Судьбоносная случайность

Нацу мигом достал пистолет из бардачка и ринулся в дом. На него сразу налетели два бугая, но Драгнил ловко увернулся от них и сразу же прострелил им ноги. — Какой молодец! Перед Нацу показался мужчина или скорее преступник средних лет, весь в наколках и пирсинге. Рядом с ним стояло около пяти таких же отбитых по жизни. Он крепко держал Люси, приставив к ее голове пистолет. — Это ты нашего хозяина приструнил?! А? Ты думал, мы вас, ментов поганых, не найдем «за что» прижать? — говорил он на тюремном жаргоне, а глаза его иногда подергивались, — либо ты сейчас сообщаешь своим, чтобы гловаря отпустили, либо я убью эту девку. Убью! —  он рассмеялся, показывая на вид свои перебитые зубы. — И да, опусти пушку свою хренову! Люси в этот момент даже не дышала. Она закрыла глаза, в надежде, что скоро это закончиться, но сердце ее бешено колотилось, будто вот-вот выпрыгнет. Драгнил медленно положил пистолет на пол и достал телефон, набирая номер Грея. Для него такая ситуация была не в первой. Ему не раз угрожали преступники. Впервые было то, что его шантажировали другим человеком, а это опаснее всего. — Грей, отпусти Хосе Иньяритту. Так надо. Грей сразу все понял. Естественно никто никого не собирался отпускать. Эти парни действовали необдуманно, в порыве злости, в то время как группа ФБР уже через десять минут после звонка окружила дом Люси. — Ну что там? Че-то долго! Я ей ща прострелю башку! — Вам нужно проехать на главную площадь. Туда привезут и вашего главаря. — Ээ, не. Ты поедешь со мной и я выйду с ней первый. Думаешь, я не знаю, что менты твои уже здесь? — он заулыбался, пробираясь к выходу. Выйдя на улицу, он никого не увидел, так как группа скрылась, действуя по плану. Мужик стал в страхе оглядываться, направляя во все стороны пистолет и крепко держал Люси за горло. — Мне больно. — еле дыша, проговорила она. — Заткни пасть! В этот момент, весь накопившийся страх Люси перерос в злобу. Хартфилия, доныне боявшаяся дыхнуть, со всей силы наступила каблуком на ногу преступника. Он дико заорал, направляя на нее пушку, но в эту же секунду был пристрелен. Из двери показался Драгнил, который уже успел расправиться с остальными. Из засады показалась группа, сразу последовавшая в дом и арестовавшая преступников. Нацу подбежал к Люси, осматривая ее. — Ты в порядке? Он не ранил тебя? — Нет… — тихо сказала она, еле стоя на ногах. Это было для нее слишком. Она медленно направилась в свой дом, а когда зашла в него, то увидев сломанную мебель и шкафы, громко заплакала. Драгнил быстро подошел к ней и она сразу кинулась в его объятия, напуганная, словно ребенок. — Я не смогу здесь спать! Они все сломали, разнесли! Я… Господи, мне было так страшно! Еще немного и он бы убил меня! — Не убил бы, Люси. Я здесь. Я был рядом. Он крепко прижал ее, чувствуя, как она дрожит. Для него это была обычная ситуация, а для нее пережитый шок. Насколько же их жизни были разные и как случайно они пересеклись… — Пойдем, Люси. Тебе нельзя здесь оставаться. Драгнилу ничего не оставалось, как привезти Люси к себе домой, так как в любом другом месте ей бы угрожала опасность. Пока Люси молчаливо ехала с ним в машине, Нацу часто поглядывал на нее, пытаясь уловить ее состояние. Но девушка лишь молча и неотрывно смотрела в окно. Драгнил злился на себя. Он корил себя за то, что позволил себе вообще обратить на нее внимание. Для всех работающих в такой сфере было одно правило: не заводить отношений, если под этим существует угроза, а еще лучше оборвать их. Драгнил сжал руль, вспоминая, как предложил Люси подвести ее, и это было ошибкой. — Мне очень жаль. — вымолвил он. — Меня постоянно преследуют такие опасности. Как на завтрак, обед и ужин. Я постоянно в огне. Господи… — он протер лицо ладонью, — Но ты не должна была переживать все это… — Поздно. — коротко сказала она, посмотрев на него, — Уже случилось. Не о чем жалеть. Тогда, будучи молодым, Драгнил не понимал, что выбирая работу  агента — никогда не будешь застрахован от смерти. Никогда. Перед его глазами погибло немало таких же парней как и он, которые вставали под пули, чтобы спасти человека. Парни, которых посылали в самые горячие точки земного шара и которые уже не возвращались оттуда. Ты никогда не можешь знать с кем ты столкнешься сегодня и вернешься ли домой. Единственной отрадой в его жизнь был мотоцикл. Нацу любил кататься на нем по ночам, улавливая шелест ветра и чувствовать свободу. Гнать на нем на все двести, когда зол и сидеть на нем у моря, всматриваясь в его синеву, когда радостен. Когда они приехали, Нацу первым делом предложил Люси немного отдохнуть, дабы восстановить силы. Но та отказалась, объяснив, что просто хочет посидеть в тишине. Драгнил, все еще находясь в раздумьях, как решить эту ситуацию, отправился на кухню, чтобы