Aloha, baby

      Месяцы, следующие за зимними каникулами, пролетели незаметно, и приблизился день их выпуска.       Минхёк не знает, чем хочет заниматься после окончания колледжа. Ещё есть так много всего, что ему хочется попробовать прежде, чем осесть на одном месте. Всё ещё так много мест, которые хотелось бы посетить, столько языков, чтобы выучить, иностранной еды, чтобы попробовать. Минхёк понятия не имеет, чем он хочет заниматься или куда отправиться.       Путь Хёну всегда был неприклонен. Он хотел открыть собственную танцевальную студию с тех пор, как только научился ходить. Хёну всегда был городским ребёнком, притягиваемым городскими огнями, и постоянным шумом, и людными улицами. Он чувствует себя как дома в каменных джунглях, динамичных, молодых и вечно меняющихся.

***

      Выпуск приближается, и Минхёк не знает, чем хочет заниматься или куда хочет отправиться, но его это не волнует. Он процветает за счёт приключений, и каким-то образом ему всегда удаётся найти свой путь, несмотря ни на что. Есть много вещей ему неизвестных, но есть одна, которую он знает. То, что выгравировано у него на сердце. Одна вещь, которую он знает наверняка.       Одна вещь.       Один человек.       Хёну.       Несмотря на тот факт, что они встречаются всего около года, Минхёк знает. Он знает, что это тот человек, с которым он хочет быть, человек, с которым он хочет отправиться в приключение, человек, за которым он последует до конца света без единого вопроса.       Плюс ко всему, это куда дешевле — снимать квартиру в большом городе вдвоём, нежели в одиночку.

***

      Они говорят о совместном переезде незадолго до выпуска. Сперва Минхёк упоминает это в качестве шутки, и они оба смеются над ней.       Жить вместе. Пф-ф-ф. Ни за что. Неа. Абсолютно нет. Так ведь? Может быть. Не знаю.       Но чем больше они об этом думают, тем больше смысла это приобретает. Это значительно дешевле, потому что рента будет разделена, готовить на двоих куда проще, чем на одного, и можно разделить домашние обязанности. Минхёк старается смотреть на вопрос с практичной точки зрения, почти что с деловым подходом, потому что, честно говоря, идея совместной жизни пугает его до чёртиков.       Что, если ещё слишком рано? Что, если что-то случится с их отношениями? Что, если они не готовы к этому? Что, если, когда они съедутся, Хёну окажется тем ещё подонком (не. Невозможно. Он самая мягкая булочка с корицей в мире)?       Минхёк делится своими переживаниями (за вычетом последнего, естественно) с Хёну. Тот тоже переживает, хотя и по другим причинам. Он переживает, что Минхёк будет несчастлив в большом городе, его волнует, что Минхёку будет одиноко, потому что он, вероятно, будет много времени проводить на работе, создавая свою танцевальную студию, Хёну боится, что Минхёк не найдёт свою мечту.       Хёну нежно обхватывает лицо Минхёка.       —…Но я не волнуюсь о нас. Я люблю тебя, Минхёк. Я люблю тебя больше, чем танцы и плавание вместе взятые, я люблю тебя больше, чем луну и звёзды, я люблю тебя больше, чем что угодно в этом мире. Я знаю, что у нас получится. Мне лишь надо знать, будешь ли ты счастлив.       Минхёк улыбается, краснея до кончиков ушей.       — Думаю, у нас всё будет хорошо.       Минхёк наклоняется и целует Хёну, ласково и нежно, и он знает, что у них всё будет хорошо.

***

      Минхёк (и Чжухон) и Хёну выпускаются в один день, так что они не могут прийти на выпускные друг друга. Чтобы всё было по-честному для обоих, Хёнвон и Вонхо посещают выпускной Хёну, в то время как Кихён и Чангюн идут к Минхёку и Чжухону. После окончания они все встречаются и идут отмечать ужином и выпивкой. Большим, большим количеством выпивки. Всё заканчивается тем, что они снимают комнаты в середине ночи в слегка отвратительно выглядящем мотеле, и вот как Минхёк просыпается в свой первый день в качестве выпускника колледжа в одних трусах в ванной, пуская слюни Чангюну на лицо.       Его после-выпускная жизнь уже началась замечательно.

