Жизнь взаймы

      – Скалли, подъем.       Она с трудом продрала глаза и с еще большим трудом вспомнила, где находится и что от нее требуется.       – Появилась наводка от одного из бывших коллег Рикелса.       Малдер стоял перед ней – одетый и гладковыбритый. С горящим взглядом и полный сил.       – К… который час? – прохрипела она.       – Девять. Я решил дать тебе поспать. – Скалли пробурчала «спасибо» и начала выпутывать онемевшие от сна конечности из одеяла. – Пьюзи вчера вечером отправил пару ребят в Портленд, и они кое-что накопали. Вроде бы Рикелс подумывал прикупить себе какой-то богом забытый клочок земли. Как будто бы даже с неким подобием дома или хижины.       – У кого?       – У какого-то сомнительного типа, про которого никто ничего не знает. Не похоже на официальную сделку, правда?       Малдер принялся подавать, а точнее швырять в Скалли разбросанные по комнате предметы ее одежды, пока та пыталась совладать со спутавшимися и растрепавшимися за ночь волосами.       – И где она?       – Кто?       – Хижина, Малдер. – Ей не удалось скрыть раздражения в голосе. Комбинация позднего подъема и еще не выпитого кофе всегда становились для нее источником дурного настроения.       – Да если бы кто знал. – Малдер пожал плечами, словно и не заметив ее недовольства.       – И что теперь? – Она надела блузку и чертыхнулась, вспомнив, что забыла про бюстгальтер.       – Будем думать. Или ты предлагаешь поспать еще и подождать, пока Рикелс не придет к нам сам?       Эта фраза моментально повергла Скалли в ярость. Она стремительно обернулась, собираясь высказать все, что об этом думает, но стоило ей увидеть лицо Малдера – и ее гнев тут же угас. По его веселым глазам и беззлобной усмешке было видно, что он не намеревался обидеть ее своим саркастично прозвучавшим вопросом.       – Езжай в участок, Малдер, не жди меня. – Скалли махнула рукой, понимая, что ей потребуется не меньше пятнадцати минут времени и стакан хотя бы чего-то кофеподобного, чтобы прийти в себя, а нетерпеливая воодушевленность напарника тут ничем не поможет. – Я догоню.

***

      Добравшись до кабинета детектива, Скалли обнаружила Малдера и Пьюзи склонившимися над разложенной на весь стол картой штата.       – Агент Скалли, – поприветствовал ее детектив, но на его лице промелькнуло недоумение. Проследив за взглядом Пьюзи, она обнаружила, что застегнула злосчастную блузку не на ту пуговицу, и в образовавшейся складке теперь кокетливо проглядывал кружевной бантик ее бюстгальтера. Залившись краской, Скалли торопливо отвернулась и с небывалой ловкостью исправила положение. Ладно, спасибо и на том, что Пьюзи вроде бы не из тех, кто живо интересуется подробностями чужой личной жизни. Вряд ли он вообще придаст этому большое значение. «На воре и шапка горит», – обреченно подумала Скалли, мысленно дополнив свой список будущих дел: «После секса выгонять Малдера в его номер и велеть не давать мне спать допоздна. Никогда».       – У нас тут появилась одна идея, Скалли, – не поднимая головы, сказал Малдер. – Беннетт говорил, что у них с Рикелсом нередко совпадали смены, значит, с работы они уходили в одно время. Мы позвонили ему, и он вспомнил, что не раз замечал, как Рикелс сворачивает вот на эту дорогу. – И он размашисто ткнул куда-то пальцем.       Скалли подошла к столу и посмотрела на карту. В голове до сих пор жужжало, и взгляд немного расплывался, но, сконцентрировавшись, она все-таки сумела рассмотреть тонкую белую линию, на которую указывал ей напарник.       – Паркдейл. Ведет наверх, к вулкану, – коротко сказал Пьюзи, как будто это все проясняло.       – Разве там не Национальный парк? – удивилась Скалли.       – Нет, просто необустроенная территория. – Пьюзи покачал головой. – У нас здесь, знаете ли, небольшой бардак с юрисдикцией. Штат никак не определится, отнести эту территорию к парку или не стоит. Ну а пока народ ездит туда ловить рыбу, молодежь устраивает кэмпинги. А рейнджеры туда не заглядывают. В общем, если бы я искал какой-нибудь самострой, который не попался никому на глаза за последние десять лет, то эти места стал бы присматривать в первую очередь. Только это будет похоже на поиски иголки в стоге сена.       – И как же тогда нам его найти? – спросила Скалли, переведя взгляд с детектива на Малдера.       В комнате воцарилось молчание.       – Пока не знаю, – неохотно ответил Пьюзи. – От Паркдейл отходит еще десяток небольших проселочных дорог. Конечно, можно вертолеты поднять, вот только погода нелетная. И к тому же изрядная волокита. Когда еще ты их дождешься…       – Если этот дом там, почему ничего не обнаружили, когда искали Лорен? – перебила его Скалли.       – Нам дали три дня на поиски с воздуха, и это была зима – один солнечный день на десяток дождливых, – терпеливо объяснил Пьюзи. – Вы не представляете себе местность, агент Скалли. Там все заболочено, бурелом…       – Предлагаю разобраться на месте, – решительно заявил Малдер.       – То есть? – сурово поинтересовалась Скалли, выпрямившись и скрестив руки на груди. – Пойдем бродить вокруг вулкана с рюкзаками? По болотам под дождем?       – Чай не в первый раз, – отшутился Малдер, но никто не подхватил его воодушевления.       – Осмотримся. Если вдруг встретим кого-нибудь, расспросим. – Сказал он, посерьезнев. – Я в самом деле не вижу пока лучшего варианта. Только сидеть в участке и молиться.       – Агент Малдер, это плохая идея. Я же вам говорю…       – Ладно, поехали, – сказала Скалли, уныло вздохнув, и красноречиво посмотрела на детектива Пьюзи. Тот, поняв, что спорить бессмысленно, развел руками.       – Но не пешком же. И давайте хотя бы джип возьмем. А то завязнем там намертво.