позвонить Грею. — Ее теперь будут использовать, чтобы выйти на меня. — Естественно. Чем ты думал? — Явно не головой… — не задумываясь, ответил Нацу, сам поразившись своим словам. — У-уу! — рассмеялся Грей, — Похоже, кто-то… — Грей, заткнись. Я действую в интересах работы, не больше и не меньше. Сообщи Дэвиду, чтобы ее дом осмотрели, а еще лучше оккупировали, как место происшествия. Ей там нельзя пока находится. — Надеюсь, она одна живет? Если туда вмешаются ее родственники, дело будет еще хуже. — Нет, она сама живет. — Тогда для тебя это шанс. — снова подколол его друг, рассмеявшись. — Я бы, конечно, был осторожнее. — после этих слов послышался женский голос. Голос Джувии. — Это Джувия?! Ну ты и ублюдок. И ты мне будешь говорить об «осторожности»?! — Все, Нацу, связь плохая. Увидимся. Откинув телефон в сторону, Драгнил тяжело вздохнул. Он направился в спальню, сняв с себя футболку и остался в одних штанах. Позже, он решил заварить себе кофе, дабы снять напряжение и хоть немного расслабиться. Тем временем на кухню зашла Люси, одетая в его черную футболку, которая свисала на бок, оголяя плечо. — Я приготовлю. — тихо сказала она. Нацу засмотрелся на нее: длинные вьющиеся волосы, ниспадающие на голое плечо ее загорелой кожи, мягкие, красноватые губы и щеки, и сама она выглядела как-то завораживающие… — Как ты? — хриплым голосом спросил он. Она посмотрела на него каким-то спокойным и усталым взглядом. — По началу было страшно, а затем… Я сумела успокоить себя. На минуту, мне даже показалось, будто ничего и не было. Наверное это из-за шока. Она аккуратно поставила вариться кофе, разминая шею, и футболка еще ниже упала с ее плеча. Нацу сглотнул. Он чувствовал нарастающее притяжение к Люси, которое подавлял с первой их минуты. Но его принципы, а главное работа - останавливали его. Хартфилия в этот момент тоже испытывала странные чувства рядом с Нацу, которые не давали ей дышать, сбивали с толку. Он был таким высоким, широкоплечим, и от него пахло как-то по особенному... Собираясь выйти из комнаты, Люси почувствовала слабость в ногах и резко попятилась назад, но была умело поймана. Нацу крепко схватил ее за талию, удерживая на ногах. Никто из них даже не шевельнулся. Нацу, вдохнув ее аромат волос, начинал чувствовать необратимость своих инстинктов и желаний... Ее тело было таким совершенным, манящим, горячим. Он чувствовал, как пульсирует его нижняя часть. Хартфилия тоже ощутила это. До последнего сопротивляясь, и лишь мысленно желая этого, девушка позже оставила все попытки. Она почувствовала, как рука Драгнила опускается все ниже и ниже... Он прижал ее к своему сильному телу так крепко, что она в конец потерялась во времени и пространстве. Его запах взбудоражил в ней все ее женское начало, всю ее сущность. Когда его сильные руки резко схватили ее и положили на кровать, в комнату, где царила полная темнота, и лишь слегка просвечивалась тень луны, Люси полностью отдалась ему. У нее не было даже сил сопротивляться Драгнилу. Его крупная фигура нависла над ней и Люси закрыла глаза, чувствуя лишь его возбуждающий запах. Она словила себя на мысли, что никогда такого не чувствовал с Локи. Что это: животная страсть или...? Нацу медленно снял с нее футболку, и почувствовал еще большее возбуждение от ее голого и горячего тела. Люси нетерпеливо покусывала губу, требуя продолжения... И Нацу, почти зверски, схватив ее за бедра, сладостно поцеловал ее. Он смаковал ее до потери дыхания, пока они оба громко не задышали. Люси стала расстегивать его штаны, но Нацу запрокинул ее руки за голову, продолжая ее дразнить. Он принялся расцеловывать ее упругую грудь, живот, бедра и внутреннюю часть бедра все глубже и глубже... Люси застонала, слегка царапая спину Нацу. От этого Нацу завелся еще сильнее. Он снова и снова примыкал к губам Люси, то облизывая их, то кусая. Темнота ночи окутала их, сжигала и они чувствовали, как горят сами. Щеки Люси пылали, а желания лишь возрастали. Наконец Нацу оголился полностью и не задумываясь, вошел в Хартфилию. Он стал двигаться все быстрее и быстрее, ощущая, как пульсирует ее нижняя часть. Люси громко стонала, обхватив спину Нацу, раз за разом царапая ее. Чувства всепоглощающего возбуждения и страсти кружили их, не давая даже передохнуть. Драгнил все никак не мог насытиться ею, ее телом, запахом. Он рычал, двигаясь в ней с нарастающей скоростью. Люси так кричала от удовольствия, как никогда еще. Достигнув пика, Люси со всей силы впилась в спину Нацу, застонав от удовольствия. Тяжело дыша, Нацу прилег на кровать, укрывшись одеялом. Он взглянул на Люси, губы которой были чуть приоткрыты, а руки раскинуты в разные стороны. Она уже спала. Хартфилия чувствовала полное расслабление и наслаждение. В то время как Нацу, постепенно приходящий в себя, начинал жалеть о содеянном.