Еще один шанс

Телефон в последний раз уныло тренькнул и замолчал. Я, довольно выдохнув, перекатилась на другой бочок, поглубже закопалась в подушки и… гадкий звонок вновь разорвал уютную тишину. Не открывая глаз, нашарила трубку и приняла вызов. — Милка! Спишь, коровушка? — слишком бодрый голос кузины вызвал волну раздражения. — Да. Чего надо? — Ну ты даешь! Глянь, какое солнце на улице, припекает! Я поднялась с кровати и, подойдя к окну, раздернула плотные шторы. Солнышко, действительно редкий гость этим летом, грело даже сквозь стеклопакет. — Такой денек чудный, — продолжала надрываться сестрица. — И у меня такие планы! — С этого и надо было начинать! Давай говори, чего тебе надо? — я заправила кофеварку и достала из холодильника молоко. — Я договорилась об экскурсии в особняк Брусницыных. Помнишь, как мы хотели там побывать? — Не мы, а ты, — уточнила я. — А меня предупредить, хотя бы вчера, не судьба? — Ну, извини, замоталась. Пей уже кофе и подходи к моему дому. Сбор у особняка в двенадцать, а до него еще добраться надо. — Хватит командовать, — я взглянула на настенные часы. — Еще только десять, все успеем. Выпив залпом первую чашку, я глянула в интернете погоду. Удивительно — дождя сегодня не предсказывали, но зонтик, вечного спутника всех петербуржцев, вынимать из сумки все же не стоит. Под вторую чашку бодрящего напитка я умылась и подкрасилась. Льняное новое платье и бабкин янтарный гарнитурчик, предмет тайной зависти кузины, отлично дополнили друг друга. Небрежно заплетенный колосок лег на левое плечо, сумка на локоть и удобные балетки на ноги. Последний взгляд в большое зеркало прихожей, довольная улыбка, и вот я уже выбегаю из дома. А на улице настоящее лето. Глубокое голубое небо с белыми барашками облаков, солнечные блики отражаются зеркалами луж и скользят по сочным зеленым листьям. Дворник стрижет траву. Отдаленный треск его машинки и горьковато-острый запах только что скошенной травы бьет в нос и вызывает какую-то детскую радость. С глупой улыбкой на лице и воздушными пузырьками хорошего настроения в душе я добралась до соседнего двора. Сестрица курила, блаженно щурясь на солнце. — Боги! А каблуки у тебя с каждым разом все выше и выше. Скоро цирковые ходули осваивать начнешь! — Это ты от зависти. Сама — то их носить не можешь, вот и бурчишь. — Родственница клюнула меня в щечку. — Привет, коровушка. — Привет, бабка Йошка. — Ладно Йошка, но бабка! Я моложе тебя на два года. — Привычно возмутилась она и мы, синхронно улыбнувшись, потопали к остановке общественного транспорта. Нашим дразнилкам было столько же лет сколько и нам. И обязаны мы ими были нашим родителям. Ибо произошли они от имен, коими они нас наградили. Мои предки, тогда еще студенты-филологи нарекли меня Милицей, что дико гармонировало с отчеством Захаровна и фамилией Князева, но их это совсем не смущало. Отцов брат, фанатичный поклонник Джона Леннона, с трудом одержал верх в споре со своей супругой и обозвал таки свою дочь Йоко. Белобрысой и курносой новорожденной имя подходило как корове седло и вызвало гомерический хохот у регистраторши в ЗАГСе, но дядя Петя сдаваться не привык и все родные постепенно смирились. Половину детства и юности нас преследовали косые взгляды и смешки, а потом мы повзрослели и перестали обращать на подобное внимание. Выйдя из маршрутки и обойдя несколько приземистое, с сильно выступающим карнизом здание, мы увидели, у широкой, советского вида проходной небольшую, человек в двадцать, группу. — Это они! — воскликнула кузина и зашагала еще быстрее. — Здравствуйте! Мы записывались на экскурсию. — О! — обрадовался молодой, слегка взлохмаченный, человек. — Вас мы и поджидали. Расплатившись и выслушав правила поведения в особняке: ничего не ковырять, лишнего руками не трогать, не мусорить и не кричать, мы влились в компанию экскурсантов. Пройдя анфиладой дурно пахнущих лестниц и невзрачных коридоров мы, наконец, оказались в самом особняке. Его интерьер, даже сейчас