Кто же влюбится быстрей?

Крис приказал управляющему найти «грязи» и «принцу» какую-то работу, но к последнему не слишком придираться. Днём он не обращал на них внимания, но когда Ник появлялся в его комнате с влажными после душа волосами, господин неизменно довольно улыбался. Он больше не был с рабом так груб, потому что видеть румянец от чересчур громких стонов оказалось приятнее, чем слезы. Да, Крис не привык никого растягивать, но каждый вечер уделял этому несколько минут, ведь тогда Ник практически плавился под ним, изо всех сил стараясь не стонать. После они неизменно засыпали вместе, и Крис уходил повозиться в саду, почти не стесняясь этого теперь, а приходя, целовал проснувшегося, но не смевшего уйти, Ника в лоб и отпускал. Но на пятый день раб опоздал. Крис ходил по комнате вот уже десять минут, постепенно распаляясь. Да как он смеет?! Подойдя к комнате «принца» с явным намерением преподать чересчур обнаглевшему рабу урок, Крис услышал голос Ника. — Нет… Я не могу так просто сказать, что люблю его. Это так тупо. Он ни за что не поверит. Крис нахмурился. Это кому он решил признаваться в любви? Кто разрешал? — Этот план был тупым с самого начала, я не могу его придерживаться. Я умею притворяться, но только не влюбленным. Я же понятия не имею, что такое любовь. Не было похоже, что он с кем-то говорит, потому что второго голоса не было слышно, но это нисколько не успокаивало господина. Сжимая кулаки, он думал о том, что раб должен быть давно в его комнате или по крайней мере в душе, а не истерить и собираться притворяться влюбленным в кого бы то ни было. Открыв дверь, Крис увидел сидящего на кровати Ника. Тот опустил голову и, кажется, плакал, закрыв лицо руками. Клетка с попугаями стояла на столе, но «принца» нигде не было видно. — Ты что здесь делаешь в это время? Крис прикрикнул на него, заставляя испуганно вскинуть голову, и потянулся за плетью, висящей на поясе. — Простите, господин! Ник быстро сполз на пол и встал на колени, низко опуская действительно заплаканное лицо. — У меня заболел живот, поэтому меня освободили на час раньше, лекарь дал таблетку и отправил полежать. — Что? Крис удивлённо смотрел на раба, ведь тот оправдывался не так, как следовало. — На час раньше? Он взглянул на часы и громко выругался. Восемь двадцать. Начал ждать раба на час раньше, ну и идиот. — Да, господин. У меня уже все прошло, я собирался пойти в душ сейчас. Ник почему-то покраснел, и Крис просто кивнул, не желая признавать свою неправоту. — Не смей опаздывать. 🌸🌸🌸 — Господин! Ааах! Ник выгнулся в спине, нечаянно царапая спину Криса. Тот попадал ровно по простате, наслаждаясь тем, как раб пытается не забываться, не стонать слишком громко и не делать лишних движений. Получалось не очень, но ему было запрещено извиняться. — Пожалуйста, разрешите… Ммм!.. Крис хрипло засмеялся, специально мешая Нику договорить своими движениями и не сдерживая стоны. — Ахх… Что? — Мне… К-к-кончить… Ах, госпо…господин… Раб сжимал его предплечья, снова выгибаясь в спине от явного удовольствия. — Не раньше, чем… Ммм… Почувствуешь моё семя… Ах… на своем языке. Ник изобразил на своем лице вселенское страдание. Господин мог брать его долго и много, но обычно разрешал в процессе кончить раза два. — Ну про… Прошу! Он мог позволить себе такую дерзость только в постели, на грани и только когда Крис был в хорошем настроении. В ответ господин вышел из него и лег на спину, приглашая в позу наездника. — Тебе стоит… Хорошенько поработать. Оба тяжело дышали, и специально медленные движения Ника на члене господина лишь сильнее их распаляли. Когда оба кончили, причем Ник сделал это без рук, лишь только господин поднес к его губам использованный презерватив, то не стали спешить в душ, а с удовольствием развалились на большой кровати, как и всегда до этого. Крис зарылся пальцами в волосы раба, привычно перебирая их и улыбаясь. Лежать так было очень уютно, никто прежде не дарил ему такого успокоения одним присутствием, всех остальных рабов он обычно скидывал с кровати сразу после того, как кончал сам. Ник же раз за разом показывал ему, что удовольствие можно получать не только от секса, но и от подобного. — Ложись головой мне на грудь. Раб вздрогнул, но приказ исполнил, стараясь не давить сильно, и Крис широко улыбнулся, прикрыв глаза. — А теперь спать. Проснувшись позже обычного, господин с неудовольствием понял, что Ник уже ушёл работать. Откинувшись обратно на подушки, он вспомнил про то, что раб решил притвориться, что влюблён в кого-то. Почему-то это выбивало из колеи и оставляло совсем неприятный осадок. «Наверняка в него влюбился этот «принц», а он слишком добрый, не