Испорченная акума

Если бы недовольство можно было облечь в материальный предмет, то на акуманизированного сейчас бы градом сыпались булыжники с надписью: «Как вы меня достали!». Но к счастью, ЛедиБаг не владела такой способностью, а потому продолжала отбиваться от атак врага, крепко стиснув зубы. Кот Нуар пытался незаметно подобраться к противнику, вот только каждый раз терпел неудачу, и это еще больше выводило девушку из себя. Ну почему судьба к ней так несправедлива? Почему Бражнику приспичило выпустить акуму именно сейчас? Это же надо было, ТАК испортить ей выходной! Лежала бы она сейчас на диване, рисовала в скетчбуке или в сотый раз перечитала позавчерашнюю статью о новой коллекции Габриэля Агреста. А то и вовсе поискала в интернете пару новых фото модельера... Почему не Адриана, спросите вы? Ответ был до безобразия прост - перегорела. Отпустила свою любовь. Как это произошло? Из-за обычного разговора. Точнее, подслушанного разговора. Как-то раз Маринетт, поведясь на уговоры Альи, устроила вместе с подругой засаду на Адриана и Нино. Последний, так же подговоренный Сезер, должен был затеять с Агрестом разговор по душам и в определенный момент задать вопрос: нравится ли ему Маринетт и хотел бы он, чтобы она была его девушкой? На эти слова Адриан усмехнулся, и без обиняков заявил другу: его идеал - ЛедиБаг, и никакая другая девушка ему не нужна. Эти слова одновременно обидели и рассердили Дюпен-Чен. Значит, Агресту интересно только геройское альтер-эго и ему откровенно наплевать на того, кто окажется под маской. Получается, как бы она не лезла вон из кожи, чтобы понравиться парню, он не будет воспринимать её всерьез, предпочтя «идеальную» героиню Парижа… В тот день девушка вернулась домой изрядно подавленной. Хотелось одновременно ругаться и плакать. Внутренний голос настойчиво шептал, что еще не все потеряно, и что Адриана можно запросто влюбить в себя, если раскрыть ему свою личность. Но Маринетт отмахнулась от этой мысли. Разве это любовь? А если он начнет сравнивать её с ЛедиБаг? Это было не тем, чего Дюпен-Чен хотелось. Она надеялась, что Агрест сможет полюбить её настоящую, но раз его интересует только маска, то есть ли смысл пытаться? С неделю девушка металась из крайности в крайность, пока не проснулась однажды утром с твердой решимостью: она начнет жизнь заново и в ней уже не будет места слепой влюбленности в Адриана Агреста. Временную пустоту в сердце, – а Маринетт очень хотелось в это верить, - она начала заполнять своим хобби. И незаметно для себя постепенно вернулась к тому, кто волновал не только ее творческую, но и отчасти женскую натуру. Иногда она поражалась тому, как Габриель Агрест умудрялся будоражить, - во всех смыслах, - большинство жительниц Парижа, даже не выходя из дома. Но это только добавляло ему изюминки. Дюпен-Чен вновь припомнила тот щенячий восторг от каждой его новой коллекции одежды и свои мечты когда-нибудь оказаться в подмастерьях у месье Агреста. И, если раньше мечта учиться под началом любимого модельера периодически прерывалась мелькающим перед глазами образом Адриана, то сейчас буквально все двери были распахнуты перед девушкой. Почасовое расписание младшего Агреста сменилось планом дальнейшей учебы в одной из дизайнерских школ. Подборка вырезок с лучшими кадрами с фотосессий были демонстративно сожжены и заменены на учебные пособия по кройке и шитью. А все мечты и любовь, - хотя поначалу это с трудом можно было назвать таковым, - теперь всецело доставались лишь Габриэлю Агресту. Забыть Адриана было трудно, но Маринетт справилась. Она с головой ушла в работу над набросками, чтобы, однажды, вновь набравшись смелости, продемонстрировать месье Агресту свои возможности, как сделала это тогда, на маленьком конкурсе шляп. Модельер назвал ее талантливой, и Дюпен-Чен было интересно: выросла ли она профессионально с тех пор и сможет ли поразить своего кумира еще больше? Вот только вместо того, чтобы практиковаться, изрисовывая