Испорченная акума

ЛедиБаг не представляя, где мог прятаться Габриэль Агрест, но на всякий случай решила заглянуть в его особняк. Через пару минут она уже была на месте. Осторожно заглянув в каждое окно с торцевой части дома и не найдя ни намека на пребывание мужчины в доме, девушка уже хотела звонить Нуару, чтобы вдвоем прочесать город. Но на всякий случай решила проверить заднюю часть особняка. Обойдя вокруг дома, она приземлилась широкий балкончик, заглянула через французское окно-дверь внутрь помещения… и тяжело выдохнула. Коллекционер лежал на неразобранной широкой кровати с резной деревянной спинкой и не шевелился, будто спал. Это одновременно успокоило и насторожило ЛедиБаг. Почему он все еще акуманизирован? Почему Бражник не отпустил его? Вопросы множились, ответов не было. Решив, что переминаясь с ноги на ногу, она ничего не добьется, девушка осторожно нажала на ручку стеклянной двери и та неожиданно поддалась. ЛедиБаг судорожно сглотнула и робко вошла внутрь Комната была освещена лишь одной прикроватной лампой, но девушка умудрилась рассмотреть на небольшом журнальном столике шелковую подушку, на которой лежало странное существо. ЛедиБаг подошла ближе и с удивлением стала рассматривать нечто, похожее на гигантского мотылька. Догадка осенила мгновенно – это квами. И если судить по внешнему виду – не простой, а… Бражника? Девушка испуганно прижала ладошку ко рту. Неужели её враг тоже здесь, неужели держит модельера в заложниках? Она невольно перевела взгляд на мужчину. Его облик все еще подрагивал, как некорректное изображение. ЛедиБаг рискнула подойти ближе и едва сдержала вскрик. Тело Коллекционера подернулось бело-алой дымкой, а когда она рассеялась, перед девушкой предстал Габриэль Агрест. Она удивилась такому повороту событий, но не успела толком осмыслить происходящее. Будто почувствовав на себе пристальный взгляд, мужчина резко распахнул глаза. - Т-ты… - ЛедиБаг не успела понять, вопрос это был или утверждение, так как в следующее мгновение модельер стал извиваться, его тело вновь пошло странной рябью, и через мгновение на кровати вновь лежал Коллекционер. Он вцепился пальцами в покрывало и едва сдерживал дрожь. Девушка услышала скрежет зубов и почувствовала, как пробегают по спине мурашки. Лежащий на подушке квами Бражника никак не среагировал на случившееся. Неужели злодей и его довел до такого состояния? Зачем? Нашел себе новую забаву и новые силы? Как иначе объяснить то, что происходит с модельером? ЛедиБаг сделала еще один шаг к кровати и едва ли не отпрыгнула обратно. Коллекционера вновь затрясло, а уши прорезал болезненный стон. Девушка испуганно сглотнула и замерла, глядя на обратное превращение мужчины. Она не знала, как поступить. Вызывать Нуара не было смысла. Он тут определенно не поможет. Звонить парамедикам? А что врачи смогут сделать в такой ситуации, да еще и неизвестно как отреагируют, заметив квами? Нет, не годится. Навестить Мастера Фу? Вполне себе вариант. Он знает о талисманах, квами и силах Бражника многим больше ЛедиБаг. Быть может, он даже сталкивался с подобными этому странному ало-белому акуме мотыльками. Пронести старичка сюда не составит проблем, равно как и вынести. Плюс ко всему, быть может, ему удастся через квами Бражника найти талисман Мотылька и наконец избавить Париж от злодея… Ледибаг развернулась и собралась поспешить за помощью, но…все ее планы рухнули подобно карточному домику. Агреста тряхнуло сильнее прежнего, и он открыто закричал от боли. Его тело поглотил дым, вновь обращая несчастного в Коллекционера. Что-то щелкнуло в голове у