Trying my best not to forget.

Бывают моменты, когда ты поддаёшься эмоциям, отодвигая здравый смысл в сторону, и набираешься храбрости сделать что-то такое, о чём мечтал уже давно, но ни за что не сделал бы в обычной ситуации. Но зачастую вся эта уверенность и решительность, взявшаяся практически из ниоткуда, испаряется, как только ты осознаёшь, что ты делаешь. Сначала мысль «О да, я сделал это!», а потом ты понимаешь, что не знаешь, что дальше, и ноги начинают подкашиваться от страха. Вылетая на сцену, Джерард был переполнен эмоциями и о последствиях не думал – для него существовал только тот самый момент, несколько шагов навстречу и прикосновение к чужим губам. В этот день Брайан был великолепен, хотя великолепен он всегда – но сегодня его глаза были искренними и действия шли от самого сердца. Он ни для кого не разыгрывал спектакль и не прятался за своей маской вечной безразличности – сегодня Брайан был собой, а это – то, чего пытался добиться Джерард. Да, это, всё же, не его заслуга – Брайан, похоже, жил только ради музыки, и только занимаясь любимым делом он мог быть собой, но результат Джерард получил – его не оттолкнули с презрительным взглядом, и то, что происходило, не было игрой. Наверное, в любой другой момент Брайан послал бы Джерарда на все четыре стороны, продолжая скрывать свои чувства, но сейчас он, как и Уэй, просто не мог думать над последствиями, потому что сейчас он был слишком счастлив, чтобы вообще заставлять себя вести себя так, как правильно, а не так, как хочется. Только когда Брайан отстранился, до Джерарда дошло, что они всё ещё стоят на сцене, перед всей школой, хлопающей и визжащей отыгранному концерту и им самим в частности. Но это только сейчас они такие радостные – на следующий же учебный день все будут кидать в них насмешливые взгляды и выдумывать тошнотворные прозвища, и это – не самое плохое, что может быть. Естественно, на концерте были учителя, какие-то взрослые, чтобы следить за сумасшедшей толпой подростков (а что бы они, собственно, могли с этой бешеной толпой сделать, случись что?) и, может, даже директор – вот тогда им точно хана. Выговор, вызов родителей, может быть, даже исключение, потому что это – престижная гимназия, как-никак, а вылететь из школы прямо перед выпускными экзаменами – ужасно. Ну да, не то, чтобы они вдвоём были самыми прилежными учениками, но обоим влетит от родителей, а Джерарду уже стало стыдно перед ними, так как он почему-то был абсолютно уверен, что их исключат. Ну, Брайана, может, и оставят – группа же и всё такое, а вот он точно вылетит, хотя пришёл в школу несколько недель назад. Как ни крути, а своих родителей он любил, пусть и ссорился с ними чаще, чем исправлял строчки в тексте песни, которую писал уже месяца два – а вы знаете, он их постоянно исправлял, вычёркивал и переписывал. Стыдно перед родителями, что постоянно подводит их, вынуждая переводить из одной школы в другую, и стыдно перед Брайаном , непонятно, за что именно. Может быть, за то, что за пару секунд этого поцелуя заставил всю школу возненавидеть его ещё больше, может, за то, что теперь между ними будет вечная неловкость, а может, и вовсе без причин – но не в силах смотреть ему в блестящие глаза, Джерард, развернувшись, потащил его к выходу со сцены. За ними пошёл Стив, в помещении остановившись напротив и ошарашено моргая. Наверное, он что-то хотел сказать, может, что-то типа «фу», а может, наоборот что-то в поддержку, но в дверь как всегда не вовремя постучали, и он, чертыхнувшись, недовольно выскользнул в коридор. Со сцены спустился Стэф, смерив Джерарда испепеляющим взглядом, и, сняв с плеча гитару, стал засовывать её в