Другая сторона медали

      Хината мог только гадать по поводу сказанного «Великим королём». Может быть, он изменил своё мнение и не хотел играть с малышом или хотел обговорить правила игры. Но Шоё решил не утруждать его своими вопросами по поводу этого, чтобы казаться не глупым, а даже наоборот — смышлёным и понимающим с первого раза мальчиком.       После этой конфузной ситуации в уборочной Хината решил постоять возле двери, дожидаясь своего айдола*. Спустя пару минут Ойкава вышел, постоял немного в недоумении и пришёл в себя.  — Неужели ты так и не сходил по своим делам, Шо-чан? — проговаривал сладким голосом Тоору, чтобы не спугнуть свою маленькую добычу.  — Н-нет, т-то есть д-да, в общем, я перехотел, Ойкава-сан, — говорил маленький Шоё, по нему было видно всю интимность данной ситуации, — д-давайте сменим тему, О-ойкава-сан…  — Давай, о чём ты бы хотел поговорить, милый Хина-чан? — он всё также хотел эту столь милую приманку, стоящую в метре от него, ничего не подозревающего маленького Хинату, — смелее, говори всё что хочешь, я тебя выслушаю.  — М-может поговорим об игре? Н-ну, я имею в виду, чт… — он не успел договорить, как Ойкава перебил его своим тяжким вздохом, казалось, будто Хината специально оттягивает время своим заикиванием, что так раздрожало Тоору.  — Да-а-а, конечно-о, — протяжно заговорил «Великий король». Он пытался как можно быстрее ускорить процесс и перейти к делу, но, судя по всему, креветка была не так проста, и он учуял все замыслы Тоору, что сильно напугало его. — не мог бы ты быстрее говорить, время не резиновое, а то вечером у меня много дел…  — Д-да… То есть, ДА! КАК СКАЖЕТЕ, СЭР! — прокричал Шоё, — какие правила игры?  — Игра без правил. Приступим, я полагаю? Пошли…  — К-куда? — судорожно проговорил маленький Хината, его коленки дрожали, а руки тряслись.  — Конечно же в зал, Хина-ча-ан~, только перед этим мы дождёмся, пока все уйдут, хорошо? — промурлыкал Ойкава. На месте Шоё, любая девушка тут же бы расплылась от столь приятных звуков, доносящихся от Тоору. Его мурлыканье можно было бы слушать вечно, некоторые даже считают это восьмым чудом света. Но Хинату это лишь пугало, чем больше «мурлыканий» — тем больше он заикается.  — Х-хорошо, О-ойкава-с-сан, — было слышно постукивание зубов и дрожание ног Хинаты. По его телу пробежала мелкая дрожь, но после он успокоился и привёл себя в чувства, чтобы не быть слишком жалким в глазах «короля».

***

      В данный момент Шоё беспокоило только его ненасытное волнение, всюду преследующие в самые неудобные для него моменты. Ведь это не первый раз, когда он волнуется и к этому он привыкнуть никак не мог. Сейчас это было единственное, к чему он бессилен. Его порядком бесило, что он волнуется на пустом месте: начиная от официальных матчей и заканчивая тренировкой. Но от от чего же он волнуется, пока не совсем понятно, но понятно одно, что он пытается, пытается бороться с этой ненавистью. Наверное, он волнуется насчёт своих ударов, которые не так часто проходят гладко или, может, приёмов, которые ни к селу, ни к городу, но знает это лишь сам Хината.       Через некоторое время они всё-таки дошли до зала, хотя он находился недалеко от них, но шли они так, что даже любая черепаха позавидует их скорости.       Хината с нетерпением побежал по своему любимому месту в мире — спортзалу, в котором так часто проходили различного рода соревнования. Он радостно вытащил мяч из корзины и повешал сетку, но его приостановил связующий на самом интересном месте для мальчика. Он резко разрушил то предвкушение, так бурно ждущее Хинату, всего лишь одним словом.  — Что ты делашь, Шо-чан? Ты разве забыл что я тебе сказал? — озадачено спросил Ойкава. Он встал в позу как истинная модель, поставив руку на талию.  — Я-я вешаю… Вешал сетку, а-а что? Разве не надо?  — Всё-таки забыл?  — Никак н-нет, но какой же это волейбол без сетки и мяча? Разве так можно играть?  — Мы будем играть вовсе не в волейбол, а в кое-что более интересно, Хина-а-чан ~  — Побоюсь спросить, но… Во что?  — Ну же, Хина-а-чан, мы же это обговаривали.  — Я-я… Я-я забыл, простите.  — Так уж и быть, прощу, но только на этот раз, — Тоору поднёс свой указательный палец к губам и подмигнул Шоё, пока тот всё ещё не понимал всего происходящего.  — С-спасибо, Ойкава-сан. — Шоё всё-таки воздержался задать вопрос о том, во что же всё-таки они будут играть, его в миг одолели масса самых разных чувств. Он резко схватился за грудь и его лицо в миг сморщилось. Его сердце вновь забилось, как в тот раз после матча.  — Я предлагаю тебе присесть куда-нибудь, стоя будет неудобно, Шо-чан ~  — Х-хорошо. — пробубнил себе под нос Хината, всё ещё держась за кусочек своей футболки. Он сел на ближайшую скамейку, располагавшуюся возле входа.       К нему медленно подошёл Тоору, провёл указательным пальцем по скулам, губам. Шоё в миг покраснел, сам не зная от чего. Может, если бы он был чуточку взрослей и разбирался бы в своих чувствах, то он понял, какие именно чувства его одолевают сейчас, и, возможно, он бы ответил взаимностью «Великому королю», но случится это определённо не сейчас, никак не в этот момент, когда он вовсе не понимает смысл происходящего. Связующий быстро охватил его губы и пристально начал заглядывать в его глаза. Две минуты тишины просто смотря в глаза. Он залез своей рукой под футболку Шоё и начал поглаживать его пресс.  — О-ойкава-с-сан, ч-что вы делаете?  — Разве тебе не нравится? Хина-чан, ты меня расстраиваешь.  — Н… Нра… Нрав… Нравится… — маленькая приманка еле-еле выговорила такое сложное для него слово. Данная ситуация его сильно напрягала, он не знал что надо делать. Может, убежать или остаться? Такой сложный вопрос, на который он не в силах ответить, по крайней мере сейчас.  — Так зачем сопротивляться? — озадачился Тоору, при этом широко улыбаясь и покусывая свои губы глядя на столь милую приманку.  — Я… Я… Я не хочу этого, не хочу, Ойкава-сан, пожалуйста, я вас умоляю, не делайте этого.  — Не делать… Чего? — ехидно спросил Ойкава. Ведь он прекрасно понимал, о чём говорит Хината.  — Я-я передумал… Мне не нравится.  — Да. Я понял. Я не буду этого делать, если тебе не нравится.

***

      Через некоторое время они встретились около выхода из центра. «Моя мечта так и не сбылась», — пронеслось в голове Ойкавы. Он выглядел немного подавлено, что не скажешь о Хинате. Он вёл себя как обычно: такая же улыбка до ушей и жизнерадостный вид в общем. Тоору подошёл к Хинате и, когда никто не видел, поцеловал в губы.  — Прощальный поцелуй, Хина-чан ~  — Да, спасибо, Ойкава-сан, за всё.