Цена твоей безопасности

Царапины на руках Турчина уже почти зажили. О Гецати напоминало только рассечение брови и шишка на затылке. Парень не пошел тогда в полицию, ему было слишком страшно, что Константин вернётся. Прошёл уже почти целый месяц: спокойный и безопасный. К Никите потихоньку возвращалась его самоуверенность, а с ней и прошлая жизнь; снова алкоголь, девушки, недовольные лица соседей после очередной вечеринки. Казалось бы, живи да радуйся! Но такое положение дел, должно быть, слишком простое для жизни Турчина. Поэтому в разгар одной из пьянок он получил сообщение, которое вызвало у парня бурю эмоций. «Никита, за тобой следят, будь осторожней!» Пьяный человек- смелый человек. Именно поэтому Никита, спешно проводив своих друзей прочь, направился к дому Константина с целью "натянуть его". Почему-то он был на сто процентов уверен, что слежкой не может заниматься никто, кроме Гецати. И на двести процентов в том, что именно он будет в этой ситуации победителем. Как и ожидалось, гостеприимной встречи не произошло. Константин был не то, что не в настроении- он был в ярости. И никого видеть на пороге своего дома ему явно не хотелось. Но вытолкнуть молодое и пьяное тело из дверного проёма было невозможно: Турчин был настроен решительно и отступать не собирался. "Ты говорил, что отъебёшься от меня! Слышишь? Говорил! А что мы продолжаем делать, м? Мы продолжаем крыситься и бегать следом! Да тебя натянут..." После такого заявления терпение Гецати, который собирался мирно отправить мальчика спать домой, лопнуло. Кажется, натянут теперь Никиту. Парень понял, что все плохо, когда Гецати был сверху и душил его. Тогда Турчин в минуту протрезвел и сделал первые попытки вырваться. И у него естественно ничего не получилось. Воздуха не хватало, сил отбиваться тоже не оставалось. Никита уже мысленно попрощался с жизнью, когда Константин ослабил хватку и начал расстегивать пуговицы на его рубашке. Так, стоп, что? Почти потерявшееся сознание моментально вернулось, и Никита изо всех сил начал кричать и извиваться, пытаясь встать с этого жёсткого дивана, на котором все и происходило. Гецати решил немного помочь парню и, как ему казалось, слегка подтолкнул его вниз. Подтолкнул и с упоением наблюдал, как тот свалился с дивана, ударившись головой об угол, и разбил нос. Парень лежал внизу и тихонько стонал. Константин почувствовал возбуждение: такого невинного и беспомощного парня он в жизни не видел. Хотелось его испортить. К слову, женщины у Гецати не было очень давно, поэтому он был готов трахнуть любое живое человеческое тело. Никита понимал, какой ужас его ожидает, поэтому просто неподвижно лежал на полу и тихо плакал, наблюдая за тем, как Гецати скидывает с себя одежду, оголяя красивое накаченное тело. Покончив с одеждой, мужчина с силой потянул Турчина к себе. Силы явно были неравными, но просто сдаться, чтоб тебя оттрахали, было не для него. Никита попытался отбиться ногами, кажется, даже несколько раз попал куда-то в район груди. Но это только ещё сильнее побуждало Константина к действиям. В следующую секунду Никита снова был на диване, только теперь его голова была прижата коленом к жесткому подлокотнику. Взгляд сфокусировался на члене, который был как раз на уровне лица. Турчин закрыл глаза; он только чувствовал, как Гецати слизывал кровь с его губ. Когда Никита посмотрел, перед ним стоял не человек, а зверь, готовый разорвать парня вклочья. Турчин даже сам не понял, как лишился одежды, потому что все это время прижимал голову к себе, пытаясь то ли спрятаться, то ли вовсе телепортироваться из этого ужасного дома. Но это было не в его силах, и каждый раз, открывая глаза, он видел все того же возбужденного мужчину, который получал удовольствие от одного только вида обнажённого парня. Местоположение Никиты менялось с бешеной скоростью. Гецати не жалел парня; его тело билось об острые углы и покрывалось багровыми пятнами. Константин любил чувствовать власть. Она, как наркотик, овладевала его телом, пропитывая каждую клетку яростью и жестокостью. Мужчина продолжал издеваться над парнем, придушиивая его, пока тот окончательно не выбился из сил. Все, что он сейчас мог- это неподвижно лежать на кровати и тихо стонать. Константин был очень близко, его дыхание было прямо над ухом Никиты. Парень попытался спрятать своё лицо, но Гецати схватил его за скулы и начал кусать его губы. Как ни странно, но боли не чувствовалось совсем, глаза затягивались какой-то белой, полупрозрачной плёнкой. Кажется, Турчин остался на пару минут один в комнате, но сил не было даже встать с дивана. Оставалось только лежать и делать выводы. --------------------- Никита с трудом открыл глаза. Взгляд долго не фокусировался, а голову было невозможно оторвать от какой-то столетней подушки. Медленно возвращалось сознание. Турчин был приятно удивлён тем, что он не в морге. Парень наконец-таки набрался сил привстать с дивана, но тут же упал обратно: болело абсолютно все тело. Он схватился за голову, но его рука коснулась чего-то холодного и скользкого. Вау, все волосы в белой жидкости нетрудно понять какого происхождения. Никита начал вспоминать, что было до этого. Последнее, что он помнил- толчок и резкую боль. Видимо, после этого он отключился... Турчин оделся и пытался вспомнить ещё что-нибудь. Из своих мыслей его вырвал грубый голос, исходящий откуда-то сверху. "Убирайся! Считай, ты в безопасности. А это...её цена."