***

      Хотя ничто не предвещало перемен, погода внезапно смилостивилась и в последний момент решила пойти им навстречу. Облака расступились, и в разрывах проглянуло ярко-голубое небо. Солнечные лучи залили Худ-Ривер, мгновенно преобразив его. Теперь, глядя в заляпанное грязью окно служебного «шевроле», Скалли понимала, чем этот город привлекает туристов и почему местные жители не бегут отсюда сломя голову в более теплые края. Улочки вдруг стали казаться чистыми и милыми, скверы – ухоженными и привлекательными, люди – приветливыми и счастливыми. Горделивая, вечно покрытая снегом вершина вулкана уже не выглядела такой давящей и грозной. Ее громада не нависала над городом. Напротив, под ее сенью он казался особенно уютным.       Но здесь, в болотистой низине, даже солнцу оказалось не под силу сколько-нибудь заметно изменить ландшафт к лучшему. Машина тряслась на покрытом трещинами и лужами асфальте, а на топкую низину по обе стороны дороги было больно смотреть: даже при взгляде из окна джипа становилось понятно, что, ступив туда раз, обратно уже не вернешься. Вязкое болото из грязи и подтаявшего снега скрывало под собой деревья почти на треть их высоты. Кое-где над водой выглядывали пучки подгнившей травы и обломанные ветки. На возвышенностях, где было значительно суше, от центральной дороги действительно отходили грунтовые проселки без обочин, шириной едва-едва достигавшие одной полосы.       – Здесь раньше был небольшой рабочий поселок, – пояснил Пьюзи притихшим агентам. – Вон там… – Он махнул рукой куда-то влево. – При деревообрабатывающей фабрике. Она давным-давно закрылась. Дороги остались еще с тех времен.       – По-моему, мы не найдем тут ни единой живой души, – заметила Скалли, но ее голос заглушил скрежет колес: детектив с силой вывернул руль, чтобы объехать очередную яму.       – У них что, и названий нет? – спросил Малдер, выглядывая в окно в поисках указателей.       – Конечно, нет. Их даже на карте не видно. У них только номера. – Пьюзи пожал плечами. – Все съезды пронумерованы, как положено, – прояснил он, ткнув пальцем куда-то в сторону. С огромным трудом Скалли сумела разглядеть среди деревьев едва заметные столбики с указателями – небольшими табличками, выкрашенными в зеленый. Цифры на них когда-то, видимо, были белыми, но теперь приобрели грязный серый цвет. За плотным слоем налипшей сверху высохшей глины их было крайне сложно разглядеть.       – Фрэнк, тормозите! – вдруг громко потребовал Малдер, но Скалли почему-то не удивилась. Еще до того, как прозвучал этот взволнованный приказ, она каким-то шестым чувством почуяла, что дело вот-вот сдвинется с мертвой точки.       Детектив, испугавшись, послушно вдарил по тормозам, а Малдер суетливо выудил из бардачка карту и принялся торопливо разворачивать ее. Но ему не хватало места, и скомканная карта порвалась прямо у него в руках. Он раздраженно отшвырнул ее в сторону.       – Шестой съезд, Фрэнк. Где он?       – Шестой съезд?       – Белая шестерка на зеленом фоне. Помните?       – Агент Малдер, вы же не серьезно…       – О чем речь? – Сидевшая сзади Скалли решительно подвинулась вперед, просунув голову между пассажирским и водительским сиденьем.       – Видение Сильвии, – нетерпеливо объяснил Малдер. – Белая цифра на зеленом. Шестерка. Что еще это могло быть?       Скалли промолчала. Детектив Пьюзи несколько секунд недоуменно хлопал глазами, а потом заговорил – медленно, спокойно, словно объяснял очевидное маленькому ребенку.       – Агент Малдер, тут нет шестого съезда. И не может быть. Здесь все дороги – по одну сторону от шоссе и идут в одном направлении – с северо-запада на юг. Четные номера – для дорог, которые идут с востока на запад. Я думаю, вам это известно.       Малдер, не ответив, выскочил из машины. Пару минут Пьюзи и Скалли молча наблюдали, как он ходит туда-сюда вокруг их «шевроле», упершись руками в бока, и о чем-то сосредоточенно размышляет.       – Езжайте куда он скажет, детектив, – воспользовавшись возможностью, тихо произнесла Скалли.       – Но послушайте…       – Фрэнк, можно что угодно думать о методах агента Малдера, но поверьте, у него действительно прекрасная интуиция. Просто попробуем, ладно? У нас все равно нет других идей. – И она, мягко улыбнувшись, положила ладонь на морщинистую руку детектива.       Их прервал громкий стук пассажирской дверцы.       – Девятый! – Малдер перевел дух и, немного успокоившись, вновь заговорил: – Лорен лежала в багажнике. Он для чего-то приоткрыл крышку, и она увидела знак. Вверх ногами. – Он пристегнулся. – Девятый съезд, Фрэнк.       Пьюзи бросил еще один вопросительный взгляд на Скалли, и та кивнула. Детектив молча завел двигатель и тронулся с места.

