мне, насколько хрупка человеческая психика. Скажу честно, мне было очень неприятно это читать, но думаю, что я должен знать людей, с которыми собираюсь работать. Некоторое время он молчал, ожидая реакции Мина. Но тот все продолжал молча поедать салат, лишь иногда прерываясь, чтобы сделать глоток кофе. — Как я понимаю, в Вашей команде есть еще и врач. Ведь из этого, — он ткнул в стопку, лежащую на столе, — следует, что Пак Чимин подделал свои медицинские записи. Если говорить точнее — справку от психиатра. Конечно, когда я узнал о проблеме Чимин-щи, то подумал что дело лишь в переработках и стрессе, но как оказалось, все намного интереснее. Юнги отложил приборы, оставив на тарелке несколько кусочков сыра и зелени. Получив долгожданное внимание со стороны собеседника, брюнет продолжил: — Вы же понимаете, что за фальсификацию этих данных его ждет не только увольнение, но и штраф. Довольно приличный, прошу заметить. Хотя, наверное, он был убежден, что Вы не дадите его в обиду. Поэтому он согласился подделать документы, согласился внедриться в фирму и передавать Вам всю конфиденциальную информацию. Вы понимаете, что это не я мог разрушить его жизнь, а Вы? Несколько минут Мин буравил брюнета взглядом. Он снимал его маски слой за слоем, пока не добрался до его истинной сущности. Юнги давно научился читать истинные мысли людей по их лицу, глазам и рукам. И то, что узнал от Чонгука, видимо, его устроило, потому что он обронил, словно невзначай: — Можешь начать говорить о деле, а не о наших взаимоотношениях с господином Паком. Чон понял, что ему дали второй шанс, упускать который он не собирался. — Человек дела, сразу видно, — легкая улыбка вернулась на его лицо, — Ну что, приступим?

***

      Весь день Чимин был словно на иголках. Знакомить с Чонгуком Юнги, который ненавидел вынужденное общение, уже было выше его сил, так еще и противное чувство, которое стягивало его живот все эти три дня, неимоверно увеличилось в масштабах. Он не находил себе места, до тех пор, пока не смог наконец-таки связаться с Мином и обсудить все, что произошло в тот четверг. Как оказалось, Юнги не очень-то удивился произошедшему. Он был уверен, что в какой-нибудь момент, Чонгук поймет, что с Чимином что-то не так. По крайней мере, именно такое впечатление он породил в голове следователя. Поэтому он сразу же согласился на встречу, чем навлек чуть ли не шоковое состояние на блондина, который провел долгие часы в раздумьях о том, как же уговорить своего нелюдимого друга на подобное мероприятие. Единственным условием, которое поставил Юнги, являлась встреча в нейтральном месте. В том, которое Чонгук либо не знает, либо практически никогда не посещает. Чимин прекрасно знал, каких мест Чон старался избегать — за многие часы, порой бессмысленных, разговоров Чимин многое о нем успел узнать, поэтому найти подходящее место не составило никакого труда. Конечно, Чонгуку он сказал, что ресторан был выбран самим Юнги, чтобы избежать лишних вопросов и подозрений. Теперь же, ему оставалось лишь ждать возвращения начальника с хорошими или плохими новостями. Но именно это ожидание и сводило его с ума больше всего. Где-то там, в пустом ресторанчике, решалась его судьба, как ни как.       Около четырех часов дня Чимин получил сообщение от Чонгука, в котором тот пригласил его выпить. Хотя, одно лишь название бара сложно было считать приглашением, но Пак прекрасно знал, что именно это и подразумевал брюнет.       Встреча была назначена на шесть часов вечера, в «Living Room». Найти начальника для Пака не составило никакого труда — Чонгук сидел на одном из пустующих диванчиков у стены с полупустым бокалом темного пива. Блондин присоединился к нему, заняв кресло напротив. — Господин Пак, добро пожаловать в команду, — чокнувшись с воздухом, Чонгук допил оставшееся пиво и со звоном поставил бокал обратно на столик. — Какую еще команду? — все еще не понимая, стоит ли ему расслабиться или наоборот напрячься всем телом ответил блондин. — В команду «Справедливость всегда торжествует, хоть на это и может потребоваться довольно много времени и придется работать с мутными людьми, которые крутят тобой, как хотят, а ты ведь директор, как ни как, а им вообще плевать». Чимин усмехнулся, мгновенно осознав, что больше нет необходимости скрывать от Чонгука то, чем он занимался. Он почувствовал невероятную легкость, хотя и понимал, что, возможно, работа с брюнетом станет более напряженной. Ведь по одной этой фразе было понятно, что он не хотел поддерживать контакт с Юнги дольше, чем было бы необходимо, а значит, все нужно будет делать быстрее, чем сейчас. — Отличное название, Чонгук. Я пойду, закажу себе выпить в честь этого события. Тебе взять что-нибудь? — Точно, ты ведь должен мне. — Чон задумался, прикидывая общую сумму долга и примерные цены напитков в баре, после чего продолжил: — Виски, бутылку. Не самый хороший, но и не самый плохой. Как раз расплатишься за тот раз. Чимину ничего не оставалось кроме как согласиться на это, хоть он и не рассчитывал тратить такую сумму за один вечер. Но факт оставался фактом, он действительно был должен Чонгуку за самый первый вечер в этом баре, который помог расплавить лед между ними и позволил Чимину наконец-таки напиться и выспаться. Несмотря на то, что обстоятельства, позволившие ему хорошо поспать, все еще его смущали, это было хорошим опытом. Даже, можно сказать невероятным. Несколько раз, когда его мучила жуткая бессонница, он задумывался о том, чтобы позвонить Чону и попросить «помочь» еще один раз. Но тут же он осекался, понимая, насколько странно это звучало бы со стороны: «Не мог ты полежать со мной, пока я не засну? Ну и еще всю оставшуюся ночь тоже». Он вернулся с бутылкой виски и одним роксом, объясняя что его коктейли принесут позже. — Может, расскажешь подробнее как все прошло? — спросил он после того, как Чон сделал первый глоток крепкого напитка. — Да нечего рассказывать. Этот твой господин следователь… В общем, надеюсь я его больше не увижу. Когда Чимин слышал подобные слова в сторону своего близкого друга, то наливался краской от злости, но в то же время, вполне мог понять такую реакцию. С годами, Юнги стал намного прямолинейнее и упрямее, чем был в старшей школе. Хотя даже тогда он не раз заставлял Чимина чувствовать себя не в своей тарелке. — Еще раз извини, что втянул тебя во все это, — наклонив голову, произнес Чимин, — Я не хотел доставлять тебе неудобства. Просто хотел разобраться с этим как можно скорее и оставить тебя в покое, — он поднял голову и, увидев слегка удивленный взгляд начальника, поправил себя, — В смысле, твою компанию. Оставить твою компанию в покое. — Ты собирался уволиться после всего этого? — указывая прямо на Чимина, он пригрозил: — Даже не думай теперь сбегать с этого корабля. Как ты уже сказал, ты меня в это втянул. Мы теперь вместе. Одна команда. — Хочешь заставить меня работать с тобой, пока я не умру? — усмехнулся Пак. — И даже дольше, если придется. Чонгук уже явно дурачился, понемногу расслабляясь и это радовало Чимина, ведь он наконец-то ощущал себя рядом с тем самым Чон Чонгуком, который помогал скрасить ему долгие часы одиночества. Он был удивлен тем, насколько быстро разрешился этот, казалось бы катастрофический, кризис, но жаловаться не хотелось и, последовав примеру начальника, он позволил себе расслабиться в последний день перед началом активного планирования.