***

      Спустя несколько недель после выпускного, Минхёк и Хёну возвращаются на пляж, где впервые встретились. Минхёк уже оставил все свои общажные вещи (так как комнаты были заранее обставлены, в большинстве своём это просто одежда и всякий мусор, который накопился за годы) в родительском доме. Хёну замечает, что Минхёк нуждается в каком-то времени наедине с самим собой, так что он предлагает сходить за едой в супермаркет, оставляя Минхёка на пляже.       С надёжно увязшими в песке ногами и развевающим его волосы морским ветром, Минхёк придаётся ностальгии. Он думает о первых курсах колледжа, всех розыгрышах, что они с Чжухоном устраивали, или о том разе, когда они тайком пробрались на крышу со спальными мешками и остались там на всю ночь, разговаривая и глядя на звёзды. Было что-то безопасное и знакомое в учёбе. Ты всегда знаешь, что должен делать, и у тебя есть чёткая цель, в направлении которой надо работать. Теперь, Минхёк понятия не имеет, что собирается делать. Он понятия не имеет, что случится.       И, да, может, он немного напуган. Напуган, сможет ли сделать это в одиночку. Напуган, преуспеет ли в жизни. Напуган, сможет ли найти свой собственный путь.       Тёплая рука на плече возвращает его обратно в настоящее.       А. Точно. Он будет не один.       Хёну без слов протягивает ему конус мороженого и садится рядом.       Он улыбается.       У них всё будет хорошо.

***

      Для Минхёка нет ничего лучше, чем чувствовать горячий песок под ногами и морской бриз в волосах.       Или, по крайней мере, так он раньше думал. Теперь он не так уж уверен. Они стоят в ограниченном пространстве, что является теперь их новой, общей квартирой. Она старая, и немного потрёпанная, и маленькая, и чтобы до неё добраться, необходимо взобраться по возмутительному количеству лестничных проёмов, но это их квартира, и Минхёк не думает, что когда-либо чувствовал себя более счастливым.       — Она наша, — говорит он, обегая комнату, трогая каждую поверхность, словно пытаясь удостовериться, что всё это настоящее.       — Она действительно наша, — он поворачивается к Хёну с широкой усмешкой. Тот наблюдает за ним с улыбкой, и его волосы растрёпанны, лицо потное, а под глазами уже несколько дней как залегли мешки, но Минхёк смотрит на него, и его сердце переполняется любовью.       Если бы они были одни, это наверняка был бы момент, когда бы они начали страстно целоваться, но, как только Минхёк подходит к Хёну, дверь распахивается, и входит несущий большую коробку Чжухон.       —Господи, вы просто обязаны были поселиться на верхнем этаже, придурки, — пыхтит он, его лицо ярко-красное, пока он бесцеремонно кидает коробку перед Минхёком.       Минхёк пожимает плечами в качестве извинений.

***

      Несколько часов, множество коробок и огромное количество злых криков позднее все семеро сидят, пытаясь отдышаться, на полу гостиной. В квартире еле хватает места, чтобы усадить их всех, и очень скоро маленькое пространство становится неимоверно жарким и преполненным запахом пота и звуком тяжёлого дыхания.       — Лучше бы вам жить здесь до самой смерти, — стонет Хёнвон. — Я не буду помогать вам с переездом ещё раз. — Никогда, — стремительно добавляет он.

***

      После того, как они заносят последние предметы мебели, их друзья уходят один за другим. Чжухон уходит последним. Стоя в дверном проёме, они долго обнимаются.       — Спасибо, — говорит Минхёк, и благодарность это за куда большее, чем простую помощь с переездом, и Чжухон понимает. Он всегда понимает.       — Конечно. Всегда. Берегите себя, парни.

***

      Минхёк и Хёну лежат рядом друг с другом на полу. Пол твёрдый и наверняка противный и пыльный, и они окружены коробками, и сумками, и всякой мелочью, и они все потные и уставшие, но им плевать.       Автоматически, рука Минхёка находит ладонь Шону, и их пальцы так естественно переплетаются вместе, и если он закроет глаза, то сможет представить, что видит звёзды, и квартира — это их личная маленькая вселенная.       У них всё будет хорошо.