Неожиданные союзы

— Ты говорила с ним? — Да. Он согласится, ему лишь нужно время. Тор плохо влияет на Локи, затуманивая его разум своими лживыми, благими речами. Но это поправимо. Скоро мой милый младший братик станет прежним. Частичка меня снова будет со мной. Лицо Таноса приняло задумчивое выражение. Хела подошла к сидящему на троне титану и ладонью коснулась лица узурпатора. — Неужели я вижу ревность? — Хела выглядела уверенной и сильной. Её голос, словно песня, завораживал титана. В нем он слышал сталь мечей и крики поверженных, предсмертную агонию и холод мира мёртвых. — Мне не нравится, что ты ним так восхищаешься, он плут.. — дальше Таносу не дали продолжить. Холодные пальцы легли на губы титана и дальше говорила лишь Богиня Смерти. — Он моя кровь и плоть. Я не могу не восхищаться своим отражением. — Приведи его ко мне, — холодно промолвил Танос, откидываясь на спинку трона. Тор стоял у окна корабля, всматриваясь в бескрайнюю вселенную. Питер сказал, что скоро они покинут какое-то созвездие и до Земли рукой подать. Знакомство с новыми друзьями было запоминающимся. Питер - или Звёздный Лорд, - именно так представился молодой человек, оказался хорошим парнем, чем-то напоминавшим Фандрала. Такой же весёлый, отважный, рвущийся в бой. Дракс напоминал Халка, что, впрочем, не удивительно. Гамора оказалась самой непростой, а точнее, её история. Ещё больше громовержец был под впечатлением способностей Мантис. Грут и Ракета вообще оказались чем-то необычным. В забвении собственных мыслей громовержец не расслышал приближающихся шагов. — Тебе стоит отдохнуть, — Гамора стояла позади громовержца. — Если мы встретим Таноса раньше, чем объединимся с защитниками Земли, нам нужно будет выстоять, чтобы победить. — Ты права, — громовержец обернулся, наградив зелёную красавицу грустной улыбкой. Тор прилег на пустующий топчан. Сон пришёл быстрее, чем думал громовержец, но и во сне, как и наяву, мерещились мёртвые асгардцы, друзья и брат. Вот только брат выглядел совсем иначе. Тьма вокруг рассеялась и взору громовержца предстал Локи. Целый и невредимый, в своем привычном черно-зелёном камзоле, он стоял как и Один на зелёном лугу. Тор, не веря, стал всматриваться в образ брата, такой живой и реальный. Но это лишь сон. — Прости меня, брат. Прости, — громовержец сделал несколько шагов к призрачному силуэту брата и упал на колени, опустив голову. — Мне тебя не хватает. Я был так слеп, когда думал, что справлюсь без твоей помощи. Я был слеп. Прости. — У меня мало времени. Танос ищет камни, опереди его. Громовержец мигом поднял голову, в которой была полнейшая каша, и хотел уже что-то спросить, но был перебит призраком. — Эфир находится у Коллекционера. Найди его раньше Таноса. Силуэт Бога Обмана как-то рвано исчез, обрывая ещё не начатую речь. — Локи! — воскликнул громовержец тут же просыпаясь от сна. На громкий вопль Бога Грома тут же сбежались Гамора, Питер и Мантис. — Что случилось? — Брат, — проговорил громовержец пытаясь выровнять дыхание. — Нам нужно найти Коллекционера, у него Эфир. — Тиван находится в Знамогде. Отправимся туда немедленно, — живо предложил Звёздный Лорд. — Нет. Нам стоит разделиться. Танос наверняка отравит за Эфиром кого-то из Чёрного Ордена, — предложила Гамора. — А сам он, скорее всего, направится на Землю. Ведь там Вижн, он хранит Камень Разума, — громовержец понемногу стал приходить в себя, здраво оценивая ситуацию. — Камень пространства был единственным Камнем в перчатке Таноса? — вдруг спросила Гамора, внимательно смотря на громовержца. Тор нахмурился, припоминая недавние события. — Я точно не могу сказать, я не видел тыльной стороны перчатки. Знаю лишь, что Камень Пространства теперь точно у Таноса. — Значит, нам стоит поторопиться, — добавил Питер и спешно начал предлагать дальнейший план действий. Локи внимательно слушал рассказ Хелы. И первое, что сумел отметить царевич, это страх. Страх не перед Богиней Смерти, а страх, исходящий от неё. — Я все понял, не малое дитя. — Не паясничай. От твоего выступления зависит слишком много. Благодаря мне Танос благосклонен к тебе, но если ты... — Нашего