Wits and Beauty

Победа была легкой. Они потеряли менее трех сотен солдат, прежде чем сломили сопротивление людей Дастинов, захватив нескольких пленников, среди которых сир Лин Корбрей с гордостью отметил Дамона, одного из подручных Рамси Болтона. Тела погибших были убраны, и камины в Великом Чертоге зажжены. Слуги подготовили пышный пир, и лорды Долины и Севера отмечали свою победу, поднимая тосты за королеву. Санса присоединилась к ним, отмечая их храбрость и решительность во время битвы. Она пила и ела вместе с ними, но ее мыслями она была далеко отсюда. Ворота замка были открыты, и Санса решила прогуляться. Один из стражников собрался сопроводить ее, но она жестом отослала его прочь. Санса вышла через ворота, оглядывая холмы перед ней. Лорд Хортон Редфорт тоже ушел с пира и сидел в тридцати шагах от нее на промерзшем камне. Санса направилась к нему. — Вы не замерзли, милорд? Редфорт посмотрел на нее так, словно впервые увидел, но затем улыбнулся. — Знаете, мы, жители Долины, словно находимся посередине, еще не Юг, но уже и не Север. Я привык к холоду, миледи. — Могу я присесть с Вами ненадолго? У меня нет настроения праздновать сегодня, — улыбнулась Санса. Он кивнул, и Санса села рядом с ним на большом камне. С места, где они сидели, открывался прекрасный вид на холмы и следующий за ними спуск вниз. Впереди она могла видеть промерзшую пустынную землю, простирающуюся на много миль вперед, а над ними — тысячи сияющих звезд. Она заметила, что с собой он взял рог с вином с пряностями, время от времени делая из него глоток. — Вас что-то тревожит, лорд Редфорт? Он молчал минуту или две, но Санса не возражала. Ей даже нравилась эта тишина, после шума в зале, где она не могла больше найти в себе силы, чтобы смеяться и поддерживать беседы. Когда же он, наконец, заговорил, его голос был тихий и заботливый, казалось, что он находится за много миль отсюда, полностью погруженный в свои мысли. — Знаете, Вы очень похожи на нее, и не только внешне. Я знал Вашу мать и Вашего старшего брата. Ваша мать была доброй женщиной, благородной и преданной своим людям. Она была готова на все, чтобы найти Вас. Робб был в ярости, когда она освободила Джейме Ланнистера, поверив ему и той женщине-рыцарю, что они вернут Вас обратно. Честная сделка, — он сделал глоток вина и продолжил рассказывать, глядя куда-то вдаль, словно она не была рядом с ним. — Робба любили все. Он мог стать прекрасным лордом Винтерфелла, даже лучшим, чем Ваш отец. Он не был ослеплен честью, он понимал ее, но он знал, когда нужно отступить. Робб часто общался со всеми нами. Чтобы знать своих людей, как говорил он. Нельзя позволить людям умереть за Вас, если для них Вы — незнакомец. Санса грустно улыбнулась. Она помнила, насколько сломленной и опустошенной она почувствовала себя, когда узнала об убийстве в Близнецах. — Я любила Робба, любила его больше всех из своих братьев. До того, как появился наш сводный брат Джон, были только он и я. Мы любили играть в леди и рыцаря, двое детей, бегающие по замку. Он любил, когда я пела ему, говорил, что мой голос напоминает ему певчих птиц. Он должен был стать лордом Винтерфелла когда-нибудь, а я — хозяйкой великого и древнего дома. Я собиралась стать королевой… — она затихла, погрузившись в воспоминания. — Он направился на войну ради Вас и Вашей сестры. Когда Лиана была похищена принцем Рейгаром, Ваш дядя Брандон отправился, чтобы найти ее. А Нед отправился на войну ради них. Забавно, не так ли? Робб сделал для Вас тоже самое, — он сделал еще глоток вина. — Да, миледи, у Вас есть доброта, любовь и преданность, совсем так же, как и у Ваших родителей. Но они не смогли выжить за пределами стен Винтерфелла, слишком ослепленные честью и жаждой справедливости. Вы же лишь наполовину как они, вторая половина… Она закончила фразу за него. — Вторая половина это все те, кого я встретила в Королевской