***

      С третьего раза «шевроле» с кряхтением и ревом преодолел образовавшуюся между асфальтовым покрытием основной дороги и грунтовым съездом канаву с дождевой водой, и медленно двинулся по проселку под оглушительное шуршание колес, прорывающих вязкий влажный грунт.       – Следы шин, – заметила Скалли, сразу разглядевшая из окна продавленную колесами колею. Водитель ехал чуть левее, чем они, а машина его, очевидно, была значительно легче. Скорее всего, среднего размера – седан или универсал.       «И как он вообще пробирается сюда на таком автомобиле? – изумилась про себя Скалли, уже не сомневаясь, что Малдер – как обычно, вопреки здравому смыслу – не ошибся. – И почему не купит фургон? Боится привлечь к себе внимание?»       Она почувствовала приближение знакомого состояния – тревоги и гадкого страха, от которого холодеют руки и крутит живот. Как у человека, который ненавидит «американские горки», но вынужден будет в очередной раз прокатиться на них в ближайшую минуту-две. Успокоить в этот момент ее могло только одно, и Скалли немедленно прибегла к этому спасительному средству – достала оружие и удостоверилась, что оно заряжено под завязку. И поправила кобуру, чтобы пистолет наверняка находился прямо под рукой.       В машине воцарилась напряженная тишина. Детектив Пьюзи, кажется, тоже ощутил, что они на верном пути, и затих, сосредоточившись на дороге. Малдер нервно барабанил пальцами по колену, а потом отстегнул ремень и принялся возиться с пуговицами. Видимо, решил заранее стянуть с себя длинное пальто, разумно рассудив, что лучше замерзнуть, чем запутаться в его намокших тяжелых полах где-нибудь в лесу в разгар погони за подозреваемым.       Пьюзи резко затормозил, и Малдер, все еще неуклюже пытавшийся справиться со своим одеянием, чуть не вылетел через лобовое стекло.       – Трава примята, – тихо заметил детектив и указал куда-то вправо. Там в самом деле виднелось некое подобие тропы, которую можно было рассмотреть только наметанным взглядом местного копа с тридцатилетним стажем. Скалли мысленно возблагодарила судьбу за то, что Пьюзи покорно согласился поехать с ними. Без него они бы в лучшем случае ни черта не нашли, а в худшем сами стали бы объектом поисков спасательной команды.       – Дальше пешком. – С этими словами детектив, переключив коробку передач на ручной режим, загнал «шевроле» в небольшой «карман» слева от дороги, где машина не так бросалась в глаза, и заглушил мотор.