выступления, сестрица, — исправил Локи, расхаживая по комнате. — Лучше расскажи мне про Иного. — Зачем он тебе? Он лишь пешка, — брезгливо бросила Хела. — Пешка всегда имеет шанс стать дамкой, дорогая сестра. Хела смерила недовольным взглядом Бога Обмана. — Он недоволен твоим присутствием, впрочем, как и моим. Постоянно что-то нашёптывает Таносу, прикрываясь полномочиями советника. — Прекрасно, — Локи слегка улыбнулся. Хела непонимающе уставилась на брата. Пазлы медленно складывались в голове бывшего палача Одина, но итог был ясен — смерть. — Если ты убьёшь его, Танос лишит тебя жизни в тот же момент. — Ты плохо соображаешь, сестренка, — трикстер лукаво улыбнулся и продолжил. — Это ты убьёшь Иного и докажешь мне честность своих намерений. По длинному коридору глухо раздавались шаги. Богиня Смерти злилась и причина её злости самодовольно шагала позади неё. Танос был прав, впрочем, как и Скурдж. Локи — плут из плутов. Не зря его величают Богом Обмана. Хела прекрасно понимала, что попалась в сети, уготованные ей братцем, и, упаси борода Одина, эти сети станут погребальной ладьей. — Пришли, — одно слово прозвучало словно приговор. Вот только Хела не видела на лице брата страха осужденного на смерть. Локи был спокоен и сосредоточен. Войдя в огромный зал, брат и сестра тут же стали центром внимания. Рядом подле трона, словно верный пес, стоял Иной со злорадной усмешкой на уродливом лице. Окинув взглядом новоприбывших, титан заговорил: — Ты уверена в своём решении? — Танос говорил ровно и спокойно. — Да, дорогой. Я хочу, чтобы брат был рядом. С минуту затишья и Танос снова заговорил: — Мои верные подданные твердят, что твой брат изменник и готовится предать нас, ещё не вступив в наши ряды. Богиня Смерти выглядела злой и оскорбленной. Танос перевёл взгляд на приспешника, что принёс вести, тем самым показывая, что тот может говорить. Но Иной продолжил молчать под гневным взором Богини Смерти. — Клевета на брата является личным оскорблением для меня, — Богиня Смерти была страшна в своём гневе. — Это не клевета… — Иной хотел что-то возразить, но снова замолчал. — Ты ведь хотел расправы над моим братом, не так ли? Хотел. Знаю, что хотел. Локи продолжал довольствоваться представлением. Сестра сделает все сама, он лишь соберет плоды ее работы. — Молчишь? Богиня Смерти тихо засмеялась, а затем продолжила.  — Когда я была палачом при нашем отце. — Хела подошла к Локи, словно слова относились не только к приспешнику Таноса, заправляя выбившиеся пряди и с ностальгией прикрывая глаза. — Воинов, что сеяли смуту среди своих, казнили, — Хела резко развернулась, направляя оружие на Иного. — Госпожа! — Иной шагнул чуть назад, вставая на одно колено, но остриё короткого меча больно ранило в шею, окрашивая закаленный Вечным Пламенем метал чёрной кровью. — Госпожа! — Хела звонко засмеялась с звериным оскалом на лице. — Ложь! Ещё вчера ты нашёптывал иные слова своему Господину. Я тебе не Госпожа, я Богиня Смерти! Молниеносно меч снёс голову с плеч советника. Кровь пришельца брызнула на лицо Хелы, от чего её образ стал ещё более устрашающим. Танос смотрел на обезглавленное тело приспешника и ту, что лишила его слугу жизни. — Он был верным слугой, но личные амбиции погубили его. Надеюсь, ты хорошо усвоил урок, Локи? — Я буду верен вам так же, как моя сестра. Ведь мы с ней едины во всем, — лихорадочный блеск изумрудных глаз излучал правдивость сказанных слов, отдаленно вея лукавством. Танос слушал льющуюся рекой речь Бога Обмана и мысленно отмечал, настолько можно поверить самому отъявленному плуту во вселенной. Очень кстати из памяти всплыл момент о недавнем разговоре с Эбони Мо. Тот также разделял взгляд Богини Смерти относительно Локи. Пополнение рядов сильными союзниками было сейчас как раз очень кстати. Танос поднял огромную руку в знак тишины и Локи покорно смолк. — С возвращением домой, Локи Одинсон, — как-то по отцовски проговорил титан, взирая сверху на стоящих брата и сестру. Хела перевела такой же лихорадочный взгляд изумрудных глаз, как и у Локи, на Таноса. — Ты не пожалеешь о своём решении, дорогой. Никто не устоит перед тобой.