заброшенный, ободранный и бесприютный поражал воображение. Резные деревянные панели, украшенные бараньими головами, гравированные стекла, подлинные люстры и светильники, искусная белая и золоченая лепнина, мраморный камин и курительная комната, расписанная в мавританском стиле… Наш гид очень увлекательно рассказывал об истории дома, в нужное время делал паузы и ненавязчиво привлекал внимание зрителей к интересным деталям. Поведав нам душераздирающую историю о венецианском зеркале и, словив несколько потрясенных вскриков и вздохов, экскурсовод благословил нас на «свободное плавание» по дому. Тут же быстро защелкали фотоаппараты, и люди разбрелись кто куда. Йошка осталась в зале с зеркалом, уж больно ее поразила легенда. А я, побродив немного, отправилась в сторону курительной. Очень хотелось снова полюбоваться искусно переданным восточным антуражем. Но до комнаты я так и не дошла. Внезапно скрипнув, приоткрылась узкая, до этого момента не приметная дверная створка, и я замерла, охваченная любопытством. Что это? Какая-то игра? Квест по особой договоренности? Экскурсию ведь заказывала не я, а Йошка. И такие штучки вполне в ее стиле. И как удачно ее рядом нет. Я хмыкнула и потянула за ручку двери. За ней оказалась обычная комната, совершенно безликая, без окон, но с дверным проемом на другом конце, стилизованным под огромную, от пола до потолка раму. Дверь за спиной захлопнулась, и я прошла вперед. — Неужели этого кто-то пугается? — сказала я, когда рама начала мягко светиться всеми своими завитушками. — Но атмосферно, чего уж. На пороге я замешкалась, отчего-то мне вдруг стало не по себе. И разозлившись на себя, ну глупо же бояться подстроенных ужасов, решительно шагнула вперед. Яркие вспышки со всех сторон слепили и дезорентировали, голова кружилась, накатила тошнота. Я судорожно пыталась найти хоть какую-нибудь опору, но пальцы хватали только воздух. Шаг назад, еще и еще… Я сейчас просто выпаду из рамы, и все закончиться. Но сколько бы я не пятилась, вокруг меня ничего не менялось. — Хватит! Прекратите! Это уже не смешно! — орала я. Все закончилось внезапно. Свет погас, легкий полумрак был приятен для слезящихся глаз. Промокнув влагу кончиком косы, я огляделась. Узкий коридор, оба конца которого тонули в какой-тот клубящейся мгле. Влажный воздух странного места с трудом проникал в легкие, сгущался, обволакивая тело, давил на плечи. По моей спине поползли крупные мурашки страха. Мысль позвонить предполагаемой виновнице и потребовать объяснений показалась здравой. Вытащенный из кармана телефон чернел экраном, его не удавалось даже включить. Странно, заряд ведь был полным… Растерявшись, я скользнула взглядом по запястью и увидела замершую стрелку наручных часов. Час тридцать три. Во что же я вляпалась? Поддавшись панике, я волчком закружилась на месте. Знакомый провал. Рама! Я кинулась к ней. Но затянувшая ее слабо мерцающая пленка, спружинив, оттолкнула меня назад. Предприняв еще несколько таких же бесполезных попыток, я швырнула в этот пузырь, зажатый в руке, смартфон. Этот детский поступок быстро отрезвил меня. Тем более что мой «снаряд», словно не заметив преграды, шлепнулся с той стороны. Спешно вытащенная из кошелька мелочь быстро оказалась рядом с ним. А вот меня радужная пленка по-прежнему не пропускала. Усевшись прямо на пол, я принялась рассуждать. Думать что все это розыгрыш — глупо. Таких технологий нет. А если они и существуют, то организовывать с их помощью такие шутки над обычным человеком никто не станет. Влиятельных врагов у меня нет. Да и врагов вообще. Я ведь простая медсестра, массажистка. Значит, это что-то другое. Пятое измерение? Перекресток других миров? Прочитанные прежде в псевдо научных статьях и фантезийных книжках гипотезы и предположения роились в моем мозгу. Некоторое время спустя они вызывали только ломоту в висках. Какая версия похожа на правду я все равно сейчас не узнаю, а тыкать пальцем в небо бесполезно. Посидев еще немножко, я решила идти вперед.