чехол. – Брай, там тебя ждут какие-то мужчины, говорят, что срочно, – Стив показался из-за двери, переводя взбудораженный взгляд с Брайана на Джерарда и обратно. – Чего им от меня нужно? – кажется, вернулся прежний Брайан: вот он, стоит посередине комнаты, недовольно щурится на Хьюитта и ерошит пальцами тёмные волосы на своей голове. Снова хмурый и раздражённый, будто бы всё его счастье, возникшее на сцене, там и осталось. – Все нормально. Как я понял, они какие-то шишки из музыкального мира, ну или что-то в этом роде, – взволнованно протараторил Стив, подходя ближе и притягивая вяло отпирающегося Брайана за рукав. – Короче, чего бы ты там такого не сделал, они явно пришли не по твою грешную душу, так что пошли. Это отличный шанс, чувак, и я не дам его тебе упустить! Давай, шевели ногами! – дверь за ними захлопнулась, оставляя Джерарда наедине со Стэфом. – Поздравляю. Ты за месяц добился того, чего я не смог за несколько лет. Развернувшись в сторону, откуда исходил голос, Джерард едва не столкнулся с высоким парнем, стоящим прямо перед ним. Джерард терпеть не мог смотреть на кого-то снизу вверх, но сейчас выбора не было. Наверное, ему следовало бы испугаться всего происходящего, но он едва сдержал смех, потому что вместо страха ему было дико смешно. Словно он попал в какой-то малобюджетный фильм со второсортными злодеями, заезженным сюжетом и полным отсутствием актерского мастерства. Да, даже в такой ситуации Джерард думал о кинематографе, хотя от осознания того, что происходящее сейчас вовсе не фильм, и режиссер не крикнет тебе «Стоп! Снято!», приглашая гримеров поработать над твоим гримом, типа появившихся в драке синяках или свидания свинца с телом, смех отходил на второй план... Грим здесь будет реалистичным на все сто процентов. – Просто в отличие от некоторых я соображаю побыстрее, – самая, пожалуй, главная проблема Джерарда заключалась в том, что он зачастую в порыве эмоций сначала делал, а потом думал. В сегодняшней ситуации на концерте это был огромный плюс – если бы он задумался хоть на минуту, то ни за что бы не сделал то, что сделал; а конкретно сейчас, за сценой, это был минус, потому что Стэфан – не тот, с кем можно язвить без вреда для здоровья. – У тебя по жизни словесный понос, да, Уэй? – На самом деле, взбесить Стэфа было не так-то просто, если это не касалось любой темы, затрагивающей Брайана. Ты скорее сам выйдешь из себя, в то время как он продолжит все с тем же непроницаемым выражением лица, которому мог бы позавидовать даже застенчивый братец Джерарда, наблюдать за твоими тщетными попытками. Но у Джерарда же был особый талант – он взбесил Стэфана, кажется, в первые дни своего пребывания в этой школе, и теперь любая его реплика действует на Стэфа, как красная тряпка на быка. – Да что ты привязался-то ко мне? Я не виноват, что ты не интересуешь Брайана, и всё, чем могу тебе помочь – посоветовать остыть и смириться с этим фактом. – Блять, будь на твоём месте кто угодно, Молко всё равно не отказывался бы, потому что он на выступлениях ни черта не соображает. Так что это ты смирись, Уэй, потому что Брайану на всех наплевать. Видел же, что едва спустившись со сцены, он снова был готов послать всех на хуй, и если бы не вовремя подоспевший Стив, он и тебя бы туда отправил, – издевательские нотки в голосе, ехидная усмешка, надменный взгляд – Стэфан, видимо, хотел взбесить Джерарда, и у него получалось, надо сказать. Так же, как Джерард ненавидел смотреть снизу вверх, он ненавидел, когда над ним издевались, потому что ещё одна черта его характера – вспыльчивость и хорошо развитое чувство собственного достоинства. И Стэфан это понял ещё с их