девушки, и она вдруг подумала, что именно ее присутствие рядом с модельером так влияет на…превращение… Ведь даже во время битвы, пока сама Ледибаг держалась в стороне, Коллекционер совершенно спокойно сражался с Нуаром, а стоило ей приблизиться, как появилась та странная рябь. Героиня тут же попыталась проверить свою теорию. Медленно, словно опасаясь подвоха, она начала приближаться к кровати, и, чем меньше оставалось расстояние до Агреста, тем спокойнее тот становился. Тело модельера покрывало рябью все реже, до тех пор, пока ноги ЛедиБаг не уперлись в матрас. Образ Коллекционера тут же исчез. Стук девичьего сердца казался таким громким, что героиня невольно испугалась, что он слышен в каждом уголке Парижа. Но череда её мыслей была прервана тихим стоном, а после Габриель Агрест вновь открыл глаза. - М-месье Агрест… - первой заговорила девушка и тут же стушевалась. Не двигаясь и не моргая, она смотрела на тяжело дышащего модельера, пытаясь понять, что же за искры пляшут в глазах мужчины. Тот, словно опасаясь, что новая попытка заговорить, окончится очередной порцией боли, молчал. – Я пришла вам помочь.

***

Габриэль невольно усмехнулся в ответ. Уж слишком сильно дрожали плечи героини Парижа не то от страха, не то от нервного напряжения. А потому те слова, что пыталась она говорить твердо и уверенно, звучали как минимум неуместно. - А выглядит так, будто вы готовы сбежать и спрятаться в самый дальний угол. По телу словно прошел разряд тока. Не такой сильный, как всего пару минут назад, но ощутимый. Агрест дернулся, заскрипел зубами и снова затих. Ледибаг шумно выдохнула, словно беря себя в руки. - Месье Агрест. – чуть громче, чем это было необходимо, позвала она, и на нее в третий раз подняли взгляд. – Месье… Я… Я действительно хочу помочь. Но я помогу, только если смогу изгнать акуму. Где она? - Не уверен… - ответил ей модельер. Девушка вдруг зажмурилась, будто опасаясь, что из-за произнесенных слов он вновь будет страдать, но в этот раз ничего не произошло. Когда героиня соизволила приоткрыть один глаз, Габриэль вздохнул и уставился в потолок. – Это была очень… странная… акума… - Такая… белая… с красными прожилками и окантовкой на крыльях? Агрест слегка кивнул, и ЛедиБаг, прикусив губу, неожиданно отвела взгляд. - Это моя вина, месье… Что-то пошло не так, появилась эта бабочка, и я…я ее упустила. Мне очень жаль! Я правда хотела ее поймать, но я и понятия не имела, чем обернется мое… промедление - Видимо, даже саму ЛедиБаг порой оставляет удача, – Габриэль улыбнулся краешками губ. Но в этот раз его невысказанные мысли, полные издевательских насмешек и радости, что враг наконец оплошала, вышли ему боком. В груди все завибрировало, и модельера едва ли не скрутило в девять узлов. Мужчине казалось, что его выворачивает наизнанку, сдирают живьем кожу и как минимум режут раскаленным металлом – и все это одновременно. В глазах потемнело, Агрест перестал контролировать дыхание и от пронзительной боли даже не знал, жив ли он еще… Когда боль вдруг отступила, оставив после себя лишь измученное тело и сознание, что отказывалось думать о чем-либо, Габриэль наконец сфокусировал взгляд. Но было что-то странное в его теперешнем положении. Дезориентированный, модельер не сразу понял, что сидит, а ЛедиБаг крепко обнимает его за плечи и шепчет что-то успокаивающее на ухо. - Все хорошо. Все будет хорошо, месье Агрест… - вторила она. Её уши и щеки горели то ли от собственной глупости, то ли от подобной близости. Но осознать это модельер не успел – девушка тут же принялась оправдываться. - Простите. Вас мотнуло в