хочет ранить и потому решил притвориться. Идиот» 👻👻👻 Ник прижал немного дрожащего друга к себе. — Чшш, он же не хотел ничего плохого, ты чего? В этом доме ты «принц», никто не посмеет тебя тронуть. Лукас помотал головой, громко всхлипывая. Раб Вильям, шлепнувший его по заду, расстерянно хлопал глазами. Он не понимал, почему тот так расплакался. — Я не хотел ничего такого, правда! Просто… — Чшш, дай ему успокоиться. Ник прижал палец к губам, поглаживая Лукаса по волосам. — Ну-ну, перестань. Никто не пытался тебя домогаться, это просто комплимент. Невольно наблюдающий за этой сопливой в прямом и переносном смысле сценой Крис сжал кулаки. Да, между этими двумя что-то есть. Опустив гантели на землю, он решительно подошёл к рабам. — Что за разговоры? Вы должны работать, а не болтать и обниматься. Вильям и Ник поспешно поклонились и поспешили вернуться к сбору ягод, а «принц» только с непонятной улыбкой слегка склонил голову. Вот что значит разбаловать раба. — Простите. Не было видно, что он только что плакал, поэтому Крис мог прийти к выводу, что тот просто не упустил случая устроить истерику и поообниматься с любимым. — Возвращайся к работе. Крису стоило больших трудов не врезать этому распустившемуся рабу. — А теперь ты. Он схватил «грязь» за предплечье и без лишних слов увлек в свою спальню, опрокидывая на кровать и нависая над удивлённым рабом. — Не смей касаться его. Никаких прикосновений, если только я не разрешу. И это относится не только к твоему дружку — ко всем остальным тоже. Я не хочу видеть тебя вместе с ними. — Вы ревнуете? Ник вдруг широко улыбнулся, облизываясь. Конечно, он ходил по чрезвычайно тонкому льду, но не мог упустить такого случая, даже если после будет жестоко наказан — это стоит растерянного выражения лица господина. Спустя несколько секунд Крис все же нашелся, что сказать. — Да, идиот, потому что ты принадлежишь мне. С чего это одни мои игрушки будут играть с другой? Ник кивнул, стараясь скрыть удивление тем, что не получил заслуженного наказания, и выгнул спину, потянувшись к губам господина. — Если мы здесь… Вы собираетесь трахнуть меня? — Нет, ты весь грязный. Лучше смени покрывало. Крис отпустил раба и встал, брезгливо морщась, а затем ушел обратно в сад. Из-за работы руки, да и все тело Ника были в какой-то паутине, соке ягод, даже земле. В обычное время господин бы особо не обратил на это внимание, но сейчас находиться в одной комнате с Ником, да ещё и так близко, становилось все труднее и труднее. В сад раб вернулся позже, и он понятия не имел, что Крис внимательно наблюдает за ним, слыша каждое слово, видя каждый жест. У Ника была явная симпатия к «принцу», а тот смотрел на него широко раскрытыми влюблёнными глазами. «Идиот. Идиот. Зачем ему это?» 🎀🎀🎀 Крис горячо целовал Ника, шепча ему на ухо нежности, и тот с энтузиазмом извивался в его руках. - Я тоже люблю вас! — Что? Крис сел на кровати, проснувшись, и с удивлением покосился на мирно спящего раба. Так это был сон… Сон, в котором он признавался рабу в любви. Весь день он не мог отойти от этого. При взгляде на раба он вспоминал то, что шептал во сне сам, все нежности и слова любви, и оттого краснел, смущаясь. «Значит, я правда ревную. И влюблен.» Признаваться был определенно не вариант, но и так, как раньше, продолжаться не могло. Как оказалось ночью, когда раб снова оказался под ним, Крис хотел обнимать его крепче, больше целовать, безостановочно называть своим. Весь седьмой день Крис пытался избегать раба, чтобы перестать о нем думать. Так глупо влюбился, не в кого-нибудь, а в «грязь», от которого сам это ожидал. Ночью он хотел выгнать Ника в его комнату, но тот, краснея, схватил его за руку. — Господин… Можно я кое-что скажу? Извините, пожалуйста, я правда не навязываюсь… Это важно, и… — Что ты мямлишь? Хочешь, так говори. Криса раздражало то, что раб так бесцеремонно схватил его за руку, что медлит, что не собирается уходить сейчас, заставляя своего господина краснеть. — Я люблю вас. Ник весь залился краской, низко опустил голову и сжал ладони вместе, дрожа. Крис замер, отступая на шаг назад и тяжело сглатывая. «Я понятия не имею, что такое любовь… Притворяться влюбленным…» В голове некстати всплыли слова раба. Так он решил притвориться влюбленным не в своего дружка, а в господина! Вот это наглость. И ведь Крис-то уверен, что сам влюбился. — Я понял. Иди. Он отвернулся и услышал тихий всхлип за своей спиной, а потом хлопок двери. И только после этого Крис позволил себе сесть на корточки, опустить голову на руки. Он не плакал, просто чувствовал необычайное опустошение. Лучше бы этот гад притворялся влюбленным в «принца», чем так.