первой встречи – понял и не преминул воспользоваться этим. – Ну, что же ты замолчал? Или ты снова зассал, малявка, и хочешь по-тихому улизнуть отсюда? – Прости, не в настроении драться, да и повод слишком тупой, – Джерард ухмыльнулся, слегка скалясь, и, приподняв бровь, добавил, – такой тупой… прямо как ты сам. Но на этот раз Джерард думал, что делал. Стэфан стоял прямо перед ним, держа в руках чехол с гитарой – если бы не она, тот бы моментально врезал бы Джерарду за такие слова, добавляя к нарисованным синякам под глазами настоящие. Стэфан зарычал, отставляя гитару в сторону – не настолько он был глуп, чтобы кидать инструменты на пол – но время было упущено. Джерард отлично знал, что драка с Олсдалом ничем хорошим не закончится, поэтому решил воспользоваться моментом и выскочил за дверь в коридор. Брайана и тех мужчин там не было, зато была толпа подростков, выходящих из зала, в которую Джерард поспешил нырнуть – среди такой толчеи, ещё и при плохом освещении его лицо никто не узнает – ни Стэф, ни Стив, ни сами школьники. Уже на выходе из здания Джерард вдруг вспомнил, что Брайан собирался куда-то идти после концерта, выходит, домой он вернётся ночью и, конечно же, снова не через дверь. Настроения искать его по всей школе не было – после разговора со Стэфом хотелось только сесть где-нибудь дома и думать. Конечно, всё это звучит глупо – Стэфан просто хотел его разозлить, ему это удалось, вот и всё, но была в этом и доля правды – на сцене Брайан весь светился от эмоций, так что всё, что он сделал, могло быть просто необдуманным порывом, иначе почему в комнате он стал таким угрюмым? Осознал, что перед всей школой сделал очень большую глупость? «Ладно, в любом случае, мы сегодня ещё увидимся, тогда и решу, что делать», – сказал себе Джерард, открывая дверь в квартиру, не расшнуровывая, скинул кеды и прошёл в гостиную, чтобы завалиться на диван и уснуть. *** В дверь настойчиво стучались, вернее, скорее уж, скреблись. Разбудить Джерарда – дело сложное, особенно, если нет возможности скинуть его с кровати (и не факт, что тот проснётся). После того, как человек за дверью, наконец, вспомнил о существовании звонка и нажал на кнопку, с характерным глухим звуком наваливаясь на дверь всем своим пьяным телом, Джерард окончательно выдернул себя из сна, кривясь от омерзительного верещания звонка на всю квартиру. Спотыкаясь, он поплёлся к двери, спросонья даже не представляя, какой идиот смеет его будить в… вашу же мать, это же пять утра, скотина! Пообещав убить упорно жавшего на кнопку звонка, Джерард повернул ключ в замке и дёрнул ручку на себя, готовясь наорать на нарушителя спокойствия. А тот, между прочим, стоял, прижавшись к двери, практически спя в таком положении. Джерард в ужасе отшатнулся, увидев кого-то, падающего прямо на него, но тут же опомнился и подхватил под руки, не дав человеку разбить лицо об пол. «Красивое лицо, кстати… Жалко было бы разбить, да, кажется, знакомый человек-то, кто бы это мог быть, Джерард, проснись уже, ух ты, у чувака глаза накрашены, прямо как у Брайана, точно, вспомнил, на него похож, и… БРАЙАН?», – мысли сплошным потоком неслись в голове сонного Джерарда, когда тот, наконец, продрал глаза и понял, что перед ним и есть пьяный Брайан, а не просто похожий чувак. Обхватывая тело, безвольно висящее на его руках, за грудь, Джерард прижал его к себе и потащил к дивану. Стянул с него кеды, куртку и, кое-как заставив Брайана сохранять сидячее положение, уселся рядом – с виду Брайан казался маленьким и лёгким, но, протащив его по коридору к гостиной всего каких-то метров шесть, Джерард понял, что либо он сам в отвратительной физической форме, либо