страницу за страницей мелькающими в голове образами туфель, шляп или брючных костюмов, девушка как угорелая носилась по Парижу, пытаясь поймать и обезвредить очередного злодея. Бражник и раньше раздражал ЛедиБаг и ее напарника своим существованием, но в последнее время начинал откровенно бесить. Неужели ему больше нечем заняться, кроме как насылать акуму на каждого встречного и поперечного?! - Осторожно! – крик Нуара вывел ЛедиБаг из размышлений, и она в последнюю секунду увернулась от атаки. Она зло глянула в сторону злодея, мгновенно скрывшегося под землей во избежание контратаки, а затем перевела взгляд на Кота. Он уводил гражданских подальше от места битвы, явно надеясь, что ЛедиБаг продержится без его помощи какое-то время. Сегодняшний противник гордо именовал себя Червем и грозился наводнить весь Париж червями, улитками и слизнями, которых он так обожал и которых ненавидели большинство людей. Акуманизированный резко возник за спиной девушки, прорвавшись сквозь толщу асфальта и расшвыряв его куски в купе с землей по всей улице. ЛедиБаг тут же обернулась и ударила злодея в живот. Он взвыл не хуже дворовой собаки и, громогласно прокляв её, снова исчез под землей. Героиня подумала было вернуться на крышу от греха подальше, но решила проверить зревшую с самого начала битвы теорию. Она замерла на месте и прислушалась к своим ощущениям. Земля под ногами слегка дрожала. Минута, две, три… Когда на одном участке дороги чуть треснул асфальт, она тут же помчалась туда, и как раз вовремя. В ту же секунду на этом месте возник Червь. - Попался, урод! – закричала девушка и метнула в него йо-йо. - Ты мне весь день испортил! Она не ожидала от себя подобной вспышки гнева и мысленно поблагодарила Тикки за то, что её магия защищает от вселения акумы. Иначе Нуар точно не совладал бы сразу с двумя противниками. Злодей испуганно пискнул, пытаясь укрыться под асфальтом, но прочная леска уже сковала его тело. Секунда – и Червя выдернули из укрытия, подбросив высоко в небо. Нуар отреагировал мгновенно. Подпрыгнув вслед за акуманизированным и с громким «Катаклизм!», он дотронулся до шлема-панциря, обращая тот в пыль. Черная бабочка тут же взметнулась вверх, но ЛедиБаг была начеку. Она не собиралась задерживаться здесь ни на секунду. Она хотела поскорее вернуться домой к журналам, чтобы прочесть интервью Габриеля Агреста… Побольше узнать о планируемых коллекциях знаменитого модельера….. Представить, будто она сама могла бы поучаствовать в их создании … Вообразить, какие чувства охватили бы ее, окажись Маринетт на подиуме рядом с Габриелем Агрестом… Помечтать о том, как он посмотрел бы на неё теплым ласковым взглядом, а затем, намеренно нарушив её личное пространство, заключил бы Дюпен-Чен в объятья и склонился к её губам… Быстрым точным движением ЛедиБаг поймала акуму, на автомате раскрыла йо-йо после очищения и…не сразу поняла, что что-то пошло не так. Вместо белоснежной бабочки в воздухе застыла бело-алая. Красная окантовка крыльев и тонкие, такого же цвета прожилки по всему тельцу и крылышкам насекомого вызывали у девушки недоумение. Она смотрела вслед странной бабочке, и внутри вдруг почему-то все сжалось от тревоги и страха. Девушка уже хотела было броситься вдогонку за необычным чешуекрылым, но вдруг на её плечо опустилась ладонь Нуара. Секунда замешательства - и ЛедиБаг потеряла бабочку из вида. *** А тем временем на другом конце Парижа Бражник испытывал схожие с ЛедиБаг чувства. Эта девка и её прихвостень снова расстроили все его планы! Громогласно проклиная вечно путающихся под ногами героев и одновременно пытаясь придумать новый план действия, он не сразу заметил, как в открытое окно залетела необычная бабочка. Мужчину вдруг привлекла странная аура, и он тут же обернулся на её источник. Ему еще ни разу не доводилось видеть такого странного насекомого. Белоснежное чешуекрылое выглядело так, будто попалось в руки художнику-энтомологу, которого не удовлетворил его