***

      Они шли примерно с полчаса, и за это время Скалли успела возненавидеть все, что еще не пало жертвой ее плохого настроения с утра. «Шли» было слишком оптимистичным глаголом. Вернее было бы сказать «пробирались, утопая по уши в грязи и благодаря Господа за каждый сделанный шаг». Вскоре после того, как они свернули на тропинку, та ушла в низину. И тогда спутанные заросли болотной травы, которую агенты и детектив кляли на чем свет стоит с самого начала, стали наименьшей из их проблем.       С годами работы с Малдером Скалли научилась интуитивно угадывать, какие предметы гардероба ей стоит или не стоит брать с собой и тем более надевать, отправляясь «в поле». Если в начале их совместной работы она то и дело попадала впросак, в очередной раз карабкаясь по каким-нибудь заброшенным заводам на высоченных каблуках, словно типичная дуреха из голливудских боевиков, то со временем привыкла относиться к дресс-коду философски и ставить свое удобство на первое место. Пусть даже к этому моменту вполне смогла бы завоевать олимпийское золото в дисциплине «бег на десятисантиметровых шпильках». «Орегон», – говорил Малдер, и одна рука Скалли сама собой тянулась к чемодану, выкидывая из него юбки и туфли, а другая укладывала туда проверенные временем непромокаемые ботинки и утепленную ветровку. Но сейчас ее спасли бы только болотные сапоги и гидрокостюм, а их в гардеробе Скалли пока еще не завелось.       Пьюзи шел впереди (и, судя по его громкому сбившемуся дыханию, тоже делал это без особой легкости), а замыкал колонну Малдер. У Скалли не было сил оглядываться на него. Приходилось целиком полагаться на слух и довольствоваться тихими ругательствами, вырывающимися у Малдера всякий раз, когда его ботинки с громкими чавкающими звуками проваливались в очередную лужу. В отличие от нее, он не счел нужным переодеться во что-то более практичное – лишь нацепил второпях старый растянутый шерстяной свитер, заботливо одолженный детективом Пьюзи. Сложно сказать, зачем последний хранил этот раритет в участке. Вероятно, чтобы использовать в качестве грелки на стул.       Прошло еще минут десять, и Скалли поймала себя на том, что уже не ощущает времени. Она механически переставляла ноги, но ее мысли витали где-то весьма далеко. Первый признак сильной усталости, с тревогой сообщила она сама себе. Наклонившись, Скалли набрала в ладони щедрую пригоршню воды из ближайшей лужи и, поборов брезгливость, плеснула в лицо, чтобы немного взбодриться.       Она так и замерла в этой неудобной позе, увидев, что детектив предостерегающе вскинул руку и, шикнув, резко остановился. Шаги Малдера тоже затихли. Пьюзи, потянувшись к кобуре, осторожно вытащил оружие. Скалли последовала его примеру, надеясь, что Малдер находится достаточно близко, чтобы заметить это и самому достать пистолет. Услышав позади тихий щелчок застежки на кобуре, она с облегчением выдохнула.       Когда они продвинулись вперед еще на десяток шагов, Скалли наконец рассмотрела то, что заставило Пьюзи насторожиться: в просвете между деревьями виднелись очертания небольшой хижины. Свет внутри не горел, из трубы не шел дым, и она готова была поклясться, что сама не увидела бы эту хибару, даже если бы прогуливалась в паре метров от нее, настолько та сливалась с окружающим ее лесом. Детектив тихо присвистнул. Да уж, тут едва ли помогли бы и вертолеты.       Дорога внезапно поднялась вверх, став значительно суше, и Скалли наконец смогла повернуться к Малдеру. Тот выглядел довольно жалко – вымокший до нитки, замерзший и уставший. Впрочем, сам Малдер, кажется не придавал этому большого значения. Его оживившийся взгляд был прикован к хижине.       