Король-монах

От автора: все возможные совпадения с реальными историческими персонажами являются условными. Названия городов и земель созвучны некоторым историческим местам, но придуманы. Организация католической церкви XII века сохранена.

***

Рамиро стоял у полузакрытого ставнями окна и наблюдал, как спешиваются вооруженные люди, приехавшие из столицы, и спрашивают встретивших их монахов, где найти аббата этого монастыря. Он закрыл глаза и глубоко вдохнул иссушенный летней жарой воздух, призывая себя к спокойствию. Что еще? Насколько Рамиро себя помнил, от родного брата Альфонсо постоянно исходила угроза для его здоровья и жизни. Самый младший из сыновей Сандро, короля Арракона, Памлы и Аварры, от второго брака с дамой Фелицией из далекого северного графства Монтидье, отставал на целых десять лет от своих братьев Фернандо и Альфонсо и на шестнадцать от Педро — наследного принца. Старший сын короля Сандро от первого брака с дамой Изабеллой из Урхеля считался будущим хозяином всех земель, но воспитывался Фелицией как родной сын — монарх развёлся со своей первой женой вопреки всем церковным канонам. Вторая жена не считалась королевой, поэтому старшие братья Рамиро готовили себя к военному делу и держались вместе, а бегающий за ними младший брат казался им полным недоразумением. К Рамиро приставили ученого каноника, который научил его чтению и письму, основам богословия и права. Зато брат Альфонсо заставил опытным путём познать опасности окружающего мира: Рамиро сжег ладони, схватившись за угли костра, порезал пальцы острым ножом, который брат оставил ему для игр, проткнул бедро стрелой, оставленной «случайно» остриём вверх, в грудь его лягнула лошадь, когда Альфонсо предложил покататься, взявшись за хвост. В общем, старания брата были небезуспешными, Рамиро потерял всякий интерес к оружию, просиживая дни за книгами. Тревоги начались, когда Педро женился, и старшие братья Рамиро были вынуждены отправиться в поисках лучшей доли в Крестовый поход. Кости Фернандо остались лежать где-то в Святой земле, а Альфонсо вернулся как раз вовремя: их отец Сандро умер от простуды, Педро страдал от раны, полученной в сражении с неверными, а жена его умерла в родах, разрешившись мертворождённым плодом. Педро, благодаря стараниям лекарей, сгорел от лихорадки, подобно свече, оставив трон Альфонсо. И тогда Рамиро попросту сбежал к бенедиктинцам, да так далеко, что преодолел высокие горы, в земли, что граничили с соседями королевства Арракон. В этом аббатстве Рамиро принял постриг, решив, что беды его закончились, но Альфонсо, вернувшись из очередного похода, вспомнил, что у него где-то есть брат. Рамиро привезли силой, и с одобрения Папы поставили на должность аббата монастыря Святого Петра в Эске, где располагался главный по значимости оборонительный замок на пути в самое сердце Арракона — столицу Таэру. Рамиро с брезгливым содроганием вспоминал ту встречу, когда его спустили с коня и со связанными руками поставили перед братией. Альфонсо, окруженный своими вооруженными воинами, ходил по двору и выкрикивал проклятия: — Я твой король, слышишь? Хватит с тебя аббатства в Савердуне! Как его звали? Святой Факундо? Ты ему сбежал молиться? А чем тебе наши святые не угодили? Раз ты у меня такой праведный, будешь жить здесь. И только попробуй еще раз сбежать! Цепями к здешнему алтарю прикую! Король уехал, а Рамиро так и остался стоять соляным столбом посередине двора. Как теперь в глаза братии взглянуть, когда тебя в двадцать два года из простого монаха аббатом делают? Сотворив молитву, пришлось смириться. Но Альфонсо и тут не оставил в покое — королевская кровь была в почете, Рамиро дважды выдвигали на место епископа — сначала в Бургас, потом в Памплу, но каждый раз на выборы являлся вестник из столицы с запретом в отношении младшего брата короля Арракона. В дверь постучали, и не дожидаясь ответа, на пороге появился слуга короля в яркой красно-синей одежде с нашитым на груди гербом правящей династии в виде пустынного льва, обнимающего мощный ствол дерева. Рамиро сложил руки на груди и строго посмотрел на вошедшего: — Надеюсь с добрыми для меня вестями? Но вестник покачал головой и опустился перед ним на одно колено: — Ваш брат отдал Богу душу — рана, полученная в сражении, оказалась смертельной. Он не оставил наследников. Завещал всё королевство рыцарям-госпитальерам и тамплиерам… — А я здесь при чём? — нетерпеливо прервал его Рамиро. — В столице бунт, ваша светлость. В Аварре местный граф Гарсиа объявил себя королём, а арраконцы не хотят отдаться во власть чужих рыцарей… — Знать не хочет! — поправил его Рамиро и опустил руки, нервно сжав в кулаках ткань своей рясы. — Но я — принял другие обеты! — Вы — сын короля Сандро! Последняя священная кровь, что осталась. Спасти свое королевство — ваш долг! — Долг? — Рамиро с сомнением оглядел королевского вестника. Ему никогда не приходила идея даже поразмышлять об управлении королевством. Да, его учили, но он не воин, не политик и мало что смыслит в таких делах. — Послушайте, — вестник поднялся и разогнул колено, — если вы сейчас останетесь в бездействии, то смута охватит всё королевство, вам не удастся пересидеть ее за монастырскими стенами. Кто-нибудь обязательно захочет объявить себя новым королём. А наши «добрые» соседи? Будут ли они сидеть сложа руки? Мы все вас поддержим, будьте же достойным сыном короля Сандро! Рамиро будто очнулся от оцепенения и вздрогнул, слегка отшатнувшись от своего гостя. Впервые обратил внимание на его внешность — высокий рост, тело воина, гладко выбритое лицо, светло-серые глаза, густые темные кудри, свисающие до плеч. Вестник был не старше его самого: — Я даже не знаю, кто вы! — Первый советник короля Альфонсо — Беренгар Рамирес де Пампла, — гость потер друг о друга свои вспотевшие натруженные рукояткой меча ладони. — Я постоянно был с вашим братом и здесь, и в походах. Многое знаю и буду вам полезен. Собирайтесь, ваша светлость, нас ждут в Таэре.