гавани. Другая половина — это Маргери Тирелл. Тирион и Серсея Ланнистер. Джоффри. Пес, — она сглотнула. — Петир Бейлиш… Он посмотрел на нее внимательно. — Вы любите его? Вопрос застал Сансу врасплох. С того момента, как они покинули Орлиное гнездо, они были очень осторожны и не давали повода заподозрить их в излишне близких отношениях, украдкой обмениваясь поцелуями в лесу или темных комнатах. Она никогда не выдавала того, что любит его. А сам Петир был непонятен для большинства людей. Откуда же узнал лорд Хортон? — Милорд? — Бросьте, миледи. В этом нет чего постыдного. Многим он не нравится, они считают его слишком пронырливым и хитрым. Но он не жесток. А то, как он смотрит на Вас, словно вы — океан, в котором он отчаянно пытается утонуть. — Он мой дядя. — Дядя? Он был вашим дядей на то время, пока он был женат на вашей тете Лизе. Когда она умерла, то он освободился от этой связи. Он не был Вашим дядей в Королевской гавани и не является им сейчас, — хмыкнул Редфорт. Санса поджала губы, тщательно подбирая слова. То, что люди могли счесть, что она просто влюбленная девица, не сулило ничего хорошего. Они могли подумать, что Петир Бейлиш втянул ее в войну, а она была лишь его марионеткой, которую он дергал за ниточки. — Он мой защитник и Десница. Мало у кого есть его опыт и таланты. Он… — И когда-нибудь, он станет Вашим королем. — Я всего лишь королева Севера, милорд, — она была шокирована. — Всему свое время, леди Санса. Когда Вы захватите Винтерфелл, Болтоны будут уничтожены, а Вы объявите своего брата, если он найдется, лордом Винтерфелла, то имея огромную армию, что Вы сделаете? Отправите людей по домам? Нет, миледи. Вы пойдете на Юг. И разобьете Фреев и Ланнистеров. У Вас обоих есть права на Север, Долину, Речные земли и даже Западные земли, ведь Вы еще замужем за Тирионом, а если он умрет, то Утес Кастерли будет Вашим по праву. Штормовые Земли склонятся перед Вами, Старки и Баратеоны никогда не будут врагами. Да и похоже, что леди Оленна и лорд Бейлиш в прекрасных отношениях, вот Вам и поддержка Простора. Что остается? Королевские земли и Дорн. И прежде чем кто-либо это поймет, миледи, Вы присоедините Дорн, оставив их в качестве отдельного королевства, — он встал, слегка покачиваясь от выпитого. Санса осталась сидеть на камне.  — И Вы все это просчитали сами, лорд Редфорт? Было очевидно, что он обдумывал это не один день, это не было похоже на пьяные домыслы. — Когда Вы проживете столько, сколько я, то Вам многое будет казаться очевидным. Возможно, это моя последняя война, миледи. Я бы хотел, чтобы страной управлял сильный правитель, из правильной семьи, и которого будут любить миллионы. Добрый, но в то же время проницательный. И когда Вы будете готовы, леди Санса, скажите мне. Я буду первым, кто присягнет Вам. — Ради чего, милорд? — Ради королевства, миледи. Выходите замуж за Бейлиша перед лицом Старых богов в Винтерфелле, не допускайте той же ошибки, что когда-то допустил Робб. Вам не нужен очередной ложный союз с Фреями, обещание брачного союза ни к чему не приведет. Завоюйте их преданностью и любовью, — он попытался поклониться, но у него ничего не вышло, и он повернулся и пошел прочь. Санса чувствовала, что лорд Хортон — преданный и добрый человек. Он сражался за ее отца и короля Роберта, за ее брата и вот теперь за нее. Мог ли он предать ее? — Вы сохраните мой секрет, милорд? Он остановился и, повернулся, чтобы посмотреть на нее. Она заглянула в его глаза, чтобы понять его истинные намерения, но там была лишь грусть. — Вы — моя королева. Я никогда не предам Вас, клянусь Вам в этом. Спокойной ночи, миледи. Санса осталась одна на холодном ветру, ощущая его порывы, напоминающие ей, что все это не привиделось ей. Сколько лживых обещаний слышала она? Ей и самой приходилось лгать. Но Санса знала, что это была война, а не игра в одного, и все еще могло измениться.