внешний вид. Красная окантовка крыльев мерцала в свете солнечных лучей, будто её сверху присыпали блестками, а прожилки испещрившие тело выглядели по-своему привлекательно. Бражник не знал, как объяснить подобное явление, но отчего-то чувствовал – эта бабочка прилетела сюда неспроста. - Лети ко мне, - позвал мужчина, протянув ладонь вперед. Насекомое подчинилось. Вот только стоило ей коснуться перчатки, как вихрь магии буквально ослепил злодея. А когда все закончилось, он обнаружил, что его костюм изменился, а в руках вместо трости появился скетчбук. Это сбило мужчину с толку. Он – снова Коллекционер? С чего бы это?! Но внезапный прилив сил тут же отвлек его от этих мыслей. Коллекционер чувствовал, как неведомая ранее мощь буквально потекла по венам, и ощущал такой душевный подъем, какой не испытывал никогда в жизни. По сравнению с этим Талисман Мотылька казался игрушкой, пригодной лишь для детских шалостей. Коллекционера на миг посетила мысль, что он в одиночку смог бы стереть Париж с лица земли. А попавшиеся в этот момент ЛедиБаг и Кот Нуар, будут лишь надоедливой мошкарой… Внутренний голос настойчиво упрашивал не бросаться в омут с головой, а лучше - снять трансформацию и изучить странную бабочку. Но мужчину уже было не остановить. Он в одном шаге от победы. Нельзя упускать такую возможность. Он полон сил, в то время как защитники Парижа наверняка измотаны битвой с Червем. А значит, отнять их талисманы будет проще, чем конфету у ребенка. Пришла пора решительных действий. С этой мыслью Коллекционер направился к выходу из тайного укрытия. Он настолько был поглощен верой в свой успех, что даже не обратил внимания на Нурру. Квами лежал на полу с закрытыми глазами и не подавал признаков жизни. *** Маринетт с мечтательной улыбкой плюхнулась на кровать и подняла над головой последний выпуск журнала GQ. С глянцевых страниц на нее смотрел всегда серьезный и аристократично-прекрасный Агрест-старший. Каждое его слово в интервью наполняло сердце Маринетт небывалым трепетом и вдохновением. Хотелось схватиться за карандаш и рисовать, рисовать, рисовать, пока пальцы не онемеют от усталости или на худой конец вновь не объявиться какой-нибудь злодей. Вот только Дюпен-Чен не хотела выпускать журнал из рук и отрывать взгляд от многочисленных фотографий, сопровождающих интервью. - Маринетт, ты выглядишь счастливой! – Тикки вынырнула из-за подушки и тоже заглянула в журнал. Маринетт, продолжая улыбаться, раскрыла пошире свое приобретенное сокровище, демонстрируя квами статью с любимым модельером. Тикки пробежалась взглядом по строчкам и усмехнулась: – У него очень специфичное чувство юмора. - Он великолепен! – выдала Дюпен-Чен, закрывая журнал и прижав его к груди, заерзала на кровати. – Такой полет мысли, такие амбиции, такие идеи! - Помнится, ты также грезила и об Адриане. Я даже начинаю скучать по его постерам, – хихикнула квами и подлетела к тарелке с печеньем. - Почему не завешиваешь комнату фотографиями месье Агреста? - спросила она, беря лапками самое большое лакомство и надкусывая его. - С того момента, как со стены исчезло последнее изображение Адриана, я думала, твой прежний кумир займет его почетное место. Но вижу только журналы да вырезки из газет. - Ох, Тикки! Это же Габриель Агрест! Такими, как он, стены не завешивают! - А… - протянула квами. – А я-то думала, что ты все еще думаешь, что месье Агрест является Бражником, и боишься, что враг на тебя со всех углов смотреть будет. - Тикки! – шикнула на нее Маринетт и даже замахнулась подушкой, но Тикки громко засмеялась. - Прости-прости, я не хотела тебя задеть, - сказала квами, примирительно выставив перед собой лапки и Дюпен-Чен немного остыла. - Я тоже раньше так думала, но… Ты ведь помнишь - месье Агрест тоже оказывался под воздействием акумы. А мастер Фу говорил, что владелец талисмана не может оказаться под контролем мотыльков. Тикки пожала плечами, дожевала последний кусок печенья. - Никогда с таким не