Ипподром. Воспоминания.

Был на тренотделении, где конюшила Марина, молодой наездник. Все знали, что зовут его Володя, но называл его весь ипподром почему-то Эдиком и он отзывался. Был он ( хотя почему "был"? И есть, даже мастер - наездник уже) вполне себе не плох, но на лошадях и́ногда отрывался, особенно если лошадь что то делала не так или не оправдывала его надежд на бегах. Одну историю я запомнила с его слов, а второй стала свидетелем сама. Нельзя упустить из виду, что до того, как стать наездником, Володя ( или Эдик, называйте хоть так, хоть эдак) серьёзно занимался боксом и имел первый разряд. То есть, представляете силу удара, в случае чего. Короткая история, которую он мне поведал, начиналась именно с этой части его биографии, а так же с того, что была у него в ту пору собака - немецкая овчарка. Клички я за давностью лет не припомню. Так вот, в один из дней притащил он эту собаку на конюшню, видимо оставить дома было не с кем, а сам вывел из денника жеребца, поставил на развязку и отправился в каптерку , которая в двух шагах, за сбруей. Собака узрела лошадь и принялась обнюхивать невиданного зверя, да так увлеклась, что в момент, когда хозяин со сбруей вышел из каптерки, цапнула нервного рысака за заднюю ногу, за что естественно отхватила мощный удар коваными копытами и визжа улетела метра на три. Увидевший свою любимую овчарку скулящей в вынужденном полёте, Володя со всей силы боксерским кулаком шарахнул жеребца по храпу, вернее чуть повыше, в том месте, где у человека была бы переносица. Жеребец был нокаутирован и упал. Вот тут горе - боксёр испугался. Лошадь то казённая, конезаводом предоставленная для тренинга и соревнований, но никак не в качестве боксёрской груши. Случись что, можно под такую раздачу от начальства попасть! Бегом побежал за бригадиром и вдвоём пол часа жеребца холодной водой отливали, пока он смог глаза открыть и подняться на ноги. Больше он собаку на конюшню не приводил. Ну, а второй случай... Была на тренотделении, где Эдик с Мариной работали, колхозная кобыла по кличке Мальпа, Серой масти, но нарядной не назвать, не приметная. Колхозная не потому, что из хомута, а родилась на колхозной конеферме, где разводили рысаков. К "колхозникам" отношение у наездников частенько наплевательское, особенно если ни резвостью, ни статью лошадь не отличается. Колхозные рысаки конечно разные были, были и резвые, которые в призах заводских в битом поле оставляли, но такие - скорее исключение из правил, основная же масса в смысле призовой езды, была скорее балластом. Мальпа была из основного числа, ну кобыла, ну серая, ну и всё. Пока писали Мальпу в одной компании с такими же колхозниками, она могла ещё что то показать. Нет ведь, приспичило Володе записать её на приз. Да ещё на какой! Дерби! Самый заветный трофей для каждого наездника, крупнейший приз года для четырехлеток рысистых пород. Участвуют всегда лучшие из лучших. И вот представьте - элита ипподрома и среди них Мальпа. Смех один. На что наездник и надеялся? Вполне предсказуемо серая колхозная кобыла во всех трёх гитах пришла первой с конца, причем, далеко отстала ото всех остальных участников. Бега закончились, люди разошлись, наездники, которые были в числе победителей, закрылись в каптерке, дабы обмыть призы. Стемнело, я собиралась уже уходить, как ко мне подбежала взволнованная Марина. - Лена, там Мальпа не встаёт на ноги! Я разносила лошадям корм, смотрю - она лежит. Я её шлепнула, чтобы она встала, а она силится и не может - ноги подламываются. Вдвоём мы направились к Мальпиному деннику. Выглядела кобыла ужасно - запавшие глаза и ноздри, мокрая вся, бока ходором ходят. Пытается встать и падает. Оказалось, что после позорного фиаско в Дерби, Володя решил наказать лошадь за поражение и после окончания приза заставил её бегать резвой рысью целый час, после чего не удосужился даже проводить шагом, пока выровняется дыхание, поставил измученную, мокрую, в пене, в денник и отправился в каптерку, обмывать призы с победителями. Мы с Мариной со всех ног помчались к ветеринару, благо он ещё был на месте. Без слова он пошёл с нами. Кобылу мы общими усилиями подняли. Кардиограмма, капельница, уколы, вливания... Бесконечные часы борьбы за жизнь... Когда глаза Мальпы посветлели и она уже уверенно стояла на ногах, ветеринар о́тключил все системы и засобирался на выход. - Предынфарктное состояние было. Молодцы, девочки, что успели за мной сходить. На пол часа бы опоздали - похоронили бы кобылу.