сторону, и… и я испугалась, что вы сможете пораниться или упасть. В-вот мне и пришлось… схватить вас. Она держала его мертвой хваткой – из такой так просто не вырваться. А еще Габриэль чувствовал, что ЛедиБаг отчего-то…было страшно? - Кажется… - хрипло начал Агрест, когда вновь почувствовал язык. – Эта… акума, как вы ее назвали… реагирует на вас и…на мои мысли о вас… Видимо, ей не нравится… когда о вас негативно отзываются… Девушка сглотнула, а затем сердце ее забилось с такой силой, что мужчина не только это услышал, но и даже почувствовал. - Не знаю почему… она словно не дает причинить вам вред… Как бы я не старался… - Она реагирует на вашу злость? И что потом? Она причиняет вам боль? – участливо поинтересовалась героиня. - Нет… Когда вы рядом, нет. Он и сам не мог объяснить этого феномена. Его враг находилась настолько близко, что Габриэль мог свободно вырвать серьги из ушей ЛедиБаг. Только протяни руку… Но одна лишь мысль о причинении вреда героине Парижа принесла очередную порцию боли. Агрест прогнулся в спине и с силой прикусил губу, чтобы не застонать. Выглядеть жалким в глазах противника – последнее, чего ему хотелось. Вот только вместо того, чтобы отпрянуть, девушка еще крепче обняла его. Боль постепенно стала отступать. - Я помогу вам, - уверенно начала ЛедиБаг. – Только мне нужна ваша помощь. Что вы помните об акуме? Может она коснулась одежды или вы сами взяли её в руки? Вопрос был самый обыденный, но мужчина даже не представлял, как на него ответить, не раскрыв себя. Узнай героиня об его альтер-это – тут же бы поставила на уши весь город, да еще и отобрала бы талисман. Нужно придумать, как заставить её помочь, но не углубляясь в подробности. - Я не помню, - соврал Габриэль. – Я просто сидел в своем кабинете. А потом раз!- и в голове зазвучал голос. Как в прошлый раз. Где-то в груди затрепетало, словно бабочка металась в грудной клетке, ища выхода, и Агресту стоило больших усилий не подать вида, что ему нехорошо. - Когда вы разорвали скетчбук, то я решил – все кончено. Но затем мне стало не по себе, и я сбежал. Заперся в комнате. Думал, что еще немного и меня отпустят. Вот только… ЛедиБаг не дала ему договорить. Она осторожно провела ладонью по его спине, словно в знак утешения. Это позволило мужчине облегченно выдохнуть. Значит, поверила. Девушка продолжала сидеть на месте и обнимать его. Все это время Габриэль прислушивался к своим ощущениям. Пытался менять мысли в своей голове с положительных на отрицательные. Анализировал реакцию странной бабочки, все еще ютящейся в его теле. Как Агресту и показалось раньше, необычная акума реагировала и причиняла любого рода «неудобства» только в том случае, когда причиной ненависти, злости или простой насмешки становилась ЛедиБаг. На других людей и мнению о них насекомому было глубоко наплевать. Это расстраивало и обнадеживало одновременно. С одной стороны мужчина хотел как можно быстрее избавиться от присутствия врага в его комнате. Просто чудо, что она еще не сложила два и два, увидев рядом с ним Нурру. Видимо сбросила все на очередные уловки Бражника. Что ж, это к лучшему. Вот только стоило поразмыслить о том, чтобы отослать героиню Парижа восвояси, как акума начинала извиваться так, будто грудь изнутри долбили тараном. С другой стороны…Габриэлю давно не было так спокойно и так хорошо. Он уже и не помнил, каково это - находиться в объятиях человека, которому на тебя не наплевать. Он пытался, правда пытался, закрыв глаза, вообразить на месте ЛедиБаг свою жену – Эмили - но тут даже акуме не пришлось вмешиваться. Агрест банально не мог