сталкивалась, - задумчиво протянула она. – Хотя все возможно. Да и никто не запрещает владельцу талисмана на время отречься от него, и… - Тикки! - Молчу-молчу. На этом короткий разговор был окончен. Маринетт, уставившись на обложку журнала и слушая, как довольно причмокивает квами, поедая новое печенье, вдруг погрустнела и задумалась. А ведь и правда… Чтобы отречься от талисмана не нужно проводить никаких ритуалов или приносить жертв. Просто возьми и откажись… Дюпен-Чен самой в первый раз хватило просто снять сережки… Вот только, даже если можно так сделать, что разве акума не исчезает вместе с отменой трансформации и уходом квами обратно в талисман?.. Мысли девушки были жестоко прерваны громким «БА-БАХ!». Она едва не свалилась с кровати. Пол задрожал вместе с мебелью, Тикки свалилась с края тарелки и дернула маленькими крылышками. - Что, опять?! – вскрикнула Маринетт. В мгновение ока она оказалась на балконе и, вцепившись в перила, обратила взгляд в ту сторону, откуда доносился грохот. Дым поднимался слишком далеко от дома Дюпен-Чен, а потому она не могла сразу увидеть, что на улицах произошло на этот раз. Слова сорвались с языка быстрее, чем девушка успела понять, что вновь превращается. В следующее мгновение ЛедиБаг на полной скорости неслась по крышам прямиком к месту событий. Всего несколько мгновений, чтобы сделать прыжок, затем еще один, зацепиться йо-йо за выступ и перелететь с одной крыши на другую, приземлиться на одном из балкончиков и, заметив причину беспокойства жителей… обомлеть. Девушка тут же несколько раз прокляла Бражника и начала молиться, чтобы акуманизация одних и тех же людей не вошла у злодея в привычку. Потому что Ледибаг готова была сражаться с кем угодно и когда угодно, несмотря на проблемы в реальной жизни. Но вот тот, с кем она не желала бороться даже под страхом смерти, прямо сейчас стоял на паре перевернутых машин и демонстративно покручивал в руках скетчбук. - И снова здравствуй, Мяуледи, - раздалось у неё за спиной. – Бражник, похоже, вконец оборз… ЧТО?! КАК?! ОПЯТЬ?! Казалось, напарник был шокирован не меньше девушки, но она не обратила на это внимание. ЛедиБаг вперила взгляд в Коллекционера и пыталась представить, кто же на этот раз умудрился вывести модельера из себя. Но эта мысль почти сразу была вытеснена злостью. Бражник покусился на того, кто был ей неизмеримо дорог. Такое она злодею прощать не собиралась. - Как поступим? – сиплым голосом поинтересовался Нуар. - Акума, как ты помнишь, в его скетчбуке. Уничтожим его – снимем чары. - Но как такое вообще возможно? Быть акуманизированным второй раз?! - Бражник выбирает жертв с максимальной концентрацией негативной энергии, а не по принципу: «Так, ты уже был, акуманизирую следующего». Видимо, у месье Агреста был трудный день. - Странно, я за ним сегодня не замечал, - задумчиво протянул Кот, и ЛедиБаг тут же среагировала на его слова. - Ты видел его сегодня? Ты с ним знаком? Тебе что-то известно? - Нет-нет-нет! – торопливо замахал руками парень. – Я его знать не знаю… В смысле я предположил, что… Просто слышал, что вывести его из себя целый подвиг, вот и… - Вы так и будете ворковать в сторонке, как два голубка, или все же решитесь напасть? Грозный голос Коллекционера заставил обоих героев содрогнуться. Нуар ойкнул от неожиданности, а девушка с силой сжала в руке йо-йо. «Потерпите, месье Габриэль, сейчас я вас спасу». - Наша цель – скетчбук – решительно заявила она. – Только без членовредительства. Чтобы ни один волос не упал с его головы, понял? - Как скажешь, - заверил Кот. Кажется, он сказал что-то еще, но ЛедиБаг уже ринулась в битву. Коллекционер легко ушел в сторону, когда девушка попыталась связать его йо-йо. Кот, нацелившийся на скетчбук, поспешил отпрыгнуть назад – он надеялся, что Ледибаг удастся на время заставить врага остановиться, чтобы у напарника был шанс выбить книгу из рук противника, но не срослось. Раскрутив в руках жезл, Нуар с победоносным кличем бросился