Еще один шанс

Не бечено. Коридор, казалось, был вырублен в скальной породе. Грубые, кое- как отесанные стены, хаотичное расположение дверей по обе стороны и пол, странный, не однородный. Крупный плотно уложенный булыжник под ногами внезапно рассыпался желтым песком, иногда переходя в грубо сколоченные доски, они в свою очередь перетекали во влажную землю, которую потом покрывал наборный паркет. Двери тоже были различны. Из толстого, различных оттенков дерева; вычурные, все в легкомысленных завитушках и строгие; с кованными, словно на старинных сундуках уголками и отполированными ручками. Были здесь и широченные рамы, похожие на виновницу моего попаданства, по видимому от зеркал. Встречались и каменные двери. То в виде изящных арок, то похожие на взгроможденных друг на друга мегалитов. От вида последних меня почему-то пробирала дрожь, и я старалась проскользнуть мимо них как можно тише. Несколько дверных проемов было заколочено крест на крест досками, а еще несколько заложено камнями и щебнем. В общем, идти было страшновато, но я старательно глазела по сторонам, отвлекая себя от мыслей и от истерики. Она, конечно же, обязательно случиться. Классическая, с громким ревом и соплями, но не сейчас. Я буду тосковать по прежней жизни, по своему дому, по родным и знакомым. По уютному чувству привычки, когда ты заранее знаешь что от кого ожидать. Хотя все это я смогу, наверное, обрести и на новом месте. Детей ведь у меня нет, с мужем давно в разводе, а у родителей всегда была своя жизнь, замкнутая друг на друга. Вот только Йошка… Ладно, кузина легкий человек, она быстро отвлечется. Что же касается материального барахла — оно дело наживное. Ведь какая-то часть осталась со мной. Я села на пол и подтянула сумку ближе. Моя любимица не подвела, в ней кроме пухлой косметички, ключей и кошелька, нашлись еще и вкусняшки. Пара шоколадок, когда-то подаренных мне клиентами и благополучно позабытых в недрах Гуччи; рекламная пачка крекеров; пакетик семечек (когда купила и зачем?); орешки в карамели и почти литр воды. — Как же хорошо быть растеряхой, — довольно простонала я, натягивая, на изрядно озябшие ноги, вязанные гетры. Щель под одной из дверей была чуть шире остальных и из-под нее просто немилосердно дуло. — Любопытство сгубило не одну кошку, — бормотала я под нос, но все равно кралась на цыпочках к этой двери. Подслушивание не принесло никаких результатов. И тогда я решилась подглядеть в щелку, вплотную приникнув к ней лицом. И чуть не осталась без глаза. Изогнутый коготь резко высунулся из нее. По всему периметру двери полыхнуло красным, и коготь остался лежать на полу. Охранная система от непрошенных гостей? Меня колотило, пока я швыряла вещи в сумку. А содранные и саднящие коленки я заметила только к следующему привалу. Голода, жажды и прочих физиологических нужд я не испытывала, наверное, в следствие стресса. Поэтому, сколько времени я уже брела по коридору не знаю. Останавливалась, когда усталые ноги не несли меня дальше, и отдыхала, вперив глаза в каменный потолок. Когда в очередной раз мышцы начали подрагивать от усталости, я решила сделать следующую остановку на деревянном полу, но он как назло мне не попадался. Я прошла вперед еще и еще, и хотела уже махнуть на все рукой и усесться там, где придется, как вдруг мое внимание привлекла смазанная тень. Уже наученная предыдущим опытом, я замерла, до рези в глазах вглядываясь в полумрак, и еще крепче сжала свое единственное оружие — зонтик. Тень тоже как будто застыла, и с ее стороны донеслись неясные звуки. Сердце рухнуло в пятки, и я с ужасом ждала нападения неведомой чупакабры. В несколько огромных прыжков тварь очутилась рядом. Я, удачно уперевшись спиной в простенок между дверями, размахнулась одновременно сумкой и зонтиком. Тяжелый декор Гуччи звякнул, встречаясь с крепким телом и «оно», будто обиженно тявкнув, отступило. Я разлепила зажмуренные во время битвы глаза и увидала перед собой собачью морду. — О! — Гав! — Огромная собачина, повернув голову и вывалив язык меж белоснежных клыков, внимательно оглядела меня и, заметив мою робкую улыбку, вильнула пушистым хвостом. — Собаченька, милая! — Я, довольная тем, что меня не съели, кинулась обнимать своего невольного, так привычно, по-земному выглядевшего, компаньона. Собака вначале оторопела, но потом принялась вылизывать мне лицо и руки. — Бедненький мальчик, наскучался! — наглаживая черные клочкастые бока, я успела углядеть признаки пола. — Как же тебя занесло-то