даже представить себе ее лицо. Образ, и без того расплывчатый, постоянно сменялся на личико любимицы Парижа. - С этим нужно что-то делать… - слова девушки вывели Габриэля из раздумий. Он тяжело вздохнул, прежде чем спросить: - Есть предложения, мадмуазель? ЛедиБаг замолчала, обдумывая его слова. И от этого мужчине сделалось не по себе. А вдруг ей придет на ум позвать сюда Кота Нуара или еще кого похуже. Наверняка у них должен быть кто-то вроде наставника или учителя? Тогда его дела действительно плохи. Надо всячески препятствовать её уходу и давить на то, чтобы пытаться разобраться во всем самим. Некоторое время Агрест не подавал вида, что все еще бодрствует и ждет каких-либо слов. Он с удовольствием подремал бы, особенно после такого изнурительного дня в акуманизированном состоянии, да еще и без шанса излечиться прямо сейчас. Но высшие силы не спешили подарить ему освобождение, значит, придется выкручиваться самому… - Если эта акума реагирует на ваши мысли и эмоции… Быть может, стоит попытаться ее как-то спровоцировать выйти? Ледибаг замолчала, и Габриэль готов был поклясться, что в этот момент она прикусила губу. - Собираетесь напугать меня? Сомневаюсь, что эта зараза пройдет подобно икоте. - Может попробовать шоковую терапию? Эта фраза вызвала у мужчины смешок. - Звучит, как сарказм. - Нет, я серьезно! Возможно испытав какую-то определенную эмоцию, вы сможете заставить бабочку покинуть ваше тело. Агрест на мгновение задумался. Что же, вполне логичное рассуждение. Человеческих эмоций не так уж и много, поэтому подобрать нужную будет не сложно. - Хорошо, - согласился Габриэль. – Давайте попробуем. С чего предлагаете начать? ЛедиБаг медленно разжала объятья, а затем отстранилась. Она поднялась с постели и отойдя на пару шагов назад, замерла. Девушка открыла было рот, но не произнесла ни звука. Агрест видел, как она переминалась с ноги на ногу, а её лицо было крайне задумчивым. Словно она уже приняла какое-то решение, но боялась озвучить его вслух. - Ладно, попытка не пытка. Мне в любом случае нужен совет. Тикки, выходи! Когда героиню окутала алая дымка, мужчина на секунду испытал шок. Она вот так запросто раскроется перед ним? Наконец, ЛедиБаг приняла свой истинный облик и робко подняла взгляд. Габриэль заглянул в её лицо… и остался бесстрастным. - Значит, мои догадки подтвердились. Это действительно вы. Кажется, его слова выбили почву из-под ног девушки. - Что? Как? Почему? Вы знали?! - Догадывался, - поправил её мужчина. – Внешнее сходство, плюс то, что вы вернули мне книгу. Сначала Адриан теряет фолиант, затем на город нападает девушка, словно сошедшая с его страниц. Сын клялся и божился, что никому не давал книгу и что оставил её в библиотеке коллежа. И тут она чудесным образом оказалась у вас. Ваша история была достаточно правдоподобна, вот только я, мадемуазель, далеко не идиот. Умею сложить два и два. Вы ведь догадались о том, что изображено в этой книге, я прав? Маринетт, - если он правильно помнил её имя – неожиданно прижала ладонь ко рту. Квами девушки вперила в Габриэля серьезный взгляд, но его это мало заботило. Возможно, он сболтнул лишнего, но кто знает, вдруг ему повезет? - Значит, из-за этого за вами охотится Бражник! Ему нужна эта книга! Бражник мог догадаться о том, что она принадлежит вам, ведь он видел мысли Лилы. Ох, Адриан же и листал книгу вместе с ней! Боже, поэтому к вам подослали акуму сразу после этого случая! О чем я только думала! Надо было сразу помешать им заглянуть в неё! - Не кори себя, Маринетт. Ты же не знала, - принялась утешать девушку квами. Агрест же