одиннадцатое апреля

— Давай сыграем в игру. — Что за игра? — поинтересовался я, нервно постукивая пальцами по крышке ноутбука. Какую игру он может предложить? — Загадай цифру от одного до десяти. «Всего-то», — усмехнулся я. — Вот ты сказал, что цифра должно быть от одного до десяти, но мне пришло в голову сначала моё любимое число. К сожалению, оно больше десяти. Прилетел моментальный ответ: — Твоё любимое число — 13? Я сщурил глаза. Чувак попал в яблочко. — Удивительно, но ты прав. — Ещё бы. Ну что, загадал? — Да. — Ты загадал цифру три? Или, может быть, семь? Я победно улыбнулся. — Оу, нет, в этот раз ты промахнулся. Я загадал цифру восемь. Следующее сообщение заставило меня отдёрнуться от экрана. — Со мной в комнате сейчас находится человек. Мы знакомы много лет, и все эти года он не раз пытался убить меня, несмотря на то, что я неоднократно вытаскивал его задницу из всяких несладких ситуаций. А сейчас он, нажравшийся каких-то неведомых мне наркотиков, лежит в углу моей спальни. Он не в состоянии даже утереть себе рот, и я могу сделать с ним всё, что захочу. Так вот, суть игры заключалось в том, что, если бы ты загадал три или семь, я бы его убил. Но ты спас ему жизнь, молодец. — Какого хрена? — прошептал я, пытаясь унять дрожь. Я положил одну руку на грудную клетку, таким образом будто пытаясь утихомирить учащённое сердцебиение, затем переплёл пальцы. Что творит мой собеседник? Он не может говорить это на полном серьёзе. Общение с этим типом итак не приносило положительных эмоций, а теперь ещё и заставило испытывать страх. Я подошёл к окну, слегка приоткрыл его, высунул нос на улицу. Меня обдал слабый прохладный ветерок, немного приведя в чувство. В конце концов, чего пугаться-то? Это ведь всё тот же анонимный чат, который позволяет писать всё, что угодно, примерять на себя разнообразные роли. Видимо, незнакомец хочет поиграть во властного злодея. Ну что ж, подыграем ему. Вернувшись к диалоговому окну, я принялся сыпать вопросами: — Если вы враги, то почему же в таком состоянии он пришёл именно к тебе? Почему он хотел убрать тебя, если ты спасал его кучу раз? Почему ты, имея такую прекрасную возможность уничтожить этого чувака, когда он даже не может оказать сопротивление, играешь со мной в странные игры? Как-то всё нелогично. Я издал смешок. Какие оправдания придумает собеседник, чтобы удержать на себе маску «крутого парня»? Ответа пришлось ждать относительно долго. Устав сидеть, я встал и около пятнадцати минут бродил по комнате, пока не услышал характерный звук уведомления о новом сообщении. — Прошу прощения за ожидание. Просто мой «заклятый друг» чуть не начал блевать мне на ковёр, а потом стал разбрасываться очередными пустыми угрозами. Мне пришлось выволочь его в лифт и спустить на минус первый этаж, где находится парковка. Так как я живу на семьдесят третьем этаже, доедет дорогой гость нескоро. Что ж, постараюсь ответить на твои вопросы максимально коротко. Он пришёл ко мне, потому что снова хотел пристрелить меня, но в таком состоянии, повторюсь, он даже подтереться не сможет. На самом деле, этот мужчина раньше был партнёром моего отца по бизнесу. В какой-то момент их мнения в решении вопросов разделились, и их пути, соответственно, разошлись. Он не смог переварить обиду на моего отца и перенёс ненависть к нему и на меня тоже. Вообще, он странный тип. При любой проблеме приползает ко мне, а затем включает гордого человека и забывает о моём добре. Ну, а что касается последнего вопроса… Просто я так развлекаюсь. Понятно? Я сглотнул. Цепкие металлические руки страха сжали мой желудок. Мне захотелось спрятаться под кровать, как в детстве. Но я-то понимал, что мой рост — метр и девяносто два сантиметра — не позволит мне полностью спрятать своё трясущееся от паники тело. Да и пугающий незнакомец вряд ли увидит это через окно