в атаку. Постоянно уклоняясь от бумерангом возвращающегося к хозяину скетчбука, Кот всеми силами старался хотя бы свалить Коллекционера на лопатки. Вот только мужчина оказался сильнее, чем в прошлый раз. Он словно видел каждое движение Нуара как в замедленной съемке, а потому уходил с линии атаки еще до того, как Кот мог бы о ней подумать. Из-за этого парень уже несколько раз едва не оказался на белых страницах рядом с другими превращенными в эскизы беднягами. Но единожды уже побывав фотографией, он, видимо не горел желанием вновь попадаться на ту же уловку. ЛедиБаг же, одновременно опасаясь навредить своему кумиру и желая, как можно быстрее избавить его от акумы, больше наблюдала за боем со стороны. Она приглядывалась, пытаясь понять систему действий Коллекционера, и поймала себя на мысли, что противник двигается не так, как в их первую стычку. Тогда акуманизированный модельер действовал куда более разумно. В отличие от других злодеев, он не действовал, подчиняясь исключительно эмоциям, он просчитывал каждый шаг наперед, отступал, если была необходимость, и нападал неожиданно, резко, практически лишая шанса сбежать. В прошлый раз, окажись в его скетчбуке чуть больше страниц, с ЛедиБаг и Нуаром было бы покончено. Сейчас же Коллекционер был подобен вырвавшемуся из клетки зверю, которому наконец дозволили всласть побегать, порезвиться и вдобавок поохотиться на людишек. Его движения были быстрыми и резкими, но в большинстве своем с широким размахом. Мужчина уверенно атаковал, но даже не думал защищаться, оставляя слишком много открытых участков тела, по которым вполне можно было ударить. Жаль только скорости не хватало. Но самое поразительное - скетчбук раз за разом пролетал по абсолютно непредсказуемой траектории и сам Коллекционер не всегда успевал ловить его, порой дожидаясь, пока оружие вернется само. - Моя Леди! На помощь! – завопил Нуар, когда Коллекционер загнал его на крышу. – Он мой жезл стащил! ЛедиБаг не ответила. Она метнулась в совершенно противоположную сторону и скрылась из виду. Девушка слышала, как завопил шокированный таким поступком напарницы Нуар, и краем глаза заметила, что Коллекционер абсолютно не обратил на ее исчезновение внимания. И всего секунду, но порадовалась тому, что сегодня акуманизированный модельер был немного рассеянным. Скетчбук пролетел практически над её головой и взметнулся еще выше. Нуар продолжал орать, убегая от Коллекционера, а ЛедиБаг целенаправленно преследовала зараженный предмет. Ловкий выпад йо-йо и вот скетчбук уже обмотан леской и летел в руки к девушке. Коллекционер резко затормозил, и обернулся в сторону противницы, но ЛедиБаг оказалась чуть быстрее. Раскрыв скетчбук, она без каких либо усилий разорвала его пополам… и ничего. Девушка растерянно посмотрела на две половинки, для убедительности даже потрясла их, но акума так и не появилась. ЛедиБаг устремила взгляд на акуманизированного. Тот как-то подозрительно затих, а затем мужчину слегка тряхнуло, и его облик заискрился, будто проступившие пиксели на некорректном изображении. Коллекционер резко спохватился, чертыхнулся, и в мгновение ока унесся по крышам в неизвестном направлении. ЛедиБаг хотела броситься вдогонку, но тут её остановил Нуар. - Мяуледи, нам нужен перекур, - задыхаясь от бега, сказал он. - Но ведь мы же его упустим! – возмутилась девушка. Ей не хотелось продлевать мучения кумира, равно как и свою трансформацию. - Он никуда от нас не денется, а без скетчбука он не причинит никому зла. Может Бражник, увидев, что Коллекционер беспомощен, сам отзовет акуму? ЛедиБаг с трудом верила в его слова. Желание помочь модельеру только возросло. - Моя Леди, пожалуйста, давай отложим? У нас и так было два акуманизированных за сегодня. Вряд ли Бражник сподобится на третьего? - А если… - А если, то тогда ничего не поделаешь, - прервал её Кот и неожиданно молитвенно сложил руки. – Пожалуйста, хотя бы на пару часов? К тому же солнце уже садится. - Но ведь