слушал и не верил в свою удачу. Маринетт каким-то неведомым образом сама же отбелила своего врага и отвела от него все подозрения! Мужчина облегченно выдохнул и даже немного расслабился. Значит, высшие силы еще не отвернулись от него… - Нурру! – громкий писк квами прорезал уши, и Габриэль снова напрягся. Маленькая помощница Ледибаг скользнула на подушку, опустилась рядом с мотыльком и принялась трясти его своими маленькими лапками за такие же маленькие плечики. – Нурру! Нурру! Нурру! Проснись! – едва ли не со слезами на глазах тараторила она. – Что произошло? Квами обернулась и посмотрела на Агреста так, будто он обязан был знать ответы на все вопросы, но мужчина, умеючи играя свою роль, лишь покачал головой и для пущей убедительности сказал: - Мне очень жаль, что я бесполезен сейчас, но… Я не знаю, что это существо делает здесь. Равно как и не знаю, чем ему помочь. - Он болен, Тикки? – Маринетт тем временем подошла ближе и поднесла руку к Нурру. Кончиками пальцев она коснулась малыша и вздрогнула. – Он такой холодный. - Он без сознания, Маринетт! – Тикки взмыла вверх. – На него подействовала очень сильная магия! Мне еще не приходилось с такой сталкиваться. Вероятно, Бражник расценил того мотылька как новое потенциальное оружие против тебя и решил испробовать на человеке, что в последнее время часто испытывает резкие смены настроения. - Это признаю, - заговорил Габриэль, стараясь еще больше отвести от себя подозрения. – После того, как Адриан все чаще начал покидать дом, я… Я не могу больше быть уверенным, что он в полной безопасности. - Волноваться о своем ребенке это совершенно нормально, – Тикки подлетела к самому лицу Агреста и ободряюще улыбнулась. Модельер, надеясь, что мотылек в его теле не среагирует на частичную, но ложь, слегка дрожащей рукой коснулся квами Ледибаг. Слегка почесал ее под подбородком и, удостоившись смешка, снова опустился на кровать. Он по-прежнему чувствовал себя невероятно уставшим. - Тикки, - позвала Маринетт, тоже слегка улыбаясь. – Так что же делать? Я надеялась, что раскрытие личности сможет достаточно шокировать месье Агреста, а сейчас даже не представляю, что еще можно предложить. - Шокировать можно по-разному, - задумчиво протянула квами. - Можно оскорбить, ударить, напугать, закатить истерику, поцеловать. Все зависит от того, насколько это способно выбить человека из колеи. Мужчина был согласен с рассуждениями Тикки. Однако даже не представлял, что из вышеперечисленного способно было его шокировать. Интересно, какой метод выб… Додумать мысль он не успел. Девушка в мгновение ока очутилась подле него и торопливо прижалась к губам Габриэля. Это однозначно шокировало его и Агрест уже собирался отстраниться и высказать нахалке все, что думает о её манерах. Вот только прикосновение девичьих губ было таким нежным и в то же время бережным, что в груди неожиданно потеплело. Мужчина почувствовал, как акума внутри него притихла, а по телу пробежала волна мурашек. Это насторожило Габриэля. Он не мог испытывать подобных чувств, а если и мог, то только не к Маринетт. Агрест отстранился… и не поверил своим глазам. Его окутывала алая дымка, но буквально через мгновение все прекратилось. Мужчина перевел взгляд на девушку и едва сдержал усмешку - кажется, она была донельзя смущена. Маринетт потупила взгляд и склонила голову, но Габриэль все равно сумел разглядеть свекольный румянец на её щеках. - Маринетт! – прикрикнула на хозяйку Тикки и слегка ударила девушку по уху своей маленькой лапкой. – Это было очень грубо с твоей стороны! Извинись сейчас же! Маринетт поджала губы