чата. Высветилось новое сообщение. — Ты всё ещё здесь? Нет, дорогой, я уже на пути к больнице с приступом. Только ещё не определился, с каким именно. — Да, я здесь. Просто не знал, что ответить, — не будем лучше остроумно отвечать этому типу. Целее буду. Тут на меня снизошло озарение: нужно попросить его выслать фотографию, как он выглядит в данный момент! Тогда и узнаем, кто же надо мной так зловеще насмехается: возбуждённый подросток или заскучавший на работе мужик. А может это вообще девушка? А если он откажется выполнить мою скромную просьбу? Значит, он точно не тот, за кого себя выдаёт. — А можно ли узнать, как ты выглядишь? Пять секунд и ответ: — На вот тебе лучше нож, — прочитал я, медленно переводя взгляд на яркое лезвие. Очень остроумно. — Пугаешь меня? — застрочил я. — Мне не по душе, когда акцентируют внимание на моей внешности. Да и нож очень качественный. — Проверял? — Да. Я не стал интересоваться, испытывал ли он нож на ком-то, и спросил: — Может, ты боишься открыть своё истинное лицо? Вдруг ты на самом деле окажешься пятнадцатилеткой, которому захотелось поиграть в крутого парня? Это было как-то чересчур дерзко для меня, но я просто не мог до конца понять: верю ли я во все эти жуткие сообщения или нет. Так, он прислал какую-то фотографию. Но что это? Я увидел ноутбук, стоящий неподалёку стакан вина, кремового цвета плед и… ногу. Голую ногу. С удивительно страшным шрамом. — Вот, во время одной из разборок. Думаю, в интернете ты вряд ли найдёшь такую же картинку. Можешь попытаться. Кстати, знаешь, в чём особенность той пули, которая попала в мою ногу? Я заметил, что дрожу. Обхватив себя руками, я пытался собраться с мыслями. Он великолепно знает, что я могу воспользоваться функцией «Поиск по картинке» в браузере и при желании найти эту фотку, если он её откуда-то скачал. Но это было бы глупо. Самонадеянно. — Не знаю, — напечатал я ответ на его вопрос. Хотя не думаю, что действительно хочу знать подробности. — Мягкая пуля, необычный сердечник, очень тяжёлый. Она раскрывается цветком, когда входит в плоть, и наносит огромные раны. Притом там, в кости, фрагментируется. Я затряс головой. Надо постараться не представлять это. Пришло ещё одно сообщение. — Я не ощущаю заднюю лапу ниже ранения. Она вроде бы есть, но в то же время её нет. «Надо завязывать общение с этим типом», — подумал я, но какого-то хрена написал совершенно другое: — Есть какая-то своеобразная прелесть в том, что ты свои конечности лапами называешь. — Правда? «Что? Конечно, нет!», — так и рвалось у меня изнутри, но длинные пальцы, все в кольцах, словно стали отдельно существовать. — Ещё какая правда. — Мне тоже нравится. Есть в этом что-то такое. — А как ты получил это пулевое? На этот раз парень решил присылать каждое предложение отдельным сообщением, не заставляя меня ждать тираду-эпопею о своём злоключении. — Делили сферы влияния с одним знакомым. У каждого свои интересы, и каждый должен их отстаивать. Но если я жив, значит, я победил. А задней лапкой можно и пожертвовать за один яркий день. Тем более с зарубежной медициной и моим влиянием. Я даже не знал, что на это ответить. Я будто познавал что-то… другое. Точно! Другое! Я бросился к клавиатуре: — Знаешь, мы с тобой наверняка живём в разных мирах. Последовал незамедлительный ответ: — Так и есть. Но это же здорово. Разве люди не общаются для того, чтобы посмотреть на чужие миры? От некоторых его сообщений захватывает дух. Хотя, что это я? Всё «он» да «его». Уж имя-то своё он вряд ли будет бережно скрывать. — Позволь узнать, а как тебя зовут? На этот вопрос он ответил не сразу. Почему-то мне показалось, что он усмехнулся. Я ведь не мог знать наверняка. И всё же, я дождался: — Я Арс. — Ну, тогда я Ант. — А полностью? — Антон Шастун. Какого чёрта я сказал фамилию? — Ну тогда уж лучше Шаст. На этот раз Арс точно усмехнулся.