Кто же влюбится быстрей?

Эйлин положила руку на живот. Забеременела она всего две недели назад, но думать о том, что внутри нее растет маленький человек, уже сейчас было очень приятно. Если все пройдет хорошо, то она сможет оставить ребенка и перестать думать об аборте. Её парень уехал в другую страну и не оставил контактов раньше, чем она сама узнала о беременности, а консервативные родители просто выгонят из дома и лишат наследства, поэтому поддержки ждать было неоткуда, и вот новость — Крис Макбет ищет себе невесту! Эйлин не знала его лично до вчерашнего дня, поэтому не была уверена, что он защитит ее и войдёт в положение, но оказалось, что этот брак нужен им обоим для прикрытия от родителей. Им не нужно спать друг с другом, чего не хотели оба, только изображать счастливую пару и иногда засыпать в одной комнате. Узнав о беременности, она загадала, что если до десяти недель ничего не изменится, то придется сделать аборт, потому что выживать с новорожденным ребенком будет мучительно и для неё, и для него. Крис стал для неё ответом на надежды. И пусть в браке она не обретёт любви, зато родит и воспитает своего ребенка, да ещё и обретёт независимость от родителей. Они встретились в кафе ещё раз для составления брачного договора. Подпишут они его в ЗАГСе, но сначала нужно прояснить многие моменты. — При разводе ребенок останется у меня, но ты сможешь с ним видеться. Также я впишу, что ты обязана родить мне ребенка, но мы знаем, что этот пункт только для родителей. Эйлин кивала и говорила сама, но не могла перестать думать над тем, почему ее жених выглядит невыспавшимся и больным. Возможно, напился вчера? — Я могу тебе изменять? — Можешь, но так, чтобы об этом не знали ни мой отец, ни рабы. Ничего портящего мою репутацию. Она понятливо кивнула. Свадьбу они решили назначить через две недели — минимальный срок, чтобы заказать платье, кольца, забронировать зал венчаний и подготовить все остальное, а затем расстались. Эйлин вернулась домой сообщить новость родителям, которые почти сразу погрузились в радостные хлопоты и созвонились с отцом ее жениха, а сам Крис наверняка направился к своему возлюбленному, о котором Эйлин узнала в первые десять минут их знакомства. •÷• Так как Ник ночевал в общей спальне рабов, утром его погнали работать. Он нисколько не возражал, но после времени, проведенного в качестве ближнего раба, заниматься физическим трудом было не так уж просто. «Нет, о чем я думаю? Надо выбросить его из головы, давай же.» Издалека он видел Лукаса, который теперь выглядел далеко не таким подавленным, а много смеялся и даже флиртовал с девушками, судя по их хихиканью и смущению. Бывший «принц» перестал страдать, значит, и бывший «грязь» тоже справится. Всё будет хорошо, Криса можно забыть. Скоро в доме воцарилось предпраздничное возбуждение, даже обычные рабы, которые занимались только уборкой, не переставали готовить о свадьбе. Говорили, что невеста господина очень красива, выглядит хрупкой и доброй. У Ника в такие моменты холодело внутри, что же будет, когда в этом доме начнет жить жена Криса? Неужели всегда будет так больно?.. *** Криса раздражали все эти приготовления к свадьбе, о цели которой в действительности не знали только, может быть, родители его невесты. Всё это ради нескольких часов, за которые он в любом случае не в влюбится в неё. Глупо и затратно. Подойти к Нику было страшно, но всё же спустя несколько дней он попытался поговорить с ним, без церемоний схватив за руку и затащив в свою комнату, подальше от чужих глаз и ушей. — Послушай, пожалуйста. Я люблю тебя, очень сильно люблю. Брак лишь фикция, я даже спать с ней не собираюсь. Пожалуйста, поверь мне. Он опрокинул Ника на кровать, нависая сверху и тяжело дыша от нервного возбуждения, а тот лишь вздохнул и упёрся ладонями в чужую грудь. — Господин, вы пообещали, что я могу уйти, если захочу. Помните? Раб был таким спокойным и равнодушным, что Крис немного растерялся, но всё же продолжил говорить. — Я хочу, чтобы ты был со мной. Любимый мой, мне тебя так не хватает… Забываясь, он стал целовать щеки, губы, шею раба, и тот начал таять, перестал сопротивляться. — Ник… Ник, у нас всё будет хорошо, обещаю. Пожалуйста, поверь мне. Ник откинул голову назад, жмурясь и открывая больше доступа к шее. Он старался не думать, но боль внутри росла. «Сейчас он возьмёт меня, а через всего несколько дней в этой же кровати появится его жена!» Тяжело дыша, он отстранил от себя Криса. — Господин, мне больно быть с вами, понимаете? Лучше работать и заниматься самым гнусным, самым тяжёлым трудом, чем каждую ночь рыдать в подушку. Я забуду вас и буду спокойно жить. Может, даже влюблюсь. Он часто моргал, стараясь не плакать, но равнодушным выглядеть не получалось. — Ты счастлив со мной, не ври. Я ни разу не видел, чтобы ты плакал, пока был ближним. Крис сжал его запястья так сильно, что раб чуть не вскрикнул. Но ему не нужно было жалости и заботы, только не сейчас, когда он пытается оттолкнуть господина. — Я очень хорошо притворяюсь, многолетний рабский опыт. Но я устал быть влюблённым. Даже если брак фикция, вашей жене в любом случае будет неприятно, что вы предпочли ее какому-то рабу. — Ты первый сказал, что любишь меня! Крис отчаянно смотрел в его глаза. Ещё удар — и дело будет сделано. — И ты всё ещё любишь. Давай, скажи, что нет! — Нет. Но голос Ника предательски дрогнул, по щекам побежали долго сдерживаемые слезы, он откинул голову назад. Больно. Он думал, что в груди у него и раньше была пустота, но теперь она так выросла, что, кажется, заполнила даже горло. Но нужно, нужно отпустить. Нужно оттолкнуть, иначе он никогда не будет счастлив. Только не с господином. Эти отношения обречены на провал с самого начала. — У вас будет жена и ребенок, так дайте мне найти своё счастье тоже. Крис отпустил его и сел на кровати, а раб вскочил, но с каким-то отчаянием устремил на него последний взгляд. По щеке скатилась последняя одинокая слеза. — П-прощайте. И он выбежал из комнаты, оставляя позади господина с разбитым сердцем.