и, стараясь избегать контакта с глазами Агреста, пробормотала: - Просто ты столько всего наговорила, и меня словно замкнуло. Я не хотела бить или оскорблять месье Агреста. Напугать его тоже не получится. Почему-то мне кажется, что я не смогу придумать что-то настолько страшное, чтобы оно заставило месье хотя бы вздрогнуть. Да и оскорблять людей я не люблю, так что… Девушка притихла и начала мять край платья, очевидно не зная, куда себя деть от смущения. Квами дулась на хозяйку, хотя наверняка понимала, что та поступила в какой-то степени правильно. Маринетт попыталась, и, судя по тому, что Габриэля на мгновение, но все-таки окутала алая дымка, это произвело нужный эффект. Сам Агрест, впившись взглядом в собственные руки, пытался справиться с дыханием. В голове металось множество мыслей, и мужчина не знал, какую выбрать, чтобы одновременно сохранить до конца не только свою тайную личность, но и…разум? Почему последнее? Потому что поцелуй все еще теплился на губах, а невольное желание облизнуться подстегивалось трепещущим в груди чертовым мотыльком. Габриэль едва сдерживался – так сильно захотел ударить себя. Все было не так, как он рассчитывал или пытался предполагать… Все происходящее было абсолютно неестественным для…него? А в чем собственно заключалась эта неестественность? Разве что в паре фактов: поцеловавшая его девушка – его враг, которой он давно мечтает свернуть шею, и она вдвое младше его… От этой мысли Агрест стушевался, но тут же спохватился и ругнулся про себя. Браво, месье знаменитый модельер! Насылать на людей акум, создавать злодеев, едва ли не каждый день пытаться уничтожить Париж, лишь бы заполучить то, что хочется - это в порядке вещей. А как поцеловать девушку младше себя – совесть тут как тут… Боже, что за бред?! Ведь это не он целовал, а его… И чертова бабочка внутри вроде бы пыталась вырваться… Габриэль поднял усталый взгляд на героиню Парижа. Без своего костюма, чудесных сил и прочих рангов, дарованных ей жителями столицы Франции, эта миниатюрная, краснеющая и слегка заикающаяся девушка не представляла угрозы. Наоборот, всячески хотела помочь. Агрест же в свою очередь хотел как можно быстрее избавиться от своей проблемы с акумой...

***

- Вы ведь что-то почувствовали, не так ли? Голос квами заставил Маринетт вынырнуть из своих мыслей и робко поднять взгляд на мужчину. Его лицо выражало крайнюю озадаченность. - Странное тепло в груди. Бабочка притихла, а потом стало легче. - А она не пыталась выпорхнуть наружу или… - Пыталась, но потом я отстранился и все закончилось. На мгновение воцарилась тишина. Все это время девушка пыталась понять, о чем же думала Тикки, но тщетно - Можно тебя на пару слов, Маринетт? Та утвердительно кивнула. - Мы займем ненадолго вашу ванную, месье Агрест? - Ради Бога. Дюпен-Чен поднялась с постели и покорно проследовала вслед за квами. Едва они очутились в ванной, выдержанной в черно-белых тонах, как Тикки попросила закрыть дверь, а затем почти шепотом заговорила первой: - Кажется, эта акума впитала в себя твои любовные переживания, Маринетт. - П-почему ты так решила? - заикаясь, спросила девушка. - Сама посуди - поцелуй с едва знакомой барышней должен был разозлить его. В конце концов это нарушение личного пространства, и вдобавок он женатый человек. Но вместо этого месье Агрест проникся им, будто испытывал к тебе какие-то чувства. Следовательно, от акумы ему передалось то, что он априори чувствовать не должен был. Этим можно объяснить его боль - месье Агрест пытается исторгнуть из себя инородные чувства, но акума уже прочно укоренилась в нем.