Брай не такой невесомый, каким кажется. И снова такие ощущения, будто спать ты даже не ложился – усталость и кружащаяся голова, чёрт. Всего лишь пять утра, за окном даже солнце не встало – только небо посерело, и за крышами виднеются мягкие розовые разводы, но заснуть с утра практически невозможно, в этом что-то не то. Все люди встают, начинают шуметь, на дороги выезжают машины, шурша колёсами по земле, и даже деревья шелестят сильнее – ночью они будто замирают вместе с ветром, как и всё вокруг. Всё оживает, а ты собираешься заснуть, когда с улицы доносятся звуки этого чёртового города? Как жаль, что люди не могут вообще без сна – времени тогда хватало бы на всё, абсолютно. Забавно: думая, что засыпать утром – плохая идея, Джерард устало сполз пониже, чуть ли не сваливаясь на пол, закрыл глаза и почти задремал, но тут Брайан подал признаки жизни, толкая его в плечо. Силу он, конечно же, не рассчитал, и Джерард грохнулся на пол, мгновенно возвращаясь в реальность. – Джии-и-ии, ты такой милый, – хихикнул Брайан, притягивая к себе колени и обнимая их. – Как можно было так напиться, Господи! – Джерард, вздохнув, уселся на коленях на полу, и тут вспомнил маленькую деталь. – Где твоя гитара? – Какая гитара? Никаких гитар… – Брайан зевнул и потёрся щекой о своё плечо. – Мне надо домой, кажется… – Какое тебе «домой», очнись! Ты едва на ногах держишься, и собираешься перелазить по тому бордюру? Вот на какой чёрт ты так напился, ещё и гитару где-то оставил, ну придурок, – Джерард, снова вздохнув, отбросил недавние мысли о том, чтобы поговорить с Брайаном о произошедшем. Если тот не помнит о своей гитаре, то что уж об остальном говорить? – Тут поспишь, протрезвеешь, тогда и поговорим о доме. Брайан недовольно фыркнул, и, наклонившись вперёд, ухватился за воротник куртки Джерарда, которую тот, к слову, так и не снял, сразу завалившись спать. Спустив ноги на пол, чтобы не свалиться с дивана, Брайан потянул Джерарда на себя, а тот, боясь, что Брай навернётся – как ни крути, а Джерард весил явно побольше, чем тот смог бы поднять – встал с колен и забрался на диван, пытаясь убрать чужие руки со своего воротника. – Брайан, ложись и спи, а я пойду к себе. Слышишь? – Слышу, ложусь, – Брайан пьяно ухмыльнулся и всем весом надавил Джерарду на плечи, заваливая на диван и укладываясь сверху. – Лежу, видишь? – Чувствую, – прохрипел Джерард, с трудом втягивая воздух – Брайан давил ему на грудную клетку, сильно мешая дышать. – Бри, мне как-то тяжеловато, ты знаешь? Тот снова вцепился Джерарду в воротник, перекатываясь на сам диван. Места было не особо много, так что Брайан придвинулся к Джерарду как можно ближе, крепко держась за его куртку, чтобы не упасть, и уткнулся носом ему в шею, начиная выдыхать согретый в лёгких воздух тому на ямочку между ключицами – дальше начиналась одежда, закрывавшая доступ к телу. Джерард, конечно же, понимал, что Брайан чертовски пьян, и пользоваться его несознательным состоянием нечестно, но ничего не мог поделать – это дыхание на шее было слишком приятным, чтобы заставить себя встать и уйти в свою комнату. В куртке становилось жарко – от Брайана исходило не просто тепло, а жар, как от обогревателя, так что Джерард, заведя руки за спину, кое-как выпутался из куртки и закинул её на спинку дивана. Брайан, лишившись воротника, за который было так удобно держаться, одной рукой обнял Джерарда за талию, а вторую положил тому под голову, запуская пальцы в волосы, на что тот недовольно фыркнул, но, всё же, приобнял в ответ. Разумеется, только чтобы Брайан не упал. Только для этого. Да. Улыбнувшись, Джерард закрыл глаза и решил поспать, раз уж такое дело.