сюда? Хороший, хороший… Когда радость первой встречи слегка поутихла, я угостила пса парочкой крекеров, а он, забегая вперед и постоянно оглядываясь на меня, продемонстрировал глубокую лужу, из которой пил. Судя по тому, что мой новый знакомец не успел сильно исхудать, находился он здесь недавно. Я снова потрепала собаку по загривку. Пол в коридоре приобрел ощутимый уклон и впереди явственно замаячил поворот. Собака, до этого шедшая в ногу со мной, заторопилась. — Куда ты, милый? — в ответ на его волнения, я тоже прибавила шаг. Нагнала я пса уже за поворотом. Поскуливая и оставляя глубокие борозды от когтей на, и так уже изрядно измочаленном, полу, он тыкался мордой в арку. — Видимо, это ответ на вопрос: как ты здесь оказался, — я подошла поближе. –Надеюсь, с той стороны она смотрелась не так жутко. Ничего похожего на этот проход, я здесь еще не встречала. Камни, формирующие высоченную арку, были покрыты какими-то символами и как они были скреплены между собой, знает лишь ее строитель. А еще, на вход в нее, была накинута тонкая, изодранная по бокам, вуаль, которая колыхалась, от неведомого нам ветерка. Словно завороженная этой картиной, я сделала пару шагов вперед, и тут до меня донесся невнятный шёпот. Неведомые голоса едва различимо, звали к себе, умоляли сделать еще шаг, присоединиться к ним, постичь неведомые тайны и наслаждения… Резко тряхнув головой, я, схватив собаку за шкирку, метнулась как можно дальше от этого кошмара. — Ты как хочешь, а я в ту сторону ни ногой, — сделав глоток воды, заявила я собаке. — На тебя, может, эти странные голоса и не действуют, но я больше экспериментировать не стану. — Он, словно, понял и уткнулся лобастой головой мне в коленки. — Ладно, не грусти, дружок! Хотя нет, кличка дружок тебе совсем не подходит, — я уселась удобнее, и принялась разбирать пальцами наиболее крупные колтуны в собачьей шерсти. — У соседки на нашей площадке был похожий пес, ньюфаундленд, звали его Граф. Ты тоже породистый, представительный, и в какой роскошной, королевской шубе… Решено! Нарекаю тебя — Сир! — Мне показалось, что у собаки округлились глаза, но он громко гавкнул, соглашаясь. — Вот и отлично. С теплым Сиром под боком, я незаметно для себя успокоилась и задремала. Разбудил меня влажный язык, щекотно вылизывающий коленки. «Боже, я что, нашла и привела домой извращенца?» Паническая мысль вырвала меня из сонной неги, и я резко села. Перед глазами мелькнул каменный свод и удивленный собачий взгляд. — Сир! — поначалу облегчению моему не было придела. А потом пришло осознание того, что я нахожусь в непонятном коридоре, от спанья на жестком полу затекло все тело, а впереди — неизвестность. Аппетита у меня не было по-прежнему, и я печально побулькав остатками воды в бутылке, скормила Сиру орешки. — Сегодня надо что-то решать. Наших запасов воды на долгое блуждание не хватит, — я вздохнула. — Даже и не знаю, что теперь делать. Чего ты так смотришь, глупыш? Твое появление вообще-то, вдрызг разбило мою версию о том, что за каждой дверью другой мир. Я вошла сюда с Земли, ты тоже. Следовательно, дверей ведущих туда, Бог знает сколько. И если мы с тобой угадаем, то сможем вернуться в свой мир — это хорошо. Но вот попадем ли мы в свое время? Тебе-то все равно, а вот меня перспектива очутиться в каменном веке или в глубоком средневековье совсем не радует. Да я через неделю окажусь на костре! — Сир заскулил, и ткнулся холодным носом в мой бок. — Хотя к чему я это все говорю? Пока мы не окажемся по ту сторону двери, не узнаем куда попали. Тут выбирай не выбирай. Как в лотерее, и шанс всего один. И мы пошли дальше, теперь уже внимательнее приглядываясь, а кое-кто и принюхиваясь, к дверям. Однако как назло, все, мимо чего мы проходили, желания задержаться не вызывали. Наоборот, ветхие и обшарпанные, с отвалившимися ручками двери, одним своим видом гнали прочь от себя. Мы прибавляли шаг, стремясь быстрее пройти эту часть коридора, и когда она закончилась, на душе стало чуточку светлее. — Сир, — позвала я пса, в надежде на небольшую передышку, но тот что-то унюхав, буквально бежал вперед. — Иду я, иду, — откликнулась я на требовательный лай. Довольный пес стоял перед самой обыкновенной, слава всем богам, дверью. Он еще раз громко гавкнул, привлекая мое внимание, и, встав на задние лапы, толкнул ее. Дверь неожиданно открылась во внутрь, и глупый пес с удивленным тявком исчез. — Сир! — собаку было жаль, и я, не успев толком подумать, прыгнула следом за ним. Дверь захлопнулась.