Они по-прежнему были от нее достаточно далеко, но все равно соблюдали полную тишину. Знание местности давало преступнику немалое преимущество, а их, напротив, ставило в заведомо проигрышное положение. Малдер показал знаками: они со Скалли заходят спереди, а детектив – с тыла. Пьюзи кивнул и двинулся в обход, а Малдер, тем временем подобравшись поближе к Скалли, прошептал:       – Дадим ему фору. – Она кивнула. – Далеко не факт, что Рикелс там, но будем исходить из того, что он внутри.       Малдер окинул Скалли долгим взглядом, без слов прося быть осторожнее, и они, немного подождав, двинулись вперед.       Окна оказались завешаны каким-то старым тряпьем, и снаружи не проглядывалось никаких признаков жизни. Малдер без труда вышиб хлипкую дверь одним ударом. Осмотр занял не больше пары минут.       Никого.       Внутри хижина выглядела как типичный охотничий домик – крохотный, в меру обжитый. Однако вряд ли когда-то использовался в качестве постоянного жилья. Минимум посуды и еды, спартанского вида кровать, летний душ. Туалет, по-видимому, находился на улице. В служившем спальней закутке обнаружился лишь простейший запас мужской одежды, а в придачу к нему – плащ-палатка и незаряженное ружье. И ни единой личной вещи в поле зрения.       Скалли почувствовала, как от разочарования в буквальном смысле, словно не выдержав веса пистолета, опускаются руки. Усталость, которая до сих пор не ощущалась благодаря притоку адреналина, нахлынула на нее моментально, и она плюхнулась на кровать, отрешенно глядя на Малдера.       Тот стоял в центре комнаты, стиснув зубы и напряженно вглядываясь куда-то в стену.       Минута прошла в полной тишине.       – Надо идти, а то Пьюзи там сейчас околеет от холода, – невыразительным голосом сказал он, и Скалли послушно поднялась с кровати.       Пружины протяжно скрипнули – но не настолько громко, чтобы заглушить какой-то другой звук.       Агенты замерли и, пристально глядя друг на друга, как по команде взялись за оружие.       Звук повторился. Он шел откуда-то снизу и становился все выше, выше, выше…       Скалли метнулась за дверь, готовясь прикрывать Малдера.       Только сейчас она увидела крохотную ручку в полу. Тщательно выкрашенная в тон с прочими досками и умело упрятанная в вырезанное специально под нее отверстие, эта ручка вообще не бросалась в глаза.       Люк открылся, и наверху показался мужчина – щуплый, низенький, одетый нелепо, по-клерковски, – в брюки, рубашку и вязаную жилетку. Внешность его была бы вполне заурядной, если бы не большая бородавка на шее, неприятно толстые губы и бесцветные глаза.       – ФБР! На колени!       От неожиданности мужчина выронил из рук какую-то посуду, которая с грохотом разлетелась на куски.       «Отлично, теперь Пьюзи точно услышит», – подумала Скалли. И действительно – он ворвался в дом через заднюю дверь всего через пару секунд и тоже наставил на подозреваемого пистолет.       Мужчина поспешно рухнул на колени и заложил руки за голову, хотя таких приказов ему пока никто не отдавал.       – Эйдан Рикелс?       Тот кивнул и просипел:       – Не стреляйте.       Отстегнув наручники, Малдер опустил оружие и подошел к мужчине под аккомпанемент прав Миранды, которые уже зачитывал детектив Пьюзи. Скалли, немного расслабившись, чуть было не пропустила тот момент, когда Рикелс вдруг припал к земле и вытянувшись, как змея, выудил из какой-то ниши рядом с дверью пистолет. Она успела-таки прицелиться и готова была нажать на спусковой крючок, но ее совершенно сбил с толку затравленный взгляд Рикелса, направленный не на нее, не на Малдера, не на Пьюзи, а куда-то в сторону окна – единственного, на котором немного просвечивала штора.       Два выстрела, прозвучавших почти одновременно, разорвали тишину, и все, что успела увидеть Скалли, прежде чем произошло непоправимое, – заляпанный брызгами крови рукав собственной куртки.