он может быть до сих пор акуманизирован. Надо сообщить в полицию. - И посеять панику в городе? Нет, это не выход. К тому же полиция бессильна против жертв Бражника. Тебе ли не знать. Девушка задумалась. Нуар был кругом прав. К тому же день был изматывающим, и отдых чертовски необходим. - Хорошо, но только на пару часов! – строго сказала ЛедиБаг. - Один звонок – и я весь твой, - истово заверил её напарник. На этом оба героя разошлись каждый своей дорогой. Нуар сразу же побежал домой отдыхать, а Ледибаг задержалась на одной из крыш, решив перед уходом убедиться, что все пойманные в скетчбук люди вернулись в реальность. После того, как Коллекционер так и не исчез, вернув Парижу Габриеля Агреста, девушка беспокоилась о том, что и бедные горожане могут остаться в эскизном плену до тех пор, пока она не поймет, что происходит. К счастью, одной проблемой оказалось меньше. Все люди от мала до велика, напуганные, но живые и осязаемые уже спешили прочь от места событий. ЛедиБаг, облегченно выдохнув и улыбнувшись, двинулась по направлению к дому. По крайней мере, она совершенно точно бежала именно туда, пока мысли крутились вокруг акуманизированного. Акумы не оказалось в скетчбуке, а больше Коллекционер не имел при себе ничего материального, что можно было бы уничтожить и выпустить проклятого мотылька. Даже очки девушка расценивала, как нечто органическое… ЛедиБаг еще никогда не доводилось сталкиваться с подобным. А может акума поселилась не в вещи, а в самом человеке? Что ей тогда делать? Неужели она будет вынуждена…убить? Не просто малознакомого человека, а самого Габриеля Агреста?! Что будет потом с ней? С Адрианом? Как бы последний не обидел Дюпен-Чен, она не хотела, чтобы парень потерял последнего члена семьи… Когда ЛедиБаг очнулась от собственных мыслей, то сильно удивилась, заметив, что стоит всего в квартале от особняка Агрестов… Ноги несли ее сами, а подсознание подначивало проверить - не вернулся ли Коллекционер домой? В свой надежный особняк, где известен каждый закоулок, и где можно спрятаться от назойливых и надоедливых героев Парижа… Можно было предположить, что Габриель Агрест просто в восторге от своих способностей и не желал возвращать себе участь простого смертного. Вот только девушка очень сомневалась в том, что быть акуманизированным – особое удовольствие. Скорее уж извращенная форма мазохизма… Алый закат постепенно окрасил верхушки домов в кровавый цвет. Подул холодный вечерний ветер. В окнах загорелись первые огни, а по всем улицам начали включаться фонари. На Париж медленно опускался вечер. ЛедиБаг, простояв в неведении на крыше около часа, поджала губы и тряхнула головой. Пусть Кот и не желал тут же бросаться в омут с головой, она не могла поставить собственное удобство выше благополучия человека, попавшего в беду. Особенно, если этот человек – Габриель Агрест. Но сначала надо заскочить домой. Надо признать – девушка появилась вовремя. Мама поднялась в комнату, едва Маринетт успела снять трансформацию. - Помоги нам с отцом убраться в пекарне. Сегодня было слишком много посетителей. Дюпен-Чен как могла пыталась отвертеться, но в итоге все же уступила. Как бы ей сейчас не хотелось броситься на поиски модельера, родителей тоже бросать нельзя. Следующий час девушка потратила на чистку кухни. Она старалась быстро управиться, но спешка сыграла с ней злую шутку – девушка оказалась перепачканной с ног до головы. Пришлось идти отмываться – еще полчаса впустую. Кое-как отсидев ужин, Маринетт попросила родителей не беспокоить её и поднялась в свою комнату. Для верности заперев дверцу, она принялась собираться. Влажные волосы были спешно заплетены в косу, а испачканные джинсы и футболка были сменены на первое попавшееся платье... Дюпен-Чен спохватилась и чертыхнулась. Она собирается на задание, а не на свидание. Но переодеваться не стала. Взяв с собой побольше печенья, на крайний случай, она призвала Тикки – и вот уже ЛедиБаг мчалась по вечернему Парижу.